Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Проблему Амбридж Гарри считал решенной раз и навсегда и спокойно читал на ее уроках заранее припасенные книги — или какую-нибудь еще добычу, которую Гермиона приносила из библиотеки, заинтересовавшись названием.
— Гермионка, серьезно, «Порча для испорченных»? Давай я тебе тогда на следующий урок журнал для испорченных принесу, я его из дома привез.
— Да ну тебя! — отмахивалась Гермиона, но против воли улыбалась. — Пошел за мороженым, вернулся с журналом Пентхаус.
— И мороженым, — напоминал Гарри. — Я просто подумал: может, я не знаю, что еще с мороженым делать можно.
Гарри и Гермиона некоторое время тихо смеялись, Гермиона немного краснела от летних воспоминаний, Гарри рассчитывал все повторить этим же вечером, а Амбридж злилась, но помнила про козлоальбом и про условие «все, что делают Поттер и Грейнджер, всегда правильно».
Не имея возможности добраться до довольного Поттера, Амбридж решила испортить жизнь всем остальным и появилась на уроке МакГонагалл, где Гарри и Гермиона отрабатывали Исчезающее заклятие, которое выучили еще летом.
— Ах, какое полезное заклинание! — весело говорил Гарри, убирая в никуда сначала лежащую на парте морскую свинку, а потом и саму парту.
— Удивительно полезное заклинание! — соглашалась Гермиона, проделывая в свою очередь то же самое. — Может, так и от Вольдеморта избавиться можно?
— Его хорошо бы серной кислотой растворить, — мечтательно продолжал Гарри. — Чтобы подольше мучился.
— Знаете, вы становитесь очень похожи на Фреда и Джорджа, — не удержался Рон. — Заканчиваете друг за другом фразы, и шуточки у вас стали такие же, с крипотцой.
— Профессор МакГонагалл, почему у вас на уроке разговаривает студент? — тут же попыталась прицепиться Амбридж, но МакГонагалл просто прошла мимо нее.
— Поттер, Грейнджер, похвально, — кивнула МакГонагалл и тут же выдала новое задание.
— Мы изучали материал летом, профессор, — откликнулась Гермиона для создания атмосферы образцовости на уроке с инспектором.
— Ну да, а то вдруг война, а мы как лохи, — дополнил Гарри, когда МакГонагалл отошла.
Амбридж явилась и на Прорицания, на которых куда более успешно доводила Трелони, пока Гарри не стало прорицательницу жаль и он не подсказал ей шепотом кое-что.
— Боюсь, вам грозит большая опасность! — возгласила Трелони, глядя в свой волшебный шар. — Я вижу голову козла, его бороду и копыта…
Даже такого пристойного описания козла было достаточно, чтобы травмированная козлоальбомом Амбридж тихо сползла по стенке.
— Я никогда не делала ложных предсказаний, — гордясь собой, негромко сказала Трелони, когда она остановилась рядом с Гарри. — Но я благодарю вас, мистер Поттер. Мисс Грейнджер, вы-то что здесь делаете?
— Мы изучаем Чары, чтобы потом кого-нибудь получше убить, — невозмутимо сказала Гермиона, она уже привыкла работать с Гарри в паре, да и скучала по нему, когда у них были разные курсы, разлука даже на пару часов казалась им долгой. — А вы как поживаете?
Каждый вечер Гарри и Гермиона приходили в заброшенный класс — сначала они выскальзывали из гостиной Гриффиндора намного позже отбоя, накрывшись мантией-невидимкой, а потом рассудили, что из их еженощного отсутствия в спальнях не сделаешь секрета, и стали уходить намного раньше, а то и просто после уроков отправлялись «домой». Вернуть на место всю обстановку было довольно простым делом, намного проще, чем трансфигурировать все заново, но иногда сначала их устраивали и голые стены — в пустом помещении можно было отрабатывать любые заклятия, не боясь что-то случайно разбить или подпалить. А учебные мишени они трансфигурировали из мусора — пока наконец их защита не стала сильной, а свист опасных заклинаний — привычным. Тогда пришла пора спаррингов, перебора боевых стилей, вихря летающих вокруг предметов, ждущих промашки соперника, чтобы на него обрушиться.
Впрочем, было одно единоборство, в котором Гарри постоянно Гермионе проигрывал — хоть в волшебные шахматы, хоть в обычные, но он все время что-то «зевал», а Гермиона почти нет. Поэтому Гарри всегда предлагал играть в шашки, в которые у него получалось чуть лучше — но все равно однажды он посмотрел на начальную позицию и выбил одну из шашек Гермионы простым щелбаном.
— Тебе никогда не казалось, что шашки немного похожи на солдатские фуражки? — с хитрой улыбкой спросил Гарри.
— Ну да, а перевернутые — на бескозырки.
— Вот за это я тебя люблю еще больше.
Некоторое время Гарри и Гермиона перестреливались шашками, а потом Гермиона неожиданно попросила Гарри не быть эгоистом.
— Мы ничего не делаем на СилЗла, — пояснила Гермиона. — То есть мы с тобой делаем, но нас ничему не учат. А остальные не делают даже того, что делаем мы. Ты должен их обучать, Гарри.
— Зачем?
— Потому что они должны уметь защищаться. Потому что скоро начнется война.
— Седрик уже погиб, — мрачно сказал Гарри. — Остальным лучше просто не лезть. Чем меньше они будут уметь — тем вероятнее, что не полезут.
— Я тоже могу погибнуть.
— Ты даже не знаешь, как я себя за это ненавижу. Понимаю, что не смогу тебя уговорить не лезть в самое пекло, и поэтому стараюсь учиться чему-нибудь полезному каждую минуту.
— Вдесятером проще справиться с любым делом, чем вдвоем.
— Я же не могу товарищами прикрываться. Если с кем-то что-то случится, я буду думать, что это я не смог научить. Даже если этот кто-то — сачок и не тренировался. То, как ты работаешь, я хотя бы постоянно вижу, но не буду же я за всеми следить, чтобы они не только слушали, но и сами потом учились.
Гарри стиснул губы и стал смотреть на свои кулаки, а Гермиона молчала — если нельзя помочь, то нужно молчать, а решиться Гарри мог только сам.
— Все равно нам это не поможет, — махнул рукой Гарри. — Если вдвоем, то в трудный момент можно хотя бы кликнуть Добби и по тапкам, а если нас будет десять человек, остальных не бросишь же. Получится, что нам с тобой придется уходить последними — еще хуже же выйдет.
— Пойдем, я познакомлю тебя с другими эльфами, кроме Добби, — предложила Гермиона. — Я некоторое время причиняла им добро и наносила справедливость, так что они уже готовы к добровольному сотрудничеству.
— Мне нравится такой подход к добровольности, — широко улыбнулся Гарри, с Гермионой ему не приходилось долго грустить. — Напоминает анекдот про собаку и горчицу.
— У Голдштейна мама выражается еще лучше: «Ты будешь уже играть на скрипочке, или ты хочешь разбить маме сердце, стать бродягой и умереть в канаве?»
— Так-так, значит: «Вы будете тренироваться до упаду, или вы хотите разбить мое сердце, попасть под Империо в первом бою, стать Пожирателями и вместо выпускного заехать в Азкабан?»
— Вот видишь, и установочная речь для первого собрания у тебя есть, — похвалила Гермиона.
Пока еще не начались настоящие сражения, ей нравилась такая жизнь на краю, за пределами всяких правил и под сполохи заклятий, в этой жизни шутки становились веселее, а поцелуи слаще.
Кошмары давно не проникали в сон Гарри, хотя снившийся ему коридор он все же опознал, после того как Гермиона нашла книгу с колдографиями всех этажей Министерства — и это знание пригодилось под Рождество, когда Гарри снова увидел коридор во сне, на этот раз глазами змеи. Змея хотела убивать, и это становилось и желанием Гарри; змея хотела попасть за закрытую дверь, но перед ней стоял человек; Гарри узнал Артура Уизли, попытался разорвать путы ненависти, но все равно ударил его своей змеиной головой, вонзил зубы в теплую плоть…
В этот момент Гарри проснулся, ощущая во рту противный солено-сладкий вкус крови, и смог сесть на постели, хотя и чувствовал себя разбитым и больным. Гермиона поддержала его рукой под спину и уткнулась лбом в его щеку, и ему жутко захотелось лечь обратно, обнять Гермиону и лежать, пока не восстановятся силы или не придет спокойный сон без сновидений.
— Артур Уизли ранен в Отделе Тайн, — с усилием выговорил Гарри и взялся за палочку. — Я пошлю Дамблдору Патронуса.
Но из палочки Гарри вылетело только светящееся облако, которое тут же погасло.
— Подожди, — прошептала Гермиона, и Гарри ожидал какого-нибудь волшебства, даже того, что она как-то незаметно для него сама научилась вызывать Патронуса, но Гермиона просто крепко его поцеловала, глубоко и со страстью, так, чтобы разряд желания прошил от груди до паха — и после этого Гарри легко призвал Патронуса.
— Артур Уизли ранен в Отделе Тайн, — повторил Гарри. — Я видел это глазами змеи. Я был змеей.
В комнате появился свет — Гермиона начала зажигать светильники, кутаясь в свой халатик, а Гарри стал рассказывать свой сон, просто и без утайки, он привык держать перед Гермионой свое сердце открытым, потому что так на сердце становилось светлей.
— Я чувствовал, что я не только был в этой змее, не только видел ее глазами, а был самой змеей, — заключил Гарри. — Я не сумел с ней справиться, не смог ее остановить.
— Значит, ты не Арагорн, — сказала Гермиона, которая читала те же книги, что и Гарри. — И Палантир все же принадлежал Арагорну по праву, а эта змея не твоя.
Гарри улыбнулся и посмотрел на Гермиону, он любил ее неожиданные ассоциации и необычный ход ее мысли, и внезапно в нем всколыхнулась волна ненависти, затапливающая сознание, но еще не способная одолеть волю. Он не мог ненавидеть Гермиону — она уже была его частью, самым близким и родным ему человеком, прикипела к нему и душой, и плотью, и теперь она без страха и открыто смотрела ему в глаза, никакой рассказ про змею, одержимость и Темного Лорда ее испугать не мог. Гарри увидел, как кипящая в нем ненависть отразилась в ее глазах как в зеркале и утихла в твердом, неподвластном волнам русле.
— Мы обязательно его достанем, — пообещала Гермиона совершенно спокойно и теперь уже совершенно всерьез, в нее тоже влилась бурлившая в Гарри ярость, и вместе они подчинили темную стихию и заставили ее не властвовать над ними, а служить. — Обязательно его убьем.
Сириусу было скучно в пустом доме на площади Гриммо, и он был даже рад, что кроме крестника с невестой к нему приехала еще и целая семья Уизли, чтобы навещать поправляющегося в больнице Артура. От скуки Сириус в последние месяцы читал самые разные книги — пить он тоже пробовал, но нашел Кричера отвратительным собутыльником, а пить с зеркалом не стал и вернулся к чтению. Поэтому аналогия с Палантирами была Сириусом после рассказа про виденное глазами змеи продолжена и углублена.
— Главное — не поддавайся отчаянию, как Денетор, — посоветовал Сириус. — А то ведь и спалить себя недолго, и разбежавшись прыгнуть со скалы. Ну а теперь давайте я вам рождественские подарки дарить буду.
После того как Гермиона распаковала свой сверток, в Сириуса полетели коробки с презервативами: рифлеными, с пупырышками и с горячительной смазкой.
— Ошибочка, — признал довольный Сириус, улыбаясь во весь рот. — Это крестнику моему, тебе другой сверток. Ты же у нас читать любишь.
— Сириус! — снова воскликнула Гермиона, которой на этот раз досталась подшивка журнала Плейбой. — Это не читают, это смотрят.
— Ну почему, в мое время там даже интервью Набокова было, — не согласился Сириус. — Серьезно, что тебе еще дарить, «Новые теории нумерологии»? Это ты читать будешь, когда будешь старше раза в четыре. И одновременно с этим — жалеть, что тебе больше не пятнадцать.
Подарок от Гарри Гермиона открывала с ним наедине, зная, что Гарри с Сириусом плотно общается и многого уже понабрался.
— Я тебе ушки решил подарить, — с хитрой улыбкой сказал Гарри, указывая на круглый сверток на кровати.
Конечно, правильная девушка тут же представит себе что-то мягкое и меховое на круглой дужке, что можно надевать на голову вместо шапки или под капюшон, чтобы холодный зимний ветер не задувал в ее милые ушки. Гермиона, разумеется, уже не ждала от Гарри ничего подобного. Круглая дужка, конечно, была в наличии, даже две, но ушки были не по бокам, а скорее на макушке: одни заячьи, как в Плейбое, вторые кошачьи. Этим, естественно, дело не ограничилось: Гарри поработал над расширяющим пространство заклинанием, и в небольшом круглом свертке поместился и корсет практически без лифа, только с небольшой поддержкой для груди, и непристойные чулки с поясом.
— Ты говоришь, что раз я умная, то должна была предвидеть, что такое случится, — сказала Гермиона, опустив лицо: надо же немного подразнить, пусть Гарри на несколько секунд подумает, что она смутилась от такого подарка или даже надулась. — Я это предвидела, поэтому тебе подарка покупать не стала. Твой подарок — все это на мне увидеть, правильно?
— Можно по очереди, — предложил Гарри, блаженно жмурясь. — Мы же никуда не торопимся.
![]() |
|
Чал Мышыкъ
Мне понравилась идея убрать Вот-где-Торта "Эванеско"... Хотя где-то уже встречал про проснувщиеся эльфийские силы в Гарри и его подход "мир нуждается в хорошей убррке". (У кого и где не помню) Или как у Фрая: щелчком пальцев в пространственно-изолированный карман, а потом выпустить в новом, пустом мире, сжимающемся постепенно в абсолютную точку.. |
![]() |
|
Волдик - такое заслужил
|
![]() |
|
Grizunoff
Или как у Фрая: щелчком пальцев в пространственно-изолированный карман, а потом выпустить в новом, пустом мире, сжимающемся постепенно в абсолютную точку.. Ну зачем же так жестоко. Можно просто взять с собой в Хумгат. Если его примет Коридор между мирами, то может он и придет в себя, как Рыбник когда то. А потом можно и на темную сторону, душу "починить". А если исчезнет, ну так в любом случае не жалко. |
![]() |
|
"Мы тебя небольно прирежем. Чик - и ты уже на небесах" @ надеюсь,, все помнят
1 |
![]() |
Пайсаноавтор
|
Чал Мышыкъ
Мне понравилась идея убрать Вот-где-Торта "Эванеско"... Хозяйственные заклинания - самые могучие и эффективные! Доказано Молли Уизли во время битвы за Хогвартс %) Доктор - любящий булочки Донны Вот не бесите ботаников и тихонь, кто знает, когда у них клапан давления не сработает и крышечку рванет)) Это они еще дружелюбные, по сравнению с прошлой главой-то %) |
![]() |
|
Молодец Гарри, что научил Гермиону делать выдрочку. С выдрочкой и спать легче))
|
![]() |
|
Элемент постельные ролевых игр: "Сделай выдрочку!" :))))
|
![]() |
|
Как в анекдоте:
"Вот, это мой сын, а не тот канонный идиот!" (Л.А. Малфой) 5 |
![]() |
|
В конце аж жалко Риддла стало)) А Долохов хорош.)
2 |
![]() |
|
"Никогда не разговаривайте с неизвестными"... "В час необычайно жаркого заката" :)
|
![]() |
Пайсаноавтор
|
Доктор - любящий булочки Донны
Показать полностью
Что то Драко слишком мудрый для своего возраста)) Никанон))) Хороший, правильный Драко должен быть похож на князя Горчакова из лицейских воспоминаний. Тот тоже порой изображал молодого старичка %) "Питомец мод, большого света друг, обычаев блестящий наблюдатель... приятный льстец, язвительный болтун, по-прежнему остряк небогомольный, по-прежнему философ и шалун" - согласитесь, весь фандом им таким болеет :))) Чал Мышыкъ Как в анекдоте: "Вот, это мой сын, а не тот канонный идиот!" (Л.А. Малфой) Да, таким сыном можно гордиться - а если сын будет расти над собой, то и знаменитую строфу заслужит: И ты, Малфой, счастливец с первых дней, Хвала тебе — фортуны блеск холодный Не изменил души твоей свободной: Все тот же ты для чести и друзей. Доктор - любящий булочки Донны В конце аж жалко Риддла стало)) Ну а что он стоит на пути у высоких чувств? Предупреждали же :) Доктор - любящий булочки Донны А Долохов хорош.) Такого Долохова нужно больше, такого Долохова можно даже два, как Тома Харди %) belkalenka "— Это у нее называется «слегка», — уточнил Джордж. " Может быть, Гермионка и есть та сила из пророчества, о которой не ведал Волдик? Это просто Дамблдор не совсем себе представлял, как выглядит "сила любви" на практике :) 4 |
![]() |
|
Досмотрела на днях "Острог" и думаю дай почитаю что-нибудь милое волшебное...
Первая глава: — Вот прям любим мы его так, что за него на кичу заехать готовы. Просто здравствуй просто как дела 😂 |
![]() |
|
Смеялся от всей души. Теперь рëбра болят.
Спасибо вам! |
![]() |
Пайсаноавтор
|
Доктор - любящий булочки Донны
"У нас было две Истории Хогвартса, несколько эпосов о Гоблинсктх Восстаниях, мемуары Гриндевальда, и россыпь беллетристики от Локхарта, но пугала меня книга о Наитемнейших Искусствах..." Охота за хоркруксами дело такое, "страх и ненависть" в ней тоже присутствуют :)) ArgentumTina Досмотрела на днях "Острог" и думаю дай почитаю что-нибудь милое волшебное... Первая глава: — Вот прям любим мы его так, что за него на кичу заехать готовы. Просто здравствуй просто как дела 😂 Интернатские пацанчики - они такие, ч0ткие и ровные :) Rert Смеялся от всей души. Теперь рëбра болят. Спасибо вам! И вам большое спасибо! |
Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |