Повелитель Стихий (гет)

Не подумайте, что я Вам не доверяю, но я Вам не доверяю.

(Джон Грин)

* * *

— Здесь не занято? — спросила у Авеля девочка с копной кудрявых каштановых волос, уверенным взглядом карих глаз, слегка вздёрнутым носиком-кнопочкой и немного крупными передними зубами. За ней, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, стоял невысокий пухлый голубоглазый блондин. — Я Гермиона Грейнджер, маглорождённая, а это Невилл Лонгботтом.

Авель открыл глаза и, слегка нахмурившись, окинул взглядом нежданных посетителей. Девочка выглядела довольно самоуверенно, а вот мальчик явно нервничал. Авель нехотя кивнул, давая понять, что купе свободно. Повода отказать гостям у него всё равно не было, так что придётся ему немного потерпеть нежеланную компанию. Гермиона тут же вошла, а за ней, спотыкаясь, проследовал Невилл.

— Мы обошли почти все купе, но везде уже занято, — объяснила Гермиона, усаживаясь напротив Авеля. — А ты, кажется, один. Как тебя зовут?

— Авель Хант, — коротко ответил мальчик, не испытывая ни малейшего желания продолжать разговор. Он снова откинулся на спинку сиденья, надеясь, что новые знакомые оставят его в покое.

Однако Гермиона, казалось, не собиралась отступать. Она вытащила из сумки толстую книгу и, взглянув на Авеля, спросила:

— Ты ведь тоже первокурсник? Волнуешься перед распределением? Я прочитала почти все учебники, чтобы быть готовой ко всему! И что у тебя за повязка на глазах?

— Да, я первокурсник, и нет, я не волнуюсь. А про повязку — это личное, — всё так же коротко отозвался Авель.

— А как ты думаешь, на какой факультет тебя распределят? — продолжала свой допрос Грейнджер. — Вот я бы хотела поступить на Гриффиндор! Там учился сам Дамблдор. Ну, или на Когтевран, это тоже неплохой вариант.

Авель усмехнулся. Уж он-то точно не стал бы выбирать факультет из-за того, что на нём учился Дамблдор. Впрочем, ему было всё равно, куда его распределят, будь то Гриффиндор или Слизерин, Пуффендуй или Когтевран. Поступление на какой-нибудь определённый факультет ничего не изменит в его положении. Да и к тому же, задерживаться в школе Хант не собирался.

— Мне плевать. Куда распределят, туда и пойду.

Гермиона удивлённо вскинула брови, явно не ожидая такого ответа. Невилл, казалось, готов был провалиться сквозь сиденье от смущения. Он робко взглянул на Авеля, потом на Гермиону и пробормотал:

— Я… я хотел бы попасть на Гриффиндор... Там учились мои родители и бабушка. Но я боюсь, что окажусь недостаточно смел для этого факультета и меня распределят на Пуффендуй.

— Не волнуйся, ты обязательно попадёшь на Гриффиндор! — подбодрила мальчика Гермиона и снова повернулась к Авелю. — А ты вообще читал какие-нибудь книги по магии? Знаешь, что такое «История магии» Батильды Бэгшот? Или, например, «Теория магии» Адальберта Уоффинга?

Авель вздохнул. Ему казалось, что от этой девочки ему никуда не деться. Разумеется, он читал эти книги, когда их принёс Дамблдор. У него просто не было других занятий, а учебник по рунам читать было опасно — если найдут, то обязательно отберут. Авель достал яблоко, которое ему почему-то подсунул в карман мантии один из домовиков, и, откусив от него, ответил:

— Читал. И Бэгшот читал, и Уоффинга. И вообще много чего читал.

Гермиона, казалось, была поражена. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Авель её перебил:

— Слушай, может, ты дашь мне спокойно доехать до Хогвартса? Мне не интересно, на какой факультет тебя распределят и какие книги ты прочитала. Я просто хочу побыть один.

Гермиона, слегка обидевшись, поджала губы. Невилл тихонько потянул её за рукав, и они, переглянувшись, стали молча смотреть в окно. В купе воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком колёс поезда и шуршанием страниц книги, которую Гермиона демонстративно открыла. Авель, отвернувшись к окну, снова закрыл глаза, надеясь, что ему удастся хоть немного вздремнуть перед прибытием в Хогвартс. Но в глубине души он знал, что эта поездка будет долгой, а компания — навязчивой. Так оно и оказалось.

Спустя несколько часов тишину нарушил чей-то взволнованный голос. Невилл сидел, всматриваясь в окно, и вдруг вскрикнул:

— Тревор! Моя жаба! Он снова убежал!

Гермиона тут же захлопнула книгу и, закатив глаза, недовольно проворчала:

— Ну сколько можно! Ты опять его потерял? Мы же только недавно его отыскали! Невилл, ты хоть раз можешь уследить за своей жабой?

Невилл виновато опустил голову.

— Я… я не хотел... — пробормотал он. — Он сам...

Гермиона вздохнула и обернулась к Авелю.

— Может, ты поможешь нам поискать Тревора? — спросила она. — Втроём мы быстрее его найдем.

Авель, которого разбудили крики Невилла, недовольно поморщился. Ему совсем не улыбалось искать чью-то жабу, но окажись он в такой же ситуации, как Лонгботтом, ему бы хотелось получить что-нибудь помощь.

— Ладно, — неохотно согласился он. — Но только быстро.

Втроём они вышли из купе и двинулись по коридору вагона, заглядывая в каждое купе и спрашивая попутчиков, не видели ли они потерявшуюся жабу. Приняв решение разделиться, юные волшебники пошли осматривать каждый «свою территорию». Авеля отправили в вагоны старост и старшекурсников, Гермиону — в конец поезда, а Невилла — в начало. Поиски оказались безуспешными, и спустя полчаса Лонгботтом совсем отчаялся.

— Может, он уже выпрыгнул из поезда? — с грустью предположил он.

Гермиона попыталась его подбодрить, похлопав по плечу.

— Не переживай, Невилл, мы обязательно его найдем! Может, он просто где-то спрятался.

— Что вы ищете? — неожиданно спросил кто-то позади Авеля. Хант вздрогнул и резко развернулся, выхватывая палочку. Несмотря на то, что он знал лишь заклинание левитации, Люмос и чары копирования, Авель стал мысленно составлять план защиты. Врага можно ослепить вспышкой света и, подняв что-нибудь тяжёлое, оглушить...

— Спокойнее! — расплылся в улыбке старшекурсник с прилизанными тёмными волосами и серо-зелёными глазами. Авель поспешно спрятал волшебную палочку, чувствуя, как его лицо заливает краска.

— Мы ищем жабу Невилла, — объяснила Гермиона. — Ты можешь нам помочь?

— Разумеется! — кивнул незнакомец. — Я знаю одно подходящее заклинание... Акцио, жаба Невилла!

Ничего не произошло. Гермиона уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но внезапно прямо в руки парня с сумасшедший скоростью влетела орущая зелëная жаба, который, ничуть не смутившись, ловко поймал её. Тревор, выпучив глаза, продолжил свой пронзительный крик, словно только что пережил полёт на самой безумной американской горке.

Невилл, словно очнувшись ото сна, мгновенно пришёл в себя.

— Тревор! — воскликнул он, бросаясь вперёд. — Мой Тревор! Спасибо большое!

Он осторожно взял жабу из рук старшекурсника, прижимая её к груди. Жаба затихла, явно потрясённая, но невредимая, и только мелко дрожала.

— Не за что. Если понадобится помощь — обращайтесь. Если что, я четверокурсник Когтеврана, и меня зовут Кассиус Андерсон. И... Мальчик, почему ты носишь эту повязку? Даже с ней ты неплохо ориентируешься в пространстве — я сам это видел, — обратился он к Авелю.

— Извини, но это личное, — холодно повторил заученную донельзя фразу Хант.

Кассиус пожал плечами, не настаивая на ответе.

— Как знаешь. Ну, мне пора, увидимся в Хогвартсе, — улыбнулся он и, подмигнув Гермионе, направился дальше по коридору.

Невилл, успокоившись и крепко держа Тревора в руках, поблагодарил Авеля и Гермиону за помощь. Они вернулись в купе, где снова воцарилась тишина. Гермиона углубилась в чтение, Невилл не сводил глаз со своей жабы, а Авель, немного помедлив, достал из сумки прихваченный в дорогу учебник по чарам, который всяко будет полезнее Истории Магии.

Остаток пути прошёл спокойно и без всяких казусов. Пару раз к ним в купе заглянула полная ведьма с тележкой сладостей и, кажется, Лонгботтом и Грейнджер что-то себе купили. Иногда попутчики куда-то уходили или о чём-то тихо переговаривались, но Хант не обращал на это внимания, полностью погрузившись в чтение.

— Авель, мы подъезжаем к замку, — напомнила Гермиона, пристально глядя на мальчика. — Ты... Ты не мог бы на несколько минут выйти из купе? Мне нужно переодеться.

— Хорошо, Гермиона, — кивнул Хант, запоминая страницу, закрывая книгу и поднимаясь с места. Возвращаться в купе Авель не собирался — вещей у него было немного (одна лишь сумка с перекусом и взятыми в дорогу книгами), а ехать оставалось совсем немного, поэтому смысла оставаться не было.

Спустя несколько минут поезд начал замедлять своё движение. Когда он, наконец, остановился, и двери со скрипом открылись, Авель первым спрыгнул на землю.

— Первокурсники! Первокурсники, все сюда! Эй, Гарри, Авель, у вас всё в порядке? — этот голос Хант узнал практически сразу. Ещё бы, ведь мальчик провёл довольно много времени с лесником. — Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной!

Поскальзываясь и спотыкаясь, они шли вслед за Хагридом по узкой дорожке, резко уходящей вниз. Их окружала такая плотная темнота, что Авелю показалось, будто они пробираются сквозь лесную чащу. Все разговоры стихли, и они шли почти в полной тишине, только Невилл, который вместе с Гермионой волшебным образом снова оказался рядом с Хантом, пару раз чихнул.

— Ещё несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул Хагрид, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда!

— О-о-о! — вырвался дружный, восхищенный возглас.

Они стояли на берегу большого чёрного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд.

— По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега.

Авель оказался в одной лодке вместе с Гермионой, Невиллом и каким-то незнакомым мальчиком со смуглой кожей.

— Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка. — Тогда вперёд!

Флотилия двинулась, лодки заскользили по гладкому, как стекло, озеру. Все молчали, не сводя глаз с огромного замка. Чем ближе они подплывали к утёсу, на котором он стоял, тем больше он возвышался над ними.

Внезапно Авелю почудилось, будто что-то гигантское и скользкое обхватило его за талию. Хант резко дёрнулся, чуть не перевернув лодку. Инстинктивно схватившись за борт, он попытался освободиться от неожиданно возникших щупалец. Паника волной прокатилась по телу, заставляя кровь стынуть в жилах. Попытавшись убрать с себя чьё-то щупальце, Авель случайно выпал из лодки и попал в ледяную воду. На секунду ему стало нечем дышать, но, к удивлению Ханта, вскоре дыхание нормализовалось (хотя это было совершенно невозможно), как бы это странно не звучало, и мальчик смог оглядеться по сторонам.

Авель находился глубоко под водой. Мимо изредка проплывали стайки рыб, а с поверхности едва-едва доносились чьи-то голоса. Посмотрев на себя, Авель пришёл к неутешительному выводу, что щупальце никуда не делось, а лишь медленно притягивало мальчика к... Хант чуть не заорал от ужаса, увидев монстра. Кажется, это был тот самый гигантский кальмар, которого он недавно видел вместе с Хагридом. Правда, он слишком напоминал Кракена из фильмов нормальных людей, но...

Кальмар лениво перебирал щупальцами, рассматривая свою добычу. Авель, несмотря на панический ужас, попытался сохранить самообладание. Он понимал, что кричать и барахтаться бесполезно — лишь быстрее выдохнется. Он сосредоточился на дыхании, стараясь дышать ровно и глубоко, насколько это было возможно под водой. В голове промелькнула мысль о том, что Дамблдор знал об этой твари и намеренно подверг его опасности.

Однако, к удивлению Авеля, кальмар не собирался его есть. Вместо этого, он, казалось, изучал мальчика, осторожно ощупывая его щупальцами. Кракен подтянул Ханта ближе к себе, чтобы лучше рассмотреть. Авель не мог поверить своим глазам, когда увидел, что в огромных глазах чудовища отражалось нечто похожее на любопытство.

Внезапно кальмар издал странный булькающий звук, который, как ни странно, показался Ханту относительно дружелюбным. Щупальца ослабили хватку, и Кракен, словно предлагая, подтолкнул мальчика в сторону поверхности. Авель, всё ещё не веря в происходящее, неуверенно поплыл вверх. Он изо всех сил старался не паниковать и не думать о том, что может случиться, если чудовище передумает.

Вынырнув, Авель жадно вдохнул воздух. Ощущение было таким, словно он заново родился. Холодная вода обжигала кожу, но это было ничто по сравнению с ужасом, который он только что пережил. Он увидел, что лодки уже причалили к берегу, а Хагрид суетится, пересчитывая первокурсников.

Игнорируя дрожь, Авель поплыл к берегу. Он не мог поверить, что остался жив. Хагрид, заметив промокшего и дрожащего мальчика, поспешил к нему.

— Авель! Что случилось? Ты в порядке? — спросил он обеспокоенно, накидывая на плечи мальчика свой огромный плащ.

Авель, не в силах говорить, лишь кивнул.

— Отлично! — просиял доверчивый лесник. — Тогда продолжаем путь!

Хагрид повел их наверх по каменной лестнице, освещая дорогу огромной лампой. Вскоре все оказались на влажной от росы лужайке у подножия замка. Ещё один лестничный пролёт — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью. Убедившись, что все в порядке, Хагрид поднял свой огромный кулак и трижды постучал. Дверь распахнулась. За ней стояла ненавистная профессор Макгонагалл. Авель никак не мог заставить себя успокоиться, помня, что именно эта женщина похитила его прямо из дома.

— Профессор Макгонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид.

— Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю.

Она повернулась и пошла вперёд, приказав первокурсникам следовать за ней. На каменных стенах горели факелы, потолок терялся где-то вверху, а красивая мраморная лестница вела на верхние этажи.

Они шли вслед за Макгонагалл по вымощенному булыжником полу. Проходя мимо закрытой двери справа, Авель услышал шум сотен голосов — должно быть, там уже собралась вся школа.

Но Макгонагалл вела их совсем не туда, а в маленький пустой зальчик. Толпе первокурсников тут было тесно, и они сгрудились, дыша друг другу в затылок и беспокойно оглядываясь.

— Добро пожаловать в Хогвартс, — наконец поприветствовала их Макгонагалл. — Скоро начнётся банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьёй. Вы будете вместе учиться, спать в одной спальне и проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них есть своя древняя история, и из каждого выходили выдающиеся волшебники и волшебницы. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своей семьи. Церемония отбора начнётся через несколько минут в присутствии всей школы. А пока у вас есть немного времени, я советую вам собраться с мыслями. Я вернусь сюда, когда все будут готовы к встрече с вами, — сообщила Макгонагалл и пошла к двери. Перед тем как выйти, она обернулась. — Пожалуйста, ведите себя тихо.

Как только Макгонагалл вышла из зала, все разом начали говорить. Кто-то переживал из-за распределения, а кто-то, как, например, Рон Уизли, пытался угадать как же будут распределять студентов:

— Братья говорили мне, что нам придётся сражаться с троллем!

Авель фыркнул. Он-то прекрасно знал, что учеников распределяла какая-то говорящая шляпа.

Внезапно воздух прорезали истошные крики, и Хант даже подпрыгнул от неожиданности.

— Что… — начал было он, но увидев, в чём дело, раздражённо вскинул брови. Кажется, его будущие однокурсники испугались привидений, к которым сам мальчик уже давно успел привыкнуть.

К слову сказать, абсолютно все призраки в замке показательно игнорировали Авеля. Хант понятия не имел, о чём думал Дамблдор, когда оставлял Бинса присматривать за мальчиком, но это время было очень даже не плохим. Привидение занималось своими делами (в основном чтением каких-то призрачных книг), а Авель — своими.

— А я вам говорю, что надо забыть о его прегрешениях и простить его, — произнёс один из призраков, похожий на маленького толстого монаха. — Я считаю, что мы просто обязаны дать ему ещё один шанс…

— Мой дорогой Монах, разве мы не предоставили Пивзу больше шансов, чем он того заслужил? Он позорит и оскорбляет нас, и, на мой взгляд, он, по сути, никогда и не был призраком…

Призрак в трико и круглом пышном воротнике замолчал и уставился на первокурсников, словно только что их заметил.

— Эй, а вы что здесь делаете?

Никто не ответил.

— Да это же новые ученики! — воскликнул Толстый Монах, улыбаясь собравшимся. — Ждёте отбора, я полагаю?

Несколько человек неуверенно кивнули.

— Надеюсь, вы попадёте в Пуффендуй! — продолжал улыбаться Монах. — Мой любимый факультет, знаете ли, я сам там когда-то учился.

— Первокурсники, — произнёс строгий голос, — церемония отбора сейчас начнётся.

Это вернулась Макгонагалл. Привидения поспешно начали просачиваться сквозь стену и исчезать одно за другим.

— Выстройтесь в шеренгу, — скомандовала Макгонагалл, обращаясь к юным волшебникам. — и идите за мной!

Первокурсники, напуганные и взволнованные, послушно выстроились в шеренгу и двинулись за Макгонагалл. Авель старался держаться в середине, чтобы не привлекать лишнего внимания. Он чувствовал себя не в своей тарелке, мокрый и дрожащий, и всё ещё не мог поверить в то, что с ним произошло в озере.

Вскоре Макгонагалл привела их в громадный зал. Здесь Авель не бывал ещё ни разу. Зал был освещен тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Макгонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам.

Перед Авелем были сотни лиц, казавшихся ему неяркими фонарями в мерцающем свете свечей. Среди старшекурсников то здесь, то там мелькали отливающие серебром расплывчатые силуэты привидений. Чтобы избежать направленных на него взглядов, Хант посмотрел вверх и увидел над чёрный потолок, усыпанный звёздами.

— Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала опять оказавшаяся рядом Гермиона. — Я вычитала это в «Истории Хогвартса».

Было сложно поверить в то, что это на самом деле потолок. Авелю казалось, что Большой зал находится под открытым небом.

Хант, опустив устремлённый в потолок взгляд, увидел, что Макгонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную старую шляпу: она была вся в заплатках, потёртая и ужасно грязная. Хант поморщился. Неужели это и есть та шляпа, которая будет их распределять? И... И ЭТО нужно будет надеть на голову?! М-да... Маги — ненормальные.

Он огляделся, заметив, что все собравшиеся неотрывно смотрят на Шляпу, и тоже начал внимательно её разглядывать. На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем Шляпа шевельнулась. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела:

«Может быть, я некрасива на вид,

Но строго меня не судите.

Ведь шляпы умнее меня не найти,

Что вы там ни говорите.

Шапки, цилиндры и котелки

Красивей меня, спору нет.

Но будь они умнее меня,

Я бы съела себя на обед.

Все помыслы ваши я вижу насквозь,

Не скрыть от меня ничего.

Наденьте меня, и я вам сообщу,

С кем учиться вам суждено.

Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем,

Что учатся там храбрецы.

Сердца их отваги и силы полны,

К тому ж благородны они.

А может быть, Пуффендуй ваша судьба,

Там, где никто не боится труда,

Где преданны все, и верны,

И терпенья с упорством полны.

А если с мозгами в порядке у вас,

Вас к знаниям тянет давно,

Есть юмор и силы гранит грызть наук,

То путь ваш — за стол Когтевран.

Быть может, что в Слизерине вам суждено

Найти своих лучших друзей.

Там хитрецы к своей цели идут,

Никаких не стесняясь путей.

Не бойтесь меня, надевайте смелей,

И вашу судьбу предскажу я верней,

Чем сделает это другой.

В надёжные руки попали вы,

Пусть и безрука я, увы,

Но я горжусь собой.»

Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырем столам. Рот её исчез, она замолчала и замерла. Авель, если честно, совсем не понимал подобных восторгов по поводу песни Шляпы и был настроен довольно скептически. Голос головного убора был крайне не музыкальным и хриплым, да и текст песни явно страдал...

Макгонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента.

— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнём. Аббот, Ханна!

Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже её глаза. А через мгновение…

— ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа.

Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место.

— Боунс, Сьюзен!

— ПУФФЕНДУЙ! — снова закричала Шляпа, и Сьюзен поспешно засеменила к своему столу, сев рядом с Ханной.

— Бут, Терри!

— КОГТЕВРАН!

Теперь зааплодировали за вторым столом слева, несколько старшекурсников встали со своих мест, чтобы пожать руку присоединившемуся к ним Терри.

Мэнди Броклхерст тоже отправилась за стол факультета Когтевран, а Лаванда Браун стала первым новым членом факультета Гриффиндор. Авель от скуки тоже стал раздумывать над тем, куда же его распределят. Особой храбрости, трудолюбивия или хитрости он за собой не замечал. Значит, Когтевран? Или нет?

— Грейнджер, Гермиона!

— ГРИФФИНДОР!

— Гойл, Грегори!

— СЛИЗЕРИН!

И наконец...

— Хант, Авель!

Выйдя вперёд из редеющей толпы первокурсников, Авель спокойно двинулся к Шляпе. Мальчик чувствовал, как на него выжидательно уставилась большая часть преподавателей, но он совсем не собирался соответствовать их ожиданиям. Дойдя до Макгонагалл, Хант демонстративно даже не посмотрел в её сторону, а сел на невысокий табурет. Через секунду он почувствовал, как что-то коснулось его головы и закрыло обзор.

— Так-так-так... И что тут у нас? — раздался скрипучий голос у него в голове. — Хм... Странно.

— Что странного? — хмуро осведомился Авель, раздражённый тем, что кто-то сейчас читает его мысли.

— Никогда не видела никого, похожего на тебя, и... А впрочем, забудь. Сейчас важнее распределить тебя, Авель Хант. Та-а-ак... Пуффендуй — вариант не для тебя. Если кого-то и можно назвать дружелюбным, то точно не тебя. Да и трудолюбие у тебя страдает... Слизерин? Думаю, тоже нет, хотя предпосылки есть. Хитрость присуща тебе, но вот с амбициями у тебя, Авель, большие проблемы. Серьёзно? Ты просто хочешь сбежать из школы и всё? М-да... Салазар был бы в шоке.

— Это не твоё дело, Шляпа, — огрызнулся Авель, нахохлившись. Да что эта старая тряпка понимает!..

— Ладно-ладно! Уговорил. — рассмеялась Шляпа. — Но вернёмся к делу. Как насчёт Когтеврана? По-моему, это неплохой вариант. Как я могу судить по твоим воспоминаниям, ты всегда тянулся к новым знаниям, по крайней мере у себя дома. Здесь, конечно, подобное вряд ли произойдёт, но вдруг? Так что я тебе настоятельно рекомендую идти к воронам и... Стоп! Что это?!

— В смысле? — не понял Хант, нахмурившись. Что такого в его голове увидела Шляпа?

— Забудь про Когтевран, — медленно произнесла Шляпа. — Я очень ошиблась. Ты — типичный гриффиндорец. Сначала делаешь, потом только думаешь...

— Эй!

— ...Страдаешь сильнейшим безрассудством...

— Если ты сейчас же не замолчишь...

— ...У тебя невероятно бунтарский характер, но зато ты готов до последней капли крови защищать своих близких. Это определённо Гриффиндор и ничто иное!

— Гриффиндор, так Гриффиндор, — пожав плечами, согласился Авель. Ему было совершенно наплевать, куда его распределят. Всё равно он не собирался задерживаться в школе.

— ГРИФФИНДОР! — провозгласила Шляпа на весь зал.

Хант, не дожидаясь, пока Макгонагалл снимет с него головной убор, самостоятельно сорвал Шляпу с головы и, небрежно кинув её на табурет, быстрым шагом направился к столу, за которым сидели гриффиндорцы. Он чувствовал, как на него удивлённо смотрят преподаватели, а в особенности Дамблдор, но не обращал на это внимания. Ему было противно здесь находиться, и единственным его желанием было поскорее покинуть это место.

Когда Авель подошел к столу Гриффиндора, там воцарилась тишина. Все смотрели на него, словно он был каким-то диковинным зверем. Но стоило ему сесть за стол, как раздались оглушительные аплодисменты и приветственные крики. Кто-то похлопал его по плечу, кто-то пожал руку. Хант попытался выдавить из себя подобие улыбки, но у него это плохо получилось.

Церемония распределения продолжалась. Хант безучастно наблюдал за тем, как новые ученики отправляются на свои факультеты. Он не запоминал имён, не обращал внимания на приветственные речи. Его мысли были далеки от Хогвартса. Он думал о том, как сбежать из этой школы, как вернуться домой, к отцу.

Наконец церемония распределения подошла к концу, и Дамблдор поднялся со своего места. Зал затих, все взгляды были устремлены на директора. Хант, хоть и с неохотой, тоже посмотрел на Дамблдора, ожидая, что тот скажет что-нибудь важное.

— Прежде чем начнётся пир, я хотел бы сказать несколько слов. Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Ешьте!

Авель моргнул. А потом ещё один раз. И ещё... Определённо, волшебники — сумасшедшие...

Праздничный пир, наконец, начал подходить к концу. Особого аппетита у Авеля не было, поэтому он лишь уныло поковырялся в тарелке с жареной картошкой, да съел кусочек шоколадного торта. Еда внезапно исчезла со стола и с места поднялся, как всегда, улыбающийся Дамблдор.

Все затихли.

— Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать ещё несколько слов. Прежде чем начнётся семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом…

Сияющие глаза Дамблдора на мгновение остановились на рыжих головах близнецов Уизли.

— По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчёт тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью.

Кто-то рассмеялся, но почти сразу же затих. Авель прищурился. Кажется, директор Хогвартса что-то скрывает. Нужно будет обязательно наведаться в коридор на третьем этаже.

— А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор.

Авель нахмурился. Этот гимн не будет похож на песню Шляпы? Не будет же, верно?

Дамблдор встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на её конец муху. Из палочки вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а потом рассыпалась на повисшие в воздухе слова.

— Каждый поёт на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали!

О, нет...

Последующий за словами Дамблдора хаос невозможно описать словами. Все пели, как хотели, и, разумеется, ничего хорошего из этого не вышло. Авель закрыл уши руками, и это немного, но помогло отгородиться от ужасного ора. Кто-то пел тихо, кто-то громко, кто-то весело, кто-то грустно, кто-то медленно, а кто-то быстро. И естественно, все закончили петь в разное время. Все уже замолчали, а близнецы Уизли всё ещё продолжали петь школьный гимн — медленно и торжественно, словно похоронный марш. Дамблдор начал дирижировать, взмахивая своей палочкой, а когда они наконец допели, именно он хлопал громче всех.

— О, музыка! — воскликнул он, вытирая глаза: похоже, Дамблдор прослезился от умиления. — Её волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью — марш! Всем, кроме мистера Ханта!

Все взгляды вновь обратились к Авелю, когда остальные ученики начали подниматься из-за столов и гурьбой направляться к выходу из зала. Хант смерил Дамблдора недобрым взглядом. Чего ему опять нужно? Неужели нельзя было оставить его в покое хотя бы на один вечер? Он и так еле сдерживался, чтобы не сбежать из зала прямо сейчас.

— Авель, мой мальчик, думаю, ты понимаешь, что тебе придётся продолжать жить в своей комнате. Я не могу быть полностью уверенным в твоей безопасности, если ты будешь проживать вместе с остальными гриффиндорами. Но, разумеется, у тебя будет доступ в гостиную Гриффиндора.

— Хорошо, — кивнул Авель. Ему было без разницы где ночевать, а, судя по тому, что старшекурсники упоминали общежития, то лучше он останется на старом месте, где не будет потенциальных шпионов Дамблдора.

— Вот и славно! Доброй ночи, Авель. Филиус проводит тебя.

От Беты:

Проверено! Спасибки Автору за отличную главу 🥰. Надеюсь, вам тоже нравится)

От Автора:

Если честно, по поводу Распределения Авеля у меня было множество сомнений. Я постоянно меняла своё решение и отправляла его то на Когтевран, то на Слизерин, то на Гриффиндор, но в итоге решила, что именно факультет львов подходит Ханту больше всего. Несмотря на то, что Авель довольно хитрый, у него совершенно нет никаких амбиций. А Когтевран ему не очень подходит из-за того, что заниматься учёбой Хант точно не будет. Но зато безрассудной храбрости и гонора у Авеля вагон и маленькая тележка.

Не удивляйтесь, что Авель отнёсся к Гермионе, как к кому-то очень надоедливому. Ему сейчас совсем не до налаживания с кем-либо хороших отношений, у него есть только одна цель — сбежать из Хогвартса. Да и сама Гермиона в начале первого курса была далеко не сахар. Да и не может Грейнджер догадаться о ситуации Ханта, она никогда не сталкивалась с подобными проблемами. Но думаю, герои смогут прийти к согласию.)

Не забывайте подписываться на наш тгк!

https://t.me/PiXiE_studio_ff