В неволе слышишь запах книг (гет)

"Я за любой кипиш", — сказал кто-то. И все подхватили.

Сегодняшний день был наполнен суетой. Все куда-то бежали, что-то делали, о чём-то беседовали. Кажется, во всей нашей библиотеке не нашлось бы тихого местечка. Но самый серьёзный ажиотаж образовался в читальном зале. Там весь кипиш держался на одной единственной Маргарите. Вернее, она же этот кипиш и устроила.

В чём дело, спросите вы? Вся соль в каникулах. Если честно, я и не заметила, как в наш край пришла зима, а потом и Рождественские праздники. Школу, само собой, закрыли. Вместе с библиотекой. Рита решила воспользоваться подобным шансом на полную катушку. Она каждый год им пользовалась. Как именно? Оу, да ничего особенного, в принципе. Она просто устраивала ежегодные концерты в честь Нового года. Что-то типа "ёлки", но только у духов.

Этот концерт я увижу впервые. Ух, я так волнуюсь! На обычных линейках была, а вот на своеобразном параде призраков — нет. К тому же, я поспрашивала у других, что из себя представляют эти мероприятия. Мне отвечали абсолютно разные вещи. Из этого я сделала вывод: программа каждый раз абсолютно разная, как и актёры. Но, в принципе, ежегодно на импровизированной сцене из четырёх плотно сдвинутых столов звучит хотя бы одна песня и исполняется хотя бы один танец. А ещё Марго — это не только организатор сего мероприятия, но и постоянный главный ведущий. Время от времени она берёт одного или нескольких духов себе в помощники. На днях я спросила об этом саму Риту. Она вскользь обронила, что однажды завербовала себе в соведущие Альберта... И что ей не понравилось. Хах, наверное, он здорово постебался надо всеми в тот год...

Собрав всю силу воли в кулак, я решила-таки зайти в читальный зал. Вообще, изначально я хотела по-тихому отсидеться где-нибудь, не привлекая внимания, но любопытство взяло верх. На месте меня тотчас встретил ужасный гам — серьёзно, слова "шумно" здесь не хватило бы. Бурная деятельность сопровождалась постоянными разговорами, криками, ругательствами, ворчанием и даже чиханием. Но, к моему изумлению, в целом подготовка проходила довольно чётко, структурированно. Сцену, видимо, собрали ещё до моего прихода. Теперь же несколько парней пытались соорудить занавески: действительно, а для чего ещё им понадобилось бы закреплять видавший виды канат между двух книжных шкафов? Правда, я не поняла, зачем ребята использовали в своём деле скотч, но, наверное, они знали, что делали. Скотч ведь склеит всё, правильно?.. Елы-палы, оказывается, сдерживать тревожный смех — миссия не из лёгких. Но мне надо постараться.

Сама Маргарита стояла посреди сцены. Её высокую, яркую фигуру я заметила без труда. Она жестами указывала, кому что делать, и постоянно говорила:

-Левее, пацаны, чуть левее... Нет, теперь правее! Так, кто у нас за стулья отвечает? Вы, мальчики? Ну так объясните мне: почему даже половины дела ещё не сделано?! У нас не так много времени до послезавтрашнего вечера, ещё номера прогонять, а вы и в ус не дуете! Или, может, предлагаете всем провести концерт на ногах? О, дорогуша, как ты вовремя! Да-да, это те самые ковры, ты ничего не перепутала. Сейчас повесим их на верёвки и... О, Крис, здравствуй!

О-оу, меня заметили... Кхм, неожиданно. Ну ладно, нечего прятаться.

-А-ах, да, привет... — поздоровалась я, подойдя к рыжей душе поближе. -Эм... Ну-у, как дела?

-Прекрасно! — Рита тепло улыбнулась. -Жизнь кипит, ребята работают! Красота!

-А, понят...

-Ларри, ну где там отчёты?

-Ненько...

Я замялась. Всё-таки Рита переключила своё внимание на другого духа чересчур резко. Не привыкла я к такому темпу жизни...

-Всё путём, товарищ капитан! Ещё пару минут! — бодро откликнулся некий Ларри.

Тот, кого Рита назвала Ларри, оказался молодым — чуть младше Альберта — духом. Его одеяние смутно напомнило мне стиль 19 века — примерно так в тысяча восемьсот и так далее годах наряжались среднестатистические джентльмены. У него даже цилиндр при себе был. Внешность Ларри ничем особо не выделялась: просто зелёные глаза, просто коротко подстриженные каштановые волосы, просто средний рост, просто стройное тело... Не, вру. Черты лица у этого паренька были довольно симпатичными.

И вот этот вот тип сейчас стоял, пересчитывал какие-то коробки (зачем в читальном зале понадобились коробки? Что в них покоилось? Почему в таком масштабном количестве?) и старательно оставлял пометки в блокноте. Правда, все труды Ларри в конечном итоге накрылись. В зал, откуда ни возьмись, явился Альберт. Расслабленной походкой он чуть ли не буквально "проплыл" мимо зеленоглазого джентльмена... Задев груду коробок. Аккуратно расставленные ёмкости из картона начали падать. Всё рассыпалось с той же эффектностью, с какой обычно разваливаются карточные домики.

Кхм... Мне трудно описать, что именно сделалось с лицом Ларри. Кажется, он захотел убить вообще всех в радиусе нескольких метров. Ну да, это в его стиле. Так-то я плохо знаю этого духа, мы с ним почти не общаемся. Но, насколько мне известно, он — закостенелый перфекционист с нестабильной психикой, который впадает в ярость при малейшей несостыковке. Что поделать, любит парень порядок. А вот Алика ненавидел с незапамятных времён. Тот, в свою очередь, изо всех сил показывал, как ему льстит неприязнь со стороны Ларри... Упс, что-то я отклонилась от темы. Не-не-не, нельзя так, нельзя.

-Эй, ты! Осторожнее!!! — что есть мочи наорал зеленоглазый дух на Альби.

-О-о-ой, пр-р-рости, — протянул Ал, довольный, как кот. -Я тут просто мимо проходил да и подумал, что тебе, истинному трудоголику, было бы приятно растянуть процесс честного труда. Ты ведь любишь монотонную работу, не приносящую существенной пользы, разве нет?

-ТРИДЦАТЬ ДВЕ МИНУТЫ! Я СЧИТАЛ ТРИДЦАТЬ ДВЕ ГРЁБАНЫЕ МИНУТЫ! ДА Я ТЕБЯ НА ШАШЛЫК ПУЩУ, ЧЕРТЁНЫШ!!!

Оу, наверное, я поспешила, когда сравнивала Ларри с джентльменом. Ругался он погромче дворового хулигана. Я аж уши зажала... Не знаю, что бы случилось дальше, если б не Маргарита. Она отреагировала чётко и донельзя вовремя:

-Та-а-ак, молодые люди, успокоились! Оба сразу! Здесь готовится культурное мероприятие, а не бои без правил! — крикнула она, протиснулась между мальчишками и расставила руки в стороны, не давая им приблизиться друг к другу. -Ларри, спокойно! Ничего страшного. Я верю в тебя, ты всё исправишь. Альберт, аккуратнее. Сверну в бараний рог, если вздумаешь срывать мероприятие.

-Конечно, конечно. Извините, — алоглазый юноша, приложив руку к сердцу, неправдоподобно скорчил виноватую гримасу. -Впредь буду аккуратнее.

Ларри пробурчал пару ругательств, но всё же выпустил жар. Недолго думая, он вернулся к работе. Эх, бедняга, ему ведь в самом деле начинать всё с нуля. Жалко его.

-Ух... — Рита расслабилась, устало потёрла лоб. -Одной проблемой меньше. Что там дальше? Ах, да, нужно ведь найти духов на вальс...

-Вальс, говорите?..

Виноватая улыбка Алика мгновенно сменилась злорадной ухмылкой. Он определённо что-то задумал.

-Со-о-о-фа-а-а! — мне вновь пришлось затыкать уши, потому что голос Ала прозвучал очень громко.

-Ась?

Я в полном недоумении — откуда последовал ответ? — осмотрелась. Альби последовал моему примеру. Мы оба обнаружили Соню на одном из стульев прямо перед "сценой". И как мы её сразу не заметили? Мда, а ведь говорят люди: всё гениальное — просто. Хотя, быть может, дело не в нас, а в ней. София сидела очень тихо. Неудивительно, что в пучине бурной деятельности хрупкая блондинка банально затерялась.

Прекрасно настроенный Альберт быстренько подскочил к белокурой душе.

-Слу-у-ушай, — лукаво начал он. -А ты ведь не умеешь танцевать, верно?

-Агась, — немного озадаченная Софа отвечала коротко и одновременно с этим прямо в лоб.

-Зна-а-ачит, участие в танцевальном номере принесёт тебе стр-р-радания? — улыбка Ала растянулась вплоть до ушей.

-Агась, — повторила девочка, так и не осознав ситуацию до конца.

-Великолепно.

Быстрее, чем кто-нибудь успел вякнуть хоть что-то, Альби схватил Сонечку за запястье и немного приподнял её, так, чтобы её ноги безвольно болтались в воздухе. Он сделал это с такой лёгкостью, будто Софа не весила ни грамма. То ли это он такой сильный, то ли это она такая невесомая. Я не въехала, честно.

-Мы возьмём вальс! — с воодушевлённым огнём в кроваво-красных глазах заявил юноша.

-Эм... Не поняла, можно ещё раз? — судя по тону Марго, она такого поворота не ждала совершенно.

-Мы с Софой будем танцевать вальс на твоём концерте, — Альберт спокойно отчеканил каждое слово с такой физиономией, будто читал нотации желторотым первоклашкам, а потом подмигнул мне. -Вон и Кристи, думаю, поддержит меня. Она любит такое. Давай же, Крис, включай своего внутреннего романтика, начинай рисовать из нас волшебную парочку.

-А... Ну... — тут даже я, я, прирождённая, чёрт возьми, сваха, потерялась. -Д-да, это, конечно, очень мило... И романтично... Но... Со стороны выглядит как стёб или... Пранк, наверное?

-Чего? — Софьюшка наконец-то догадалась вступить в беседу, центром которой, между прочим, была она сама. -Куда? Не, я... Я никуда не пойду... Не буду я танцевать... Я не умею... Сами давайте...

-Нет уж, дорогуша, ты будешь страдать, — Ал миленько улыбнулся.

-Эй, а можно потише? — внезапно долетели до моих ушей слова Вики. -Я вообще-то свет тут настраиваю. Сначала Ларри с Алом, теперь вальс какой-то. Сбиваете, ребят.

Я поперхнулась. М-м-м, класс. Как оказалось, прятаться в хаосе умела не одна Соня. Я осмотрелась во второй раз. Никого. Затем подняла голову наверх... О, вот, нашла её. Да, Виктория болталась под самым потолком, рядом с люстрой. Уж не знаю, что девушка делала с подвесной лампой, но, видимо, её действия зачем-то были нужны.

-Ой, прости, Вик. Не хотели отвлекать, — неловко почесав затылок, Марго поспешила ответить за всех.

Брюнетка, чьё недовольство могло бы заметить любое живое существо в радиусе километра, смерила взглядом всю нашу группу. После этого она вздохнула и покорно продолжила возиться с несчастной люстрой.

-Вот и отлично, — Алик щёлкнул пальцами. -Ларри корпеет над циферками, Вика корпеет над светом. Ты, Марго, сейчас будешь корпеть над остальными духами. А мы с Софой погнали репетировать, ладушки?

Не дожидаясь ответа, юноша благополучно смылся вместе с бедной Софьюшкой. Маргарита цокнула языком и мягко покачала головой так, как обычно это делают взрослые люди, наблюдающие за невинными шалостями детишек.

-Может быть, не стоит допускать их к концерту? Как думаешь, Крис? Не нравится мне настрой Ала, ох, не нравится. Точно учудит ерунду какую-нибудь. А разгребать за ним лень...

-Не знаю, — я честно пожала плечами. -А откуда у тебя такая уверенность?

-Он уже пробовал себя в роли ведущего. Я тебе говорила, разве нет? — Рита задумалась. -Хотя... Может, на этот раз он будет вести себя поспокойнее? Кто его знает... Ладно, пусть живёт. Нельзя же отбирать у детей возможность повозиться в песочнице, верно? Вот, тягу к творчеству тоже нельзя ограничивать. Будем надеяться, что Алика потянуло именно к творчеству...

-Но ты всё равно будешь за ним приглядывать, да?

Девушка с огненно-рыжей причёской не ответила. Вместо этого она повернулась ко мне. И... Я напряглась. Напряглась, потому что ярко-синие глаза Марго сияли слишком подозрительно. Она, как и Альберт, что-то задумала. И это что-то мне уже не нравилось.

-Кста-а-ати, Крис... — протянула Маргарита. -Мне бы ещё одну песенку в концерт вставить. Проблема в том, что желающих не нашлось. А ты вроде бы как не занята, я правильно понимаю? Может, ты тогда и выступишь?

-Что? Выступить?

К горлу подступил ком. Я инстинктивно попыталась сглотнуть, но получилось так себе. Сердце пропустило лишний удар.

-Н-нет, наверное, это плохая идея... — мой голос дрожал, и я не могла его нормально контролировать.

-Почему? — Рита удивлённо захлопала глазками.

-Я... — запинка. -Я сцены боюсь.

-Вот как? Ясненько... И всё же, может, попробуешь? Со страхами надо бороться. И вообще, ты ведь не по-настоящему сейчас выступать будешь, а понарошку. Все свои, никого чужого.

-Я не уверенна, что это хорошая...

-Да не переживай ты так сильно, Крис. Тебя же не на каторгу уводят, в самом деле!

-Но...

-Ну же, решайся!

Маргарита, насколько я её знаю, всегда умела уговаривать. Сперва уломала Альберта с Софой на совместное задание. Теперь же приплела меня. В своё оправдание добавлю, что я стойко держалась минуты четыре, если не больше. Но Марго оказалась сильнее. Спустя ещё четыре минуты я стояла столбом на четырёх придвинутых друг к дружке столах и пыталась вспомнить хотя бы одну подходящую песню.

Марго выжидающе пялилась на меня. Её застывший взгляд напрягал.

"Так, Кристи, спокойно. Дыши. Это всего лишь Рита", — мысленно отчеканила я самой себе.

Вскоре мною заинтересовались другие духи. Некоторые даже специально отложили свои поручения, чтобы понаблюдать за мной.

"Дыши, дыши, Кристи. Всё будет хорошо. Тебя никто не убивает".

Я стояла, как последняя дура, и отчаянно пыталась вспомнить хоть что-то. В какой-то момент на меня наконец снизошло озарение. Полная решимости, я открыла рот... И поняла, что не могу издать и звука.

"Плохо. Очень плохо... Но ничего, ещё не критично. Успокойся, Кристи. Всё будет хорошо. Сейчас плохое кончится, наступит хорошее".

Вновь попыталась запеть. Вновь провал.

"Дыши, Крис".

Сердце стало биться быстрее. Дыхание участилось.

"Нет, Кристи, даже не думай".

Разум, словно по команде, раскидывал все мои мысли в стороны. Выброс гормонов тихим ходом поглощал мою способность рассуждать здраво.

"Кристина, не надо. Просто дыши".

Пальцы предательски качнулись. Я сжала их в кулаки, чтобы унять дрожь. Вместе с тем стоять на ногах становилось всё труднее.

"Кристи..."

Гробовая тишина начинала давить. Пристальные взгляды духов расшатывали мои нервы ещё сильнее.

"Страшно... Спасите".

Нервы не выдержали.

-И-извините меня. Я... Отойду, пожалуй... Продолжайте без меня... — еле слышно проговорила я.

Я сорвалась с места. Мои ноги сами понесли меня прочь с этой дурацкой сцены. Я бежала между книжными стеллажами. Я убегала от духов. Убегала от Марго. Бежала от самой себя, от своих страхов... Вернее, это страх заставлял меня мчаться, не разбирая дороги.

А между тем дышать становилось всё труднее и труднее...

* * *

Я сидела, прижавшись спиной к стене. Меня трясло, как при высокой температуре. Со лба стекали громадные капли холодного пота. В горле стоял ужасно горький ком. В глазах всё расплывалось, становилось нечётким — я смотрела в одну точку и никак не могла сфокусироваться на каком-либо предмете. В груди как будто кто-то посадил куст чертополоха. Кислорода не хватало. Я быстрыми рывками глотала воздух, но это не помогало. Ужасно хотелось пить. Мысли путались. Я говорила себе: "Успокойся, Крис, дыши глубже. Всё нормально. Ты не в опасности. Никто даже не смотрит на тебя, а значит, обидеть не сможет", вот только глубинное, подсознательное "я" сохраняло тотально фиолетовое настроение по отношению к моим уговорам.

Что это? Паническая атака? Приступ тревожности?.. Плевать на название. Состояние, в которое меня угораздило попасть, причиняло страдания и не контролировалось — вот что важно.

Не знаю, сколько я так просидела. Зато помню: первое, что я смогла ощутить сквозь панику — чья-то ладонь. Небольшая такая, сухая, с тощими пальцами. Ладошка мягко сжимала мою руку. Мой взор уловил чей-то донельзя размытый силуэт. Мне стало любопытно: кто нашёл меня, взял за руку? Напрягла слух. Уловила фразу, произнесённую расслабляюще спокойным и смутно знакомым голосом: "Отлично, ты уже реагируешь на меня. А теперь закрой глаза... И знаешь, что? Давай считать. Считать интересно, даже полезно. Раз, два..."

-Три... Четыре... Пять... Шесть... — мои дрожащие губы понемногу начали слушаться меня.

Прошло ещё какое-то время. Сердцебиение нормализовалось. Дрожь постепенно сошла на нет. Я осмелилась открыть глаза. Зрение обрело прежнюю чёткость. Как только я пришла в норму, сразу увидела перед собой Софию.

-Софа? — пробормотала я почему-то полушёпотом. -Это ты?

-Да, это я. Привет, Кристина, — белокурая душа слабо улыбнулась.

-Но что ты... — начала было я, но она среагировала быстрее:

-Гуляла. Просто гуляла.

-Так далеко?

-Здесь очень тихо и спокойно. Люблю покой.

-Поняла... Логично, ты же много спишь. Дремать в тишине, конечно, приятнее, — вслед за физическим состоянием и чёткостью мыслей восстанавливалась и моя память. -А как твой танец с Аликом?

-Я совсем не умею танцевать.

Я хихикнула, прикрыв рот рукой. А вот Софа, наоборот, посерьёзнела.

-А ты здесь что делаешь? — твёрдо, даже с некой строгостью, поинтересовалась она.

-Ну... — я почувствовала, что снова не могу нормально говорить, но уже не из-за страха, а благодаря смущению. -Как бы объяснить... Сама толком не знаю... Там просто сцена была... А я испугалась... И убежала... И... Вот. Это очень странно... Раньше со мной таких приступов не случалось... А тут...

-Понятно. — девочка кивнула. -Значит, сцены боишься?

-Угу, что-то типа того.

-Почему?

Я задумалась. Крепко задумалась. Действительно, почему я испугалась? Что пошло не так?

-Знаешь, Соф... — неуверенно, с запинками начала я. -Понятия не имею. Вообще-то этот страх у меня с детства. Я начала его замечать после одного... Утренника. Новогоднего. Кажется, в конце декабря... Да, именно тогда. Это было ещё в детском садике. Меня попросили прочитать один стишок. Я согласилась. Учила его, учила. А потом вышла на сцену, увидела лица. Много, очень много разных лиц: одногруппники, воспитатели, дяди, тёти... Я почувствовала себя неловко, но не растерялась. Начала рассказывать. А потом... Потом... Забыла текст. Прямо в середине. И я стояла, такая маленькая, в красивом белом платьице, и смотрела на людей. А люди смотрели на меня... И молчали. Было так тихо, что я слышала шум где-то за дверью. И тогда... Мне стало ужас как страшно.

Соня слушала меня. Она не перебивала и не отвлекалась. Её лицо было самым что ни на есть серьёзным. А ещё она продолжала держать меня за руку, отчего мне становилось проще рассказывать о неприятном. Девочка дослушала меня до конца. Ума не приложу, что происходило в её головушке, вот только её вопрос ошарашил меня:

-Почему ты так сильно не веришь в себя?

Я растерялась. Серьёзно, я ожидала чего угодно, но только не этого.

-Эм... Что, прости?

-Почему ты не веришь в себя? — Сонечка повторила вопрос слово в слово, с абсолютно идентичной интонацией. -Ты сейчас говорила о себе с таким лицом, будто испытывала отвращение к себе, хотя мы с тобой беседовали о страхе, и ты должна была испытывать совсем другое. А ещё ты всегда ведёшь себя так, будто хочешь сказать: "Да что я могу сделать, это же всего лишь я". По-моему, это немного странно. Я не понимаю, почему ты так критична к себе.

Это было снайперски точное попадание. Неожиданные и, казалось бы, совершенно неуместные слова хрупкой девочки, которая обычно лишь норовит уснуть, зацепили меня. Да, она была права. Абсолютно права. Она прочитала меня, словно открытую книгу. Но как? Как такое милое и неказистое создание оказалось настолько проницательным?.. Одни загадки кругом. Мда, мир духов такой. Он непостижим. Законы логики, физики и здравого смысла обошли его стороной.

-Ну а разве я ошибаюсь? — мои губы сами собой изогнулись в грустной полуулыбке. -Я и впрямь почти ни на что не способна... То есть, нет, на бытовые проблемы меня хватает, но когда речь заходит о каких-то особых навыках... — я сбилась, машинально тряхнула головой. -В общем, я ничем не выделяюсь. У меня нет каких-то ярких особенностей, талантов, склонностей. Я не наделена ни артистизмом, ни острым умом, ни ораторским даром, ни памятью, ни чем-нибудь ещё. Я абсолютно обычная. Среднестатистическая. Незначительная. Всего лишь маленькая шестерёнка в большом механизме... Всего лишь серая мышка.

Снова молчание. Снова задумчивость. Снова это сосредоточенное выражение лица, наполовину закрытого густой чёлкой.

-Мы с тобой чем-то похожи, — как бы ненароком сорвалось с уст Сонечки.

Я хотела уточнить, что именно Софа имела в виду, но поняла, что это бесполезно: блондинка явно не собиралась ничего пояснять. Она отвернулась от меня, отпустила мою ладонь, немного отошла, уставилась вдаль.

-Знаешь, — с отрешённым от мира сего видом начала она. -Один тип сказал мне, что очень важно любить себя. Сказал, что нужно ценить себя такой, какая ты есть, и что никто другой с этой миссией не справится. Поэтому...

Тут София снова взяла меня за руку. Свободной рукой она отвела в сторону чёлку. Я наконец-то узнала, какого цвета у неё глаза. Они фиолетовые. А ещё очень большие и выразительные. Возможно, все те эмоции, которые девочка могла бы каждый день передавать через мимику или жесты, она выражала взглядом... Который, конечно же, никто особо-то и не видел. Зато теперь эти самые глаза смотрели в упор на меня. Это напрягало, удивляло и завораживало одновременно.

-Поэтому знай, что ты уникальна, особенна и нужна. Ты появилась на свет и до сих пор не погибла...

-Я ведь в духа превратилась... — я робко перебила её.

-Неважно. Ты всё ещё не умерла, и это факт. Значит, ты для чего-то нужна миру. Именно такая ты, Кристина. Со всеми своими сомнениями, со всеми своими идеями. И, конечно же, с твоим талантом, который обязательно есть. Если ты до сих пор его не заметила, значит, просто не пришло время. Но оно придёт, обязательно придёт. А пока просто помни о том, что ты классная. Ты хороший дух, интересная девочка и... — Софьюшка запнулась, а затем тепло улыбнулась. -Моя подруга? Я же могу назвать тебя своим другом?

Я на несколько мгновений потеряла дар речи. Губы сами собой расплылись в ответной улыбке. Маленькие слезинки я сумела быстро вытереть, а вот короткого всхлипа сдержать не получилось... Тьфу ты, совсем раскисла. А впрочем, причина у меня была. Слова Сони... Когда мне такое говорили? Говорили ли вообще? Если да, то я не запомнила или не придала значения.

Странная она, эта Софа. Но очень милая. И добрая.

-Да, конечно. Мы же друзья, — огромными усилиями я заставила свой голос не дрожать. -Кстати, а кто тебе сказал такое? Кто этот тип?

Сонечка... Пропустила вопрос мимо ушей. Вместе с тем она отпустила чёлку, позволив ей снова скрыть чудесные лиловые глаза, и взяла меня за вторую руку.

-Вставай, Кристи. Сейчас попросим у кого-нибудь воды, а потом пойдём к Марго. Она волнуется за тебя. К тому же, с твоим страхом надо бороться. Вот что: мы споём вместе. Мы справимся, поверь. Ты справишься.

* * *

-Кристина, ты вернулась! А я уже собиралась искать тебя. Какое счастье, ты цела... С тобой всё в порядке? Как себя чувствуешь?

Взволнованная Рита, едва заметив нас, тут же порхнула к нам со скоростью пушечного ядра. Я отвела взгляд. Всё же, такое пристальное внимание к моей персоне немного смущало.

-Всё в порядке. Спасибо. И... Прости. Я не хотела заставлять тебя волноваться.

Марго положила руку мне на плечо. Её касание ощущалось как прикосновение заботливой старшей сестры или другой взрослой родственницы с добрым сердцем.

-Нет, Крис, это ты меня прости. Я не хотела, чтобы всё вышло вот так... Знала бы, ни за что не стала бы уговаривать тебя. Так что извини. Я не желала тебе зла...

-Всё в порядке, — я с мягкой улыбкой осадила её, после чего, собравшись с духом, продолжила: -А по поводу концерта... Знаешь, я всё-таки хочу выступить. Вместе с Софой.

-С Софой?

Рыжая девушка удивлённо осмотрела Сонечку с ног до головы, беззлобно рассмеялась.

-Как интересно! В этом году ты активна как никогда! И откуда в тебе такой энтузиазм взялся, Сонь? — тут Рита посерьёзнела. -Спасибо, что позаботилась о Кристине.

Девочка в сиреневом свитере неразборчиво пробормотала что-то в ответ, помотав головой... Хех, ну вот, всё, теперь я узнаю нашу Сонечку.

Тем временем Рита, пораскинув мозгами, выдохнула:

-Ладно, девочки, попробуйте. Можете спеть что-нибудь. Только если что, сразу уходите. Не терзайте себя. Это мой вам строгий наказ, поняли?

Мы с Соней дружно кивнули.

Через минуту мы уже стояли на сцене. И снова Марго смотрела на меня. И снова другие духи присоединились к ней. Снова моё сердце забилось быстрее. Но... На этот раз я была не одна. София не давала мне забыть об этом. Даже через перчатку я отчётливо чувствовала, как её тёплая ладонь сжимала мою.

Она и запела первой. Мотив песенки, такой лиричный, нежный и грустный, ярко контрастировал с радостным, жизнеутверждающим и, в конце концов, торжественным содержанием текста. Я слышала эту песню несколько раз. Половину в точности знала по памяти. Поэтому, если первый куплет Соня пропела в одиночестве, то дальше я уже подхватила — сначала осторожно, а затем всё увереннее, громче, ярче. Духи вокруг рты поразевали. Даже Вика, которая переключилась с люстр на непонятные механизмы (видимо, для спецэффектов), отвлеклась от работы. Даже Ларри перестал делать записи. Видимо, всем понравилось, как звучал наш дуэт. А я... Я не чувствовала страха. Почти совсем не чувствовала. Кажется, впервые за долгое время — а может, и за всю жизнь — я выступала свободно, вкладывая в дело всю свою душу. Теперь вместо сковывающей паники в моей голове билось вроде бы простое, но очень важное осознание:

Я сильнее, чем думаю. Особенно когда одинокое "я" превращается в дружное "мы".