Змеиный клубок (гет)

Минерва вернулась через несколько дней и сразу же увела Снейпа в библиотеку. Они просидели там больше часа, и время от времени оттуда доносился частый, искренний, почти девичий смех. Позже она собрала Гарри, Рона и Гермиону и рассказала о ходе расследования.

Линкольн Кардинг годами неуклонно поднимался по карьерной лестнице Министерства, но никогда вслух не высказывал экстремистских взглядов. Однако вокруг него собрались люди, которых Снейп без труда опознал как бывших Пожирателей. Когда Гарри возмутился — как вообще культ мог выжить после смерти своего столь харизматичного лидера? — Снейп лишь покачал головой.

— Дело не в нём, — объяснил он. — Людей привлекает идея чистоты крови и жажда власти. Волан-де-Морт был лишь катализатором, который позволил им перейти от слов к делу.

Рон скептически нахмурился, и тогда Снейп спросил:

— А вы перестали верить в свою миссию, когда умер Дамблдор?

Наступила тягостная тишина.

Затем Минерва заявила, что пришло время собрать оставшихся членов Ордена и наметить дальнейший план действий.

— Встретимся здесь, — сказала она Снейпу. Тот кивнул.

— Почему Снейп должен быть в этом замешан? — спросила Гермиона.

— Не понимаю, что вы имеете в виду, мисс Грейнджер, — строго ответила Минерва.

Гермиона покраснела.

— Нет, я не то… Я просто… разве он не сделал уже достаточно? Он ведь умер! И шесть лет провёл в Азкабане под пытками!

— Как бы я ни ценил твои чувства, Грейнджер, я взрослый человек и способен принимать собственные решения, — сухо произнёс Снейп, склонив голову набок и изучая её, словно особенно запутанное арифметическое уравнение.

Они договорились провести встречу через две недели, а это означало, что большому количеству людей придется сообщить о том, что Снейп выжил.

Сам Снейп согласился на это, неопределённо пожав плечами.

* * *

В ту ночь Гермионе впервые приснился Снейп. Она внезапно проснулась и какое-то время пребывала в замешательстве, не понимая, где сон, а где явь.

— Чёрт, — прошептала она.

Почему именно он? И главное — почему именно так?

В ее сне всё быстро перешло к действиям, которые она бы никогда не связала с кухонным столом, тем более в этом доме.

Может, дело в возрасте?

Она попробовала представить Артура Уизли. Её либидо лишь недоуменно приподняло бровь и отвернулось, будто спрашивая: «Ты серьёзно?»

Хорошо, может, меня влечёт то, что он «плохой парень»?

Она мысленно представила Драко — либидо слегка оживилось, но без особого энтузиазма.

А если… «плохой парень» постарше?

Она представила Люциуса Малфоя — либидо немедленно захлопнуло дверь, задвинуло все засовы и наложило три защитных заклятия так, на всякий случай.

Гермиона вздохнула и осторожно, совсем невинно, подумала о Снейпе.

Не о том, что видела во сне. Она представила его таким, каким он был несколько дней назад, когда она попросила его ознакомиться с её проектом закона о борьбе с дискриминацией. Как он попросил, чтобы она объяснила ему логику каждого пункта. Потом аккуратно внёс свои правки — чёткие, умные, полезные. Она вспомнила его сосредоточенный взгляд, морщинку между бровями, длинные пальцы, лениво крутящие перо…

Её либидо мгновенно распахнуло дверь, уничтожило всю одежду в радиусе пяти метров, материализовало кровать и легло на неё в ожидании.

— Блин, — подумала Гермиона. — Меня влечёт к Снейпу.

Она натянула подушку на голову и застонала. Почему она постоянно так с собой поступает?

* * *

Следующие несколько дней были для Гермионы сущим адом.

Она старалась не зацикливаться на этом, но не могла не анализировать каждый свой малейший контакт со Снейпом.

Была ли она дружелюбной? Слишком дружелюбной? Недостаточно дружелюбной? Она не могла вспомнить, улыбалась ли ему раньше, так что, может, она сейчас улыбается ему как идиотка? Потом она замечала, что слишком много молчит, а Гарри и Рон смотрят на неё с недоумением, и тогда она вдруг начинала нести какую-то чушь.

Фу, это было просто ужасно.

Однажды вечером, поздравляя себя с тем, что почти успешно изображает «нормальную Гермиону», она поднималась по лестнице — и Снейп вдруг схватил её за руку.

— Грейнджер. Нам нужно поговорить.

Он кивнул в сторону библиотеки, и ее сердце рухнуло в пятки.

Снейп сел, упёрся локтями в колени и уставился на неё.

— Ладно, — сказал он. — Выкладывай.

— Что выкладывать? — попыталась она потянуть время.

Снейп вздохнул.

— Ты явно чем-то недовольна. Последние дни ты ведёшь себя странно. Я не дожил бы до сегодняшнего дня, если бы не умел замечать, когда люди меняют манеру общения. Так что давай выясним, в чём дело.

Гермиона уставилась на него. Это будет самое унизительное событие в её жизни.

— Ладно… хорошо, — она глубоко вдохнула, пытаясь найти в себе хоть каплю гриффиндорской храбрости. — Мне ты нравишься.

Снейп нахмурился.

— Я так и думал, учитывая, что ты спасла меня от долгой и мучительной смерти в Азкабане, и то, что от разговоров со мной тебе не становится плохо.

Гермиона сглотнула.

Ооо, это будет очень плохо.

— Нет, я имею в виду… — многозначительно произнесла она, — ты. Мне. Нравишься.

У Снейпа от удивления отвисла челюсть.

— О, — сказал он, резко закрыв рот и нахмурившись. — Это… неожиданно.

Гермиона вдруг задумалась, не будет ли невежливо аппарировать прямо во время разговора куда-нибудь подальше, например в Антарктиду.

— Ну вот… Что ты думаешь? — пробормотала она, вновь обретя храбрость.

— Думаю, тебе срочно нужен осмотр в Святом Мунго, — медленно произнёс Снейп, задумчиво глядя на неё.

Гермиона усмехнулась.

— Ну да, но это не имеет отношения к делу. Прости, я тебя сильно расстроила? — спросила она, и её улыбка померкла при виде его лица.

Снейп вздохнул и запустил обе руки в волосы, что, как с раздражением обнаружила Гермиона, показалось ей милым.

— Нежеланно. Нет. Не совсем. Но, Грейнджер, это… это не то, чего ты хочешь.

— О, на самом деле я прекрасно знаю, чего хочу, — возразила Гермиона.

— Прости, неудачно выразился. Я имел в виду: не то, чего тебе следует хотеть.

— Почему нет? Мы отлично общаемся, нам интересно вместе, и… ты мне нравишься. Физически.

— Что? Почему? — вырвалось у него, но он тут же взял себя в руки. — Потому что… — начал он, но запнулся, явно растерявшись, и, тяжело вздохнув, продолжил: — Ты заслуживаешь лучшего.

— Я заслуживаю быть счастливой. И ты тоже. Может быть, мы даже сможем сделать счастливыми друг друга.

Снейп улыбнулся очень слабой, грустной улыбкой.

— Грейнджер, это неразумно. Во-первых, нет ни одного человека, кто бы не всадил мне нож в живот, если бы узнал, что мы вот так разговариваем. Во-вторых… я стар. Стар и сломлен. В том смысле, что мне постоянно снятся кошмары о невинных людях, которых я убил. А ты очень молода.

— Возраст я оспаривать не буду, — сказала Гермиона, готовясь к дебатам. — Но я тоже участвовала в войне, помнишь? Я и сама не в лучшей форме.

Снейп закрыл лицо ладонями и простонал.

— Мы могли бы провести тестовый запуск, — весело предложила Гермиона. — Например, на этом диване.

Снейп поднял глаза и покачал головой с горькой усмешкой.

— Мне снился кухонный стол, — добавила она. — Может, после того, как мальчики лягут…

Бровь Снейпа взлетела к самым волосам.

— Что ж, если у меня и были какие-то сомнения насчёт работоспособности всего, что находится ниже пояса, — сухо сказал он, — они полностью развеяны.

— Ты не находишь меня привлекательной? — вдруг спросила Гермиона, чувствуя, как уверенность утекает у нее между пальцев.

— Ты вообще в курсе, что мужчины и женщины могут быть просто друзьями? — с лёгкой иронией ответил он.

Гермиона покраснела.

— О… да… верно. — сказала она, а затем поняла, что он мягко подшучивает над ней.

— Грейнджер, — сказал он, и в голосе его прозвучало нечто тёплое, почти благодарное, — быть соблазнённым умной, дерзкой женщиной — без сомнения, лучшее, что случалось со мной в жизни. Но здесь есть дисбаланс сил. Я был твоим учителем. Тем, кто должен был заботиться о тебе, а не использовать тебя в своих целях. Первое, что подумают люди: «Когда это началось? Он что-то сделал с ней в школе? Подчинил ли он её Империусом? Как быстро я смогу применить к нему смертельное проклятие? Куда нам деть обезглавленное тело?» — сказал он с издёвкой.

— Может, это я воспользовалась твоим ослабленным состоянием? — предположила Гермиона.

Снейп закатил глаза.

— Давай просто оставим все как есть. Поверь, как показывает прошлый опыт, положительные чувства ко мне быстро испаряются при близком со мной знакомстве.

— Я хочу продолжать проводить с тобой время, как раньше. Я всё испортила?

— Нет, — покачал головой Снейп. — Я весьма опытен в том, что касается неразделённых чувств. — вздохнул Снейп, отводя взгляд.

— Но они не неразделённые! — возразила Гермиона. — Они очень даже разделённые! Мы можем прямо сейчас разделить их на этом диване!

— Грейнджер, — предупредил он тёмным, низким голосом.

— Ладно, извини.

✎﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏