Рыцари Стивенссона (джен)

"Сидония"

На пути к системе Лем.

Капитан Кобаяси созерцала звезды. На своем посту она смотрела на звезды каждый день, из года в год. Из века в век. Это была привычная заставка. Фон для её рабочего дня. И всё же... Именно сегодня было в этих звездах что-то неправильное. Они казались более... притягательными, что ли? Вдруг маленькая искорка мигнула там, где только что ничего не было.

— Сектор три, приблизить.

В безвоздушном пространстве, обхватив колени руками, летела грубо вытесанная статуя человека, одетая в красный костюм. Не успела Кобаяси удивиться, как статуя посмотрела на часы и сгруппировалась поплотнее. Живое существо! Гауна?

— Капитан — мостику. Сектор три. Обнаружена аномалия. Проверить немедленно!

Оператор сканера навел антенну на летящее каменное нечто.

— Спектральная сигнатура без совпадений. Это не гауна. Но оно точно живое.

— Подобрать как можно скорее, — распорядилась Кобаяси, и повернулась к Очиаю. — Займись лично. Выясни, что это, что оно здесь делает, и как тут оказалось.

Очиай, а вернее, его клон, развернулся и размеренным шагом направился в ангар, встречать хранителей, отправленных за непонятным существом.

Непонятное существо оказалось высоченным гуманоидом, словно вытесанным из камня. В маленькой палате больничного отсека он смотрелся в высшей степени гротескно.

Очиай наблюдал, как медик накладывает электроды и манжеты на грудь и руку каменного человека. "Вряд ли из этого выйдет толк," — подумал он.

Толку и правда не вышло. Кровяного давления у существа, судя по всему, не было. Электрическая активность регистрировалась совершенно непонятная, непохожая ни на сердечный ритм, ни на мозговые волны.

Пациент, судя по всему, так же не был впечатлен результатом. На его каменном лице сложилось некое подозрительное выражение. Когда медик попытался надеть на палец существа пульсоксиметр, Очиай только покачал головой. "Все мы рабы системы. В данном случае, протокола диагностического осмотра..."

— Ты уверен, что знаешь, что ты делаешь, сынок? — голос у существа был не то что бы громким, но очень чистым и сильным.

Очиай отметил в планшете, что существо, очевидно, говорит на языке Сидонии, что удивительно. Существо знакомо с понятием "сынок", и имеет определенный уровень ожиданий от медика-человека, которым тот, очевидно, не соответствует. А значит, там, откуда он пришел, таких каменных существ много, и тамошние медики-люди знают как с ними обращаться.

— А! — воскликнул медик и шарахнулся прочь.

— Прошу простить за это недоразумение, — заговорил Очиай, жестом выпроваживая медика из палаты. — Но вы должны понимать, что являетесь для нас неизвестной величиной.

— Вы поэтому пустили ко мне сначала этого бедолагу? Потому что его не жалко?

Очиай только улыбнулся, разведя руками. Его каменный собеседник тем временем поправил свою слегка истрепанную и местами прожженную одежду, вытянулся, и по-военному четко доложил:

— Первый помощник капитана корабля "Наследие Стивенссона", Сэмюэль Эрроу, к вашим услугам.

— Личный ассистент капитана корабля "Сидония", Очиай, взаимно, — представился в свою очередь Очиай и протянул руку для рукопожатия.

Жест был Сэмюэлю знаком. Он крепко, но осторожно пожал руку Очиая.

— Коллеги, получается?

— В определенной степени. Итак, — Очиай присел за стол. — "Наследие Стивенссона". Где сейчас этот корабль?

Сэмюэль опустился на кушетку, скрипнувшую под его весом.

— Признаться честно, понятия не имею. В последний раз, когда я его видел, мы пытались улететь от взрыва сверхновой в системе звезды Пелуцит. Теперь, видимо, черной дыры Пелуцит.

— Сможете показать это место на карте? — Очиай открыл на планшете карту галактики, предусмотрительно не указывая местоположение Сидонии.

Сэмюэль смотрел на карту довольно долго. А потом медленно откинулся назад, опершись о стену.

— Где-нибудь на этой карте есть огромная область пространства, наполненная пригодной для дыхания атмосферой, в которой плавают островки, планеты, звезды, и даже галактики?

— Мне не известно о таком феномене, — Очиай наклонился вперед, прищурившись.

— Что ж... "Наследие Стивенссона" сейчас либо продолжает свой путь через Эфир согласно утвержденному маршруту исследовательской экспедиции, либо бесконечно падает в черную дыру облаком раскаленных обломков. В любом случае, мой корабль теперь очень и очень далеко. А раз так, не будет никакого вреда, если я расскажу вам всё, что вы захотите узнать.

— Вы не допускаете возможности, что "Наследие Стивенссона" перенеслось сюда также, как и вы?

— Это было бы самым невероятным совпадением за всю историю существования вселенной.