Цена молчания (гет)

Не вставая с места, Северус взмахом палочки отпер входную дверь. На пороге, зябко поводя плечами, стоял Регулус Блэк.

— Привет, — мрачно бросил хозяин дома, едва гость переступил порог. — Не хочу показаться грубым, но я сегодня не принимаю.

Из тесной передней можно было попасть либо на кухню, куда Снейп сейчас был просто не в силах зайти, либо в гостиную, временно служившую ему спальней. Стоило Регулусу бросить взгляд на расправленный диван, и он мгновенно догадался бы, что в доме скрывается кто-то еще.

Однако Блэк словно не замечал странностей. Он без приглашения прошел в комнату и замер у косяка, рассеянно разглядывая полутемную, скудно обставленную гостиную.

— Снейп, дело дрянь, — глухо произнес он. — Во-первых, за твоим домом следят.

— Я в курсе.

— Во-вторых... наш Лорд сошел с ума.

Северус резко выпрямился в кресле.

— Рег, ты сам-то в своем уме? Не забыл, с кем разговариваешь?

— Ты меня не выдашь, — качнул головой Блэк. — По крайней мере, пока я не посвятил тебя в подробности.

— Но ты ведь именно за этим и пришел, верно? — Снейп натянуто хмыкнул. — Чтобы все рассказать.

Внутри у Северуса рос холодный узел паники. Возможно, Регулус и впрямь наткнулся на некую страшную тайну. Но что, если это ловушка? Фокус с дезинформацией был старым как мир. Что, если Рег действует по прямому приказу Темного Лорда или в сговоре с теми типами, что исправно несут вахту под окнами? Он выложит Снейпу опасные сведения — из тех, о которых благонадежный Пожиратель смерти обязан немедленно донести повелителю. И если Северус смолчит из дружеских чувств, это станет его смертным приговором.

— Что там по поводу слежки? — вслух спросил Северус, возвращаясь к началу разговора.

— Я видел Эйвери недалеко отсюда, — отозвался Регулус. — Заметив меня, он тут же отвернулся и скрылся за углом.

— Думаешь, Темный Лорд в чем-то меня подозревает?

— Я об этом не слышал, — Блэк неопределенно пожал плечами. — Но сам понимаешь, передо мной он не отчитывается.

— Хочется верить, что возникни у Темного Лорда вопросы, он задал бы их мне лично, а не стал подсылать Эйвери. Тем более что скрывать мне нечего, да и слежка эта бессмысленна — я обычно аппарирую прямо от крыльца.

— Возможно, его интересует не то, куда ты ходишь, а кто приходит к тебе, — веско заметил Регулус.

— Обычно никто, хотя мой адрес многим известен, — парировал Северус. — Ты, насколько я помню, и вовсе явился впервые.

— Да, верно… — рассеянно обронил Регулус, явно занятый совершенно иными мыслями.

Он медленно подошел к камину и разглядывая холодную решетку:

— Камин подключен к Сети летучего пороха?

Северус покачал головой:

— Так и не собрался заняться этим.

Признаваться, что на официальное подключение у него попросту не было денег, не хотелось.

— Мы одни в доме? — Регулус резко обернулся.

Этот вопрос Северусу категорически не понравился.

— Что именно ты хотел рассказать? — жестко спросил он вместо ответа. Направив палочку на дверь, Снейп глухо произнес: — Муффлиато!

Наложенные чары тишины ничуть не успокоили гостя. Регулус выглядел все более затравленным.

— Значит, мы не одни… Не знаю, имею ли я вообще право… — попятился он, бормоча под нос.

— Темный Лорд приказал тебе молчать?

— Нет. Как раз наоборот. Темный Лорд понятия не имеет, что мне удалось узнать…

Северус промолчал, буравя друга тяжелым взглядом. Он решительно не понимал, что творится с Блэком, но куда сильнее его тревожило другое: если эта безумная тайна все-таки сорвется с губ Регулуса, к чему это обяжет его самого?

— Снейп, а ты согласился бы принести Непреложный обет? — вдруг спросил Регулус, глядя прямо в глаза другу.

— Смотря в чем он будет заключаться, — осторожно отозвался Северус. — Если речь идет о вреде Темному Лорду — сразу нет. Ты можешь хотя бы намекнуть, с чем связана твоя тайна?

— Я узнал один из его секретов, — почти прошептал Регулус, и от этого доверительного тона становилось не по себе.

— О том, что он сошел с ума? — припомнил Снейп начало разговора. — И как ты себе это представляешь? А ты не боишься, что маг, который скрепит нашу клятву, в ту же секунду аппарирует к Темному Лорду, чтобы тебя выдать?

Регулус бессильно обмяк в кресле. Проклятое знание вытягивало из него силы; похоже, парень уже и сам был не рад, что пришел сюда.

— Обет за Обет, — неожиданно предложил Северус, нащупав слабость гостя. — Я даю слово хранить твой секрет, а ты взамен обязуешься не выдавать мой.

— Но кто нас скрепит? — Блэк недоуменно нахмурился.

— А в этом и заключается моя тайна.

Регулус долго молчал, взвешивая риски, но отчаяние явно перевешивало.

— Хорошо, — наконец глухо произнес он. — Ты согласен поклясться, что никогда и ни при каких обстоятельствах не расскажешь о том, что я тебе сейчас сообщу?

— Э-э-э, нет, — Снейп решительно качнул головой. — Я не стану вслепую связывать себе руки. Вдруг эти сведения понадобятся… ну, скажем, для твоей же пользы и спасения?

— Ладно. Тогда так… Ты клянешься, что не используешь мой рассказ для умышленного причинения мне вреда?

— Идет, — легко согласился Северус. — Но от тебя потребуется абсолютно аналогичная клятва.

С этими словами он развернулся и быстро пошел вверх по скрипучей лестнице.

Как он и ожидал, Лили вовсе не собиралась покорно сидеть в спальне. Она ждала его, опершись о перила лестницы и вызывающе подняв голову. На ее лице читалась явная досада из-за того, что от нее скрыли часть беседы.

— Неосторожно, — недовольно покачал головой Северус, накладывая заглушающие чары на лестничный пролет. — Хорошо еще, что это всего лишь Регулус.

— Что тебе нужно, Пожиратель смерти? — Лили жестко выделила эти слова, явно намекая на их утренний тяжелый разговор.

— Ты не поверишь, — мрачно хмыкнул Снейп. — Но твоя помощь сейчас требуется сразу двум Пожирателям смерти.

Лили заметно напряглась.

— Только без глупостей, прошу тебя, — поспешно добавил он. — Нам просто нужен третий маг, который скрепит Непреложный обет. Ты ведь умеешь?

— Умею, — она смерила его холодным взглядом. — Но с какой стати ты решил, что я стану вам помогать?

— Я прошу тебя, Лили, — тихо, почти умоляюще произнес Северус, делая шаг навстречу. — Клянусь, это не причинит никому вреда. Нужно просто зафиксировать магическую клятву.

Лили упрямо молчала, скрестив руки на груди. Когда пауза сделалась почти осязаемой, Снейпу пришлось выложить карты на стол:

— Блэк хочет открыть мне некую тайну, но до смерти боится, что я обращу эти знания против него. У нас нет никого, кому мы могли бы довериться. Ты — единственная. Взамен Регулус принесет аналогичную клятву: он поклянется, что никогда и никому не расскажет о твоем присутствии здесь.

Лили на мгновение задумалась, глядя сквозь перила вниз, в сторону темной гостиной, где изнывал от неизвестности Регулус.

— Хорошо, — наконец глухо отозвалась она. — Но учти: магия Обета требует абсолютной четкости в формулировках. Не забудь, какая у меня теперь фамилия. Поттер.

Снейпа передернуло, словно от физического удара.

Когда они вдвоем спустились в гостиную, Регулус вскочил. При виде Лили его глаза округлились от крайнего изумления, а челюсть едва не отвисла.

— Эванс?! — выдохнул он. Его рука инстинктивно дернулась за волшебной палочкой.

— Стой на месте и не глупи, Рег, — ледяным тоном оборвал его Северус, мгновенно загораживая Лили собой. — Ты хотел принести Обет. Перед тобой — тот, кто согласился его скрепить. Помни условия: Обет за Обет. Либо мы скрепляем узы прямо сейчас, либо ты уходишь отсюда. Выбирай. Быстро.

— Понял, — Регулус довольно быстро пришел в себя. — Извините, леди, был удивлен.

Лили скептически подняла брови: Пожиратель смерти обращается «леди» к ней, грязнокровке?

— Такая неожиданная встреча. Каким судьбами вы здесь? — продолжал светскую беседу брат Сириуса.

— Я здесь пленница, — мрачно отозвалась Лили. — Давайте палочку, что ли.

Северус молча протянул ей свою.

— Ты помнишь, — на всякий случай тихо предупредил он, поймав ее взгляд, — без глупостей.

Лили лишь коротко хмыкнула. Мысль о том, чтобы обернуть оружие Снейпа против него самого, действительно успела мелькнуть у нее в голове. Однако затевать дуэль чужой палочкой — сперва против младшего Блэка, а затем против неизвестных Пожирателей смерти, караулящих на улице, — было бы слишком безрассудно.

Было нечто глубоко зловещее в том, как два черноволосых волшебника опустились на колени друг напротив друга. Один — аккуратно подстриженный, ухоженный, в дорогой изящной мантии. Другой — мертвенно-бледный, осунувшийся, в дешевом заношенном домашнем костюме. Они крепко взялись за руки — правая к правой.

Лили шагнула ближе и прикоснулась кончиком волшебной палочки к их сплетенным пальцам. Регулус глубоко вздохнул и заговорил:

— Обещаешь ли ты, Северус Снейп, выслушать мою тайну?

— Обещаю, — твердо отозвался тот.

Из палочки вырвался тонкий, ослепительно сверкающий язык пламени. Он плавно изогнулся, обвивая их ладони, точно кольцо докрасна раскаленной проволоки.

— Обещаешь ли ты не использовать полученные знания мне во вред? — продолжил Блэк.

— Обещаю.

Их руки оплетали уже две магические нити, образовав тонкую сияющую цепь. Теперь настала очередь Снейпа:

— Обещаешь ли ты, Регулус Блэк, никогда и никому не говорить, что видел в моем доме живую и здоровую Лили П… Поттер, если это способно причинить вред ей или мне?

— Обещаю, — твердо ответил Блэк.

Третий огненный язык вырвался из кончика палочки, сплелся с первыми двумя и намертво опутал крепко стиснутые ладони волшебников. Комната на мгновение озарилась мертвенно-белым светом. Непреложный обет вступил в силу.

Лили молча наблюдала, как мужчины поднимаются с колен и тяжело опускаются в кресла. Разговаривать никому не хотелось — маги хорошо знали цену этой клятве и прибегали к ней лишь в крайних случаях.

— Итак? — Северус требовательно и выжидающе взглянул на Регулуса.

— Эванс тоже останется слушать? — вместо ответа буркнул тот, покосившись на девушку. — Да еще и с чужим оружием в руках?

— Моя фамилия Поттер, — ледяным тоном напомнила Лили. — А палочку свою можете забрать.

Она небрежным движением швырнула ее Снейпу. Тот поймал ее на лету.

— Лили — член Ордена Феникса, — задумчиво протянул Регулус, словно только сейчас осознав масштаб ситуации. — Хотя… Мерлин свидетель, какие-то боги послали тебя мне сегодня. Я как раз вспоминал о тебе.

Лили удивленно приподняла брови:

— И чему же я обязана такой чести?

Северус знал своего друга куда лучше, а потому в его голове мгновенно сложилась тревожная картинка. Он подался вперед:

— Ты о Макдональд? Ты что, помирать собрался? Да что это за секрет Темного Лорда такой, если ты вспомнил о ней?

-Макдональд? — опешила Лили. — Мэри? При чем здесь вообще она? Ты что… до сих пор ее помнишь?

Сама Лили, если бы не вынужденное заточение в этом доме, еще нескоро вспомнила бы о том, что ее гриффиндорская подруга когда-то тайно встречалась со слизеринцем.

— Я хочу передать ей письмо, — глухо признался Регулус, упорно пряча взгляд. — Поговорить лично… на это я точно не решусь.

Северус и Лили переглянулись, а затем долго, в упор смотрели на забившегося в кресло Блэка. Наконец Снейп повернулся к девушке:

— Лили, ты владеешь окклюменцией?

— Нет, — нехотя призналась та. — Пыталась учиться, но тщетно.

— В таком случае будь добра, оставь нас. Судя по всему, дело принимает нешуточный оборот.

— Что?! — возмутилась Лили, вскидывая подбородок. — И не подумаю! Я не уйду.

— Пожалуйста, — сквозь зубы процедил Северус, едва сдерживая раздражение. — Не забывай, где ты находишься. Тот, кто караулит дом, может в любой момент пойти на штурм. Если Темный Лорд прознает о тебе, он первым же делом распотрошит твое сознание. Ты не сможешь скрыть от него то, что сейчас услышишь.

— Наплевать! Я член Ордена Феникса и не имею права упускать сведения, которые могут помочь в борьбе с Волдемортом!

При звуках этого имени Регулус вдруг безумно, жутко расхохотался. В этот секунду, с диким оскалом и лихорадочным блеском в глазах, он стал пугающе похож на свою кузину Беллатрису Лестрейндж.

— Снейп, ты хоть сам понимаешь, что здесь происходит? — выдохнул он сквозь смех, переходящий в кашель. — Прямо сейчас, в этой самой комнате, мы с тобой предаем Темного Лорда!

Повисла тяжелая, звенящая пауза.

— Ты пытаешься выставить отсюда Лили потому, что эта тайна опасна в первую очередь для нее самой, — продолжил Регулус, и смех его резко оборвался. — А я сижу, смотрю на это и даже не возражаю. Нам обоим плевать на повелителя! Мы больше не защищаем его интересы, Северус.

Казалось, что юный Блэк находится на грани истерики.

Лили растерянно схватилась за голову, переводя взгляд с одного Пожирателя на другого.

— Я не понимаю, что происходит, — прошептала она. — Но если все настолько плохо, вы не должны вариться в этом вдвоем. Вам нужно идти к Дамблдору!

Слизеринцы одновременно повернули к ней головы и смерили девушку долгим, бесконечно уставшим взглядом.

— Лили, дорогая, выпускники нашего факультета не привыкли уповать на Дамблдора, — озвучил их общую мысль Регулус. — Мы привыкли справляться своими силами.

— Не говоря уже о том, что директор может попросту отказаться нас слушать, приняв все за изощренную ловушку, — сухо добавил Северус.

Лили напряженно размышляла несколько секунд, переводя взгляд с одного лица на другое.

— Ладно, — наконец сдалась она, тяжело вздохнув. — Я ухожу к себе. И сделаю вид, будто меня все это не касается.

Пожиратели смерти молча проводили ее глазами до верхнего пролета лестницы. Едва наверху хлопнула дверь, Северус взмахнул палочкой:

— Муффлиато. Ну, Рег, теперь мы одни. В чем дело?

— Прежде чем я выложу карты на стол, удовлетвори мое любопытство, — не удержался Блэк, подавшись вперед. — Каким ветром сюда занесло Эванс?

— Выкупил у Мальсибера, — лаконично отозвался Северус, не вдаваясь в страшные подробности той ночи. — За сто галлеонов.

Регулусу, выросшему среди темных магов, не нужно было объяснять детали — он мгновенно все понял.

— И теперь она прячется здесь только потому, что ты никак не сподобился перенастроить антиаппарационные барьеры? — хмыкнул он. — Я ведь еще когда советовал тебе сделать защиту, как у меня на Гриммо.

— Как раз наоборот, — тонко усмехнулся Северус. — Теперь я искренне рад, что руки так и не дошли.

Регулус сочувственно и немного грустно посмотрел на друга:

— Но ты ведь понимаешь, Снейп… ты же ни на что не надеешься? Она замужем.

Тот лишь неопределенно повел плечом, помрачнев.

— Знаешь, я уверен, что будь ты чуточку настойчивее…

— Хватит обо мне, — резко оборвал поток дружеских откровений Северус. — Давай к делу. Выкладывай, что там стряслось с Темным Лордом.

Регулус шумно выдохнул, сцепил пальцы в замок и тяжело облокотился на журнальный столик. Несколько секунд он собирался с духом, а затем глухо начал:

— Вчера вечером меня вызвал Темный Лорд и объявил, что ему нужен эльф.

— Эльф? В смысле домовик? — изумился Снейп.

— Да уж не лесные фейри, — нервно фыркнул Регулус. — И не перебивай меня, будь добр. Естественно, мне и в голову не пришло отказывать повелителю в такой малости. Я приказал Кричеру явиться по его зову. А через несколько часов домовик вернулся еле живой и поведал такое…

Блэк резко вскочил и принялся лихорадочно наматывать круги по гостиной. Его голос теперь звучал глухо, прерывисто, но Северус все равно отчетливо, до озноба представлял нарисованную картину: как Темный Лорд велит существу аппарировать вместе с ним в далекую морскую пещеру, как они плывут в лодке по черному озеру и как повелитель заставляет эльфа пить жгучую зеленую отраву.

— Кричер сказал, что Лорд опустил на дно опустевшей чаши тяжелый золотой медальон. На нем была выгравирована буква «S» в виде змеи. И он произнес что-то вроде: «Теперь я абсолютно уверен в своем бессмертии».

— Что?.. — голос Северуса мгновенно сел.

Бледное породистое лицо Регулуса исказилось в горькой усмешке:

— А, ты, кажется, уже все понял, Снейп?

— Я не понял лишь одного, — Северус подался вперед, впившись пальцами в подлокотники кресла. — Как Кричер вообще умудрился тебе что-то рассказать? Неужели Темный Лорд оставил свидетеля?

— В некотором смысле — да… — Регулус бессильно рухнул обратно в кресло. — Ты ведь помнишь, он вырос среди маглов. И, при всем своем величии, чертовски плохо знает скрытую магию домашних эльфов. Разумеется, возвращать мне Кричера он не собирался — оставил умирать в пещере. Но перед тем, как отпустить слугу, я велел ему обязательно вернуться домой, как только задание будет выполнено. Чисто машинально это брякнул, не задумываясь! И когда Темный Лорд ушел, магия верности заставила Кричера аппарировать сквозь любые барьеры этой проклятой пещеры.

— Значит, вот ради каких обрядов он собирал редкие гримуары… — задумчиво протянул Северус. — Я-то, признаться, наивно полагал, будто он разрабатывает новые боевые проклятия.

Заметив вопросительный взгляд друга, он пояснил:

— Ты ведь и сам видишь, как сильно изменился Темный Лорд за последние годы. Его внешность, его вспышки ярости… Это прямое следствие переизбытка необратимой черной магии.

Регулус мрачно кивнул:

— Да, я сегодня всю ночь листал литературу, все сходится. Темные искусства бывают разными, и плата за них тоже разная. Тот, кто пытается грубо разорвать законы природы ради бессмертия, как ни парадоксально, платит за это собственным телом. И разумом. Наш Лорд не просто сменил тактику на более жестокую. Он безумен, Северус. В самом медицинском смысле слова.

— Но как он мог совершить столь непростительную глупость? — Снейп нахмурился, анализируя ситуацию. — Зачем ему понадобилось брать эльфа именно у тебя? Ты ведь в нашем кругу лучший специалист по древним артефактам. Он не побоялся, что ты сопоставишь факты?

— Он был твердо уверен, что Кричер мертв, — покачал головой Регулус. — Сейчас я приказал домовику запереться на Гриммо и не высовываться, чтобы поддерживать легенду. Вряд ли Лорд решит проверить, но…

— А вдруг? — Снейпом овладело нехорошее предчувствие. — Что, если он вернется в пещеру и обнаружит, что тела эльфа там нет?

— Его там и так не должно было остаться, — Регулус помрачнел еще сильнее, лицо его сделалось землистым. — Я ведь не все тебе рассказал. Напоследок Кричер попытался напиться воды из озера. Едва он наклонился к черной глади, как из глубины полезли инферналы и утащили его на дно. Бедняга аппарировал ко мне в самый последний миг, уже из-под воды…

Северус тяжело сглотнул. От одной только мысли о подземном озере, кишащем ожившими мертвецами, по спине пробежал ледяной пот.

— Но я пришел к тебе не просто жаловаться, Снейп. Я всю ночь думал и теперь точно знаю, что делать!

— И каков же план?

— Кричер проведет меня в эту пещеру, — лихорадочно зашептал Регулус, подавшись вперед. — Он помнит, как открыть потайной вход и как призвать со дна лодку. Мы вместе доберемся до чаши с отравой. Если зелье не удастся вычерпать или трансфигурировать, я сам выпью его до капли. Разумеется, после этого я не выживу… Но Кричер успеет подменить артефакт. Он положит в чашу фальшивый медальон, а настоящий заберет и уничтожит. Затем нальет туда какую-нибудь гадость, чтобы все выглядело как прежде. Лорд ни о чем не догадается, даже если явится с проверкой.

Северус молчал, со смесью ужаса и скепсиса разглядывая друга.

— Восхитительный план, — наконец ядовито процедил он. — Очень гриффиндорский. Лили бы тебя непременно одобрила, расплакалась от умиления и лично отнесла Макдональд твою предсмертную записку.

— А что ты предлагаешь?! — Регулус выкрикнул это нервно, почти с вызовом, но в глубине его расширившихся зрачков заметалась отчаянная, затаенная надежда. Ему было всего двадцать лет, и умирать во тьме пещеры он не хотел.

— Для начала — не пороть горячку, — осадил его Северус. — Ты ведь владеешь окклюменцией?

— Разумеется, — оскорбился Регулус, выпрямляясь. — Все Блэки рождаются хорошими окклюментами.

— Темный Лорд тебя часто вызывает?

— Я должен явиться к нему с отчетом послезавтра.

— Значит, у тебя есть два дня на подготовку, — хладнокровно резюмировал Снейп. — Успеешь справиться с эмоциями и восстановить мысленные щиты. Я снабжу тебя успокоительным и укрепляющим отварами, с ними держать ментальный блок будет легче. Сегодня же прими на ночь зелье сна без сновидений. Я и сам к нему прибегну…

Зельевар невольно поморщился, подумав, что у него самого давно не выдавалось настолько эмоционально насыщенного дня.

— А с крестражем-то что делать? — с тоской в голосе спросил младший представитель благороднейшего и древнейшего семейства.

— Ты у нас специалист по редким артефактам, тебе и карты в руки, — невозмутимо парировал Северус. — Я могу рассказать только про ту отраву в чаше — сам ведь помогал ее варить. Секретная разработка Темного Лорда, между прочим. Она снабжена жесткой защитой от вычерпывания, трансфигурации и банального испарения…

— Значит, заклятие не обойти, придется пить, — обреченно, но решительно подытожил Регулус.

— Блэк, если тебе так надоела жизнь, я могу по-дружески наложить на тебя Аваду Кедавру, — флегматично предложил Северус. — Я вообще не понимаю, почему представители вашего семейства исторически оканчивают Слизерин. По-моему, на нашем факультете место одной только Нарциссе. Вы же с Беллатрисой — вылитые гриффиндорцы. Безрассудные и упрямые.

— А вот оскорблять не обязательно, — слабо улыбнулся Регулус, оценив мрачную заботу друга. — Но ты прав: Темный Лорд ни за что не оставил бы свою ценность в чаше, которую можно просто опустошить бытовым заклинанием.

— Надо тщательно продумать контрзаклятия… И вообще, в пещере наверняка полно иных ловушек, помимо тех, что успел заметить твой эльф.

Регулус ненадолго умолк, спрятав усталое лицо в ладонях.

— Это что же получается… мы теперь предатели? — глухо выдохнул он.

Северус криво усмехнулся:

— Из нас двоих потомственный аристократ именно ты. Тебе и лучше знать, как по закону должны поступать вассалы, если их сюзерен окончательно лишился рассудка и больше не способен адекватно распоряжаться своими подданными. В старинных кодексах ведь наверняка прописана подобная лазейка?

— Ну да, — Регулус робко, но заметно воспрял духом. — Магический контракт двусторонен. Не только вассалы обязаны лорду, но и лорд несет ответственность перед вассалами.

Северус веско кивнул:

— Вот именно. Теперь просто сравни свое отношение к Кричеру и то, как Темный Лорд вытирает ноги о любого из нас.

Молчание, воцарившееся в гостиной, на этот раз затянулось. Наконец Снейп бесшумно поднялся, ушел в свою лабораторию и спустя минуту вернулся с несколькими склянками темного стекла.

— Держи, — он вложил флаконы в руку друга. — Успокоительное можешь выпить прямо сейчас.

— А сам ты почему не пьешь? — спросил Регулус, принимая зелья.

— Я свое уже принял, — сухо отозвался зельевар. — Сейчас опрокину сонное — и в постель.

— Снейп, сейчас три часа дня, — осторожно рассмеялся его гость, сверкнув синими глазами.

— А мне плевать, — отрезал тот, направляясь к дивану. — Я сегодня чертовски устал.

Не успел он договорить последние слова, как левое предплечье пронзило яростным, нестерпимым огнем. Черная метка ожила, вгрызаясь магическим пламенем прямо в плоть.

На бледном лице Северуса впервые за весь день отразился неподдельный страх.

— Темный Лорд?.. — в глазах Регулуса заплескался ужас.

— Спокойно, — задыхаясь от внезапной боли, процедил Снейп, отчаянно пытаясь убедить в этом не то друга, не то самого себя. — Лорд тебя не подозревает. Значит, он вызывает меня совершенно по другому поводу. Будем надеяться, по мирному…

— Я дождусь тебя здесь, Северус, — твердо заверил его Регулус, беря себя в руки. — И если твой вызов как-то связан с Лили… я выведу ее отсюда. Дам ей шанс уйти.

В какой момент они вдвоем оказались заодно, а весь остальной мир — против них?

Северус в знак благодарности сжал плечо Блэка, после чего стремительно шагнул за порог и, спустившись с крыльца, аппарировал в неизвестность.

* * *

Для Лили время в Паучьем тупике тянулось неравномерно. Первые дни, проведенные в забытьи и сне, промелькнули быстро. Но по мере выздоровления она спала все меньше, а думала — больше.

Сначала ее главным чувством был страх. Лили не понимала, чего ждать от бывшего друга. Зачем он ее лечит? Что задумал? Она помнила его школьную влюбленность, но что осталось от тех чувств теперь? Даже если крупицы прежней привязанности сохранились, перед ней больше не было застенчивого мальчика. Это был взрослый мужчина, Пожиратель смерти и, по данным Ордена Феникса, один из самых приближенных слуг Волдеморта. Темный Лорд не стал бы держать рядом с собой слабака. Лили с ужасом осознавала: если он захочет взять ее силой — он это сделает. И ведь хочет, это очевидно.

«Пусть лучше он, чем Эйвери или Мальсибер», — обреченно думала она.

Однако день шел за днем, а Снейп не делал даже намеков на близость. Неужели робеет, как в пятнадцать лет? Эта мысль показалась забавной. Измученная неизвестностью, Лили сама вызвала его на разговор. Северус заметно смутился, и к ней вновь вернулось почти забытое пьянящее чувство власти над ним. Взрослый мужчина? Пожиратель смерти? Как бы не так.

Впрочем, Лили помнила: пять лет назад он не отвернулся от своих друзей ради нее, и глупо было ждать этого теперь.

Ей позволялось свободно ходить по дому. В библиотеке она наткнулась на старые школьные учебники и поддалась ностальгии, разглядывая знакомый убористый почерк на полях. Из учебника трансфигурации за первый курс выпал ветхий пергамент. Лили сразу узнала свой детский рисунок летучей мыши и размашистую подпись: «Северусу от Лили». Она тут же захлопнула книгу, пытаясь отмахнуться от нахлынувших воспоминаний.

Рядом стоял учебник по зельеварению для старших курсов. Лили машинально пролистала и его. На одной из страниц чернела надпись: «Сектумсемпра — от врагов». Лили прекрасно знала это заклинание — им Снейп когда-то едва не убил Джеймса. Сам же потом и спас, вроде как… Но именно с того дня она возненавидела бывшего друга. Окончательно и бесповоротно.

Даже невольная благодарность за спасение от пыток Мальсибера не могла заглушить эту ненависть. Северус готовил ей еду, варил укрепляющие зелья, покупал одежду и не сводил с нее взгляда, а Лили продолжала тихо ненавидеть его. С некоторым стыдом она признавала, что остается здесь лишь из трусости: она просто не была уверена, что успеет аппарировать, если у порога ее перехватят караулившие дом Пожиратели. А что случится со Снейпом, если ее побег раскроется — казнят его как предателя или помилуют — Лили было абсолютно все равно.

Раздираемая сомнениями и редкими уколами раскаяния, она решилась на последнюю попытку: вернуть Снейпа на светлую сторону, убедить принять ее взгляды. Если он, как и прежде, откажется — ее совесть будет чиста, и она со спокойной душой продолжит его презирать.

Но разговор закончился не просто ссорой — ссора была бы делом привычным. Снейп ее поцеловал. Нахлынувшее ошеломление оказалось так велико, что Лили на мгновение поддалась — ответила на поцелуй, едва заметно, неосознанно, — и отпрянула лишь тогда, когда до конца осознала происходящее.

Сидя в своей комнате (черт возьми, почему в доме врага у нее вообще есть собственная комната?), Лили раз за разом прокручивала в голове эти секунды. С растущим ужасом она понимала: у ее отчаянной ненависти есть пугающе простое объяснение. Она увлечена Северусом Снейпом. Да, этим бездушным мерзавцем, Пожирателем смерти, который когда-то покушался на жизнь Джеймса… Но ведь сам же его и вылечил!

— Ненавижу… — шептала Лили, в бессилии кусая губы и до дрожи отчетливо вспоминая ощущение его сильных рук на своей спине.

Она отчаянно пыталась воскресить в памяти другие губы, другие руки, лицо. Джеймс. Ее муж, который любил ее с пятого курса…

А Снейп любил ее еще до Хогвартса, с самого детства.

Сколько пришлось пережить Джеймсу, пока он наконец дождался ее взаимности!

А сколько, если вдуматься?

Он делал все, чтобы добиться ее… Например, унижал Снейпа. Да и не только его.

Лили судорожно гнала от себя эти мысли, но сегодняшние слова Северуса задели в ее душе скрытую струну. Она знала, почему Ремус никогда не одергивал Джеймса и Сириуса в их жестоких забавах. Но ей никогда не приходило в голову, в каких тисках в то же время находился Снейп. Сделай он тогда выбор в ее пользу, откажись от своих приятелей — Мародеры не оставили бы его в покое, а слизеринцы загрызли бы за предательство…

— Ненавижу Снейпа, ненавижу, — упрямо твердила Лили.

А на губах все еще горел его поцелуй.

Просьба Снейпа скрепить Непреложный обет застала ее врасплох. Услышав стук в дверь и приглушенные голоса, Лили осторожно вышла из комнаты, надеясь подслушать разговор, но в итоге снова увязла в собственных мыслях.

При ней заговорщики не сказали ничего конкретного. И все же услышанного хватило, чтобы понять: младший брат Сириуса наткнулся на нечто настолько серьезное, что его преданность Темному Лорду пошатнулась. И, судя по всему, это же грозило и преданности Снейпа. Лили сгорала от любопытства, но вмешиваться и спорить с двумя Пожирателями смерти не решилась — пусть даже одним из них был Северус.

Он ворвался в ее комнату вечером этого бесконечного дня, когда Лили только начала приходить в себя. С безумным, диким взглядом Снейп прямо с порога прокричал:

— Лили! Когда родился твой сын?!

— Тридцать первого июля, — растерянно ответила она, отпрянув.

Тот со стоном опустился на пол, спиной подпирая стену. В дверном проеме показался ничего не понимающий Регулус Блэк.

— Что случилось? — хором спросили они с Лили.

— Регулус, помнишь вечер, когда меня вышвырнули из «Кабаньей головы»? — задыхаясь, прохрипел Снейп. — Помнишь пророчество?.. Сын Лили родился в конце июля.

Северус судорожно глотал воздух, но Регулусу дополнительные объяснения уже не требовались — он мгновенно побледнел. Лили понимала куда меньше, но общая суть ее ужаснула:

— Пророчество? О Гарри?!

А ведь если тут замешан Волдеморт, это значит…

— Мы пока не знаем точно, о ком оно, — попытался удержать голос ровным Регулус, переводя взгляд с друга на испуганную женщину. — Темному Лорду стало известно содержание одного предсказания…

— От кого?! От кого он о нем узнал?!

— От меня, — Снейп с трудом поднялся на ноги, не смея посмотреть ей в глаза. — И теперь Темный Лорд считает, что речь в нем идет о твоем сыне. Под условия подходят всего два мальчика.

Всего два варианта.

И один из них — ее маленький Гарри.

«Ненавижу...» — обожгло изнутри с новой, сокрушительной силой.

* * *

Северус стоял в темноте на пустынной, промерзшей вершине холма. Ветер свистел в голых ветвях деревьев и хлестал по лицу. В воздухе мелькнула ослепительная вспышка белого света.

— Не убивайте меня! — сорвался на хриплый крик Снейп, чьи нервы были на пределе.

— Я и не собирался.

Дамблдор появился внезапно — шум ветра заглушил звук аппарации. Подол его длинной мантии хлопал на ветру, суровое лицо было освещено снизу концом зажженной волшебной палочки.

— Итак, Северус, что за весть шлет мне лорд Волдеморт?

Тот открыл рот, но, не найдя слов, закрыл его обратно. Все отрепетированные фразы вылетели из головы. Паника сдавила горло. Только сейчас, стоя один на один с директором на этом Морганой забытом холме, Северус до конца осознал, почему этого старика называли единственным магом, которого по-настоящему боялся Темный Лорд. Дамблдор подавлял своей мощью.

— Это… это сложно объяснить. Пожалуйста, выслушайте меня…

— Я для этого и пришел, — голос Дамблдора звучал холодно.

Он взмахнул палочкой. Листья по-прежнему летели по ветру, но вокруг стало совсем тихо.

Северус вспомнил про пергамент, спрятанный во внутренний карман мантии. Он дернул рукой, но тут же оказался под прицелом светящегося кончика волшебной палочки Дамблдора.

— Не надо резких движений.

Дамблдор говорил спокойно, в его голосе не ощущалось ни малейшей угрозы, но Северус чувствовал, что тот не остановится ни перед каким заклинанием.

— У меня письмо для вас…

— От лорда Волдеморта?

— Нет… От Лили…

Лишь человек, хорошо знавший Дамблдора, мог бы заметить, какое сокрушительное действие произвели на него слова Снейпа. Очки-половинки едва заметно дрогнули. Дамблдор буквально впился взглядом в осунувшееся лицо собеседника, и его магия вокруг них на секунду вспыхнула ярче:

— Что вы знаете о ее судьбе?

— Сейчас она в безопасности. С ней все хорошо, — быстро заговорил Северус, чувствуя, как адреналин ударяет в виски. — Она сама дала мне эту записку для вас.

— Я прочту ее позже. А теперь — говорите все, — властно приказал Дамблдор.

Проклиная собственную слабость, Северус рассказал гораздо больше, чем собирался, и даже не вспоминал о существовании окклюменции. Слова лились безудержным, отчаянным потоком: он выдал и личное задание Темного Лорда, и детали спасения Лили из подвала Мальсибера, и трактовку пророчества, и то, что под его условия подходят двое детей. Не умолчал он и о том, как страшно кричала Лили, узнав, что Темный Лорд избрал главной мишенью ее маленького сына.

— Вы наконец определились, на чьей вы стороне, Северус? — обманчиво спокойно спросил Дамблдор, когда Снейп, тяжело и хрипло дыша, наконец замолчал.

— Я… — он чувствовал, что балансирует на грани полного безумия. — Я не хотел этого! Я не готов! Но Лили… Тем более, это ведь я виноват… Все из-за меня!

— И вы даже не упоминаете о другой семье, которая тоже находится под ударом, — Дамблдор сокрушенно покачал головой. — Вы хотя бы раскаиваетесь в том, что передали вашему хозяину текст пророчества?

Северус упрямо молчал, уставившись в обледенелую землю.

— Вам хотя бы жаль маленького Гарри?

— Нет, — Снейп с трудом взял себя в руки, сжал челюсти и смело взглянул прямо в лицо великому волшебнику. — Мне жаль его мать.

Дамблдор медленно опустил палочку.

— Величайшая ошибка лорда Волдеморта — это полное отрицание силы любви. И только это вас сейчас спасает, Северус. А теперь отдайте мне письмо.

Снейп вздрогнул. Он судорожно полез во внутренний карман, с третьей попытки ухватил несчастный свернутый лист пергамента, потянул его наружу, но намертво зацепился краем за серебряную застежку мантии.

— Вам надо серьезно работать над собой. Ваши эмоции, когда дело касается Лили, видны безо всякой легилименции, — бесстрастно заметил Дамблдор, наблюдая за его неловкими движениями.

Директор, наконец, принял пергамент и неторопливо развернул его.

— Благодарю вас, Северус. Мистер Поттер будет безмерно счастлив получить это известие, — Дамблдор сделал вид, будто не заметил, как судорожно дернулся его собеседник. — Ведь уже больше месяца, как мы ничего не знали о Лили. Честно признаться, я полагал ее мертвой.

— Профессор, — по-школьному, с отчаянной надеждой обратился к нему Северус. — Вы… вы спасете ее?

Дамблдор внимательно посмотрел на стоящего перед ним Пожирателя смерти:

— В пророчестве говорится не о женщине, а о мальчике. Из ваших слов я понял, что лорд Волдеморт не планирует убивать родителей, если только они не окажут ему сопротивления. А у вас Лили в безопасности. Она вполне может провести там еще долгие месяцы…

Видимо, Северус окончательно обезумел от страха и чувства вины, раз повелся на очевидную провокацию директора:

— Она возненавидит меня! Она проклянет меня, если я не отпущу ее к сыну… и если того убьют. А если отпущу, она не останется в стороне, она будет защищать его! И этот… этот… ее муж, он тоже. Спасите их, их всех… умоляю вас!

Северус судорожно хватал ртом морозный воздух.

Дамблдор, видимо, решил, что достаточно сломал его:

— Возвращайтесь к себе, — ровным голосом произнес директор. — Успокойте Лили, скажите ей, что мы укроем Гарри самыми надежными заклинаниями, какие только существуют. И сегодня же приступим к разработке плана, как вытащить ее из Паучьего тупика, не привлекая внимания ваших… друзей. Что касается лорда Волдеморта, передайте ему, что я готов поверить в ваше раскаяние, но, естественно, не проникся к вам безоговорочным доверием с первой встречи. Встретимся через три дня, здесь же, в это же время.

Северус, тяжело и хрипло дыша, кивал. Он был опустошен. Но он не знал, что Дамблдор приготовил для него последний безжалостный вопрос:

— Кстати, Северус… Лили знает, кто именно передал лорду Волдеморту пророчество? — голос старого мага прозвучал как удар хлыста.

Лицо молодого человека исказилось мучительной гримасой. Казалось, он едва удерживается, чтобы не броситься на старого мага и не начать терзать его голыми руками.

— Да… — глухо, едва разжимая сведенные судорогой челюсти, выдавил он. — Я сказал ей.

И никогда не забуду ее взгляд.