Дети Равнин | Children of the Plains (джен)

Путешествие к дому Дураникса прошло для Амеро словно во сне. Много лет спустя он ещё не раз будет вспоминать это странное видение. Ему снилось, что он летит по воздуху. Ветер бил в лицо и трепал волосы. В просветах между облаками стремительно проносились звёзды. Амеро и раньше мечтал о полётах, но никогда ещё сон не казался настолько настоящим. Однажды он попытался проснуться, чтобы понять, где находится на самом деле, однако сон вновь окутал его, словно плотное одеяло тумана.

Первым, что он ощутил после пробуждения, был шум. Глухой, непрерывный гул, довольно громкий, но совсем не неприятный для слуха. Прохладный воздух был наполнен запахом воды. Амеро открыл глаза.

Высоко над головой изгибался каменный свод, испещрённый красными и чёрными минеральными прожилками. Всё вокруг заливал пульсирующий голубоватый свет. Амеро сел. Он лежал в неглубокой яме, выдолбленной прямо в полу. Углубление было устлано еловыми ветками и свежевырванной травой. К некоторым пучкам ещё прилипали комья земли.

Вокруг простиралась огромная пещера с тремя стенами, каждая длиной примерно в сотню шагов. Изогнутый потолок поднимался, должно быть, на шестьдесят шагов. Свет проникал внутрь через три отверстия. Первое находилось в потолке, немного ниже его высшей точки, и выходило наружу под углом, а не прямо вверх. Второе, большое и круглое, располагалось в наружной стене слева, довольно высоко над полом. Тому, кто проник бы через него, пришлось бы ещё немало карабкаться, прежде чем добраться до дна пещеры. Последнее отверстие находилось далеко справа, на уровне пола, и было как раз такого размера, чтобы через него мог пройти взрослый человек. Вид наружу закрывала сплошная стена падающей воды. Водопад! Вот откуда доносился непрерывный гул.

Амеро выбрался из ямы, устланной ветками. Правая нога, которую расцарапали когти йеви, ещё болела, но куда меньше, чем прежде. Впрочем, разглядывая необычное жилище, мальчик вскоре забыл о ране.

Стены пещеры были неестественно гладкими, без единого сталактита или сталагмита. В широкой части, со стороны водопада, пол постепенно поднимался. В глубине, в самом углу, располагалась ровная каменная площадка шириной не меньше восьмидесяти шагов. Больше ничего примечательного Амеро не заметил, кроме запаха. В пещере стоял слабый кисловатый дух, напоминавший запах перезревших фруктов.

Никого поблизости не обнаружив, Амеро доковылял до нижнего, меньшего отверстия и выглянул наружу. Огромный столб пенящейся воды с грохотом низвергался со скалы, скрывая оба входа в пещеру. К своему ужасу, мальчик обнаружил, что находится в нескольких сотнях шагов над землёй, посреди отвесной каменной стены. Голова закружилась, и он поспешно отшатнулся от пропасти.

Как я сюда попал? — недоумевал Амеро. И где Дураникс? Наверняка здесь должна быть тропа или проход, ведущий наверх от речной долины.

Немного оправившись от испуга, Амеро поднялся по склону к каменной площадке. На её отвесной стороне виднелись странные длинные параллельные борозды, за которые было очень удобно цепляться ногами. Вскарабкавшись наверх, мальчик обнаружил, что в центре площадки тоже выдолблено углубление. Именно там, в огромной каменной чаше, и лежал Дураникс.

Его загадочный благодетель свернулся в совершенно неестественной позе. Колени были согнуты назад так, как Амеро никогда прежде не видел у человеческих ног. Ещё удивительнее оказались странные предметы, разбросанные вокруг. Они напоминали большие древесные листья, только были твёрдыми и блестящими. Амеро поднял один. Чуть больше его ладони, овальный, тяжёлый и прочный, он отливал красноватым золотом, словно осенняя листва. Что бы это могло быть?

— Мусор.

Амеро вздрогнул и выронил находку. Ударившись о каменный пол, она громко зазвенела. Дураникс повернулся на бок и теперь наблюдал за ним, подперев голову рукой.

— Ч-что?

— Я ответил на твой вопрос, — произнёс Дураникс, прищурившись. — Эти штуки — мусор.

— На мой вопрос?

Амеро перестал недоумевать, сообразив, что незнакомец услышал его мысли. Что ж, решил мальчик, от столь могущественного духа можно ожидать чего угодно.

— Я не хотел тебя тревожить, — неловко произнёс он.

— Тогда не думай так громко. Я же всё слышу.

Дураникс сел одним быстрым, плавным движением, за которым Амеро едва успел проследить.

Странности хозяина и непривычная обстановка понемногу начали его пугать. Отступив к краю площадки, мальчик спросил:

— Как ты затащил меня сюда? От подножия скалы сюда, наверное, целый день карабкаться!

— Триста шестьдесят два шага, если пользоваться твоими мерками, — ответил Дураникс, поднимаясь и потягиваясь.

Амеро заметил, что на месте, где тот лежал, осталось ещё несколько блестящих листьев.

Дураникс поправил набедренную повязку и спустился по покрытому бороздами уступу площадки. Амеро заковылял следом за высоким незнакомцем, стараясь не отставать.

— Давно я здесь? — спросил мальчик.

— Со вчерашнего вечера.

Амеро остановился как вкопанный.

— Но как? От равнины до этих гор идти много дней! Это невозмо…

Он осёкся, вновь вспомнив, с какой лёгкостью его хозяин расправился с йеви.

Дураникс ничего объяснять не стал. Ухватившись за край нижнего отверстия, он высунулся навстречу водопаду. Брызги намочили его короткие волосы. Незнакомец подался ещё дальше и открыл рот. Капли воды оседали на лице и стекали прямо в рот.

Напившись, Дураникс легко вернулся внутрь. Светлая кожа блестела от влаги. Он улыбнулся чему-то своему и спросил:

— Пить хочешь? Во всём мире не найдёшь воды вкуснее, чем в моём водопаде.

Амеро действительно мучила жажда. Он облизнул потрескавшиеся губы и с тоской посмотрел мимо хозяина на низвергавшийся поток.

— Я не смогу высунуться так далеко, — сказал он, покачав головой.

— Я помогу.

Дураникс схватил Амеро за шиворот и выставил наружу через отверстие. Увидев далеко внизу землю между собственными ногами, мальчик пронзительно закричал от ужаса.

— Нет! Нет! Не отпускай меня! Пожалуйста, не…

Дураникс сунул его прямо под поток. Вода с чудовищной силой заколотила по телу. Амеро мёртвой хваткой вцепился в руку Дураникса, уверенный, что вот-вот сорвётся в пропасть. Но тот крепко держал мальчика и через несколько страшных мгновений втащил обратно в пещеру.

Задыхаясь и отплёвываясь, Амеро рухнул на пол.

— Чего ты так кричал? — спросил Дураникс. — Я же не собирался тебя ронять.

— Вода… слишком сильно… бьёт… — с трудом выдавил мальчик.

Дураникс вздохнул.

— До чего же хрупкие создания эти люди.

Оставив Амеро кашлять и отплёвываться, он куда-то удалился. Через мгновение вернулся с куском сухой оленьей шкуры и одним из блестящих овальных листьев. Свернув шкуру конусом, Дураникс загнул край листа вокруг шва и сжал его пальцами, надёжно скрепив кожу. Затем подставил странный сосуд под край водяного потока и наполнил его до краёв. После этого протянул Амеро.

Мальчик откинул с лица мокрые волосы и принял подарок. В кожаную ёмкость помещалось добрых две пригоршни воды, и Амеро быстро всё выпил. Вода оказалась холодной и чистой, с лёгким минеральным привкусом, которого не было у ручьёв на равнине.

— Спасибо, — произнёс он, закрыв глаза и наслаждаясь чудесным вкусом.

Утолив жажду, Амеро принялся вертеть необычный сосуд в тонких пальцах.

— Ты сам это сделал? — изумился он.

— Было бы глупо умереть от жажды, сидя перед водопадом.

Промокший до нитки Амеро задрожал. В прохладном воздухе пещеры зубы застучали от холода. Он вернулся к своей постели из веток и забрался поглубже, стараясь согреться. Самодельный сосуд мальчик крепко держал в руке.

Дураникс тем временем чем-то занимался в дальнем углу, под большим верхним отверстием. Вскоре он вернулся с целой охапкой мехов и шкур.

— Пользуйся, как сочтёшь нужным, — сказал он, свалив всё рядом с Амеро.

— А ты куда?

Голос мальчика сорвался на последнем слове. Дураникс медленно повернулся к нему, нахмурив рыжие брови.

— Прости, — пробормотал Амеро. — Я не хотел… Прости.

Некоторое время Дураникс молча разглядывал его, а мальчик, смутившись, отвернулся к груде мехов.

— Как ты называл зверей, которые на тебя напали? — наконец спросил хозяин.

Амеро натянул на себя толстую белую воловью шкуру до самого подбородка.

— Йеви?

— Так вот, мальчик, мне нужно выяснить, как далеко эти йеви проникли в мои владения.

— Твои владения? Значит, ты… ты отец всей равнины, Дураникс?

Тот коротко улыбнулся.

— Отец? Забавно ты выразился. Я хозяин земель от этих гор до самой опушки леса на западе.

— А другие хозяева есть? Например, в лесу?

Красивое лицо Дураникса помрачнело.

— Есть. Его зовут Стенн.

— Он твой… брат?

Дураникс скрестил руки на груди, и лицо его исказилось гневом. Но вскоре он успокоился и произнёс:

— Надо помнить, что у тебя весьма скудный запас слов. Если ты об этом спрашиваешь, то да, мы со Стенном принадлежим к одному роду.

— Ты выглядишь как человек, но делаешь то, чего не умеют другие люди.

— Иногда я путешествую в человеческом облике.

— А зачем выглядеть человеком, если ты не человек?

Дураникс замолчал, и Амеро понял, что задаёт слишком много вопросов. Именно эта привычка так часто навлекала на него гнев Ото. Мальчик прикусил губу. Но удержаться от вопросов, которые переполняли голову, было невероятно трудно.

Однако Дураникс не выглядел раздражённым, как обычно бывало с Ото. Он лишь задумался и ответил:

— В человеческом облике мне проще путешествовать. К тому же люди меня забавляют. Большинство ничем не лучше зверей, на которых охотятся и которых убивают.

Он пристально посмотрел на Амеро.

— А вот ты другой. Я замечаю в тебе признаки более развитых способностей: ум, любознательность и, возможно, кое-что ещё. Ты слышал речь йеви. А когда думаешь достаточно ясно, я слышу твои мысли так же отчётливо, как грохот водопада снаружи.

Амеро почему-то смутился.

— Я просто Амеро, сын Ото и Кинар.

— Верно. Но ты ведь отличаешься от родителей, брата и сестры, не так ли?

Амеро опустил голову, молча признавая правоту Дураникса.

— У тебя есть особые способности, — продолжил тот. — Именно поэтому я привёл тебя сюда. Мне хочется узнать о тебе больше.

Дураникс поправил плащ на плечах и остановился у нижнего отверстия.

— Вернусь после заката.

Амеро не успел возразить против того, чтобы его оставляли одного в пещере на целый день. Дураникс прыгнул в пустоту, пронёсся сквозь водопад и исчез. Всё ещё закутанный в белую воловью шкуру, мальчик подполз к краю отверстия и посмотрел вниз. Хозяина нигде не было видно. Водяной поток падал на расстоянии больше вытянутой руки от скалы, и сквозь грохочущую завесу можно было различить лишь голубизну неба. Пока Амеро вглядывался вдоль отвесной стены в бурлящий водоём далеко внизу, перед входом в пещеру стремительно промелькнула огромная тень. Мальчик поднял голову, но то, что её отбрасывало, уже исчезло.

Амеро вздохнул. Конечно, он был счастлив, что спасся от йеви, однако нынешнее положение неприятно напомнило ему одну полевую мышь, которую он когда-то поймал. Мальчик поселил её внутри полого тростникового стебля. Целыми вечерами он играл с мышкой, наблюдал, как та реагирует на разные предметы, которые он клал в её маленький домик, выяснял, что она ест, а от чего отказывается. Но однажды обнаружил, что мышка исчезла. За несколько ночей она прогрызла дно тростниковой трубки и убежала. Амеро тогда было всего пять лет, и он горько плакал из-за потери. Нианки сказала, что любое животное по природе своей стремится к свободе. Теперь мальчик начинал понимать, что чувствовала та мышка.

Впрочем, тревожные мысли о будущем вскоре уступили место привычному любопытству. Амеро решил исследовать пещеру и поискать что-нибудь, что поможет разгадать тайну необычного хозяина. А если по пути найдётся еда, будет ещё лучше.

Он начал у нижнего отверстия и двинулся вдоль стены налево. Здесь пол был более неровным. Кто-то неизвестным способом выдолбил в твёрдом камне длинные борозды. Каждая была шириной с ладонь Амеро, причём располагались они тесными группами по три.

Вдоль стены попадались и другие овальные листья, хотя большинство уже позеленело от плесени. Амеро попробовал согнуть один, как это делал Дураникс. Руки дрожали от напряжения, но ему удалось лишь слегка изогнуть находку. До чего же прочная! Мальчик положил лист на пол и изо всех сил наступил на него. Только ступню ушиб. Тогда он подобрал камень и ударил по листу со всей силы. По пещере разнёсся чистый звон. На поверхности листа осталась небольшая вмятина, зато от камня начисто откололся кончик.

Такие штуки могли бы пригодиться, — подумал Амеро. У них уже подходящая форма для копания. Одним таким листом можно выгребать много земли.

Медленно ступая по неровному полу, мальчик двинулся в глубину пещеры. Кроме камешков и странных красно-золотых листьев, ничего интересного не попадалось, пока он не добрался до спального места Дураникса.

В углу Амеро обнаружил целую груду костей, многие из которых обуглились и раскололись. Теперь стало понятно, откуда в пещере кисловатый запах. Судя по костям оленей, лосей и быков, Дураникс любил разнообразную дичь. Но затем мальчик нашёл нечто, от чего кровь застыла в жилах: человеческий череп, совершенно очищенный от плоти.

Ото всегда говорил, что духи умерших остаются привязанными к своим костям. Именно поэтому мёртвых необходимо хоронить. Если бросить останки где попало, призрак будет бродить по земле и творить зло.

И всё же в этом сухом белом черепе было что-то жалкое. Любопытство пересилило страх, и Амеро осторожно поднял находку. Череп оказался большим. Нижняя челюсть отвалилась, а плоти нигде не осталось ни клочка. На затылке виднелись глубокие сходящиеся борозды. В этом месте кость была расколота.

Амеро положил череп обратно и пожелал покоя духу человека, которому он когда-то принадлежал. Продолжать копаться в куче костей мальчик не решился. Ему не хотелось знать, погибли ли здесь другие люди, а тем более — страшно было даже подумать — не съел ли их Дураникс. Амеро твёрдо решил покинуть пещеру как можно скорее. Он найдёт способ выжить, а может, даже обретёт новую семью. Всё лучше, чем быть съеденным… кем бы ни оказался этот Дураникс.

С новыми силами мальчик обыскал площадку и всё вокруг, надеясь обнаружить проход наружу. Но никакого прохода не было. В остальной части пещеры он нашёл лишь огромную груду мехов и шкур да целые россыпи твёрдых красно-золотых «листьев».

От досады хотелось плакать. Как выбраться отсюда, с такой высоты? Амеро не умел летать, как птица, летучая мышь или насекомое. Как же Дураникс входил и выходил из пещеры, ничуть не рискуя жизнью?

Мальчик вспомнил, как хозяин покинул пещеру. Как быстро Дураникс превратился в его мыслях из гостеприимного хозяина в тюремщика! Странный человек накинул длинный плащ и прыгнул сквозь стену воды, после чего исчез. Плащ… Зачем он ему понадобился? Чтобы защититься от воды или по другой причине?

В памяти всплыли обрывки необычного сна о полёте: стремительно проносившаяся под ним земля, ветер, хлеставший по волосам, бегущие по небу звёзды. Амеро представил, как Дураникс раскидывает руки, словно птица, а плащ раздувается у него за спиной подобно крыльям. Неужели человек действительно способен так летать? Верилось с трудом. Может, в плаще заключалась сила духов? Ответа у мальчика не было.

Но ведь не всё, что летает, обладает крыльями. Весной вязы и клёны разбрасывают по ветру семена. Те трепещут, кружатся и пролетают большие расстояния, а затем неизменно опускаются на землю целыми. Может быть, в этом и заключался секрет плаща Дураникса?

Амеро принялся рыться среди шкур, выбирая подходящий кусок. Все оказались слишком большими. Он попробовал оторвать часть свиной кожи, но та была чересчур прочной. Нужен кремнёвый нож или какой-нибудь другой острый камень.

Пещера была выдолблена в песчаниковой скале. Валявшиеся на полу обломки песчаника прекрасно подходили для того, чтобы счищать кору с древка копья, но сделать из них острое лезвие было невозможно.

Зато странные листья, которые Дураникс называл мусором, были очень твёрдыми и довольно тонкими. Амеро попытался распилить шкуру краем одного из них, однако тот оказался слишком тупым. Тогда мальчик взял кусок песчаника величиной с ладонь и принялся стачивать одну сторону листа, стараясь сделать край тоньше и острее.

Получалось прекрасно. Через несколько минут он порезал большой палец о получившееся лезвие. Несмотря на кровоточащую ранку, Амеро торжествовал. Он быстро вырезал из шкуры кусок, из которого можно было сделать плащ примерно такого же размера, как у Дураникса.

Однако даже после удачного опыта с разрезанием кожи мальчик не смог заставить себя привязать плащ и прыгнуть со скалы. Пожалуй, сначала стоило проверить свою догадку.

Амеро вырезал ещё один, поменьше, почти квадратный кусок оленьей кожи и несколько узких полосок для завязок. Чтобы придать вес будущему устройству, он выбрал олений череп с сохранившимися рогами. Четырьмя ремешками мальчик привязал череп к углам кожаного квадрата. Затем отнёс странное сооружение к отверстию. Глубоко вздохнув, он перекинул его через край.

Череп рухнул вниз, натянув все четыре ремешка. Квадратный кусок кожи наполнился воздухом и раздулся. Слегка покачиваясь из стороны в сторону, необычное устройство начало очень медленно опускаться вдоль скалы.

Сердце Амеро бешено забилось. Получилось!

Но затем парящий череп ударился о каменную стену, отскочил и попал в нисходящий поток воздуха возле водопада. Стоило падающей воде ударить по шкуре, как та сложилась, и вся конструкция, кувыркаясь, исчезла в постоянном облаке тумана у подножия водопада.

Амеро потрясённо откинулся назад. Значит, это возможно, но только если держаться подальше от водопада. Вот почему Дураникс прыгнул прямо сквозь воду. Он мог себе такое позволить благодаря сверхъестественной силе. Если Амеро попробует повторить этот трюк и потерпит неудачу, жалеть об этом ему придётся совсем недолго.

В пещере становилось всё светлее. Солнечные лучи с самого утра медленно поднимались по скале и теперь проникали сквозь водопад в самые дальние уголки. Пульсирующий голубоватый свет отчётливо выделял каждый предмет, включая найденный Амеро человеческий череп. Белая кость сияла в полуденных лучах. Это зрелище заставило мальчика немедленно действовать.

Самодельным лезвием он нарезал широкие кожаные полосы и привязал запястья и лодыжки к выбранной воловьей шкуре. Собрав кожу у груди, Амеро неуклюже доковылял до нижнего отверстия. В последний момент он заткнул заточенный золотистый лист за пояс набедренной повязки. Сердце так сильно колотилось, что стало больно в груди. Мальчик бросил последний взгляд на череп. Пустые глазницы придали ему недостающей решимости.

Амеро оттолкнулся от края изо всех сил. Он врезался в водопад и на краткое мгновение ощутил всю мощь ревущего водяного столба. Затем его выбросило в открытый воздух, и мальчик закувыркался вниз головой. Открыв глаза, он увидел, как мимо бешено проносятся солнце и вершина скалы. Амеро выпустил шкуру из рук, и та затрепетала, захлопала, словно живое существо. Он продолжал стремительно падать. Мальчик перевернулся на спину, стараясь уклониться от хлеставшей его воловьей кожи. Та поймала воздух и раздулась. Амеро резко дёрнуло вверх, так сильно, что запястья и лодыжки пронзила боль. Падение заметно замедлилось, но он всё ещё нёсся вниз с такой скоростью, что ветер свистел в ушах. Хуже того, мальчик падал спиной вперёд и совершенно не видел, куда летит. Над головой была лишь натянутая воловья шкура.

Поправить ремни на запястьях оказалось непросто, но Амеро всё же сумел перевернуться на живот. И тут же пожалел об этом. Далеко внизу виднелось озеро у подножия водопада. Оно стремительно приближалось с пугающей скоростью. Амеро раскрыл рот и закричал.

Он всё ещё кричал, когда ударился о воду. Удар оказался почти таким же сильным, как при падении на землю. Из груди вышибло весь воздух, а вода хлынула в рот и нос. Отчаянно работая ногами, Амеро попытался всплыть, но путь наверх преградила тонущая воловья шкура.

Нианки плавала гораздо лучше него, и теперь мальчик особенно остро пожалел, что не обладал её умением. Он отчаянно пытался освободиться, когда болезненный укол в рёбра напомнил о новом орудии. Амеро вытащил его и перерезал все четыре ремня. Оттолкнувшись от опутавшей его шкуры, мальчик вынырнул на поверхность в нескольких шагах от неё.

Он выбрался на песчаную косу и рухнул на спину, жадно хватая ртом воздух. Отсюда Амеро видел тёмные круглые отверстия в скале за водопадом. Они находились невероятно высоко. И всё же он добрался до земли живым!

Мальчик сел и поморщился. Рёбра ныли. Острый инструмент оставил порезы на руках и груди, но всё это не имело значения. Он снова свободен! Теперь нужно как можно дальше уйти от Дураникса. Когда наступит закат и странный человек-дух вернётся, отправится ли он на поиски Амеро? Или, подобно мудрому рыбаку, не станет тратить время на добычу, сорвавшуюся с крючка?

Амеро взвесил в руке золотистое орудие. Ему явно не хватало рукояти, за которую можно было бы держаться, не рискуя постоянно порезаться. Может, вставить его в расщеплённую палку, как лезвие охотничьего топорика Нианки?

Мальчик подошёл к воде и побрёл вдоль берега. Вытекавший из озера поток должен был скрыть его следы на песчаном дне, чтобы Дураниксу было труднее его выследить. Если повезёт, до заката он успеет уйти достаточно далеко.

Но удача отвернулась от него. Местность вокруг озера оказалась суровой и труднопроходимой. Тропинок не было, и Амеро приходилось самому прокладывать путь по камням и гравию, которые зимние дожди смывали в ущелье. Острые обломки впивались в ступни до крови. Амеро всю жизнь ходил босиком, и кожа на ногах была грубой, но с подобной дорогой ему прежде сталкиваться не доводилось.

Когда солнце начало опускаться за окружающие горные вершины, водопад всё ещё оставался в пределах видимости. Отчаяние заставило Амеро забыть об осторожности. Он покинул тенистый склон долины и почти бегом спустился на дно ущелья. Здесь земля была ровнее, идти стало легче, зато теперь мальчика мог увидеть любой, кто находился на возвышенностях вокруг.

В этих местах росли преимущественно сосны и дубы, очень высокие и стоявшие далеко друг от друга. Над головой пролетела стая скворцов. Их огромная тёмная тень так напугала Амеро, что он бросился в кусты. Лишь увидев, как птицы разворачиваются и летят обратно, мальчик выбрался из укрытия.

— Эй, ты! Стой!

Амеро резко обернулся и увидел четверых мужчин, спешивших к нему. Они походили на жителей равнин, только носили больше одежды. Все были примерно одного возраста, на четыре или пять сезонов старше Амеро, и настолько похожи, что наверняка приходились друг другу братьями. Они окружили мальчика, выставив копья. Один, с тёмными волосами, заплетёнными в толстую косу, крикнул:

— Стой смирно, а не то убьём!

— Пожалуйста! — взмолился Амеро. — У меня ничего нет! Я ничего плохого не сделал!

— Ты пришёл от озера под водопадом, верно?

— Да, но…

Не успел мальчик договорить, как четыре копья упёрлись ему в грудь и спину.

— Я так и знал! — воскликнул человек с косой. — Ты и есть чудовище, живущее в пещере за водопадом!

— Нет! Это не я! Я сегодня сбежал из той пещеры!

Другой мужчина, с большой чёрной родинкой на щеке, насмешливо потряс копьём.

— Да ну? И как же тебе это удалось?

— Я воспользовался воловьей шкурой…

Амеро внезапно осёкся. Он действительно спустился со скалы под воловьей шкурой. Это была чистая правда, но звучала она совершенно неправдоподобно. Даже нелепо.

— Мы видели, как ты влетал в пещеру и вылетал из неё, чудовище! И знаем, что ты умеешь принимать человеческий облик. Ты перебил всех оленей в этих горах. Наши дети голодают!

Мужчина с косой повысил голос. Лицо его покраснело от ярости.

— А что ты сделал с нашим отцом, Гентой? Прошлой осенью он отправился охотиться на тебя и не вернулся!

Амеро вдруг вспомнил, что череп в пещере Дураникса принадлежал крупному человеку. Все четверо охотников, все четверо братьев, были на голову, а то и на две выше него.

— Я не чудовище! — упорно повторил он. — Меня держал в плену Дураникс, так его зовут, но я сбежал. Прыгнул в озеро и выплыл на берег. Меня зовут Амеро, я сын Ото и Кинар.

— Не лги нам, дракон!

Дракон? Амеро никогда не слышал этого слова.

— Нет, — настаивал он. — Меня зовут Амеро.

Двое охотников ткнули его копьями в спину. Острые наконечники ужалили, и мальчик пошатнулся вперёд. Разъярённые мужчины могли убить его в любую секунду. Амеро указал на изрезанные, ободранные ступни и протянул исцарапанные руки.

— Посмотрите на меня! — воскликнул он. — У меня идёт кровь, как и у вас. А ваше чудовище кровоточит? У дракона кровь красная?

Человек с родинкой схватил его руку и провёл мозолистым большим пальцем по израненной ладони.

— На ощупь как девчоночья рука, — пробормотал он.

Амеро возмущённо выдернул ладонь.

— Я не то чудовище, которое вы ищете. Но оно вернётся с охоты в сумерках. Нам нужно поскорее убраться отсюда, пока Дураникс нас не нашёл.

Братья принялись громко спорить, что делать дальше. Старшего, того самого, с косой, звали Анном. Он предлагал убить Амеро на всякий случай — вдруг мальчик и вправду дракон. Человек с родинкой, которого остальные называли Хату, предложил более разумный план. Они свяжут Амеро, спрячутся и станут наблюдать за пещерой. Если Дураникс вернётся, значит, рассказ мальчика заслуживает доверия. Возможно, чудовище спустится вниз, и тогда они сумеют его поймать. А если никто не появится, значит, Амеро и есть Дураникс. Тогда ему можно будет перерезать горло.

Братья согласились с Хату. Они связали руки Амеро за спиной куском лианы и затолкали его в кусты. Хату срезал густую ветку и замёл ею следы на песке. Двое младших братьев, Рамай и Небо, устроились по обе стороны пленника, уперев копья ему в рёбра. Анном ещё некоторое время осматривал небо, а затем тоже укрылся среди кустов.

Солнце опустилось за западный хребет, окрасив самые высокие вершины багровым и розовым. Наступили сумерки, тени удлинились. Небо оставалось чистым.

Когда Соли, белая луна, появилась в седловине между северными вершинами, Анном прочистил горло.

— Дракон нас обманул.

Амеро вытащили из укрытия и швырнули на колени. Анном отвёл копьё назад.

— Подожди! — пронзительно закричал мальчик. — Я не ваше чудовище!

— Хватит врать! Прежде чем убить тебя, скажи, что случилось с нашим отцом!

— Я не знаю! Я никогда раньше не бывал в этой долине! Я Амеро, сын Ото и Кинар, брат Нианки и Менни…

Хату громко фыркнул, не поверив ни единому слову. Анном крепче сжал древко сильными пальцами и приготовился метнуть копьё.

Меня сейчас убьют! — с ужасом подумал Амеро.

Хотя от страха его бросило в жар, по спине внезапно пробежал холодок. Прохладный вечерний воздух задрожал, словно от далёкого грома. Мальчик повернул голову, вдруг поняв, что приближается.

Анном, по-видимому, ничего необычного не почувствовал. Он лишь холодно посмотрел на пленника.

— Умри, чудовище, — произнёс он.

Амеро покачал головой.

— Слишком поздно, — прошептал мальчик.

По ущелью пронеслась невидимая сила и повалила всех на землю. Со связанными руками Амеро с трудом пытался подняться, зато четверо братьев мгновенно вскочили. Они встали кругом, лицом наружу.

Из сгущавшихся теней неторопливо вышел Дураникс. Плащ был перекинут через одну руку. Трое младших братьев изумлённо вскрикнули. Анном, не говоря ни слова, метнул копьё. Дураникс отбил его одним небрежным взмахом ладони.

— Ты! Как ты сюда спустился? — потребовал он ответа у Амеро.

Хату приготовился броситься на незнакомца, а остальные продолжали держать мальчика под прицелом копий.

— Прыгнул, — устало ответил Амеро.

Страх перед Дураниксом никуда не исчез, но мальчик понимал, что возможность сбежать окончательно потеряна.

Задержи дыхание.

Мысль Дураникса отчётливо прозвучала в голове Амеро. На этот раз мальчик благоразумно не стал задавать вопросов и послушался.

Хату с громким криком бросился вперёд, выставив копьё. Дураникс встретил его нападение совершенно спокойно. Когда здоровяк приблизился на шесть шагов, незнакомец открыл рот и дунул в его сторону.

Хату пошатнулся и замер. Тяжёлое копьё выпало из рук. Он отступил на несколько шагов, протирая глаза. Дураникс глубоко вдохнул и дунул снова. Лицо Хату побелело от ужаса. Он развернулся и бросился бежать. Следом умчались Небо и Рамай. Только Анном остался стоять на коленях в грязи. По его щекам текли слёзы бессильного отчаяния.

Дураникс поднял Амеро на ноги и разорвал путы без малейшего усилия. Затем ухватил Аннома за толстую косу и рывком поставил его на ноги.

— Я пытаюсь разобраться в поведении людей, — произнёс Дураникс, — поэтому на этот раз не стану тебя убивать. Но этот мальчик под моей защитой, слышишь? Если с ним что-нибудь случится, я убью каждого человека во всех шести долинах вокруг озера. Кивни, если понял.

Некоторое время Анном стоял неподвижно, охваченный страхом и яростью, а затем коротко кивнул. Дураникс отшвырнул здоровяка в сторону.

Спотыкаясь, Анном побрёл туда, куда убежали братья.

— С тобой одни неприятности, Амеро, — сказал Дураникс, уперев руки в бока. — Зачем ты ушёл из пещеры?

— У меня не было еды, — настороженно ответил мальчик. — И я не знал, что ты собираешься со мной делать.

— Что ты имеешь в виду?

— Я нашёл в пещере кости.

Амеро глубоко вздохнул.

— Некоторые были человеческими.

— А.

Дураникс поднял копьё Аннома и принялся рассматривать, насколько искусно оно изготовлено.

— Я действительно съел того человека.

Сердце Амеро на мгновение замерло.

— Это был отец тех четверых охотников. Его звали Гента.

— Правда? Странно. У вас, людей, даже у еды есть имена.

Дрожа, Амеро протянул руку к Дураниксу.

— Ты… ты дракон?

— Вот ты и выучил новое слово! А что такое дракон?

— Какое-то чудовище, которое ест людей!

Амеро сунул ладони под мышки и сгорбился, словно от боли.

— Ты и меня собираешься съесть?

Дураникс приложил руку к груди.

— Даю слово, Амеро, я тебя не съем, — торжественно поклялся он.

После короткого раздумья добавил:

— Во всяком случае, если ты не дашь мне для этого очень веского повода.

Он рассмеялся, но Амеро ничего смешного в его словах не нашёл.

Снова посерьёзнев, Дураникс произнёс:

— Хочешь, расскажу тебе историю? Историю об одном чудовище и человеческом охотнике.

— Я родился далеко на востоке, на другой горе, но в этих горах живу уже больше трёхсот лет, по вашему счёту. Долгое время я мирно обитал в этой долине, спал под открытым небом и не сомневался, что ни один зверь не осмелится меня потревожить. Но однажды прошлой осенью — день, кстати, был чудесный, утро после первого заморозка — я проснулся от того, что в моём горле торчало кремнёвое копьё. Рана была небольшой, но прежде никто никогда не причинял мне боли. Никто, кроме другого дракона, разумеется. От неожиданности я взмахнул лапой и схватил того, кому хватило наглости и глупости напасть на меня во сне. Это оказался человек, одетый в меха. Для своего рода он был довольно крупным, с медно-рыжими волосами и такой же бородой. Я уже собирался откусить ему голову, но тут меня разобрало любопытство. Зачем он на меня напал? Ведь я ничего ему не сделал. Я держал его в передней лапе и сжимал, пока он не перестал вырываться и осыпать меня проклятиями.

— «Что это ты задумал, малыш?» — спросил я.

— «Избавляю долину от чудовища», — дерзко ответил он.

— «Чудовища? От меня?» Никто прежде не называл меня подобным образом. Я спросил, почему он считает меня чудовищем. Человек объяснил довольно путано, но смысл заключался в том, что я якобы противоестественное создание, которому не место среди людей и зверей.

— «Люди тоже звери, — заметил я, и возразить этому было невозможно. — Неужели вы считаете себя лучше остальных животных только потому, что ходите на двух ногах и мастерите орудия из камня?»

— «Людей создали Великие Духи по своему подобию, чтобы мы представляли их в этом мире», — упрямо заявил охотник. Чудовища, по его словам, оскорбляли сам замысел Великих Духов.

— Мне искренне захотелось узнать больше об этих верованиях. Если подобные взгляды распространены среди людей, значит, моей спокойной жизни скоро придёт конец. Целые толпы вонючих волосатых людей начнут охотиться на меня и моих сородичей, где бы мы ни поселились. Я не испытывал особой неприязни к людям и хотел понять, откуда у этого охотника такая бессмысленная ненависть ко мне.

— Он объяснил? — спросил Амеро, увлёкшись рассказом.

Дураникс вонзил копьё в каменистую землю так глубоко, что половина древка скрылась в грунте.

— Нет, не объяснил, — раздражённо ответил он. — Вместо этого снова начал меня проклинать. Несколько дней я держал его в плену, пока расширял естественную пещеру за водопадом, превращая её в безопасное убежище. Когда всё было готово, я перенёс туда человека и освободил от пут. В первую же ночь он попытался напасть на меня с камнем. Я проломил ему череп.

Дураникс вздохнул.

— Я, вообще-то, не собирался его убивать. Просто люди ужасно хрупкие.

— А потом ты… съел его?

Дураникс пожал плечами.

— Потом да. Я проголодался, и было жалко добру пропадать. Если тебя это хоть немного утешит, на вкус он оказался не слишком хорош. Люди чересчур жилистые. Оленина куда лучше.

Соли уже высоко поднялась в усеянное звёздами небо. Её чистый холодный свет делал песок и гравий похожими на снег.

— Что ты сделал с охотниками? — спросил Амеро после недолгого молчания. — Почему они убежали?

— Я могу выдыхать газ, который вызывает у вдохнувших его существ чрезвычайно сильное чувство тревоги.

Амеро непонимающе уставился на него.

Дураникс пояснил:

— Моё дыхание внушает страх.

Мальчик медленно кивнул. Затем отвернулся и молча посмотрел на окружающую долину, обдумывая услышанное. Дураникс тоже не нарушал тишину.

Наконец дракон заговорил:

— Я хочу, чтобы ты остался, Амеро, но принуждать тебя не стану. Если пожелаешь, можешь прямо сейчас уйти. Я тебя не остановлю.

— А что будет, если я останусь? — осторожно спросил Амеро.

— Откуда мне знать? Разве я один из ваших Великих Духов? Будущее — это день, которого никто ещё не видел.

Дураникс поскрёб ногой землю.

— Как я уже сказал, думаю, мы можем многому научиться друг у друга. С каждым сезоном на равнинах и в горах появляется всё больше людей. Если мне предстоит жить среди них, лучше нам научиться понимать друг друга. Согласен?

Амеро задумался всего на мгновение, затем кивнул.

— Я останусь, — просто сказал он.

Мальчик направился вниз по ущелью, к озеру. Но Дураникс окликнул его.

— Ещё кое-что. Я принял человеческий облик, чтобы не пугать тебя. За образец взял того человека, которого поймал. Ты говорил, его звали Гента? Я хочу, чтобы ты увидел мой настоящий облик, Амеро. Пусть это станет первым шагом нашего общего пути.

Дураникс прошёл немного вверх по ущелью и остановился. Он широко развёл руки и запрокинул голову. В мгновение ока тело увеличилось в несколько раз, а человеческий цвет кожи исчез. Опустившись на четвереньки, Дураникс превратил руки в толстые мускулистые передние лапы с тремя огромными когтями и одним пальцем, обращённым назад. Туловище расширилось настолько, что стало шире любого человека. Задние лапы выросли огромными и мощными, изогнутыми плавной дугой, словно бёдра пантеры. За спиной поднялся хвост длиной добрых пять шагов, заканчивавшийся острым шипом. Извиваясь, он царапал стены ущелья.

Амеро ощутил нечто похожее на тепло. Сбросив человеческий облик, Дураникс излучал какую-то силу, которую мальчик чувствовал всем телом. Она напоминала солнечное тепло в холодный день — приятное, согревающее и мощное. А может, прохладный ветерок посреди жары, только без малейшего движения воздуха? На мгновение Амеро оцепенел, ослеплённый этим ощущением. Он шагнул вперёд с протянутой рукой, совершенно ошеломлённый присутствием дракона.

Но больше всего поражала голова Дураникса. Огромный и широкий череп рептилии отличался более угловатой формой, чем у змеи. С подбородка свисали длинные усики, а по глазам с вертикальными щелями зрачков то и дело скользили из стороны в сторону жёлтые перепонки.

Дыхание из драконьих ноздрей, каждая из которых была шириной с толстый древесный ствол, поднимало у ног Амеро маленькие пыльные вихри. Над бровями возвышались два рога, загнутых вверх, а позади, от широкой макушки, отходила ещё одна, более крупная пара, изогнутая назад. От носа до кончика хвоста Дураникс был не меньше пятнадцати шагов в длину. Всё тело покрывали блестящие красно-золотые чешуйки овальной формы, налегавшие одна на другую.

Когда превращение завершилось, Амеро пошатнулся, словно его отпустила могучая невидимая хватка. Он вытащил из-за пояса самодельное орудие и уставился на него. Его инструмент и странные предметы в пещере, которые он принимал за листья, оказались драконьими чешуйками. Должно быть, Дураникс ежедневно терял по несколько штук, подобно тому как человек оставляет после себя выпавшие волосы.

— Ты грозовая птица! — благоговейно воскликнул Амеро. — Я видел тебя в облаках в ту ночь, прежде чем ты спас меня от йеви!

Дураникс склонил огромную голову набок.

— Грозовая птица, говоришь? — произнёс он. — Мне нравится. Гораздо изящнее, чем «дракон».

Грудь Дураникса вздыбилась. Он вытянул змеиную шею вперёд, пока громадная голова не оказалась менее чем в вытянутой руке от широко раскрытых глаз Амеро. Зрелище было настолько пугающим, что у мальчика подогнулись колени и он тяжело сел на землю.

Дракон раскрыл пасть, обнажив страшные изогнутые клыки. Сердце Амеро успело несколько раз отчаянно удариться, прежде чем он сообразил, что Дураникс попросту улыбается ему.

— Ну и что ты теперь обо мне думаешь? — спросило чудовище.

Голос оставался узнаваемым, однако теперь в нём звучала такая мощь, что даже от шёпота у Амеро стучали зубы.

Мальчик открыл рот, но не смог произнести ни слова. Он сглотнул и попробовал снова.

— Надеюсь, мы всегда будем друзьями.

Дураникс фыркнул. Земля и мелкие камешки разлетелись в стороны. Высоко подняв голову, дракон сказал:

— Идём! Хочу послушать, как ты сумел самостоятельно выбраться из пещеры. Для человека ты на редкость изобретателен!

— А можно сначала поесть? — слабым голосом спросил Амеро.

— Разумеется! По дороге сюда я заметил стадо горных коз в третьей долине. Любишь козлятину?

Амеро кивнул. Сейчас он был настолько голоден, что готов был съесть даже самого дракона.

Дураникс подхватил его левой передней лапой. Хватка была непреодолимой, но удивительно бережной. Из спины дракона развернулись длинные узкие крылья. Они взметнулись вверх, и, не дожидаясь больше никаких слов, Дураникс одним могучим прыжком взмыл в воздух. От стремительного подъёма Амеро едва не потерял сознание. Земля с шумом провалилась вниз.

Пока дракон набирал высоту, мощно взмахивая крыльями, Амеро старался дышать глубже, успокаивая бешено колотившееся сердце. Головокружение постепенно прошло. Над головой кружились звёзды, ветер трепал длинные волосы. Мальчику внезапно захотелось закричать от счастья. Ему хотелось насладиться каждым мгновением своего первого полёта наяву.

Это воспоминание он будет бережно хранить ещё долгие годы.