Маленький Поттер (джен)

Снейп аппарировал у ворот Норы ровно в десять утра.

Дом выглядел так же, как всегда: кривой, обжитой, будто выросший сам по себе. Из открытого окна первого этажа доносился детский голос — высокий, возмущённый и очень уверенный в своей правоте.

Снейп толкнул калитку.

Молли Уизли уже ждала его на пороге. За её спиной стояли Артур, чуть в стороне — Рон. Гермиона вышла, держа за руку маленького мальчика с чёрными растрёпанными волосами и ярко-зелёными глазами.

Джеймс Сириус Поттер.

Мальчик уставился на Снейпа с открытым недоверием.

— Вот и вы, — произнесла Молли так, словно подтверждала худшие опасения.

— Миссис Уизли.

— Северус, послушайте… — она сделала шаг вперёд. — Ещё не поздно всё изменить. Мы можем поговорить с министерством, найти другой выход. Джеймс нас знает. Он нас любит. Ему будет лучше здесь.

— Я уже принял решение, — коротко ответил Снейп.

— Но вы же сами не хотите этого!

— Моё желание в данном случае значения не имеет.

Артур осторожно положил руку жене на плечо.

— Молли…

— Нет, Артур. Я не могу просто так отдать его.

Джеймс, до этого молча наблюдавший, вдруг высвободил руку из ладони Гермионы и спрятался за её ноги.

— Не хочу, — заявил он громко. — Он жуткий.

Рон фыркнул. Гермиона бросила на него предупреждающий взгляд.

Снейп посмотрел на мальчика сверху вниз. Тот смотрел в ответ с выражением человека, который уже всё решил и не намерен менять мнение.

— Это взаимно, — произнёс Снейп ровным голосом.

Джеймс моргнул, явно не ожидая такого ответа.

Молли вспыхнула.

— Как вы можете так разговаривать с ребёнком?!

— Прямо, — ответил Снейп. — В отличие от многих, я не собираюсь обманывать его относительно характера наших будущих отношений.

Артур кашлянул в кулак, пряча что-то похожее на усмешку.

— Мы должны заехать в дом Гарри и Джинни, — напомнила Гермиона спокойно. — Собрать вещи Джеймса. Потом уже можно будет обсуждать… всё остальное.

— Обсуждать нечего, — резко сказала Молли. — Но раз уж вы так решили…

Она не закончила. Лишь крепче сжала губы и пригласила всех в дом.

Через десять минут они подошли к камину.

Джеймс упорно отказывался подходить к Снейпу ближе, чем на три шага. Когда Молли попыталась взять его за руку, чтобы вместе перенестись, мальчик заявил:

— Я с тётей Гермионой.

Снейп лишь чуть приподнял бровь и шагнул в зелёное пламя первым.

Дом Поттеров встретил их тишиной.

Ещё совсем недавно здесь жили. На столе в гостиной стояла недопитая чашка, на спинке стула висела чья-то кофта, в углу валялся плюшевый гиппогриф с оторванным крылом. Жизнь остановилась внезапно и неаккуратно.

Джеймс сразу побежал к игрушкам.

— Это мой Клювокрыл, — сообщил он никому конкретно. — Он только одно крыло потерял. Папа сказал, потом починим.

Снейп остановился посреди комнаты, глядя на всё это чужое, прерванное существование. Молли уже поднялась наверх собирать одежду. Артур осторожно складывал книги. Рон стоял у окна, заложив руки в карманы.

Гермиона подошла к Снейпу.

— Он не понимает, — тихо сказала она. — Мы пытались объяснить, но для него это пока просто… странный день.

— Я не ждал понимания, — ответил Снейп.

Джеймс вдруг поднял голову и снова уставился на него.

— А вы почему такой чёрный?

Снейп посмотрел на свою мантию.

— Потому что мне так удобно.

— У папы была красная. И у мамы. А у вас нет.

— Наблюдательно.

Мальчик нахмурился, явно пытаясь решить, оскорбление это или нет.

— А вы умеете варить зелья? Как в книжках?

— Да.

— Настоящие?

— Да.

Джеймс немного подумал.

— Тогда ладно, — неохотно заключил он. — Но я всё равно хочу жить у бабушки.

— Этот вопрос уже решен, — спокойно отрезал Снейп.

Молли, спускавшаяся со лестницы с большой сумкой, услышала последние слова и сверкнула глазами.

— Северус…

— Миссис Уизли. Мальчик переезжает сегодня. Чем быстрее мы закончим собирать его вещи, тем меньше времени уйдёт на бесполезные споры.

Артур тихо вздохнул и взял вторую сумку.

Джеймс ещё раз посмотрел на Снейпа, потом на своего плюшевого гиппогрифа, потом снова на Снейпа.

— А у вас дома есть игрушки?

— Нет.

— Совсем?

— Совсем.

Мальчик тяжело вздохнул — так, словно уже предвидел самые мрачные перспективы.

— Ну и дела, — пробормотал он и крепче прижал гиппогрифа к груди.

Снейп отвернулся к окну, чтобы никто не заметил, как на мгновение дрогнул уголок его рта.