Кагонести | The Kagonesti (джен)

Огры продолжали кое-как укреплять лагерь на вершине холма. Они сваливали валуны по краю площадки, сооружая кольцевую стену, неровную и сложенную настолько небрежно, что камни едва держались друг на друге. В укреплении зияли многочисленные прорехи, а высота его нигде не превышала роста эльфа. Кагонос видел, что большинству огров работа уже наскучила. Десятки чудовищ бездельничали в лагере, лениво переругивались или затевали драки. Такая беспечность немного успокаивала Следопыта: похоже, враги не подозревали о надвигавшейся опасности, угрожавшей и лагерю, и синему самоцвету.

Но что, если он ошибся? Что, если похищенного артефакта здесь нет? Кагонос отгонял эти мысли, не желая даже допускать подобной возможности. Ведь тогда исчезала последняя надежда.

В ожидании своих воинов он часами изучал укреплённый лагерь, пытаясь обнаружить хоть какие-нибудь признаки могущественного драконьего талисмана. Кагонос знал, что самоцвет испускает яркое сияние. Даже если самого волшебного камня не видно, можно было надеяться заметить его свет. Однако поиски ничего не дали. И всё же Следопыт не изменил своего мнения. Скорее всего, убеждал он себя, синий самоцвет спрятали в пещере или где-нибудь закопали.

Правда, входа в пещеру обнаружить пока не удалось. Поверхность холма была довольно ровной, а грубая стена скрывала от глаз часть внутренней площадки. Но постепенно у Кагоноса зародилось подозрение. Посреди укреплённого лагеря возвышалась небольшая груда валунов высотой не больше огра. Её вершину выровняли, превратив в площадку, с которой дозорный мог бы наблюдать за окрестностями поверх стены. Однако за всё время, пока эльф следил за лагерем, ни один огр не забрался на каменную насыпь даже для того, чтобы бегло оглядеться. Значит, валуны сложили здесь с какой-то другой целью.

Например, чтобы скрыть вход в подземное убежище. Чем дольше Кагонос размышлял об этом, тем сильнее убеждался, что именно под каменной насыпью и находится синий самоцвет. Разумеется, сперва эльфам Старолесья предстояло спуститься в кратер, пересечь озеро, взобраться на холм и прорваться через наспех сложенную стену огров.

Шум приближавшихся товарищей Кагонос услышал лишь тогда, когда внизу показался Далл. Молодой эльф быстро присоединился к брату и подполз к краю кратера. Следом за ним по склону тянулась цепочка воинов. К Кагоносу подполз ещё один дикий эльф, и Следопыт приветственно кивнул Баркалле, вождю племени Серебряной Форели. За спиной каждого воина Старолесья были привязаны лыжи, а руки оставались свободными для оружия. Кириллу требовалось больше времени, чтобы добраться до противоположной стороны кратера, но и он вскоре должен был занять свою позицию.

— Похоже, неприятностей они не ждут, — прошептал Далл. Голос молодого эльфа дрожал от возбуждения. Дрожала и рука, сжимавшая тонкий стальной меч, которым сегодня ему впервые предстояло сразиться с врагом.

Лицо Далла, как и у старшего брата, покрывала чёрная угольная краска, которой племя пользовалось перед битвой. Поскольку это сражение должно было стать для него первым, на коже молодого воина красовались простые чёрные круги, а не извилистые спирали бараньих рогов, отличавшие опытных бойцов. Как и у Кагоноса, вокруг левого глаза Далла был нарисован дубовый лист. Этот знак принадлежал их роду и не имел отношения к символам какого-либо племени.

— Огры никогда не выглядят настороженными, — ответил Кагонос. — Зато стоит возникнуть опасности, и они действуют очень быстро.

— Знаю, — поспешно отозвался младший брат, желая показать, что вполне готов к предстоящей битве.

Кагонос вздохнул. Как же хотелось найти другой выход! Он мысленно проклинал жестокую необходимость, заставлявшую даже самых молодых мужчин племени идти в бой. Но выбора не оставалось. Победив сегодня, эльфы Старолесья смогут жить в мире и благополучии. Если же потерпят поражение и синие драконы продолжат безнаказанно сеять ужас на Кринне, гибель диких эльфов станет неизбежной. И, вероятно, очень скорой.

— Кирилл уже там? Он готов?

— Потерпи, брат. Когда Кирилл доберётся до места, он подаст нам знак.

Кагонос поднял взгляд от заснеженного острова посреди огромной белой чаши и посмотрел на противоположную сторону замёрзшего озера, где над ледяными склонами высился зубчатый гребень. Никакого движения заметно не было, но Следопыт знал, что Кирилл уже ведёт отряд сквозь нагромождения скал. Скрываясь среди заснеженных утёсов, эльфы должны были приближаться к исходным позициям. Кагонос внимательно осмотрел небольшую седловину возле приметного каменного столба, откуда Кириллу предстояло подать сигнал. Брата пока не было видно, но Следопыт заставил себя набраться терпения. Он знал, что долго ждать не придётся.

Высокие крутые хребты почти полностью окружали озеро. Лишь в одном месте каменное кольцо разрывалось узкой расселиной, уходившей в ущелье, по которому вода из озера стекала к равнинам. Теперь и ручей, и само озеро сковал лёд. У подножия ущелья дежурили несколько огров. За ними внимательно наблюдали воины Старолесья, скрывавшиеся среди скал наверху.

А вот заснеженные склоны кратера, похоже, совсем не интересовали огров. Здесь росло множество деревьев, а глубокие сугробы рыхлого снега скрывали неровности земли. Кагонос надеялся, что снег позволит его воинам атаковать стремительно и неожиданно. Конечно, неповоротливым чудовищам было трудно передвигаться по глубоким сугробам, но их беспечность всё равно поражала Следопыта. Неужели они не понимали, что эльфы Старолесья способны добраться сюда?

Возможно, огры слишком заняты мыслями о Сильваносе. Наверняка так и есть. Зачем им опасаться нескольких сотен диких эльфов, не носивших металлических доспехов, не пользовавшихся лошадьми и копьями и не владевших длинными луками со стальными накладками, которыми славились их городские родичи? Ведь у подножия гор двигалась целая дисциплинированная армия, куда более грозный противник. Что ж, эльфы Старолесья с мрачным удовольствием докажут ограм, как сильно те ошибались.

Кагонос вновь посмотрел на лагерь. Работы над стеной уже совсем прекратились, хотя укрепление оставалось неровным и ненадёжным. Большинство огров нежилось под послеобеденным солнцем, а остальные небольшими компаниями ссорились или играли на ставки.

— Вот он! — прошипел Далл.

Младший брат указал на противоположный гребень. Кагонос тоже заметил серебристую вспышку. Кирилл добрался до седловины на другом краю кратера и поймал солнечный луч лезвием меча.

Кагонос запрокинул голову и плотно прижал губы к мундштуку витого рога. Раздался резкий, пронзительный звук, отчётливо слышный каждому эльфу. До огров же донёсся лишь очередной порыв горного ветра.

Для сотен воинов Старолесья, ожидавших среди деревьев, Бараний Рог прозвучал боевым призывом. Закутанные в меховые плащи эльфы на лыжах развернулись вниз по склону и начали спуск.

Кагонос возглавил отряд, атаковавший с юга. Здесь деревья росли густо, и ему приходилось петлять между ними, постепенно набирая скорость. Даже в тени снег успел подтаять, поэтому поначалу поворачивать было трудно и лыжи скользили плохо. Но вскоре склон стал круче, и Кагонос помчался вниз. Ветер обжигал лицо, выбивая слёзы из глаз, зато на большой скорости лыжи слушались гораздо лучше. Теперь он плавно и легко обходил деревья.

Не издавая ни звука, кроме тихого шипения лыж, эльфы выскользнули из верхнего леса. Следопыт слышал товарищей позади и знал, что каждый из них использует всё своё мастерство. Стремительный спуск продолжался, и скорость неуклонно возрастала.

Кагонос бросил быстрый взгляд через долину и увидел показавшуюся из-за деревьев цепочку эльфов. Северный отряд Кирилла начал спуск точно вовремя. На той стороне лес поднимался выше по склонам, зато его воинам предстояло пересечь гораздо более узкий участок озера, прежде чем добраться до лагеря огров.

Воздух прорезал орлиный клёкот. Следом он раздался ещё десятки раз: эльфы северного отряда испустили пронзительный боевой клич своего народа. Кагонос затаил дыхание. Отреагируют ли огры так, как он рассчитывал?

Один из огров заметил спускавшихся эльфов Кирилла и заревел, поднимая тревогу. Небольшой отряд продолжал вопить, словно разъярённая стая хищных птиц. Эльфы выкрикивали грубые оскорбления в адрес врагов и хвастались собственной доблестью. Огры бросились навстречу шуму и вскоре собрались у северной стены лагеря, готовясь отразить нападение.

Но теперь и с юга показались воины на лыжах. Кагонос вёл свой кричавший отряд, значительно превосходивший сорок бойцов Кирилла, к подножию крутого склона. На открытом снегу Следопыт пригнулся ради скорости и равновесия. Он смутно сознавал, что никогда в жизни не двигался так быстро. Краем глаза заметил, как один из воинов Старолесья налетел лыжей на скрытое под снегом препятствие. Лыжа сломалась, и эльф покатился вниз, взметая снег и беспорядочно размахивая руками и ногами. Рискнув на мгновение оглянуться, Кагонос увидел, что после падения воин остался лежать неподвижно.

Лыжники вылетели на замёрзшую поверхность озера и с огромной скоростью понеслись по снежному насту. Несколько огров поспешили обратно к почти незащищённой южной стене, но большинство чудовищ по-прежнему готовилось отражать натиск Кирилла. Поднимавшийся посреди озера остров заслонял от Кагоноса отряд брата, однако Следопыт понимал, что северные воины уже должны огибать склон холма. Он снова мысленно повторил свой приказ, надеясь, что Кирилл его помнит: «Иди сюда, к нам! Не штурмуй стену в одиночку!»

Набранной скорости хватило, чтобы пересечь озеро и подняться почти до середины островного склона. Едва лыжи остановились, Кагонос выдернул ноги из креплений и бросился вверх по холму, с каждым прыжком глубоко вдавливая мокасины в твёрдую снежную корку. Вокруг разносился орлиный клёкот. Не задумываясь, Следопыт сам подхватил боевой клич.

В руках Кагонос держал два оружия: в правой — топор на длинном древке с острым, словно бритва, стальным лезвием, в левой — короткое метательное копьё с заточенным кремнёвым наконечником, пригодное и для колющих ударов. Во время спуска оба оружия служили лыжными палками, но теперь эльф перехватил их поудобнее, высоко занеся топор и приготовив копьё для удара. Бараний Рог был надёжно привязан у поясницы.

Кагонос тревожно огляделся. Кирилла нигде не было видно. Похоже, молодой воин продолжал отвлекающее нападение с севера, мужественно ведя своих бойцов вперёд, несмотря на смертельную опасность.

Не дожидаясь, пока эльфы Кагоноса доберутся до стены, один из огров перелез через небрежно сложенное укрепление. Он размахивал дубиной и яростно ревел. Чудовище бросилось навстречу нападавшим, но тяжёлые сапоги сразу проломили снежный наст. Увязнув по бёдра, огр принялся неистово молотить дубиной в сторону приближавшегося Следопыта.

Кагонос на долю мгновения остановился, позволив дубине со свистом пронестись мимо лица. Затем ударил копьём, вонзив наконечник в плечо руки, державшей оружие. Огр взревел от боли, выронил дубину и отвернулся от эльфа. Кагонос проскочил мимо, на ходу полоснув чудовище топором и вызвав новый стон. Уверенный, что товарищи добьют раненого врага, Следопыт помчался дальше и одним прыжком взлетел на груду валунов, составлявших стену.

Оказавшись на вершине каменного кольца, Кагонос испустил ликующий боевой клич. В лагере царил настоящий хаос: огры метались к плохо защищённым участкам стены. Всё новые воины Старолесья перебирались через гранитное укрепление, добавляя к общему шуму собственные торжествующие возгласы.

Лишь на противоположной стороне лагеря, где храбрый отряд Кирилла и вправду первым вступил в бой, враги встретили нападение организованной обороной. Там огры плотно столпились за стеной, а несколько чудовищ перелезли через неё и бросились в самую гущу нападавших. Ни одному эльфу с той стороны пока не удалось взобраться на укрепление.

С рёвом на Кагоноса кинулся ещё один огр. Эльф одним прыжком соскочил со стены и легко приземлился прямо перед чудовищем. От неожиданности огр резко остановился, но успел отбить удар стального топора крепкой дубиной. Тогда Следопыт ткнул копьём в выпирающий живот врага. Со стоном огр рухнул на землю.

— К синему самоцвету! Найдите камень! — закричал Кагонос, когда всё новые воины перебирались через стену.

По всему лагерю завязались десятки схваток. Эльфы поодиночке, парами и тройками нападали на огров, которые сопротивлялись беспорядочно и разрозненно.

Справа снова раздались птичьи крики. Несколько воинов Старолесья окружили огра, которому перерезали сухожилия на ноге, и принялись колоть беспомощное чудовище своим оружием. Другие огры бросились спасать товарища. Эльфы с поразительной быстротой развернулись навстречу новой угрозе, но прежде один из них успел перерезать горло несчастному великану, ради которого враги и бросились на помощь.

На Кагоноса одновременно бросились двое огров. Он отступил, отражая удары дубины и огромного меча с бронзовым лезвием. Внезапно огр с мечом пронзительно взвизгнул и извернулся. В краткий миг между ударами Следопыт заметил Далла, который выдёргивал свой короткий меч из бедра чудовища.

Рана причиняла сильную боль, но не лишила огра способности двигаться. Кагонос с ужасом понял, что младший брат недооценил быстроту врага. Далл споткнулся и растянулся на спине. Следопыт бросился ему на помощь, но огр с дубиной размахнулся, направив страшный удар прямо в голову Кагоноса.

Едва успев поднять топор, Кагонос принял удар на оружие. От чудовищной силы его пошатнуло. Но он быстро восстановил равновесие и бросился вперёд, проскальзывая под неуклюжим обратным взмахом дубины. Окровавленное остриё копья снизу пронзило хрящи на шее огра, рассекло пасть и глубоко вошло в мозг. Чудовище погибло мгновенно. Падая навзничь, оно вырвало копьё из пальцев Кагоноса.

— Берегись! — закричал Следопыт, перепрыгивая через труп.

Далл покатился по земле, а второй огр уже заносил огромное бронзовое лезвие для нового удара. На руке молодого воина зияла глубокая рана. Из неё хлестала кровь. Далл отчаянно цеплялся за скользкие камни, пытаясь подняться.

Кагонос взмахнул топором, вложив в удар всю силу своей длинной гибкой руки. Окровавленное лезвие рассекло воздух, устремляясь к толстой мускулистой шее огра. Такой удар должен был разрубить кость, перерезать позвоночник и убить чудовище наверняка.

Но в то же мгновение Кагонос понял, что опоздал.

Глаза Далла широко раскрылись от ужаса. Он тоже всё понял. Бронзовое лезвие обрушилось вниз. Зазубренные края тяжёлого оружия пробили страшную дыру в его груди, а вес металла довершил остальное.

Завывая от ярости, уже не орлиным клёкотом, а рычанием дикого зверя, Кагонос одним ударом отсёк огру голову. С губ Следопыта срывались нечленораздельные крики, переходившие в долгий, мучительный вой невыразимого горя. Обезглавленное чудовище рухнуло набок.

Кагонос опустился на колени возле брата. Свет в глазах Далла угасал. Молодой эльф отчаянно смотрел на Следопыта, и на краткое мгновение его взгляд словно наполнился мудростью и безмятежностью бесчисленных веков. Затем Далл обмяк, откинулся назад, а веки наполовину сомкнулись. Кагонос понял, что брат умер. Он осторожно протянул руку и закрыл ему глаза. Несмотря на страшную рану в груди, лицо молодого эльфа выглядело удивительно спокойным, словно Далл просто устал и прилёг ненадолго отдохнуть.

Кагонос смутно помнил, что битва ещё продолжается. Он моргнул и огляделся. Несколько его воинов сдерживали неподалёку пару огров, не позволяя тем приблизиться, пока Следопыт прощался с братом. Кагонос был им благодарен. Теперь он вскочил на ноги, высоко подняв топор.

Словно почувствовав его мрачную решимость, оба огра попятились, но слишком медленно. Кагонос метнулся вперёд, точно бросившаяся на добычу змея. Узкое лезвие топора полоснуло одного огра по горлу, а второго уже повалили на землю двое прыгнувших на него воинов Старолесья, жаждавших отомстить за смерть брата своего Следопыта.

— Синий самоцвет! Он должен быть здесь! — закричал Кагонос, оглядывая изрытую следами битвы вершину холма и вновь пытаясь определить, где спрятана драгоценность.

Груда валунов по-прежнему казалась самым вероятным местом. Правда, огры не прилагали особых усилий, чтобы защитить именно её, — во всяком случае, не больше, чем на других участках лагеря. И всё же Кагонос должен был верить, что под каменной насыпью с плоской вершиной скрывается тайник с синим самоцветом.

Вопли раненых огров смешивались с пронзительными боевыми криками эльфов. Сами воины Старолесья, получив ранения, переносили боль с суровым молчанием. Многие из них, прихрамывая, двигались позади наступавших товарищей и безжалостно добивали огров, уцелевших после первой атаки.

— За мной! — крикнул Кагонос и бросился вперёд сквозь хаос разгромленного лагеря.

Множество огров и почти столько же эльфов лежали окровавленными и неподвижными среди камней и снега. Небольшая группа чудовищ всё ещё держалась у северной стены, но теперь они, похоже, пытались бежать, уже не помышляя о защите своего горного убежища.

Следопыт знал, что могущественный самоцвет довольно велик, но всё же мог поместиться в поясной сумке или мешке огра.

— Никого не выпускать! — закричал Кагонос. — Окружить их! Перебить всех до единого!

Эльфы с яростными криками начали смыкать кольцо. Спасаясь от неминуемой гибели, огры давили друг друга, метались из стороны в сторону и тщетно пытались уклониться от каменного и металлического оружия воинов Старолесья.

Кагонос добрался до большой каменной насыпи и быстро вскарабкался наверх. Среди сваленных валунов он заметил очертания тёмной ниши. Следопыт принялся ногами сбрасывать камни, и те покатились вниз по склонам пирамидальной груды. Быстро оглянувшись на место сражения, он увидел, что отряд Кирилла по-прежнему держится у стены, преграждая путь ограм, которые так отчаянно стремились вырваться из лагеря.

И тут камни под ногами зашевелились. Кагонос опрокинулся навзничь, когда из внезапно открывшегося входа в пещеру вырвался огромный огр с жёлтыми клыками. Из ревущей пасти летели брызги слюны, а в могучей лапе чудовище сжимало огромный меч с крючкообразным лезвием. Оружие сверкнуло, и молниеносный удар со свистом устремился к голове Следопыта.