Свой выбор - 3 (джен)

Ответить на вопросы Гарри успел, но лишь потому, что не стал расписывать известные ему моменты, сосредоточившись на самом главном. За секунду до звонка он поставил последнюю точку и выдохнул. Оценки мало значили, но не хотелось портить отношения с преподавателем, от благосклонности которого в немалой степени зависело будущее самого Поттера и здоровье леди Блэк.

— В семь, Поттер, — напомнил зельевар, прежде чем студенты покинули класс. — В аудитории первого курса.

— Да, сэр, — ответил Гарри, выходя в коридор одним из последних.

После зельеварения у второкурсников больше не было занятий, и ребята группами разошлись в разные стороны, поднявшись из подземелий в холл. Кто-то направился в общежитие, кто-то в Библиотеку, а кто-то сразу в Большой зал, где не запрещалось сидеть до трапезы и заниматься личными делами.

Гарри огляделся, подумал немного и уже хотел пойти вслед за Терри и Энтони к себе в башню, как его кто-то окликнул. Обернувшись, юноша удивленно вздернул брови, увидев целителя Сметвика.

— Добрый день, сэр, — произнес Гарри, подходя ближе.

— Привет, малец, — усмехнулся Сметвик, даже в огромном холле замка умудрявшийся казаться огромным и неповоротливым медведем в крохотном домике. — Как ты тут?

— Нормально, — пожал плечами Поттер. — Целитель…

— А пойдем-ка со мной в ваше Больничное крыло, малец, — перебил парня Сметвик, прихватил за плечо и повлек к лестнице. — Ты там бывал вообще?

— Пару раз, — неопределенно пожал плечами Гарри.

— Повезло, — усмехнулся целитель. — Я в свое время был таким задохликом, что декан предлагал перенести мои вещи в лазарет, раз там ночую чаще, чем в спальне факультета.

Гарри недоверчиво покосился на мужчину.

— Да, не смотри на меня так, малец, — усмехнулся Гиппократ. — Зато такие ночевки не могли не увлечь медициной. Да и учитель у меня тогда был отличный. Ваша медиведьма знает свое дело, но предыдущая врачевательница тел и душ была истинным целителем. Там где кости не срастались под воздействием зелий, они смирненько слеплялись от ее угроз. Вот и мне она пригрозила выдать несколько пузырьков без этикеток, если продолжу так безалаберно относиться к собственному здоровью. Пришлось не только научиться распознавать зелья по запаху, — мало кому хочется выпить обещанного слабительного вместе со снотворным! — но и оказывать себе первую медицинскую помощь. Ну и в целом… беречься от травм.

— Жестоко, — прокомментировал Гарри. — И на профессора Снейпа похоже.

Сметвик хохотнул и закивал:

— Похоже, хотя мадам Блетчли ваш зельевар не застал. Его уже Поппи после каждой драки выхаживала. А я… Меня шуточки мадам Блетчли только стимулировали: было не страшно, а интересно. И она это знала. Как знала и то, как разговаривать с каждым из студентов. Кого пожалеть, а кого и… мотивировать.

На этот раз Гарри улыбнулся.

На лестнице возле третьего этажа маги встретили авроров. Рядом с недовольным Камински изваянием застыл суровый высоченный темнокожий маг в фиолетовой мантии и маленькой шапочке. Поттер нахмурился, вспомнив, что уже где-то этого незнакомого аврора видел.

— Сторожите? — усмехнулся Сметвик, идя так, что авроры вынужденно придвинулись к стене. Целитель возвышался над обоими и был шире даже здоровенного темнокожего мага. — Ну, сторожите, сторожите.

Гарри ускорился, чтобы не отставать от Сметвика.

— Тебя этот гусь неощипанный не задирает? — спросил целитель, когда маги свернули в коридор четвертого этажа.

— Кто? — нахмурился Гарри.

— Гектор Камински, — пояснил целитель.

— Нет, — мотнул головой Поттер. — Он мне после того… разговора ни слова не сказал.

— Ну и славно, — довольно произнес Сметвик. — Боунс хоть и вежливая, но тетка суровая. Так и знай, малец. С ней не забалуешь, но и в обиду не даст.

— Вы мне ее… рекламируете? — опешил Гарри.

Сметвик хохотнул.

— Да я так… просвещаю. Еще не решил, на кого повесишь мишень?

Гарри вздернул бровь, но уточнить ничего не успел — они уже вошли в лазарет. Мадам Помфри, стоявшая над кем-то за ширмой, выпрямилась и приветливо улыбнулась целителю.

— Поппи, милашка моя, ничего, что я прихватил с собой этого мальца? — уточнил Сметвик, в несколько больших шагов подходя к ширме. — Как тут у тебя дела?

Гарри, хоть никто его не гнал, немного потоптался на месте, прежде чем подойти ближе. Общий зал Больничного крыла, аскетичный и серый, напомнил юноше палаты Мунго. Маги, так любившие все яркое, подвижное и необычное, способные трансфигурировать все что угодно, для своих больных сородичей не придумали ничего лучше унылости. Ни высокие арочные потолки, ни картины, ни даже теплый солнечный свет за забранными решетками окнами не могли изменить казенность этого места. Опустившись на одну из застеленных серым покрывалом постелей, Гарри представил себе, как одиноко и сиротливо в лазарете ночью. И затянутые зеленой материей ширмы вряд ли способны дать хоть тень уединения.

— Бр…

Задумавшись, Поттер пропустил часть разговора колдомедиков и встрепенулся лишь тогда, когда его позвал Сметвик.

— Малец, ты навещал всех этих ребят? — спросил целитель.

— Нет, — ответил Поттер, вставая. Сумку он оставил возле кровати и подошел к Сметвику, без особого интереса заглядывая за ту ширму, возле которой стояли целители.

За перегородкой пряталась койка, отведенная Колину. Первокурсник казался особенно маленьким и худеньким на жесткой больничной кровати. Мадам Помфри даже не укрыла его одеялом, оставив лежать в том виде, в каком мальчишку доставили в лазарет.

— Ему не холодно? — спросил Гарри медленно, рассматривая Криви.

— Он ничего не чувствует, — отмахнулась медиведьма, водя палочкой над гриффиндорцем. — Нет, Гиппократ, я не думаю, что поможет… Давай не торопить события. Помона заверила, что урожай мандрагор почти созрел. Осталось совсем немного подождать, а потом…

— А что с его руками? — бесцеремонно перебил женщину Гарри.

Колин лежал на спине. Его глаза были почти зажмурены, руки вытянуты вверх, как если бы мальчишка что-то сжимал.

— Когда его нашли, он держал камеру, — ответил за Помфри Сметвик.

— А… ясно, — протянул Гарри. — И где камера?

— Пленка сгорела, когда Аль… директор Дамблдор забрал камеру и открыл крышку, — недовольно хмурясь, ответила колдомедик.

— Открыл крышку? — переспросил Поттер. — А колдокамеры в магическом мире такие же, как в маггловском?

— Ты о чем, малец? — повернулся к парню Сметвик.

— Ну… если в обычной маггловской камере открыть крышку, не смотав пленку в защитный корпус… не знаю, как эти детали называются правильно, но, в общем, пленка засвечивается, — пожал плечами Гарри. — Пленки для колдокамер не портятся при подобном обращении?

Целители, глядя на Гарри, дружно моргнули.

— Если бы пленка не сгорела, то все равно испортилась бы, — сообразила Помфри.

Гарри сам себе кивнул и двинулся дальше, заглядывая за ширмы.

— Альбус это специально сделал? — удивилась медиведьма.

Дальше Гарри разговор взрослых не слушал, прекрасно понимая, что любые предположения останутся предположениями.

Мог ли такой так, как Альбус Дамблдор, не знать устройство колдокамеры? Мог. Хотя даже Гарри, у которого не было своей камеры, худо-бедно понимал главные правила. Тетя, запечатлевшая, кажется, каждый мало-мальски важный момент в жизни Дадли, не раз при Гарри заправляла пленку в фотоаппарате и раз десять ругала нетерпеливого отпрыска, желавшего сию секунду увидеть результат.

Директор специально уничтожил возможное доказательство чьей-то вины? Все может быть. Как может быть и то, что Дамблдор знает, что именно происходит в школе, но ничего не предпринимает по каким-то своим мотивам.

Близнецы обнаружились за следующей перегородкой. Сразу три ширмы отделяли от зала составленные вместе койки, на которых в странных позах лежали рыжие гриффиндорцы. Их одежда была сильно испачкана грязью, как и рассказывали ребята. Но никто не упомянул, что лица парней оказались красными, а челки закопченными, будто близнецы оказались рядом с пламенем. Присмотревшись, Поттер увидел подпалины и на одежде четверокурсников, а еще — волдыри на руках.

Парни лежали лицом друг к другу, их колени были согнуты, как если бы окаменели Уизли в момент, когда пытались присесть на корточки, хватая друг друга за одежду.

Сметвик нагнал Гарри у койки, над которой неподвижно парил сэр Ник. Если бы не сеть из каких-то серебристых нитей, призрак взлетел бы над ширмой.

— Зафиксировать привидение в горизонтальном положении оказалось настолько сложно, что, вроде как, первое время Помфри держала его в одной из палат, чтобы никого не пугать вертикально торчащим посреди зала неподвижным телом, — рассказал целитель.

— Будто призраки сами по себе никого не пугают, — невесело хмыкнул Гарри, рассматривая сэра Ника через свои очки-артефакты.

Поттер мог в любой момент развоплотить призрака. Он видел нити, за которые нужно лишь разок дернуть. Но призрака Гриффиндорской башни было немного жалко. Пусть призрак и не пытался общаться с самим Гарри, но был самых жизнерадостным и отзывчивым привидением из всех, обитавших в замке.

— Как там леди Вальбурга? — тихо спросил Гарри, оглянувшись на медиведьму и убедившись, что та ушла в свой кабинет.

— Вал-Вал? Превосходно, — заверил целитель. — Бодра, даже весела и о чем-то постоянно спорит с портретами.

— О чем? — спросил Гарри, не столько интересуясь темами споров, сколько тем, что целитель умудрился эти споры подслушать. Эльфы полностью контролировали дом и не могли позволить пусть и доверенному, но все же постороннему человеку услышать что-то важное.

— О каких-то старых историях, — отмахнулся Сметвик. — Я не вслушивался. Что-то о детях Вал и еще о ком-то… Не помню. Главное, спорит и всем подряд грозит сонными чарами.

Гарри усмехнулся. Эта деталь показалась ему забавной и обнадеживающей. Если леди Блэк настолько сильна, чтобы кому-то грозит, то все усилия последнего года не пропали даром.

— Жаль, что тебя сейчас никак не вытащить в Мунго, — понизив голос, сказал целитель.

— А что там? — нахмурился Гарри.

— Мог бы взглянуть на результат по той безымянной пациентке, — пояснил Сметвик.

— Как она?

— Гораздо лучше. Постепенно спазм прошел. Сейчас она расслаблена и просто спит. Это огромное достижение, малец.

— Рад, что помогло, — отозвался Поттер. — Удалось что-нибудь о ней узнать?

— Нет, — покачал головой целитель. — Даже теперь, когда ее лицо не перекошено болью. Но это пока. Возможно, результат даст статья в «Пророке». Выйдет через несколько дней.

Гарри покивал и покосился на большие часы на стене.

— Мне надо в Библиотеку, — сказал он. — Хочу успеть сделать часть домашнего задания до того, как идти на отработку.

— Отработка? — усмехнулся Сметвик. — У кого?

— У Снейпа, — поморщился Поттер.

— Правда? — вздернул бровь целитель. — А мне казалось, вы с этой подземной ехидной спелись.

Гарри скривился. Это с глазу на глаз он и зельевар общались спокойно и даже уважительно, в учебное же время Снейп не давал Поттеру поблажек.

— Ну передавай тогда от меня ехидне вашей привет, — усмехнулся целитель. — Характер у него, конечно, тот еще, но от обязанностей ваш профессор не отлынивает.

— Вы о чем, сэр? — нахмурился Поттер.

— А ты думаешь, кто тогда Боунс вызвал, а меня в поддержку к Флитвику отправил? — спросил Сметвик и усмехнулся, заметив, как вытянулось лицо Поттера. Ничего такого он от зельевара не ожидал.

— Я не думал…

— Ну не совпало же оно так, малец, — подмигнул юноше целитель. — Совпадения — большая редкость. Чаще это просто хорошо обдуманный план. И в тот раз Амелия явилась весьма вовремя, хотя стоило на несколько минут раньше. Ты б слышал, какую отповедь она устроила Камински! Удивительно, что он вообще не вылетел из авроров. И не попал прямо в отделение моего коллеги Тикки. Такой бред нести!

Гарри подошел к своей сумке, одеревеневшей рукой поднял ее с пола и нервно улыбнулся. Сметвик этого не заметил и продолжил, пользуясь отсутствием медиведьмы:

— Он убеждал всех собравшихся, что второкурсник не может… со слов других опрошенных студентов, быть таким спокойным и разумным для своего возраста. А это означает, что с тобой что-то не так.

— Да, что я очень похож на Сами-Знаете-Кого, — скривился Поттер.

— Или им являешься, — помолчав несколько секунд, сказал целитель.

Гарри ошеломленно обернулся, ожидая увидеть напряженного Сметвика чуть ли не с палочкой наголо. Но целитель преспокойно любовался световыми бликами на стене и довольно улыбался.

— Отличная погода, — заявил Сметвик. — Ты в четырех стенах не сиди. Гуляй больше. Уж где-где, а вне замка, как я погляжу, дети в большей безопасности, чем внутри него.

— Ага, — выдавил Поттер напряженно. Он ожидал обвинений, но, похоже, целитель считал слова Камински нелепицей, не стоящей дальнейшего рассказа. — А как мадам Боунс отнеслась к заявлениям аврора?

«Сегодня один, а завтра наберется целая толпа, считающая нечто подобное не бредом сумасшедшего!» — забеспокоился юноша.

— Велела не выдумывать и заниматься тем, что ему поручили, а не самодеятельностью, — ответил Сметвик. — А когда Камински начал спорить, то сняла с задания и предупредила, что за следующий проступок не только выдворит из Хогвартса, но и отправит назад к Скримджеру с нелестной характеристикой. И вот он теперь у вас лестницы сторожит, а не детей допросами и обвинениями пугает.

Гарри покивал, попрощался и медленно вышел из Больничного крыла. Ему не нравилась история с обвинениями с самого начала, но новые детали заставляли нервничать. Аврор просто тыкал пальцем в небо или что-то знал? И сам он это придумал или кто-то ему подсказал?

— Уж больно лихо он взялся обвинять меня в нападениях… — пробормотал Поттер, направляясь в Библиотеку.

На входе он чуть замешкался, пропуская вперед студенток Слизерина, и не заметил выбегавшую из зала девочку. Та неслась вперед, опустив голову, и со всего разгону впечаталась в Гарри, опрокинув его и навалившись сверху.

— Ох… — только и смог выдавить юноша через несколько секунд, с трудом втягивая воздух.

Открыв глаза, он покосился на девчонку. Это была Джинни Уизли. Она таращилась на него молча, быстро покрываясь некрасивым малиновым румянцем. Стоило Гарри пошевелиться, девчонка скатилась с рейвенкловца и, пряча глаза, принялась подбирать разлетевшиеся в разные стороны вещи. Поттер подтянул к себе свою сумку, не желая, чтобы на нее наступали, и поднял, сбираясь вернуть Джинни, тетрадку в кожаной обложке. Но вместо этого озадаченно уставился на вещь, от которой пальцы резко похолодели, и возникло ощущение, что кто-то или что-то пытается вытянуть из его легких весь воздух. Единственный случай, когда Поттер чувствовал что-то подобное, произошел чуть больше года назад.

«И виной тому было зеркало в заброшенном классе! — в ужасе подумал юноша. — Зеркало, в котором сидела сущность, способная тянуть силы!»

Он хотел расспросить Джинни, но та, выхватив тетрадку, бросилась бежать, оставляя Гарри в растерянности сидеть на полу.

«Я ошибся? Или это что-то похожее? — спросил себя парень. — И где я прежде видел эту тетрадку?»