Братья по магии. Точка отсчета (джен)

После нападения Алекс долго не мог прийти в себя. То, что они с Гарри по-прежнему не могли спокойно ходить по Хогвартсу, было ненормально.

Сашу терзали мысли о том, что его присутствие сделало жизнь Гарри хуже. Если бы не он, Поттер подружился бы с Роном, который не стал бы молчать о нападении слизеринских почитателей Темного лорда. В каноне не было ничего подобного. А сам Алекс из трусости подвергал Гарри опасности. Он боялся, что его разоблачат и отправят к маглам, предварительно сломав его палочку и стерев память. Кстати, насчет последнего стоило серьезно задуматься.

Но только Саше было решительно непонятно, чего он всё-таки боится. Еще совсем недавно он считал, что магмир ему и даром не нужен и что он слишком логичный и рациональный, чтобы жить в нем. Для Алекса Грея было вполне нормально оказаться вновь среди маглов, пусть и лишившись воспоминаний. Жил же он без магии раньше, и теперь бы прожил.

Но тут к Алексу Грею пришло осознание, что он боялся не того, что его разоблачат, а что у него не будет больше брата. Они с Гарри были магическими братьями, и, как близнецы Уизли, не могли один без другого. Это был одновременно подарок Магии и её проклятие. Чтобы осознать это, достаточно вспомнить, что было с Джорджем после гибели Фреда.

Алекс Грей не перенесет, если его разлучат с братом. Неважно, что его брат тот самый Гарри Поттер. Для Алекса он просто брат, самый близкий теперь человек. И хотя Саша испытывал иррациональный страх раскрывать Гарри правду о себе, он понял, что больше не может её скрывать. На выходных он всё расскажет Гарри, надеясь, что тот сможет принять то, что узнает, и не будет упрекать в этом Алекса.

* * *

Учебные дни потекли спокойно и размеренно. Алекс и Гарри теперь не только легко справлялись с заданиями, но и выбились в лидеры. Они стали отвечать на каждом уроке, отставая в практике, но уверенно показывая знания в теории.

Гарри приходилось труднее на Чарах. Флитвик, будучи действительно хорошим учителем, не опрашивал детей, заставляя пересказывать целые параграфы, как Макгонагалл; у неё-то Поттер блистал, хотя то и дело спотыкался на трудных словах, зачитывая текст. Филиус проверял знания, подкидывая, будто в игре, меткие вопросы, позволяющие ему точно оценить понимание пройденного. Тут как раз развернулся Алекс; он вообще лучше ориентировался в материале, пусть и по-прежнему не мог сказать, что начал его понимать.

Гарри не мог так быстро, как брат, находить ответ и, пока он прокручивал текст в поисках нужного места, чаще всего кто-то успевал поднять руку. Из гриффиндорцев это обычно были Грей и Грейнджер, и у них конкуренция только начинала набирать обороты, вступая в фазу личного соперничества, а из учеников Слизерина Малфой. Платиновый блондин изо всех сил лез в одну компанию с Поттером, пусть критерием попадания в нее была учеба.

Практика у братьев была на высоте только на Трансфигурации. «Раз плюнуть!» — сказал Гарри, превращая круглую деревянную заготовку в пуговицу, после того, как похожие преобразования проделал Алекс.

На Чарах Флитвик по-прежнему поправлял обоим мальчикам хват и движения руки. Алекс даже спросил профессора, не зря ли они тратят столько времени на разработку кисти, не пробуя ни одного даже самого простого заклинания. Но полугоблин тут же указал Грею на недостаточную точность в выполнении задания, что могло привести к проблемам при колдовстве. Алекс с трудом удержался, чтобы не показать Флитвику Левиосу, выполненную с неверным взмахом палочки (он бы использовал заклинание полета на каком-нибудь предмете). Вот бы профессор удивился!

В теплицах бесспорным знатоком был Невилл. Он лучше всех управлялся с растениями, а его эрудиция по любимой теме была столь обширна, что школьная программа казалась лишь каплей в море его знаний. Алекс и Гарри старались если не отличиться, то не ударить в грязь лицом, используя навыки, полученные до Хогвартса, а виртуальные учебные пособия, всегда готовые дать подсказку, делали их ответы на уроке своевременными и полными.

На Зельеварении Снейп, одарив мальчиков сожалеющим взглядом, не стал их рассаживать. На первом сдвоенном уроке братья вполне справлялись с учебным процессом. Оба ответили на вопросы профессора и даже, в отличие от Гермионы, получили баллы — Поттер один, а Грей целых два.

На практической части варили бальзам для проблемной кожи, иначе средство против угревой сыпи или акне. Зелье у братьев получилось. Варили строго по рецепту, поэтому никаких неожиданностей не было и применять магию для предотвращения взрыва не пришлось. Снейп был разочарован, но вида, конечно, не подал. Алекс смог, наконец, подавить в себе брезгливость и начал действительно помогать Гарри в нарезке. Готовить Саша не умел, в его репертуаре была классика − пельмени, яичница с омлетом, ну, еще салат. Теперь, похоже, Зельеварение поможет с кулинарными навыками.

Свободное время мальчики проводили в библиотеке, загружая в «память» дополнительную литературу. Оба свободно пользовались сохраненными файлами, но вносить туда данные мог только Алекс, как и создавать папки и документы.

В общем, мальчики не ленились и учились настолько усердно, что к концу недели накопилась усталость, требуя провести выходные спокойно и отдохнуть.

* * *

Утром в субботу Алекс проснулся от того, что на него с разбегу прыгнул Гарри. Брат был в пижаме, и, похоже, сам только что проснулся. Кроме них, в комнате никого не было.

− Мы проспали завтрак! − радостно сообщил брюнет.

− Я всю неделю мечтал об этом! − сладко потягиваясь, сказал Грей. Вставать не хотелось, и он подвинулся, давая возможность Гарри лечь рядом и залезть под одеяло.

− Чем займемся? −нарочито небрежно спросил Поттер. Он, кажется, уже нашел им занятие.

− Учиться не будем, − решительно заявил Алекс. − Надо отдохнуть хоть немного, мы и так всю неделю честно трудились.

− Согласен, − поддержал Гарри. − Пойдем смотреть, как играют в плюй-камни. Энди меня звал, ребята из разных факультетов собираются во внутреннем дворе, ну, ты знаешь, это двор виадука. Они будут там до обеда, мы успеем спокойно собраться. Ну как, пойдем?

Плюй-камни! Алекс был далек от того, чтобы интересоваться такой игрой, но Гарри могло даже понравиться. Ради брата он вполне потерпит. К тому же все равно у волшебников плохо с интеллектуальными развлечениями, одни шахматы Рона чего стоят. Алекс хорошо играл в шахматы, но увидев, как это делал «великий стратег» Рон, почувствовал, что его интерес к игре резко пошел на убыль.

− Привет, вы все-таки проснулись! − сказал Симус, заходя в комнату. А Дин, появившийся следом, добавил:

− На завтрак была вкусная творожная запеканка, а не овсянка. Вы много пропустили!

− Ничего, позавтракаем в обед, − беспечно отозвался Грей. − А где Невилл?

− Ест еще, − ответил Финниган. Он уселся на свою кровать и молчал с минуту, а потом сказал: − Это не мое дело, вообще-то, но ты зря с Тюфяком так возишься, как будто он твой младший брат. Пусть начинает жить своим умом.

Сказав это, Симус посчитал свой долг по предупреждению одноклассника исполненным и присоединился к Дину, который выгребал из своего чемодана какое-то барахло, бормоча: «Это может подойти».

Алекс вздрогнул; ему стало неприятно. Он же хотел помочь Невиллу, а ребята со стороны видят лишь то, что он навязывает Лонгботтому свое понимание жизни! Саше всегда казалось, что многие беды в Хогвартсе именно из-за того, что те, кому нужна помощь, её не получают. Кстати, почему «Тюфяк»?

− Это вы Невиллу такую кличку дали − Тюфяк? − спросил Алекс.

− Да, − не стал отрицать Сим. − Что, скажешь, не подходит?

− А нас с Гарри вы прозвали Вейдер и Палпатин? − продолжал расспросы Алекс, вспомнив, как друзья обратились к ним после эпичного выступления Гарри в роли ситха.

− Вам с Поттером подходит: ходите всегда вдвоем, такие загадочные, молчите все время. Никто про вас ничего не знает, − сказал Дин. Он уселся прямо на выложенные вещи. − Ну, про Гарри мы что-то знаем, а вот про тебя, Грей, прости, вообще ничего.

Было что-то неприятное в том, как Томас сформулировал свое то ли обвинение, то ли недовольство тем, что их сосед по комнате оказался таким скрытным. Саша понимал, что он сам в какой-то степени виноват и что он заслужил недоверие, так как получалось, что он тоже не доверял ребятам, которые хорошо к нему относились. И не только им, но и Гарри.

− Я обычный, что про меня говорить, − попытался он все же уйти от прямых объяснений и сгладить возникшую неловкость. − А вот назвать национального героя Вейдером − это сыграть на руку его врагам. Вы бы поосторожнее с прозвищами. Все-таки ситх − почти что темный лорд.

Симус с Дином переглянулись.

− Мы не треплемся перед кем попало, − сказал темнокожий мальчик, а его друг добавил:

− Волшебники всё равно не поймут, кто это такой.

− Почему это вы решили, что Лонгботтом − младший брат Алекса? − вдруг заговорил Гарри. Он вылез из кровати и теперь мрачно сверлил взглядом соседей по комнате.

− Да пошутили мы, Гарри, − Дин попробовал пойти на попятный, почувствовав, что атмосфера в спальне накаляется.

Алекс с удивлением посмотрел на Поттера. Что на него нашло? Губы сжаты, сопит от недовольства. Что не так? На секунду блондин задумался, сопоставляя сказанное с реакцией мальчика. Да он ревнует! Вот блин… Сашу младшие брат с сестрой не ревновали. Скорее, они ревновали родителей к нему. Так что подобного с ним не случалось, и осознание этого факта просто ошеломило Алекса.

Ох, он дурак! Вряд ли Алекс Грей настолько разбирался в психологии, чтобы об этом догадаться, но брата он хорошо чувствовал. Надо поскорее поговорить с Гарри. Алексу казалось, что тот должен понимать, как он к нему относится, но, видимо, этого было недостаточно. Требовалось словами выразить то, что он действительно считал Гарри своим братом, человеком, ближе которого у него нет. И хотя Саша все еще хотел помочь Невиллу, полагая, что тому необходима хотя бы минимальная поддержка, у него не было и тени сомнения в том, что он отдаст всё свое внимание брату, если уж тому его не хватает.

− Гарри, мы хотели пойти играть в плюй-камни! − чтобы отвлечь Поттера, Алекс был готов теперь даже научиться играть в эту игру.

Гарри кивнул и начал одеваться. Алекс тоже последовал его примеру, поглядывая на соседей по комнате.

Симус с Дином оказались настоящими друзьями, они не просто общались с Алексом и Гарри, а готовы были даже подраться с Роном, когда он цеплялся к Грею, и вообще были нормальными ребятами. Не хотелось бы, чтобы они относились к Поттеру с предубеждением, как в каноне. И теперь, отказывая им в минимальном доверии, Алекс сам настраивал соседей против себя и брата. Но что рассказать им, Грей не знал. История об амнезии выглядела странной и поэтому не была особенно достоверной, а придумывать что-то после заявления Снейпа и Макгонагалл о чистокровных родителях где-то в Канаде казалось опасным.

Наверное, эта проблема подождет пару дней, решил Алекс. Он надеялся, что Гарри, когда он ему всё расскажет, посоветует, как поступить и что говорить о своем происхождении. Дело в том, что Грей, услышав, с каким возмущением Гарри воспринял высказывание, что Алекс считает Лонгботтома младшим братишкой, уяснил для себя кое-что. Помимо того, что Поттер не хочет, чтобы кто-то занял его место, сам Саша перестал считать Гарри младшим, а себя старшим братом. Они равны, понял он. У каждого свои сильные стороны, используемые во благо им обоим, и свои слабости, которые братья помогают друг другу преодолеть. И теперь Алекс нуждался в понимании, хотя не был уверен, как Гарри воспримет его рассказ. Но, в любом случае, он это сделает, надеясь на лучшее.

Дин, выбрав из вороха тряпок, сваленных на кровати, пару темных футболок, пошел на выход. Симус упруго встал, бросил острый взгляд на Алекса и пошел следом. Грей был уверен, как никогда, что у него, нет, у них с Гарри был только один шанс не потерять доверие этих ребят.

* * *