Дарт Ворн: Тёмная сторона силы (джен)

Каэл стоял у голографической проекции галактики, его пальцы скользили по светящимся точкам, как по нотам симфонии. В тронном зале Звезды Смерти царила тишина, нарушаемая лишь гулом систем станции. Штурмовики вдоль стен держали бластеры у ног, их шлемы направлены в пол. Дроиды-стратеги замерли у панелей, пальцы застыли над сенсорами. Никто не дышал громче необходимого.

— Сектор Гамма-12, — произнес Каэл, голос звучал как скрежет металла по стеклу. — Отправьте дивизию «Черный Лед» к Луне Илиума. Джедаи прячут архивы в ледяных пещерах. Уничтожить все, что не успеет улететь за три часа.

Один из штурмовиков шагнул вперед, опустил забрало в знак подтверждения. Не сказал ни слова. Не посмел.

— Сектор Дельта-7, — Каэл провел пальцем по проекции. — «Огненные Клыки» к планете Кессон. Там базируется отряд повстанцев под прикрытием джедаев. Не атаковать напрямую. Подожгите леса вокруг их лагеря. Пусть джедаи выберут: спасти себя или невинных.

Дроид-стратег мигнул красным светом, принимая приказ. Его механический голос дрожал:

— Почему не уничтожить их сразу?

Каэл не обернулся.

— Потому что страх сильнее смерти, — прошептал он. — Пусть галактика увидит, как джедаи бегут от огня.

Штурмовики переглянулись. Никто не осмелился даже вздохнуть.

— Сектор Омега-3, — Каэл указал на точку у края галактики. — «Теневые Вороны» к системе Вейла. Там мой брат. Если он попытается укрыться у джедаев — сожгите всю планету.

В зале повисла тишина. Даже дроиды замерли. Штурмовик, отвечающий за связь, чуть дрогнул, но не поднял голову.

— Выполнять, — бросил Каэл.

Командиры разошлись молча. Двери закрылись, оставив его одного с голографией. Он провел пальцем по точке, где должна была быть Акрус. Пламя проекции дрогнуло, как будто реальность вздрогнула от его прикосновения.

Каэл шел по коридорам Звезды Смерти, его шаги не отдавались эхом. Штурмовики расступались, но не смотрели в глаза. Один дроид-механик уронил инструмент, пытаясь спрятаться за панелью. Каэл не остановился. Его пальцы сжимали рукоять меча, как будто проверяя, на месте ли она.

В личных покоях он снял плащ. На верстаке — черный металл, покрытый трещинами, как старая кожа. Кристаллы, вырезанные из сердца вулкана, лежали в ряду, их свет пульсировал в такт его дыханию. Он взял один, провел ладонью над ним. Кристалл задрожал, как будто пытался вырваться.

Каэл опустил его в жидкость, которая не кипела, но и не остывала. Металл начал таять, стекая в форму будущего меча. Он не спешил. Каждый слой — как строчка в письме к прошлому.

Дверь открылась без сигнала.

Вейдер стоял в проеме, его силуэт сливался с тенью. Дыхание грохотало, но не громче, чем тишина, которая сопровождала его. Он не смотрел на голографии, не спрашивал о докладах. Его взгляд скользнул к верстаку.

— Что это? — прошипел он.

Каэл не обернулся. Его пальцы продолжали формировать металл.

— Меч, — ответил он. — Над которым я работаю с пяти лет.

— Зачем?

— Он наделит кого угодно властью, — Каэл провел ладонью над клинком. — Но только когда будет готов.

Вейдер шагнул ближе. Его тень упала на верстак, но не коснулась металла.

— Власть — это не меч, — прошипел Ситх. — Власть — это страх.

Каэл кивнул. Его пальцы сжали воздух, и кристаллы на верстаке замерли, как будто замерзли.

— Страх рождает власть, — прошептал он. — А меч рождает страх.

Вейдер не ответил.

Он развернулся и вышел. Дверь закрылась без звука.

Каэл вернулся к работе.

Металл дрожал в его руках, но не от слабости.

Где-то вдали, на границе галактики, шаттлы «Черных Льдов» вырвались в гиперпространство. Их двигатели взревели, как сердцебиение империи.