Цена мечты стать айдолом (джен)

Коридор второго этажа вдруг стал ареной для тихого, но напряжённого конфликта. Ёну заметил их издалека: Хёнхо прижал Джумина к стене, его рука упиралась в бетон рядом с головой младшего. Джумин дрожал, его пальцы судорожно сжимали лямку сумки, которую он так и не успел окончательно распаковать.

— Ты думаешь, всё так просто?! — шипел Хёнхо, и в его голосе звенела не злость, а обида. — Пришёл, нагадил, а теперь Мин-ним тебя спас, и ты снова наш? Ты хоть понимаешь, как мы себя чувствовали?!

Джумин молчал, опустив глаза. Он явно хотел объясниться, хотел рассказать про страх, про давление, но слова застревали в горле. Он боялся, что если упомянет чьё-то влияние, то подставит кого-то ещё. Ёну ускорил шаг. Такая напряжённость могла привести к драке, а им сейчас нужны были целые руки и головы.

— Хёнхо-хён, хватит, — Ёну встал между ними, мягко, но твёрдо отталкивая рэпера. — Он уже вернулся. Не дави на него.

Хёнхо фыркнул, убирая руку, но взгляд не смягчил.

— Он нас чуть не утопил.

В этот момент из-за угла вышел Дохён. Увидев картину, он мгновенно оказался рядом с Джумином, положив руку ему на плечо.

— Всё хорошо? — спросил лидер, и в его голосе было столько искренней заботы, что Ёну на секунду усомнился в своих подозрениях. — Ты бледный. Может, воды?

Ёну наблюдал за ними, прищурившись. «Если Дохён манипулировал им, то он актёр уровня золотого глобуса», — подумал Ёну. «Или он действительно заботится, но знает больше, чем говорит. Если он знал про уход Джумина и не предотвратил его...». Но Дохён выглядел измотанным, его забота казалась настоящей. Он осторожно повёл Джумина в сторону комнаты реперов — личного пространства Феникса, Хёнхо и Джумина. Ёну, не желая упускать нить, последовал за ними.

— Я тоже зайду, проверю, всё ли в порядке, — сказал Ёну, и Дохён лишь кивнул, слишком озабоченный состоянием младшего репера, чтобы возражать.

В комнате пахло старой одеждой и лаком для волос. Феникс сидел на диване, листая какой-то журнал, но замер, когда они вошли. Джумин опустился на край кровати, закрыв лицо руками. Дохён начал говорить что-то успокаивающее, но его речь прервал внезапный вибрационный сигнал.

Все замерли. Телефоны у стажёров были привилегией, которую обычно оставляли в общежитии во время тренировочного процесса. Наличие телефона здесь, в студии, было нарушением правил.

Феникс медленно достал из кармана чёрный смартфон. Он посмотрел на экран, и его лицо мгновенно изменилось. Обычно открытое и честное выражение сменилось маской холодной сосредоточенности. Он принял вызов, прижав телефон к уху.

— Ja? — коротко спросил Феникс.

В комнате повисла тишина. Из трубки доносился голос, говорящий на быстром, отрывистом немецком. Ёну не знал языка, но интонации были ясны: требовательными, жёсткими. Феникс слушал, не перебивая, его пальцы сжимали телефон так, что костяшки побелели.

— Понял, — наконец сказал Феникс. — Я буду там.

Он оборвал связь, даже не попрощавшись. Встал, сунул телефон обратно в карман и направился к выходу, даже не взглянув на остальных.

— Феникс? — позвал Дохён, явно встревоженный переменой в друге. — Куда ты?

— Дело, — бросил Феникс на ходу, не оборачиваясь.

Дохён колебался секунду, посмотрел на Джумина, который всё ещё сидел, уткнувшись в колени, и на Ёну. Затем он принял решение.

— Я вернусь через минуту, — сказал лидер и последовал за Фениксом.

Дверь закрылась, оставив Ёну и Джумина в тишине. Ёну стоял неподвижно, но внутри всё кипело. Немецкий язык. Телефон, которого не должно быть. Срочный уход. В голове сразу всплыл образ Мин Харин. «Неужели она?». Но зачем немецкий? У Харин нет связей в Германии... Или есть? Может, это её агент? Или кто-то, кто работает на неё из-за границы, чтобы скрыть следы? Феникс был самым закрытым из группы, самым независимым. Если кто-то и мог иметь тайные контакты, то это он.

Но если Феникс работает на Харин, то почему Дохён побежал за ним? Они неразлучны. Значит, Дохён тоже замешан? Или он просто пытается контролировать ситуацию? Слишком много совпадений.

Ёну понял, что оставаться здесь дольше опасно. Если они вернутся и увидят, что он анализирует их уход, подозрения падут на него. Нужно было уйти так, чтобы это выглядело естественно.

Он повернулся к Джумину, который наконец поднял голову, глядя на Ёну растерянными глазами.

— Мне нужно проверить расписание для Йенхи-нуны, — соврал Ёну спокойно, направляясь к двери. — Директор просил передать ей данные до вечера. Ты посиди здесь, отдохни. Если Хёнхо начнёт снова — зови меня.

Джумин слабо кивнул.

— Спасибо, Ёну-хён.

Ёну вышел в коридор и сразу свернул за угол, чтобы его не было видно из комнаты. Сердце колотилось. Немецкий звонок. Это была новая переменная, которую он не учёл. Он достал телефон, чтобы записать заметку, но замер. Если Инсо сказал, что крыса внутри... Может, это не один человек? Может, это цепочка? Феникс звонит кому-то, кто говорит по-немецки. Кто-то говорит с Джумином. Кто-то говорит с Хёнхо.

Ёну посмотрел на закрытую дверь комнаты реперов.

— Ладно, — прошептал он. — Посмотрим, куда ведёт этот след.

Он не пошёл за ними сразу. Нужно было дать им фору, чтобы не спалиться. Ёну медленно пошёл к лестнице, делая вид, что направляется в офис, но в голове уже строился новый план. Если Феникс встретится с кем-то, Ёну должен будет узнать, с кем. Даже если для этого придётся нарушить ещё несколько правил компании.