Просто Гарри? (гет)

Утро вторника в Хогвартсе выдалось пасмурным, но не холодным. Серые облака затянули небо, но ветра почти не было, и в коридорах замка царила та особенная тишина, которая бывает перед первыми уроками. Гарри проснулся с чувством предвкушения — сегодня вечером они впервые примут зелье и засядут за книги. Мысль о том, что за несколько часов можно будет освоить материал, который обычно занимает дни, будоражила и немного пугала.

«Доброе утро, Гарри, — раздался в голове привычный голос Бороса. — Чувствую, ты сегодня на взводе. Волнуешься, как подействует твое зелье?»

— Доброе утро, — мысленно ответил Гарри, выбираясь из кровати. — Да, немного волнуюсь.

«Не волнуйся! Подействует. Снейп не стал бы давать вам то, что может навредить. Он, конечно, мастер мрачных взглядов и ядовитых замечаний, но зелья варит отличные. — Борос сделал многозначительную паузу. — Ладно, вставай. Гермиона, наверное, уже расписала ваш день по минутам».

Гарри усмехнулся и быстро оделся. В гостиной его действительно ждала Гермиона — с неизменным блокнотом в руках и таким сосредоточенным видом, будто она готовилась к защите диплома мастера.

— Доброе утро! — бодро сказала она, увидев Гарри. — Я составила план на сегодня. С утра трансфигурация, потом свободное окно, после обеда — заклинания. А после ужина, как договаривались, встречаемся в библиотеке. Я уже заказала нам отдельный стол в дальнем углу — мадам Пинс сказала, что можно будет заниматься до полуночи, если не шуметь.

— До полуночи? — переспросил Гарри. — Это же поздно.

— Зато мы успеем многое, — уверенно ответила Гермиона. — Я рассчитала: если принять зелье сразу после ужина, к полуночи действие ещё не закончится, а спать мы пойдём около часа. Завтра занятия начинаются в десять, так что выспимся.

— Ты уверена, что мы выспимся? — усмехнулся Гарри. — У тебя, кажется, сон вообще не в приоритете.

— Сон важен, — серьёзно сказала Гермиона. — Но иногда ради знаний можно и пожертвовать парой часов. К тому же, мы будем принимать зелье не каждый день, так что организм успеет восстановиться.

Они направились в Большой зал, и по дороге Гермиона продолжала делиться планами:

— Я тут подумала: пока мы с тобой и Драко будем заниматься с зельем, Рон может отстать. Он, конечно, талантлив в квиддиче и шахматах, но по теории у него пробелы. Нужно предложить ему дополнительные занятия. Без зелья, просто чтобы он не чувствовал себя брошенным.

— Думаешь, он согласится? — спросил Гарри. — Рон не любит сильно напрягаться.

— Согласится, если преподнести это правильно. Например, сказать, что это поможет ему лучше играть в квиддич — быстрее анализировать ситуацию на поле. Или что шахматы требуют глубокого понимания логики, а логика развивается на трансфигурации. Надо найти то, что ему интересно, и привязать к учёбе.

«Гениально, — прокомментировал Борос. — Она даже Рона готова заставить учиться. Скоро Гермиона организует в Хогвартсе кружок принудительного образования. Интересно, она будет выдавать дипломы или сразу отправлять на каторжную учебу?»

— Не смешно, — мысленно одёрнул Гарри.

«А я и не смеюсь. Просто восхищаюсь организаторскими способностями. Эта девочка в одиночку перекроет Министерство магии по части бюрократии. В хорошем смысле».

--

В Большом зале они застали Рона и Драко за гриффиндорским столом. Рон, как обычно, уплетал сосиски с энтузиазмом, достойным одобрения самого Хагрида. Драко, при виде друзей, отложил газету и кивнул.

— Доброе утро, — сказал он, и Гарри заметил, что под глазами у него лёгкие тени — видимо, он тоже не спал, обдумывая вечерние планы.

— Доброе, — ответил Гарри, садясь рядом. — Гермиона уже расписала нам весь день. Вечером, как договаривались, в библиотеке.

— Ага, — кивнул Драко, краем глаза покосившись на Рона. — Я принесу свои конспекты.

— Какие конспекты? — спросил Рон, поднимая голову от тарелки. — Вы опять будете сидеть в библиотеке? Гарри, ты вчера полвечера у Снейпа пропадал, а сегодня опять учиться? Вы что, ненормальные?

— Мы хотим быть лучшими, — с достоинством ответила Гермиона, садясь напротив. — Кстати, Рон, я хотела с тобой поговорить. У тебя есть свободное время в четверг вечером?

— Четверг? — Рон задумался, прожёвывая тост. — Ну, наверное. А что?

— Я подумала: у тебя отличные успехи в шахматах и квиддиче, но по теории есть небольшие пробелы. Если ты хочешь стать по-настоящему хорошим игроком, нужно развивать стратегическое мышление. А для этого — подтянуть трансфигурацию и заклинания. Я могу заниматься с тобой по вечерам, когда у меня нет занятий с Флитвиком. Это поможет тебе быстрее анализировать ситуацию на поле.

Рон удивлённо поднял брови.

— Ты хочешь меня учить? — переспросил он. — Гермиона, ты желаешь моей смерти, и так почти каждый день приходиться учиться, еще делать домашние задания, так ты еще хочешь меня дополнительно учить! А когда же отдыхать?

— Да, хочу. — кивнула Гермиона. — Мы же друзья. И потом, в квиддиче важна не только физическая подготовка, но и умение просчитывать ходы соперника. А это — чистая логика. Макгонагалл это отлично объясняет на трансфигурации, просто ты иногда отвлекаешься. А отдыхать можно в субботу, если тебе повезет то и в воскресенье.

— Я не отвлекаюсь, — обиженно сказал Рон. — Просто… ну, спички — это скучно.

— А квиддич — интересно, — подхватила Гермиона. — Поэтому я и предлагаю связать одно с другим. Хочешь попробовать?

Рон задумался, почесал затылок и, покосившись на Драко, который делал вид, что его совершенно не интересует этот разговор, кивнул:

— Ладно, попробую. Но если будет скучно — я уйду.

— Не уйдёшь, — твёрдо сказала Гермиона. — Я сделаю так, чтобы было интересно.

«Она это сделает, — хмыкнул Борос. — Я в этом уверен, она разучит чары связывания и Рону некуда будет деться. А через месяц Рон будет решать уравнения трансфигурации быстрее, чем ловить снитч. И будет благодарить. Или проклинать. Но это уже детали».

--

Трансфигурация прошла спокойно. Профессор Макгонагалл, как всегда, была строга, но справедлива. Гарри работал уверенно, вспоминая все советы Бороса, и к концу урока его иглы почти не отличались от настоящих. Гермиона, как всегда, была лучшей, но сегодня она не блистала с обычным блеском — мысли её были заняты вечерним планом.

Драко на гриффиндорской половине класса тоже работал сосредоточенно, иногда поглядывая на Гарри. Рон же, вдохновлённый предложением Гермионы, старался изо всех сил и даже сумел превратить спичку в подобие иглы, за что получил от Макгонагалл одобрительный кивок.

После обеда были заклинания. Флитвик, как всегда, подпрыгивал на стопке книг, пищал и радовался успехам учеников. Гарри чувствовал, что сегодня его движения стали более уверенными — возможно, потому что он знал, что вечером будет ещё одна возможность закрепить материал с помощью зелья.

К концу занятий все трое — Гарри, Гермиона и Драко — были полны предвкушения.

--

Ужин в Большом зале прошёл в обычной суете. Рон, узнав, что друзья собираются в библиотеку, только пожал плечами:

— Удачи вам. А я пойду в гостиную, сыграю партию с Шеймусом. Он вчера проиграл и хочет реванша.

— Не скучай, — улыбнулась Гермиона.

— Не буду, — заверил Рон, накладывая себе вторую порцию пудинга. — Вы там не переусердствуйте.

--

В библиотеке было тихо и уютно. Мадам Пинс, как и обещала, выделила им дальний стол у окна, где их никто не видел и не слышал. Гермиона разложила чистые пергаменты, Драко выложил свои конспекты и новые книги.

— Ну что, — тихо сказал Гарри, оглядываясь, — пора?

— Пора, — кивнула Гермиона. — Помните: одна капля на кубок воды. Не больше.

Они налили из кувшина, стоящего на столе, по полной кружке воды. Каждый из них отмерил каплю зелья — зелёная жидкость упала в воду, и та на мгновение засветилась, а потом снова стала прозрачной.

— За знания, — прошептал Драко, поднимая кружку.

— За знания, — повторили Гарри и Гермиона.

Они выпили. Вкус был странным — слегка горьковатым, с мятным послевкусием. Гарри почувствовал, как по телу разливается приятное тепло, а голова становится удивительно ясной. Мысли больше не путались, каждая лежала ровно, как книги на полке.

— Ого, — выдохнул Драко, потирая виски. — Это… необычно.

— Действует быстрее, чем я думала, — заметила Гермиона, открывая блокнот. — У нас есть около пяти часов. Давайте не терять времени.

Они погрузились в работу. Гермиона взяла на себя систематизацию записей Драко, раскладывая их по темам: «Анатомия», «Диагностика», «Яды», «Зелья для целителей». Гарри помогал сверять конспекты с книгами, которые принёс Драко, находя пропущенные детали. Сам Драко, вооружённый новыми чистыми пергаментами, переписывал наиболее важные разделы аккуратным каллиграфическим почерком.

Время летело незаметно. Гарри чувствовал, как информация буквально впечатывается в память: он читал страницу, и она оставалась перед глазами, словно фотография. Гермиона работала с обычной для неё скоростью, но сегодня даже она удивлялась, как быстро всё запоминается.

— Это невероятно, — прошептала она, закрывая очередной раздел. — Я запомнила всё с первого раза.

— Снейп знал, что дать Гарри для приготовления, — усмехнулся Драко, но в голосе его не было насмешки. — Но почему он так тайно заботиться о нас?

— Потому что мы ему небезразличны, — закончил Гарри. — Даже если он этого не показывает.

Они замолчали, думая каждый о своём, а потом снова взялись за работу.

К полуночи конспекты были полностью систематизированы. Перед ними лежала аккуратная стопка пергаментов, разделённых по темам, с оглавлением и краткими выдержками из книг. Драко смотрел на них с гордостью, которую не пытался скрыть.

— Мы сделали это, — сказал он. — За один вечер.

— Не всё, — поправила Гермиона. — Теперь нужно прочитать сами книги, углубить знания. Но база у тебя есть.

— Тогда давайте продолжим, — предложил Гарри. — У нас ещё есть время.

Они взялись за «Основы диагностической магии». Гермиона объясняла сложные термины простыми словами. Драко слушал, затаив дыхание, а Гарри делал пометки.

Когда часы пробили два часа ночи, Гермиона первой подняла голову.

— Нам пора, — сказала она. — Завтра рано вставать.

— Ещё немного, — попросил Драко.

— Нет, — твёрдо сказала Гермиона. — Если мы не выспимся, зелье будет бесполезно. У нас впереди ещё много вечеров.

Драко нехотя отложил книгу. Они собрали вещи, тихо попрощались с мадам Пинс и вышли в коридор.

--

Коридоры Хогвартса в два часа ночи выглядели совершенно иначе. Факелы горели тускло, отбрасывая длинные тени, и шаги гулко разносились под каменными сводами. Гарри, Гермиона и Драко шли быстро, стараясь не шуметь, но в тишине замка каждый шаг казался раскатом грома.

— Надо было остаться в библиотеке до утра, — прошептал Драко.

— И чтобы мадам Пинс нас выгнала? — фыркнула Гермиона. — Отличный план.

— Тише, — шикнул Гарри. — Мне кажется, я слышу…

Он не договорил. Из-за угла донёсся знакомый скрипучий голос:

— Я слышал шаги! Кто тут бродит после отбоя?

— Филч! — выдохнула Гермиона.

— Бежим! — скомандовал Гарри.

Они рванули вверх по лестнице. Сердце колотилось где-то в горле, ноги сами несли вперёд. Сзади слышалось шарканье и мерзкое мяуканье — миссис Норрис тоже была на охоте.

— Сюда! — Драко свернул в боковой коридор, надеясь, что он ведёт к башне Гриффиндора, но лестница, на которую они выскочили, вдруг начала поворачиваться.

— Лестница! Она меняется! — закричал Гарри.

— Прыгаем! — крикнула Гермиона.

Они спрыгнули на пролёт, который медленно отходил от стены, и оказались на незнакомом этаже. Филч топал где-то снизу, и его голос становился всё ближе.

— Куда теперь? — прошептал Драко.

— Не знаю, — призналась Гермиона. — Я здесь никогда не была.

Гарри огляделся. Коридор был пуст, только в конце тускло светилась какая-то дверь.

— Туда, — сказал он, указывая на неё.

Они побежали к двери. Она была тяжёлой, дубовой, с бронзовой ручкой. Гарри толкнул её — и она бесшумно открылась.

— Быстрее! — прошипела Гермиона, втаскивая их внутрь.

Дверь захлопнулась, и они прижались к стене, затаив дыхание. В коридоре послышалось шарканье Филча, его бормотание, а потом — тишина. Он прошёл мимо.

— Кажется, пронесло, — выдохнул Драко.

— Где мы? — спросил Гарри, оглядываясь.

Комната была огромной, залитой мягким серебристым светом, который, казалось, исходил ниоткуда. В центре, на возвышении, стояло высокое зеркало в богатой позолоченной раме. Его поверхность тускло мерцала.

— Это… — Гермиона подошла ближе. — Я читала о нём. Это Зеркало Еиналеж. Оно показывает не то, что есть, а то, чего мы больше всего хотим.

— То есть? — не понял Драко.

— Оно показывает желания. Самые заветные. — Гермиона остановилась перед зеркалом, и её лицо изменилось. Она замерла, глядя вглубь, и на её губах появилась улыбка — не та, которой она улыбалась обычно, а какая-то… мечтательная.

— Что ты видишь? — тихо спросил Гарри.

— Я… — Гермиона не отрывала взгляда от зеркала. — Я вижу себя. Но старше. Я в мантии, и на ней значок… я думаю, это значок министра магии. Вокруг меня люди, они слушают, кивают… Я что-то говорю им, и они аплодируют.

— Министр магии, — усмехнулся Драко, но в голосе его не было насмешки. — Что ж, похоже на тебя.

Он шагнул к зеркалу, и его лицо тоже изменилось. Он смотрел в глубину, и на его лице появилось выражение, которого Гарри никогда не видел — смесь гордости, удовлетворения и… удивления.

— Ну? — спросила Гермиона, отступая.

— Я… — Драко помолчал. — Я вижу себя в кабинете директора Хогвартса. Я сижу в кресле за столом, на мне мантия, а на стене — портреты бывших директоров. И они… они кивают мне. С уважением. — Он покачал головой. — Директор Хогвартса. Кто бы мог подумать.

— Почему нет? — сказал Гарри. — Ты умный, упорный… и у тебя есть всё, чтобы этого добиться.

Драко отступил, и его лицо снова стало обычным — но в глазах осталось что-то новое. Какая-то твёрдая решимость.

— Теперь ты, Гарри, — сказала Гермиона. — Подойди.

Гарри сделал шаг вперёд и посмотрел в зеркало.

Сначала он не понял, что видит. Серебристая гладь мерцала, и вдруг из неё проступили лица. Мужчина с растрёпанными чёрными волосами, в смешных очках, и женщина с рыжими волосами и зелёными глазами — такими же, как у него. Они улыбались. А вокруг них… дети. Двое, трое… Гарри не мог сосчитать. Мальчики и девочки с чёрными и рыжими волосами, все они смеялись, обнимались, играли. И все они смотрели на него — на Гарри. А в центре, на руках у женщины, был младенец — совсем маленький, с чёрным пушком на голове. И женщина смотрела на него с такой любовью, что у Гарри перехватило дыхание.

— Мама, — прошептал он. — Папа… и… это я? Это мы?

Он протянул руку к зеркалу, но пальцы коснулись только холодного стекла.

— Гарри? — тихо позвала Гермиона. — Ты что видишь?

— Семью, — ответил он, не отрывая взгляда. — Большую семью. Родители… братья, сёстры… Все вместе. — Он сглотнул. — Все, кого я никогда не знал.

— Гарри… — Гермиона положила руку ему на плечо.

— Это всего лишь зеркало, — напомнил Драко. — Оно показывает желания, не реальность.

— Я знаю, — ответил Гарри, отступая. — Но… как же хочется, чтобы это было правдой.

«Семья, — тихо сказал Борос. — Ты всегда мечтал о ней. О доме, где тебя ждут. Это сильное желание, Гарри. Но помни: зеркало показывает то, чего у тебя нет. Не то, что будет».

— Я помню, — мысленно ответил Гарри. — Но сейчас… сейчас я просто посмотрю ещё немного.

Он стоял перед зеркалом, пока Гермиона не дёрнула его за рукав.

— Нам пора, — сказала она. — Скоро рассвет. Если нас застанут здесь, будут большие проблемы.

Гарри кивнул, но ещё раз взглянул на лица родителей. Они улыбались ему, и младенец на руках матери тянул к нему пухлые ручки.

— Прощайте, — прошептал он. — Ещё увидимся.

Они вышли в коридор. Филча нигде не было. Тихо, стараясь не шуметь, они добрались до гостиной. Гермиона и Гарри задержались у входа.

— Ты как? — спросила Гермиона.

— Нормально, — ответил Гарри. — Просто… теперь я знаю, чего хочу. По-настоящему.

— А я знала, — улыбнулась Гермиона. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Он поднялся в Когтевранскую башню. Портретная дама уже спала, и ему пришлось будить её, чтобы попасть внутрь. В спальне он рухнул на кровать, даже не раздеваясь, и долго смотрел в потолок.

«Борос, — позвал он. — Ты видел, что я видел?»

«Видел, Гарри. Это было… трогательно».

— Думаешь, это когда-нибудь сбудется?

«Семья? — Борос задумался. — Не знаю. Но у тебя уже есть семья — Гермиона, Драко, Рон. И, может быть, когда-нибудь у тебя будет и та, что ты видел в зеркале. Только не зацикливайся на нём. Зеркало — это опасная штука. Оно может украсть человека, если он будет смотреть слишком долго».

— Знаю, — прошептал Гарри. — Я больше не пойду туда.

«Умное решение. А теперь спи. Завтра новый день».

Гарри закрыл глаза. Ему снились рыжие волосы, зелёные глаза и маленькие ручки, тянущиеся к нему.

--

Среда началась для Гарри с того, что будильник прозвенел в семь, а он не мог заставить себя открыть глаза. В спальне Когтеврана было тихо, но где-то внизу уже слышались шаги.

«Подъём, Гарри, — бодро сказал Борос. — Сегодня среда, занятия начинаются в десять. У тебя есть три часа, чтобы прийти в себя».

— Я в порядке, — пробормотал Гарри, растирая лицо. — Просто… глаза слипаются.

«Ничего удивительного. Вы вчера легли в чуть ли не в пять утра, а до этого пять часов пахали. Зелье, конечно, помогало, но организм — не машина».

Гарри заставил себя встать, натянул мантию и спустился в гостиную. Гермиона уже была там — сидела в кресле с чашкой чая, но выглядела она не лучше. Под глазами залегли тени, волосы были собраны в небрежный хвост.

— Доброе утро, — сказала она, зевнув. — Как спалось?

— Плохо, — честно признался Гарри. — А ты?

— Тоже. Всё думала про зеркало.

Они направились в Большой зал. В зале за гриффиндорским столом их ждали Рон и Драко. Драко выглядел так же уставшим, как Гарри и Гермиона — сидел, подперев голову рукой, и тупо смотрел в тарелку. Рон же, напротив, был свеж и бодр, уплетал сосиски с обычным энтузиазмом.

— О, явились! — воскликнул Рон, заметив друзей. — Выглядите вы… того. Как варёные морковки, я же говорил.

— Спасибо, Уизли, — буркнул Драко, не поднимая головы.

— А что я? — пожал плечами Рон. — Я же говорил: заниматься надо меньше, тогда и выглядеть будете лучше. Вот посмотрите на меня: выспался, поел, готов к новым свершениям. А вы… — он покачал головой с таким видом, будто был профессором житейской мудрости. — Есть такая поговорка: «Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт». Вы, наоборот, решили гору штурмовать, да ещё ночью. И где результат?

— Результат мы увидим на экзаменах, — парировала Гермиона, садясь рядом.

— До экзаменов очень далека, а занятия рядом, — усмехнулся Рон. — постарайтесь не уснуть на занятиях а то отнимут много балов. Макгонагалл не любит, когда на ее уроках спят. А если профессор Снейп, заметит что вы зеваете вам не сдобровать. А у нас сегодня, кстати, зелья есть?

— Да, — вздохнул Драко. — Снейп. С утра.

--

После завтрака занятия потянулись медленно. На зельях Снейп был привычно мрачен, но к Драко не придирался — возможно, потому что тот и так выглядел так, будто вот-вот упадёт. Гарри и Гермиона на своих уроках тоже держались из последних сил, но к концу дня оба чувствовали, что ещё немного — и они просто уснут за партами.

--

Вечером, после ужина, Гарри отправился к Снейпу. Драко и Гермиона остались в гостиной Гриффиндора, чтобы дождаться его.

Кабинет зельеварения встретил Гарри привычным запахом трав и тишиной. Снейп сидел за столом, и рядом уже стоял нагретый котёл.

— Поттер, — он поднял голову. — Вы сегодня выглядите так, будто не спали всю ночь. Надеюсь, это не помешает вам работать.

— Нет, профессор, — ответил Гарри, стараясь, чтобы голос звучал бодро.

— Хорошо. Сегодня мы будем варить тонизирующее зелье. — Снейп указал на стопку ингредиентов. — Рецепт на доске. Оно восстанавливает силы после интенсивных умственных нагрузок. Думаю, вам оно пригодится.

Гарри удивлённо поднял бровь, но промолчал. Он подошёл к доске, прочитал рецепт и принялся за дело.

Зелье было сложнее Студенческой трясучки: требовало точной температуры, строгой последовательности и постоянного помешивания. Гарри работал сосредоточенно, чувствуя, как усталость отступает под напором концентрации. Снейп молча наблюдал, изредка делал замечания.

Через час зелье было готово — прозрачное, с лёгким золотистым отливом. Снейп провёл палочкой над поверхностью и кивнул.

— Приемлемо. — Он взял три флакона и начал разливать. — Один я оставлю себе. Второй — ваша награда.

Он замолчал, поставил два флакона на стол.

— Можете идти.

Гарри развернулся и уже направился к двери, когда услышал знакомое:

— Поттер. Останьтесь.

Он обернулся. Снейп быстрым движением палочки опять набросил полог тишины.

— Слушайте внимательно, — сказал он.

— Это зелье восстановит ваши силы после сильного переутомления. Принимайте по той же схеме: одна капля на кубок воды, раз в два дня. Один флакон — для вас. Второй — для мисс Грейнджер. Третий — для Драко. — Он помолчал. — И впредь, Поттер, если вы собираетесь заниматься по ночам, делайте это с умом. Организм не железный.

Гарри взял флаконы, чувствуя, как внутри разрастается удивление.

— Профессор… вы знали?

— Я знаю многое, — сухо ответил Снейп. — Например, я знаю, что вы нашли Зеркало Еиналеж.

Гарри замер.

— Не смотрите на меня так, — усмехнулся Снейп. — Филч пожаловался, что гонялся за какими-то нарушителями, которые скрылись в неизвестном направлении. А утром мадам Пинс сообщила, что вы втроём задержались в библиотеке до двух часов. Не нужно быть гением, чтобы сложить два и два.

— Профессор, мы…

— Не оправдывайтесь, — перебил Снейп. — Я не собираюсь вас наказывать. Но хочу предупредить: держитесь подальше от этого зеркала. Многие теряли себя, глядя в него слишком долго. Оно показывает желания, но не даёт их исполнить.

— Я знаю, — тихо сказал Гарри. — Я видел там родителей. И братьев, сестёр… большую семью. Я хотел бы, чтобы это было правдой. Но понимаю, что это не так.

Снейп долго смотрел на него, и в его глазах мелькнуло что-то, чего Гарри никогда раньше не видел.

— Ваши родители любили вас, Поттер, — сказал он. — И они хотели бы, чтобы вы жили своей жизнью. Не их прошлым, не тем, чего не случилось. А своей. Настоящей. — Он помолчал. — А теперь идите. И передайте Драко и мисс Грейнджер, что я советую им не возвращаться к зеркалу. Оно не стоит того.

Гарри кивнул и вышел.

--

В гостиной Гриффиндора его ждали Гермиона и Драко. При виде Гарри оба подняли головы.

— Ну как? — спросил Драко.

Гарри выложил на стол три золотистых флакона.

— Сварил тонизирующее, — сказал он. — Снейп сказал, что оно восстановит силы. И отдал всё. Три флакона. Под пологом.

— Опять? — удивилась Гермиона.

— Да, для нас троих, — кивнул Гарри. — Сказал, чтобы принимали по той же схеме. И впредь занимались с умом. — Он помолчал. — А ещё он знает про зеркало.

— Что? — Драко выпрямился. — Откуда?

— Филч пожаловался, а мадам Пинс сказала, что мы были в библиотеке. Он сложил два и два. — Гарри посмотрел на друзей. — Он сказал, чтобы мы не возвращались туда. Что многие теряли себя, глядя в зеркало слишком долго.

— Он прав, — тихо сказала Гермиона. — Я сегодня весь день думала о том, что видела. О своём кресле министра. И мне казалось, что если я не стану министром, то всё будет зря. Но это не так.

— Я тоже думал, — признался Драко. — О кабинете директора. И поймал себя на мысли, что если я не стану директором, то… ну, в общем, глупо.

— Глупо, — согласился Гарри. — Я понял это, когда Снейп сказал, что родители хотели бы, чтобы я жил своей жизнью.

Они замолчали, думая каждый о своём. За окном гостиной давно стемнело, и только звёзды светили сквозь высокие окна.

— Пора спать, — сказала наконец Гермиона. — Завтра у нас травология, а потом… потом мы будем учиться дальше.

— И принимать зелье, — добавил Гарри. — Чтобы быть в форме.

— И чтобы Снейп не думал, что мы слабаки, — усмехнулся Драко.

Они поднялись и разошлись. Гарри и Гермиона направились в Когтевранскую башню.

— Знаешь, — сказала Гермиона, когда они поднимались по лестнице, — я думаю, что Снейп на самом деле гораздо больше заботится о нас, чем показывает. И чем хочет, чтобы мы знали.

— Похоже на то, — согласился Гарри.

В гостиной Когтеврана портретная дама встретила их с обычной улыбкой.

— А вот и наши умники, — пропела она. — Что ж, слушайте загадку: «Что можно увидеть, но нельзя потрогать?»

Гарри и Гермиона переглянулись. Гарри, вспомнив мерцающую гладь зеркала, ответил первым:

— Отражение.

— Или мечту, — добавила Гермиона тихо.

Портретная дама расплылась в довольной улыбке:

— Умно, умно. Проходите. И помните: иногда даже самое заветное отражение — это всего лишь отражение. Живите настоящим.

Она подмигнула и распахнула проход.

— Спокойной ночи, — тихо сказала Гермиона.

— Спокойной ночи, — ответил Гарри.

В спальне он быстро переоделся, забрался в кровать и посмотрел на два флакона — зелёный и золотистый — стоящие рядом на тумбочке.

— Спокойной ночи, Борос, — прошептал он.

— Спокойной ночи, Гарри. Спи.