Хела Поттер (джен)

Просыпаться раньше всех в комнате довольно забавно. И неважно сколько раз я так делала, некая утренняя лёгкость побуждает меня быть ранней пташкой снова и снова. Ещё один плюс именно сегодняшнего раннего подъёма — не встречаться с Гермионой сразу. Она, конечно, спит на своей кровати за задёрнутым пологом, но после её вчерашней вспышки немного неудобно было бы видиться вот так вот с самого утра. Что же до Эйлин, то она уже спала, когда я вернулась в комнату после короткого разговора со старостой. Правда Эйлин отрубилась прямо на кровати в школьной форме, что никогда себе не позволяла. Наверное, ждала нас до последнего, а потом её просто сморило. Тогда Гермиона уже была за задёрнутым пологом своей кровати, а значит, либо не стала будить Эйлин, либо просто не заметила её из-за разбушевавшихся чувств. В общем, пришлось мне расталкивать сонную Эйлин и помогать ей переодеться в пижаму. Это было сложновато, так как полувейла больше вела себя как безвольная кукла, которой и руку поднять самостоятельно сложно, не то что привстать, но я превозмогла, и вскоре Эйлин спокойно спала под одеялом, мирно сопя.

Уже приведя себя в порядок, я выходила из ванны и столкнулась нос к носу с сонной Гермионой, у которой были немного опухшие и красноватые глаза.

— Доброе утро, — сказала я, уступая дорогу соседке, которая, кажется, шла, не смотря вокруг.

— Угу, доброе, — буркнула Гермиона и, лишь сделав пару шагов вперёд, застыла и резко развернулась в мою сторону, широко распахнув глаза. Чуть завозившаяся в её зрачках неуверенность была быстро выжжена огнём упрямой решимости, и она сказала: — Хела, я поступила... глупо, — и замолчала, с ожиданием уставившись на меня.

— Когда именно? — уточнила я. — Когда решила в одиночку отправиться в объятия ночных монстров, или когда внезапно обвинила нас в «провале» своей вылазки? Или...

— В этих двух случаях, — поспешила остановить мои перечисления Гермиона, замахав руками, и повторила: — Давай остановимся на этих двух случаях.

— Уверена? Я могу продолжить, если тебе интересно, — со слабой улыбкой предложила я насупившейся соседке.

— Уверена, — кивнула Гермиона, показывая всем своим видом, что не собирается обсуждать остальные свои «просчёты».

— Жаль, — показательно грустно вздохнула я, чтобы немного подействовать на нервы собеседнице.

— Я хотела... извиниться, — спустя несколько секунд внутренней борьбы выдавила из себя Гермиона и, прежде чем я открыла рот для ответа, продолжила: — за то, что обвинила тебя и Рона в провале, если бы я в одиночку наткнулась на настоящего высшего демона, то даже предположить боюсь, что бы случилось, — тихо закончила она.

— Да, он был довольно примечательным, — сказала я, вспоминая ощущения от недавней встречи.

— Я до сих пор вся покрываюсь мурашками и трясусь, когда вспоминаю, — поёжилась Гермиона, неловко отводя взгляд.

— Не стоит так волноваться, — как-то неосознанно похлопала я её по плечу. — Демон уже пойман, а Дамблдор, преподаватели и старшекурсники не дадут ему сбежать. Наверное.

— Знаешь, было бы лучше без «наверное», — заметила Гермиона, порывисто обнимая меня, — я так перепугалась тогда. Никогда не испытывала подобного. Прости ещё раз, хорошо?

— Я и не обижалась, — чуть заторможено ответив на объятия, сказала я.

Пронёсшаяся дрожь по всему телу от неожиданной близости потребовала отодвинуться подальше от другого человека на безопасное расстояние, но тёплое чувство, вырвавшееся из груди и мгновенно согревшее всё тело, быстро сбросило неприятное наваждение.

— А чего это вы там обнимаетесь? — спросила Эйлин, потирая сонные глаза. — Ещё и без меня?

Мы вдвоём внезапно застыли, как будто нас застали на чём-то предосудительном, а Эйлин в непривычной для себя манере начала очень быстро просыпаться.

— А что вчера случилось-то? Кто-то приклеил вас друг к дружке? Или преподаватели нашли вас гуляющими по ночным коридорам, и наказание было настолько ужасным, что вы до сих пор не отошли? Или наткнулись на ночного монстрика, и до сих пор нервишки шалят? — насела она на нас с вопросами.

— Ммм, — промычала я, легко отстраняясь от Гермионы, и с подозрением сказала: — Какая-то ты слишком бодрая для Эйлин. Кто ты и что сделала с нашей соней?

— О нет! — пискнула эта актриса, прикрывая рот ладонью. — Меня раскрыли. Что же мне делать? Опять заснуть? — задалась она вопросом, строя слишком серьёзную мину.

— Вот уж нет, — фыркнула я от этого представления. — Теперь у меня есть неоспоримые доказательства, что ты притворялась падкой на сон всё это время. И никто не сможет их оспорить.

— Вообще-то, твои доказательства вилами по воде писаны, — не стала «впадать в трепет» Эйлин. — Я всего лишь переволновалась за своих друзей прошлой ночью и поэтому до сих пор бодрая. Вот.

— Это так не работает. Должен, наоборот, наблюдаться упадок сил. — сказала Гермиона, немного недовольно нахмурившись.

— Хмф, — махнула Эйлин в нашу сторону рукой. — Кто из нас троих полувейла? Мне лучше знать.

— Когда-нибудь это оправдание тебе не поможет, — сложила руки на груди Гермиона.

— Но выиграет мне время, — хитро улыбнулась Эйлин. — Я же отлично знаю, что полное и доскональное изучение вейл и их потомков у тебя стоит после поглощения всей библиотеки Хогвартса с последующей практикой познанного, а значит, я могу безнаказанно пользоваться своей природой ещё лет... двадцать? — вопросительно закончила она, с сомнением прикидывая размеры горы книг и скорость изучения этих книг подругой.

— Всё с тобой ясно, сонная принцесса, — закатив глаза, сказала я, пока Гермиона с прищуром осматривала полувейлу, определённо взвешивая возможность передвинуть изучение магических народов на несколько лет раньше. — Раз уж ты внезапно проснулась в такую рань, значит, и впрямь не терпелось узнать последние новости.

— Естественно, — вздёрнула Эйлин носик, гордо выдохнув, как будто свершила поистине невозможное деяние.

— Что же, — протянула я. — Гермиона, думаю, я могу тебе выиграть десяток минут, освобождённых от любопытства нашей сони, так что только тебе выбирать, как распорядиться такой свободой.

— От всего этого больше головной боли, чем я думала, — с досадой сказала Гермиона, проходя в ванную комнату.

— А теперь слушай рассказ о великих похождениях Гермионы Грейнджер, Рона Уизли и Хелы Поттер, — приземлившись на свободную часть кровати полувейлы, начала я.

— Хм, нечасто увидишь тебя такой разговорчивой, — не могла не вставить свои пять кнатов Эйлин. — Неужели твоё ледяное сердце начало таять под напором нашей любви? — мелодично спросила она, приложив ладони к порозовевшим щекам.

— Притворюсь, что ничего не слышала, — вильнула я взглядом и через пару секунд собралась с мыслями. — Сейчас не время для твоих шуточек. Я тебе серьёзные вещи рассказываю. Из первых уст героини магического мира, между прочим. Цени, — наставительно указала я на неё.

— Я очень ценю, — быстро закивала Эйлин болванчиком, но весёлая улыбка не собиралась уходить с её лица.

Заметив такое оскорбительно лёгкое отношение, я поддалась внутреннему порыву и решила рассказать всё в немного жутковатом стиле.

— Тогда слушай, — предвкушающе улыбнулась я, мысленно хихикая.

**

— Это было совершенно несмешно, — сидя с прямой спиной в Большом зале Хогвартса и вкушая пищу как истинная аристократка, Эйлин никак не могла прекратить причитать. — Я-то думала, что ты, Хела, будешь самой непредвзятой, самой правильной, самой достоверной и вообще... а не то, что ты выкинула. Я чуть не расплакалась, — с претензией в голосе сказала она, скорчив обиженное лицо.

— Ты и расплакалась, — подправила её Гермиона, которая вышла к нам как раз тогда, когда я заканчивала свой, без преувеличения, великий рассказ.

— Леди не ревут из-за всяких сказочек, — сказала Эйлин с нотками возмущения в голосе.

— Вот только не начинай опять, — выбирая, что бы себе ещё положить на тарелку, сказала Гермиона. — Подумаешь, со всеми бывает. Я вот, например...

— Леди не плачут, — строго перебила её Эйлин.

— Не думаю, что сейчас хорошая идея с ней спорить, — сказала я. — Ты же знаешь, что Эйлин всегда переходит в свой режим «леди», когда у неё эмоции через край льют.

— Или когда ей неуютно, грустно, слишком весело... Вообще, если так подумать, то это странно, нет? — добавила Гермиона.

— А ведь и правда, — призадумалась и я тоже, переведя вместе с Гермионой пытливый взгляд на полувейлу.

— Не надо на меня так смотреть. Я безупречна, — не спешила возвращаться к реальности Эйлин.

— Возможно, после обеда её отпустит, — предположила Гермиона.

— Ну, не знаю. У Рона всегда лучше получалось угадывать. А вот и он, — заметила я знакомого мне Уизли, входящего в зал вместе с Симусом и Невиллом.

Стоило мне это сказать, как Гермиона чуть ли не в статую превратилась — даже дышать стала медленнее. Эйлин, заметив резкую перемену в подруге, вопросительно посмотрела на меня, на что я со спокойной душой попыталась передать взглядом: «Надо было соглашаться дослушать историю, а не бежать в ванную». Определённо поняв, что я имею в виду, Эйлин недовольно нахмурилась и принялась наблюдать за происходящим. Хороший знак, кстати, ведь леди не морщатся.

— А вот и они, — указал на нас Симус, присаживаясь рядом. — Рон уже рассказал, что случилось. Встретиться с высшим демоном и остаться в своём уме — это сильно.

— Так ты не приукрашивала! — поражённо воскликнула Эйлин, окончательно сбрасывая с себя маску «леди», полностью игнорируя обратившиеся на неё взгляды окружающих. — Как так можно? Целый высший демон? Что вы с ним сделали? Прогнали? Скрутили и где-то спрятали?

— Обычно после такой встречи волшебников скручивают и где-то прячут, — поморщившись от неизвестных мне неприятных воспоминаний, сказал Рон, садясь подальше от Гермионы.

— Пф, — фыркнула Эйлин, складывая руки на груди. — Как будто я поверю, что Хела смогла продуть одному высшему демону. Вот было бы их двадцать...

— Сказала она, убежав в слезах, услышав об одном, — влезла я, глянув на полувейлу.

— Это случилось не из-за того, что я услышала, а из-за того, как именно ты это преподнесла, — прошипела в мою сторону Эйлин.

— О, у вас случилось что-то интересненькое? — полувопросительно сказал Симус, выбирая напиток.

— Очень, — ответила Эйлин, сосредотачивая в голосе море недовольства, — оказывается, Хела мастерски рассказывает страшилки.

— Правда? — удивлённо глянул на меня Симус.

— Я бы послушал, — сказал Рон.

Невилл заинтересованно сёрбнул чаю.

— Вы, конечно, можете, но очень об этом пожалеете, — высказалась Эйлин. — Хотя мне всё равно не поверят, так что не говорите потом, что я вас не предупреждала.

— Хватит драматизировать. Подумаешь, нагнала немного жути, — поёрзав на скамейке, сказала я.

Всё же я не ожидала такой острой реакции. Возможно, это из-за того, что я достаточно редко что-то рассказываю, так ещё и с уклоном в ужастик... Может, это с непривычки. Мне надо больше разговаривать со всеми?

Пока я была несколько озадачена сложившейся ситуацией, а три волшебника пытались вытянуть из полувейлы подробности, которыми она чуть ли не торговать начала, Гермиона решительно выдохнула, резко встала из-за стола и подошла к Рону, который очень старался не смотреть в её сторону.

— Я бы хотела поговорить, — сказала она, становясь у него за спиной.

— Говори, — не оборачиваясь, бросил Рон.

— Наедине, — добавила в голос настойчивости Гермиона.

Рон показательно, нехотя, развернулся и встретился с уверенным и упёртым взглядом Гермионы, из-за чего несколько растерялся, но через секунду внешне вновь выглядел не очень заинтересованным.

— Раз уж ты настаиваешь, — всё же ответил он спустя несколько секунд гляделок, напоминая своими интонациями кого-то.

Эйлин от такого ответа непроизвольно хрюкнула, а Симус с Невиллом смотрели на это взаимодействие с непониманием.

— И что это был за ответ в стиле Малфоя? — недовольно спросила его Гермиона, как только Рон встал рядом с ней.

Точно! Малфой. Рон точно скопировал его аристократические интонации. По крайней мере, именно так называет свою манеру речи сам Малфой.

— Мы ещё не помирились, а ты уже высказываешь претензии, — недовольно буркнул Рон, но всё же последовал за Гермионой.

Наблюдая, как двое моих знакомых выходят из Большого зала, я размышляла о сложившейся ситуации. Получится ли у них помириться? Скорее да, чем нет. Разве что они найдут ещё одну причину разругаться.

— Интересно, что между ними случилось? — как будто невзначай спросила Эйлин, но я отлично видела, как она «незаметно» косит на меня взглядом.

— Видимо, что-то действительно серьёзное, — задался тем же вопросом Симус. — Рон не притронулся к еде.

— И вправду, — удивился Невилл, посмотрев на тарелку своего друга, где не было ни кусочка.

— Вот бы среди нас был кто-то, кто знает подробности, — картинно тяжело вздохнула Эйлин, теперь уже прямо смотря на меня.

— О ком ты... — хотел было уточнить Симус, но, проследив за взглядом полувейлы, быстро всё понял и продолжил: — Хела, можешь рассказать нам, что случилось? После вчерашнего Рон сам не свой. Конечно, можно всё скинуть на высшего демона, но...

— Сомнительно это, — продолжил за него Невилл. — Всё же Рон — один из Уизли, а они... Бабушка говорила, что их и сотней высших демонов с мысли не собьёшь.

— Тц, — недовольно цыкнула Эйлин. — Тоже об этом слышала. Думала, привирают, но, видимо, нет. Кто вообще будет больше переживать из-за отношений с другом, чем о встрече с высшим демоном? И ладно бы только Уизли. Ещё и Грейнджер как будто лишь чуть-чуть испугалась, а не потеряла разум или ещё чего похуже. Они ведь даже в больничное крыло не ходили.

— Может, это был не высший демон? — спросил Симус.

— Тоже возможно, — задумчиво ответила Эйлин.

— Я могу спросить у профессора Спраут подробности, — предложил Невилл, даже не думая скрывать свой интерес.

— Лишним не будет, — одобрила его рвение Эйлин и вновь посмотрела на меня: — А теперь давай излагай, что произошло между этими двумя?

Три пары пытливых глаз устремились в мою сторону, и как-то рассказывать расхотелось. Всё же не моё это. Определённо.

— Сами у них спросите, — сказала я, сосредоточившись на еде.

Ответом мне был тройной разочарованный вздох и недовольное шипение от Эйлин, в котором можно было разобрать стремление рассказать мне историю настолько пробирающую, что я вообще из-за своего полога носа показывать не захочу. Интересно, как скоро она остынет и вновь превратится в сонную принцессу?

**

— Сегодня мы начнём изучать правильное обращение с артефактами полёта, — громко сказала мадам Хуч, проходя между рядами выстроившихся первокурсников. — Я уже вижу ваши предвкушающие улыбки, так что скажу сразу: мы начнём с мётел.

По рядам юных волшебников прошлась волна недовольного причитания. Кто-то даже выкрикнул: «Мётлы — для неудачников!» И его поддержали согласным гулом с добавлением уточнений от себя: «Мы не старики, чтобы на мётлах летать! Дома мы уже использовали артефактное снаряжение для игры! Ещё скажите, что нам надо будет гонять на мётлах!»

Интересно, что основным источником недовольства были факультеты волшебников. Что же до Таггарта и Валдорфа, где учатся сквибы, то они морщились на каждое услышанное восклицание, некоторые даже с нескрываемой завистью пожирали взглядом сторону волшебников.

А вот маглорождённые... буду честна сама с собой: я не так уж и сильно интересовалась, кто есть кто, поэтому и не могу судить точно. Но если принять как факт, что непонимающе осматривающиеся волшебники, включая меня саму, — это маглорождённые, то нас здесь довольно много. Примерно столько же, сколько и местных волшебников, но это неточно, а проводить исследование мне лениво.

— Тихо! — гаркнула Хуч так сильно, что даже у меня заложило уши, а тренировочная площадка мгновенно погрузилась в тишину. Подождав секунду, она продолжила более спокойным тоном: — Мне без разницы, что именно вы делали или пытались сделать дома. Сейчас вы находитесь в Хогвартсе, где вы должны доказать свои возможности, а не пустословить в надежде, что никто не проверит. Если вы такие мастера, то покажите это на деле, а не в пустом трёпе. — Она заковыристо взмахнула палочкой, и к каждому ученику прямо с неба прилетела немного потрёпанная, но всё ещё кажущаяся надёжной метла. Ещё один заковыристый взмах — и в воздухе над тренировочной площадкой начали возникать разноцветные большие кольца, ограничивающие буйки, шары, стены, пики и, кажется, некоторые части пространства выбрали странное поведение. — Давайте же проверим ваше бахвальство. Все, кому неймётся, могут сразу же сдать тест на управление артефактом полёта низшего ранга. Вперёд. Садитесь на метлу и пройдите трассу с первой попытки. Одна ошибка — и вы сразу же отправляетесь учить основы управления низшими полётными артефактами с самого начала, а значит, не притронетесь к метле, пока не сдадите мне теоретическую часть.

Внезапно никто не стал рваться взлетать в воздух вот так сразу. Большинство возмущающихся волшебников старались притвориться, что в траве под их ногами сейчас происходят более интересные вещи, чем выстраивающаяся прямо над головой воздушная трасса. Факультеты сквибов же давили в себе счастливую улыбку и всё же больше были заняты осмотром доставшихся им артефактов — не им же выговор делают. Но были и те, кто с азартом смотрели вверх.

Вскоре в воздухе взлетела фигура волшебника на метле, а за ним ещё парочка. Их спортивная форма была с доминирующим зелёным цветом, а значит, Слизеринцы решили показать, из чего они сделаны.

— Малфой решился раньше меня, — досадливо цыкнул Рон, садясь на метлу. — Кто бы мог подумать? Хотя он всегда слишком серьёзно относился к квиддичу. Ребята, вы со мной? — повернулся он к нам, уже поднимаясь в воздух.

— Пас, — сразу же махнула рукой Эйлин.

— Я не очень увлекаюсь этим спортом, но попробовать можно, — пожал плечами Симус, приготавливаясь взлетать.

— Я тоже пойду, — тяжело вздохнул Невилл, опуская плечи.

Обычно он так делает, когда выполняет просьбы-приказы своей бабушки.

— Я не умею обращаться с этим артефактом, — хмуро посмотрев на висящих в воздухе волшебников, сказала Гермиона. — Тем более, вы же в курсе, что, если не пройдёте тест, на вас свалится гора дополнительного теоретического материала? И если я правильно поняла профессора Хуч, то это, считай, весь курс начальной артефакторики.

— Не волнуйся так, — смело улыбнулся Рон, даже не допуская мысли о провале. — Это не должно быть так уж сложно. Просто надо показать свой уровень владения полётным артефактом, и всё.

— Я не буду вам помогать, если провалитесь, — отрезала Гермиона.

— Не больно-то и хотелось, — буркнул Рон в ответ и посмотрел на меня: — Хела?

— Я эти мётлы первый раз вижу, — отозвалась я, осматривая доставшийся мне низший артефакт. — Так что пас.

— Хах, — усмехнулся Симус. — Значит, у нас будет возможность посоревноваться со Слизеринцами.

— Жаль, нет времени организовать дуэль, — грустно протянул Рон.

— Не забывайте, что там есть и другие факультеты, — донёсся до нас удаляющийся голос Невилла.

Вот от нашей шестёрки и отделилась тройка, оставив нас наблюдать за испытанием.

— Могла бы и попробовать, — не смотря в мою сторону, сказала Эйлин. — Всё равно метла для полётов тебе не то чтобы нужна.

— Тебе тоже, — ответила я.

— Тц. Как раз таки нужна, — раздражённо буркнула Эйлин. — Без артефакта мой полёт, да и любого другого волшебника, будет походить на неумелое бултыхание в воздухе. Ещё и жутко выматывающее.

— Вроде мне что-то подобное говорили, — задумчиво протянула я. — А если артефакты полёта улучшают этот самый полёт, то и я тоже стану лучше?

После моего вопроса Эйлин застыла и, медленно повернувшись ко мне, совершенно серьёзно сказала:

— Надеюсь, нет.

— Неужели ты неравнодушна к полётам? — удивлённо спросила Гермиона, прежде чем я успела разобрать хоть что-то в глазах Эйлин. — А я думала, что леди не пристало заниматься спортом.

— Это другое, — резко отвернулась от нас полувейла, но не прошло и секунды, как она обернулась: — И вообще, это я должна задавать тебе каверзные вопросы. Что произошло между тобой и Роном? Почему ты не придаёшь особого значения встрече с высшим демоном? В конце концов, как тебе удалось так быстро с ним помириться? Он, вообще-то, пародировал Малфоя перед тобой. На минуточку, самого раздражающего в плане высказывания недовольства волшебника, — с каждой новой репликой она подходила к Гермионе всё ближе, пока их носы чуть ли не соприкоснулись.

— Э-э-э, — протянула Гермиона и, немного покраснев, резко сменила тему: — О, тест начинается. Смотрите, — преувеличенно энергично указала она рукой в воздух с левитирующими разноцветными фигурами. — Ух ты, по несколько учеников от каждого факультета. Даже от Валдорфа и Таггарта есть.

— Ты ведь понимаешь, чем дольше ты это скрываешь, тем сильнее мне хочется всё разузнать, — хищно улыбнувшись, спросила Эйлин.

— Вот бы ты так стремилась к знаниям, что я тебе даю, — сразу же нашлась Гермиона.

— Ух ты! Вот это гонка будет, да? — мгновенно переключилась Эйлин, добавив больше невинности в позу и лицо.

Я не удержалась и засмеялась, а за мной начали похихикивать и две виновницы моего приподнятого настроения.

— Желающих доказать свои слова оказалось намного меньше тех, кто кричал о своём превосходстве, — разнёсся над тренировочной площадкой голос Хуч. — Но я уже рада, что такие вообще нашлись. Надеюсь, вы примете результат достойно, каким бы он ни был, — преподаватель махнула рукой, и в воздухе появилась светящаяся линия. — Выстроиться вдоль неё и не толкайтесь, места всем хватит.

Разноцветные фигуры начали быстро и уверенно перемещаться на стартовую линию. Когда все были готовы, Хуч крикнула:

— На старт! Внимание! Марш!