Альфи (гет)

Учёба в Хогвартсе началась с привычного, но на этот раз особенно интенсивного вихря событий. Уже на следующее утро после объявления о Турнире Альфи, Невилл, Парвати и Пэнси стояли у строгого, как всегда, кабинета профессора МакГонагалл. Они были не первой командой — табличка на двери уже содержала три аккуратно выведенных списка имён, — но их заявка, поданная без лишних слов и принятая с коротким, пронизывающим взглядом профессора, сделала их официально «Командой №4». Эти слова, холодные и безличные, как номер заключённого, заставили Альфи внутренне передёрнуться, но одновременно наполнили странным спокойствием. Теперь они были не просто группой студентов — они были игроками, внесёнными в список, и это давало им определённые права... и обязанности.

Первые же уроки показали, насколько изменилась атмосфера в школе. Теперь каждый преподаватель, казалось, вёл свой собственный, негласный отбор, присматриваясь к студентам с новой, оценивающей строгостью.

Зельеварение в подвале Слизерина с профессором Слагхорном превратилось в изощрённое испытание на прочность нервов. Тот самый «дядя Гораций», чьё собрание Альфи так успешно сорвал в поезде, теперь предстал перед ними в роли бдительного, проницательного и слегка опасливого наставника. Его методика преподавания оказалась неожиданно эффективной, хоть и напоминала дешёвый театр. Он не сыпал ядовитыми замечаниями, как Снейп, а вёл себя как радушный хозяин салона, который одновременно и поощрял, и испытывал гостей.

— Ах, мистер Дамблдор! — восклицал он, появляясь за спиной Альфи, который с седьмой попытки пытался добиться от своего зелья «Бодрости духа» нужного нежно-голубого оттенка, а не грязно-серого, напоминавшего воду после мытья кистей. — Цвет… весьма оригинальный! Напоминает мне туманное утро в окрестностях Абердина. Не хватает лишь крика одинокой чайки. Уверен, вы привнесли в классический рецепт нотку… индивидуальности?

Альфи, стиснув зубы, лишь улыбался и делал вид, что усердно помешивает зелье, изредка фамильярно подыгрывая профессору. Он чувствовал на себе взгляд Слагхорна — не злой, но невероятно цепкий. Профессор явно запомнил их встречу в поезде и теперь изучал его, пытаясь разгадать загадку: кто же он на самом деле — гениальный чудак, искусный притворщик или нечто третье? Альфи же был рад, что его репутация «странного парня» работала как щит; никто не ожидал от него успехов в зельеварении, и его закономерные провалы лишь укрепляли образ.

Совсем иная атмосфера царила на защите от тёмных искусств. Кабинет, который при Винтерхальтене напоминал спартанскую казарму, а при Паркинсоне — зал для философских диспутов, теперь при Снейпе стал похож на лабораторию палача. Воздух был густым от запаха сушёных трав, консервированных глаз и чего-то едкого, что щекотало ноздри. Сам профессор, облачённый в свои чёрные, развевающиеся мантии, парил между партами, как хищная птица.

Он не тратил время на вводные лекции. Первый же урок для четвертых курсов начался с холодного, отточенного, как лезвие бритвы, заявления:

— Турнир, — прошипел он, и его голос, тихий и вязкий, заполнил каждый уголок класса, — это не игра в плюшевые подушки. Это дуэль. Командная дуэль. А значит, помимо грубой силы, вам потребуется дисциплина, координация и… предсказуемость.

Его чёрные глаза, словно буравчики, впились в Альфи, сидевшего с невозмутимым видом.

— С сегодняшнего дня мы будем отрабатывать базовые связки. Простые, скучные, но эффективные. Вы будете работать в парах, определённых мной. Вы будете слушать команды. Вы будете выполнять их безоговорочно. Любая, малейшая попытка проявить «инициативу» будет караться немедленным отстранением от занятий. Понятно?

Класс молчал, загипнотизированный.

— Прекрасно, — Снейп скользнул к доске и начертил мелом несколько простых схем. — Первая связка: «Щит-Атака». Один участник создаёт прочное защитное поле. Второй, используя его как прикрытие, наносит точечный удар по противнику, пытающемуся пробить щит. Патил, Паркинсон. Вперёд.

Парвати и Пэнси переглянулись. Взгляд Парвати выражал лёгкую панику, взгляд Пэнси — холодную уверенность. Они вышли на импровизированную дуэльную площадку.

— Протего! — чётко произнесла Парвати, и перед ней возник сияющий купол света.

Пэнси, не меняя выражения лица, сделала короткий, резкий выпад из-за её плеча.

— Петрификус Тоталус!

Деревянный манекен на другом конце кабинета, заколдованый на незамысловатые движения, застыл в неестественной позе. Связка сработала безупречно.

— Приемлемо, — бросил Снейп, уже выбирая следующую пару. — Лонгботтом, Дамблдор. Ваша очередь. Та же схема.

Невилл, сосредоточенный и решительный, выдвинулся вперёд. Альфи встал за ним. Он чувствовал себя немного неловко: его собственная магия, мощная и интуитивная, всегда была ему верна, но работа в паре, тем более по такой жёсткой схеме, требовала иных навыков.

— Протего Максима! — крикнул Невилл, и его щит получился более плотным и мощным, чем у Парвати.

Альфи заглянул ему за плечо, поймал мгновение, когда воображаемый противник «атаковал» щит, и метнул своё заклинание. Но вместо чёткого Ступефая или Экспеллиармуса, его рука сама собой совершила более широкий, плавный жест, и струя энергии, вырвавшаяся из его палочки, не ударила в манекен, а обогнула щит Невилла, описала дугу и снесла ему голову с другого фланга.

В классе наступила тишина. Невилл обернулся, удивлённый. Снейп замер, его лицо выражало ледяное презрение.

— Объясните, Дамблдор, — прошипел он, — какая часть фразы «используя щит как прикрытие» оказалась для вас слишком сложной?

— Я… подумал, что неожиданная атака с фланга будет эффективнее, — попытался оправдаться Альфи.

— Вы подумали, — Снейп произнёс эти слова с таким сарказмом, что у Альфи похолодело внутри. — Поздравляю. В реальном бою ваша «неожиданная атака» сбила бы с толку вашего же напарника, что стоило бы ему спины, прошитой заклятием. Десять очков с Гриффиндора за вопиющую некомпетентность и угрозу жизни товарища. Лонгботтом, найдите себе другого партнёра. Дамблдор, до конца урока будете отрабатывать базовые атакующие заклинания на манекене. Без каких-либо «творческих» импровизаций.

Урок стал для Альфи сущей пыткой. Он, всегда полагавшийся на своё чутьё и врождённую силу, теперь был вынужден втискивать свою магию в жёсткие, скучные рамки. Он чувствовал себя слоном в посудной лавке. Пэнси, наблюдая за ним с другого конца зала, лишь покачала головой, и в её глазах читалось не осуждение, а скорее усталое «я же говорила».

После уроков они собрались в их заветной Кондитерской — заброшенном классе, который теперь служил «штабом» для их команды.

— Ну и ну, — выдохнула Парвати, плюхаясь на зачехлённый глобус. — Снейп сегодня был… сами знаете кто.

— Он прав, — неожиданно парировала Пэнси, стоя у окна и глядя на темнеющие поля. — Его методы грубы, но логика безупречна. На Турнире не будет места для геройских прорывов в одиночку. Только слаженная работа. Как у хорошо отлаженного механизма.

— Но я же попал в цель, — пробурчал Альфи, разминая запястье. — И сделал это быстрее и нестандартнее.

— И подставил Невилла, — холодно заметила Пэнси. — Твой «нестандартный» подход сработал бы, только если бы ты был один. А ты не один. Мы команда. Четвёртый номер, если ты забыл.

Альфи вздохнул. Она, как всегда, была права. Его сила была и его проклятием. Контролировать её в одиночку было трудно, но вписать её в действия команды — задача казалась почти невыполнимой.

— Ладно, — сдался он. — Буду играть по правилам. Как марионетка.

— Не как марионетка, — поправил его Невилл, который до этого молча сидел в углу, перебирая свою палочку. — А как часть целого. Я таран, на мне силовые атаки и щит. Пэнси прикрывает тылы и точечно устраняет угрозы. Парвати... Её чары полезны в поддержке и создании помех. А ты хорошо чувствуешь... ну, магию там, намерения... и отлично владеешь трансфигурацией. Будешь контролировать бой и территорию. Всё просто.

«Всё просто», — мысленно повторил Альфи. Вот только ничего простого в этом не было.

* * *

Объявление о формате отборочных испытаний повисло на доске объявлений спустя неделю после начала учёбы. Оно было кратким и не содержало никаких романтичных намёков на приключения.

«ОТБОРОЧНЫЕ ИСПЫТАНИЯ ДЛЯ КОМАНД ТУРНИРА ВОСЬМИ ШКОЛ.

ПЕРВЫЙ ЭТАП: ТАКТИЧЕСКИЙ ЛАБИРИНТ.

Дата: Следующая пятница, 16 сентября.

Время: 8 вечера.

Место: Зеркало на втором этаже левого крыла, напротив портрета Криворукого Колдуна (проход будет активирован).

Суть: Командам предстоит преодолеть магический лабиринт, насыщенный тактическими препятствиями и условными противниками. Оценивается скорость, эффективность и слаженность действий. Проходят 3 команды, показавшие наилучшие результаты.

ВТОРОЙ ЭТАП: КОМАНДНЫЕ ДУЭЛИ.

Дата: Следующая суббота, 17 сентября.

Время и место проведения будут назначены позднее.

Суть: 3 команды, прошедшие первый этап, сразятся по круговой системе. Победитель представляет Хогвартс. В случае ничьей предпочтение будет отдано команде, показавшей лучший результат в первом этапе.»

— Лабиринт? — Парвати скривила нос, прочитав объявление. — Звучит… банально.

— Звучит обманчиво, — парировала Пэнси, её глаза уже блестели холодным азартом аналитика. — «Тактический лабиринт, насыщенный препятствиями и условными противниками». Это не сад Хагрида. Это полигон. Снейп определённо приложил к этому руку. Они не будут проверять, кто быстрее бегает. Они будут проверять, как мы думаем и действуем вместе.

В следующие несколько дней Кондитерская пользовалась большой популярностью. Пэнси, как главный стратег, разложила на полу схему, нарисованную мелом, и они отрабатывали возможные сценарии.

— Стандартное построение, — командовала она, используя в качестве указки свою палочку. — Лонгботтом впереди, щит и атака. Патил на левом фланге, поддержка и отвлечение противника. Я — на правом, разведка и точечные удары. Дамблдор — в центре, чуть позади. Контроль территории и боя... И экстренная огневая мощь. Двигаемся клином. Основная коммуникация — короткие, чёткие команды. Никакой лишней болтовни. Поскольку Дамблдор всё контролирует, ему и командовать.

— А если проход узкий? — спросил Невилл.

— Тогда колонной. Лонгботтом-Патил-Дамблдор-Я. Я замыкаю и зачищаю тыл.

— А если атакуют с воздуха? — вставила Парвати.

— Прикроемся общим Протего. Дамблдор, твоя задача — следить за боем и координировать действия, без надобности не лезь, делегируй на других. Отпускай контроль только если всё совсем плохо. Невилл в первую очередь держит щит, при необходимости ближнего боя — атакует. Я и Патил работаем по точечным целям.

Альфи слушал и кивал, стараясь запомнить. Его роль была непростой — быть кукловодом. Сконцентрированное управление... всем и всеми. И при этом не мешать другим. Он тренировался, отрабатывая короткие, резкие выпады, а не свои фирменные широкие жесты. Это было скучно, но необходимо. По вечерам, оставшись один, он позволял своей Тени скользить по стенам «Кондитерской», изучая каждый угол, каждую трещину. Он не мог использовать её открыто, но она стала его шестым чувством, его личным радаром. Он учился чувствовать пространство так, как не чувствовал его никто другой.

* * *

В назначенную пятницу зеркало на втором этаже, обычно отражавшее лишь встревоженные лица студентов, замерцало серебристой дымкой. Перед ним выстроились команды. Всего их было шестнадцать — от групп чистокровных слизеринских старшекурсников, смотревших на всех свысока, до отчаянных гриффиндорских троек с примкнувшим к ним пуффендуйцем и рвущихся показать себя младшекурсников. Команда Альфи стояла чуть в стороне. На них смотрели с любопытством — смешанная команда из Гриффиндора и Слизерина всё же была редкостью, но никакого особого ажиотажа их состав не вызывал.

Из зеркала вышел профессор Снейп. Он окинул собравшихся ледяным взглядом.

— Порядок прохождения определён жребием, — произнёс он, и из его палочки вырвался рой светящихся цифр, которые прилипли к мантиям капитанов команд. На груди Альфи вспыхнула цифра «4». — Команды будут заходить с интервалом в пять минут. Результат фиксируется по последнему участнику, пересёкшему финишную черту. Использование запрещённых заклинаний, попытка намеренно навредить другой команде или разрушить структуру лабиринта карается немедленной дисквалификацией. Приступайте. Команда номер один.

Первая команда, состоящая из рослых слизеринцев-семикурсников, уверенно шагнула в зеркало и исчезла.

Пять минут томительного ожидания. Затем — команда номер два.

Когда подошла их очередь, Альфи почувствовал, как ладонь Парвати дрожит. Он сам был спокоен. Странное, холодное спокойствие, которое часто находило на него перед лицом реальной опасности.

— Построение, — тихо скомандовала Пэнси.

Они встали в отработанный клин: Невилл впереди, за ним Альфи, по флангам Парвати и Пэнси.

— Вперёд.

Шаг в зеркало был похож на погружение в холодную воду. Ощущение полёта, искажения, и они очутились в совершенно ином месте.

Это был лабиринт из света и тени. Стены представляли собой светящиеся энергетические барьеры, мерцающие разными цветами. Воздух гудел от магии, и было слышно далёкое эхо заклинаний и щитов предыдущих команд.

— Ничего не видно дальше двадцати футов, — мгновенно оценила Пэнси. — Лонгботтом, щит вперёд. Патил, левый фланг, ищи аномалии. Дамблдор, сканируй, управление на тебе.

Они двинулись вперёд. Невилл выставил щит, и Альфи почувствовал, как его собственная магия инстинктивно потянулась к нему, ощущая его границы. Он закрыл глаза на секунду, позволив своему внутреннему радару, своей связи с Тенью, расшириться. Он чувствовал не сами стены, а их магическую пульсацию. Чувствовал слабые, фантомные следы команд, прошедших до них. И чувствовал нечто иное — скрытые ловушки.

— Стой! — резко сказал он. — Впереди, в десяти шагах, справа. Магическая мина. Очень слабая, маскирующая. Обходим слева. Невилл, прикрой.

Пэнси бросила на него быстрый взгляд, но не стала спрашивать. Они обошли невидимую угрозу. Дальше путь раздваивался.

— Правый проход, — скомандовал Альфи, даже не задумываясь. — Левый пахнет иллюзией. Слишком идеально.

Они свернули направо и почти сразу попали под обстрел. Из стены вылетели три магических снаряда, похожих на огненные шары, но холодные и синие.

— Протего! — крикнул Невилл, и щит принял на себя удар.

— Контратака! Парвати, левый шар! Си, правый! Я — центральный! — скомандовал Альфи, судорожно взмахивая палочкой.

Три заклинания — Петрификус от Альфи, Иммобулюс от Парвати и точечный Конфундус от Пэнси — поразили цели одновременно. Снаряды погасли, рассыпавшись искрами.

— Двигаемся, — Пэнси была невозмутима. — Хорошая работа.

Альфи улыбнулся про себя. Это сработало. Его короткий, сдержанный удар был частью общего залпа. Он не подвёл. Он смог скоординировать действия.

Лабиринт проверял их снова и снова. Перекрёстки с невидимыми стенами, которые приходилось обнаруживать и обходить. Ловушки, срабатывавшие на движение. Иллюзорные коридоры, заводившие в тупик. Однажды они наткнулись на участок, где гравитация работала иначе, и им пришлось цепляться за стены и продвигаться короткими перебежками.

Именно здесь Альфи показал себя во всей красе. Пока Невилл удерживал зыбкий щит, а Пэнси и Парвати подавляли гравитационные аномалии контрзаклинаниями, он быстрой трансфигурацией создавал на стенах временные зацепки и ступеньки, позволяя команде продвигаться вперёд.

— Отлично, Альфи! — крикнул Невилл, цепляясь за созданный им выступ.

Они работали как часы. Чёткие команды Альфи, непробиваемый щит Невилла, точные атаки Пэнси и гибкая поддержка Парвати. Альфи всё больше входил во вкус. Его чутьё магии, усиленное Тенью, становилось их главным козырем. Он предугадывал ловушки, чувствовал слабые места иллюзий, указывал направление.

Наконец, в конце длинного, тёмного коридора они увидели свет — финишную черту, обозначенную ярким серебристым порталом.

— Последний рывок! — скомандовал Альфи. — Всё внимание! На финише всегда подвох.

Они ринулись вперёд. И не зря. За несколько шагов до портала из пола и потолка выросли шесть магических големов, перекрывая проход.

— Клин! — крикнул Альфи. — Невилл, таран! Си, пробивай брешь! Парвати, бери крайних! Я их задержу!

Невилл с рёвом бросился вперёд, его щит превратился в таран. Альфи, не раздумывая, трансфигурировал из пола каменные щупальца, схватившие големов за лодашки. Парвати связала двух левых и двух правых големов паутиной из чар, а Пэнси двумя выверенными ударами обезглавила центральных.

Брешь была пробита.

— Бежим!

Они вчетвером вывалились через серебристый портал, едва не падая друг на друга, и очутились в знакомом коридоре второго этажа рядом с неподвижным зеркалом. Рядом стоял профессор Снейп с пергаментом в руках и простым секундомером.

Он бросил на них короткий, ничего не выражающий взгляд и сделал пометку.

— Команда номер четыре. Время: двадцать три минуты, семнадцать секунд.

Они стояли, тяжело дыша, обливаясь потом, но с горящими глазами. Они сделали это. И сделали это хорошо.

Постепенно в зеркало входили и другие команды. Некоторые возвращались с гордыми лицами, другие — помятые и злые. Когда все шестнадцать команд завершили прохождение, Снейп подошёл к зеркалу, которое снова стало обычным, и прикрепил к нему новый пергамент.

«Результаты первого этапа. Проходят в следующий раунд:

1. Команда №7 (Диггори, Чанг, Эджкомб, Клируотер) — 19:04

2. Команда №4 (Дамблдор, Паркинсон, Лонгботтом, Патил) — 23:17

3. Команда №15 (Пьюси, Уоррингтон, Монтегю, Боул) — 24:45»

Они были вторыми. Не первыми, но и не последними. В середине списка. Идеальная позиция, чтобы не привлекать лишнего внимания, но в тоже время уязвимая. Теперь им придётся во что бы то ни стало победить в дуэлях.

— Ну что, — выдохнула Парвати, вытирая пот со лба. — Мы в игре.

— Мы в игре, — кивнул Невилл, и на его лице впервые за долгое время появилась уверенная, почти воинственная улыбка.

Пэнси молча смотрела на список, её острый ум уже анализировал их будущих противников.

Альфи же смотрел на свои руки. Они больше не дрожали. Он был частью механизма. Частью команды. И это ощущение было ничуть не хуже, чем сладкий вкус одинокой победы. Оно было другим. Более прочным. Более настоящим.

Впереди были дуэли. Настоящие, где противники будут не манекенами, а живыми волшебниками. Но сейчас, в пыльном коридоре, среди тяжёлого дыхания и запаха пота, Альфи впервые почувствовал, что они действительно могут это сделать. Несмотря на Стражей, на интриги, на его собственную тёмную сущность. Они — «Команда №4» — могут пройти дальше.