Затмение (джен)

Декабрь, в контрасте с морозным ноябрём выдался удивительно мягким и тихим. Ветер больше не обжигал лица до красноты, а лишь слегка касался кожи, мягко напоминая о том, что за окнами уже зима. Поместье Малфоев и сад вокруг укутало белым тонким покрывалом. Снег неторопливо оседал на пышных ветвях многовековых деревьев, ровным слоем покрывал высокую изгородь, ласково касался заснеженных плеч каменных статуй и застывших гладких поверхностей садовых фонтанов.

Во всём этом царила поистине сказочная, умиротворяющая атмосфера приближающихся праздников. Вот только Эван совершенно не ждал Рождества.

— Малфой починил шкаф, — изрёк Волдеморт, стоя у глубокого оконного проёма и безразлично наблюдая за медленно падающими хлопьями снега. — Признаться, я не ожидал, что он справится так быстро. Но, видимо, хоть на что-то этот мальчишка оказался способен.

Риддл взглянул на отца. С тех пор как произошла та встреча в Хогсмиде с Филеасом Ронтгори, они практически не возвращались к личным разговорам и внутренним переживаниям Эвана. Волдеморт был целиком и полностью занят новыми законами. И те, благодаря внедрению «своих» людей, успешно были приняты Визенгамотом совсем недавно. Теперь Тёмный Лорд планировал постепенно заставить магическое общество привыкать к новым порядкам, чтобы без лишнего шума перейти к следующему этапу.

Эван же весь этот месяц думал о предстоящем убийстве Альбуса Дамблдора. Он без конца прокручивал в голове фрагменты последних разговоров: горькие слова Филеаса о тяжести, которую навлечет за собой убийство, отточенные аргументы Волдеморта. Юноша до изнеможения тренировался в дуэльной комнате, доводя движения палочки до автоматизма, и где-то глубоко в душе почему-то отчаянно надеялся, что день «Х» наступит не скоро. Ему казалось, что судьба даст хотя бы небольшую отсрочку. Но увы, долго откладывать неизбежное было невозможно.

— Что теперь? Мы проникнем в Хогвартс? — спросил юноша, с трудом удерживая голос в рамках холодного спокойствия.

— Ты проникнешь, — Волдеморт развернулся и посмотрел на сына долгим тяжелым и въедливым взглядом. — А ещё я отправлю с тобой Северуса, Люциуса и Антонина. Они прикроют тебя, если что-то пойдёт не так. Хотя я всё же искренне надеюсь, что мне не придётся спрашивать тебя о причинах неудачи операции.

— Прямо-таки подбор мест в первом ряду, — с горьким сарказмом подметил юноша, прикидывая про себя, насколько каждый из старших магов действительно поможет или, наоборот, помешает ему.

— Не язви, — сухо отрезал Тёмный Лорд. — План предельно прост. Вы попадете в замок через исчезающий шкаф. Северус под срочным предлогом должен позвать Альбуса на Астрономическую башню. Антонин и Люциус будут находить под делюминационными чарами. Они должны лишь наблюдать, заблокировав выходы, и вмешаются только если ситуация окончательно выйдет из-под контроля. Если выйдет.

— Я понял, — голос Риддла оставался ровным и невозмутимым, когда он прямо встретил алый горящий взгляд отца. — Что насчёт Драко? Его задания?

— Он просто отвлечёт внимание Дамблдора и выиграет для тебя время. Столько, сколько тебе понадобится, чтобы добраться до астрономической башни, — произнёс Тёмный Лорд. — Помни, Эван, ты должен лично убить Дамблдора. Без колебаний и жалости. Не слушай его, когда он попытается заставить тебя усомниться в этом решении. Он мастер красивых речей.

— Не заставит, — отрезал Эван, сжав зубы. — Я больше не поверю ни единому его слову, что бы он ни сказал.

Волдеморт медленно кивнул, удовлетворённый этим ответом.

* * *

Исчезательный шкаф стоял в самой глубине лавки Горбина в Лютном переулке, точно на том же месте, где Эван видел его во время своего прошлого визита с Драко. Горбин, едва завидев пришедших во главе с сыном Тёмного Лорда магов, в смертельном страхе моментально очистил им дорогу и отступил за прилавок, не смея даже поднять взгляд или издать лишний звук.

— Он точно работает? — Антонин Долохов окинул старый потрескавшийся шкаф с резными узорами глубоким недоверием, медленно поглаживая пальцами рукоять своей волшебной палочки. — Что-то мне не верится, что эта дрянь способна бесшумно перебросить нас в самое защищённое место всей Британии.

— Ты считаешь моего сына совсем глупцом, Антонин? — холодно и надменно бросил Люциус Малфой, поправив меховой воротник своей дорогой тёмной мантии. — Разумеется, Драко был обязан полностью проверить его работоспособность, провести необходимые испытания с предметами, прежде чем докладывать Лорду о завершении работы. Мой род не допускает халатности.

— Хватит, — изрёк Эван.

Его голос прозвучал настолько властно, отстранённо и беспрекословно холодно, что двое взрослых Пожирателей смерти мгновенно осеклись и замолчали.

Риддл первым подошёл к Исчезательному шкафу. Он медленно провёл пальцами по тёмной древесине, ощущая тонкую остаточную магию двух связанных пространств. Юноша резко дёрнул на себя резную металлическую ручку. Внутри шкафа чернела пустота. Сделав глубокий вдох и натянув маску полного безразличия, юноша шагнул внутрь и плотно притянул тяжёлую дверцу к себе.

На несколько секунд всё существование погрузилось в абсолютную тишину. Затем пространство вокруг сжалось с невидимой силой. Эвана будто перевернуло в невесомости и протянуло сквозь узкую замочную скважину, хотя он продолжал твёрдо стоять на ногах. Из глубины механизмов донёсся глухой щелчок. Дверцы сами собой бесшумно распахнулись.

Эван вышел во встретившую его темноту огромной комнаты, до потолков забитой разными предметами. Драко поблизости уже не было. Юный Малфой, активировав связь, очевидно, ушёл раньше, чтобы попытаться довести до конца собственное, отчаянное поручение. Эван, впрочем, и не собирался искать его.

— Ну и пылище! — сзади с громким кашлем вывалился Долохов, а за ним с привычной грацией выскользнул Люциус, брезгливо отряхивая мантию. — Это ещё что за свалка? Куда этот чертов шкаф нас выбросил?

— Выручай-комната, — первым ответил Люциус, с некоторой долей брезгливости и изумления рассматривая древнюю резную мебель, истлевшие гобелены и потемневшие доспехи. — Она подстраивается под самые тайные, глубокие желания того, кто переступает её порог. Удивительное место… созданное, по преданиям, самой Ровеной Равенкло. Признаться, я всегда считал рассказы о ней просто красивым вымыслом.

— Вряд ли в своих тайных желаниях я мечтал увидеть горы хлама, — буркнул Антонин, настороженно озираясь по сторонам и держа палочку наготове. — И где здесь выход?

— Там, — Эван указал рукой вглубь узкого тёмного прохода между высокими завалами.

Они тихо двинулись вперёд по извилистой тропе, которая отделяла горы из старых фолиантов, запылённых сундуков, мебели, астрономических приборов. Пока Люциус и Антонин на миг задержались позади, о чём-то тихим шёпотом споря, взгляд Эвана случайно зацепился за странный отблеск среди пыльных книг.

Нахмурившись, юноша подступил ближе к покосившемуся комоду. На его вершине, среди слоя пыли, покоилась изящная украшенная потемневшими драгоценными камнями серебряная диадема. Она имела форму орла с распростёртыми крыльями. Но главным было не это: от неё веяло чем-то до боли знакомым, манящим, властным и одновременно невероятно опасным. Эван, почти не отдавая себе отчёта и даже не задумываясь о причинах своего поступка, протянул руку. Он аккуратно сжал диадему в ладони и мгновенно скрыл её в глубоком внутреннем кармане своей мантии.

— Эй, Риддл! Чего застрял? Нашёл там сокровища? — окликнул его Долохов, обернувшись из-за угла.

— Неважно. Идёмте, — тихо ответил Эван, ускоряя шаг.

Они бесшумно толкнули тяжелую дверь Выручай-комнаты и ступили в пустой коридор восьмого этажа. Вокруг было тихо и мрачно. Свет падал только от горящих факелов на стенах, отбрасывающий длинные тени на каменный пол. Но не успели они пройти и десятка шагов по каменным плитам, как из-за крутого поворота на них выскочили фигуры.

Это были не патрулировавшие замок в этот час преподаватели. Перед ними стояли ученики: Рон, Гермиона, Невилл, Луна и Джинни. Все они держали в руках волшебные палочки. Судя по всему, они остались в замке на рождественские каникулы и по какой-то непонятной причине оказались здесь.

На секунду обе группы замерли.

— Разошлись, детки! — с хищной, кровожадной усмешкой оскалился Долохов, медленно и угрожающе вытягивая свою волшебную палочку. Эван скривился. Тот говорил таким тоном, словно порадировал Беллатрикс. — Вам давно пора спать в своих мягких тёплых постельках.

— Гарри!.. — выдохнул Рон, словно вовсе не слыша ядовитой угрозы Пожирателя Смерти.

Его взгляд приковался к фигуре юноши, стоящего в самом центре, между двумя опаснейшими тёмными магами. На бледном лице Уизли в одно мгновение смешались дикий шок, неподдельная боль от предательства и вспыхнувшая сокрушительная ярость:

— Предатель! Как ты мог?! Мы верили тебе! Пытались найти тебе хоть какое-то оправдание, до последнего надеялись в Гриффиндоре, что ты попал в беду, что тебя контролируют!.. А ты… ты один из них?!

Гермиона рядом с ним лишь болезненно закусила губу и слегка потупила взгляд. Из её глаз готовы были брызнуть слёзы, а во всей её фигуре читалась только глубокая печаль. Невилл, державший палочку дрожащей, но решительной рукой, был полностью растерян от вида настолько изменившегося друга. Джинни замерла рядом, выставив боевую стойку, в её карих глазах горела ненависть.

И только Луна Лавгуд смотрела на него с прежней кроткой безмятежной и немного отрешённой улыбкой, будто Гарри не стоял прямо перед ними в окружении врагов.

— Как много мозгошмыгов развелось у тебя в голове, Гарри, с нашей последней встречи… — с тихой светлой грустью и без единой тени страха произнесла она, чуть наклонив голову набок. — Ты знаешь, что они отравляют твой разум?

— Эта девчонка вообще нормальная? — вполголоса пробормотал Долохов, с искренним недоумением и раздражением прищурившись на Луну.

— Уйдите с дороги, — холодным тоном произнёс Эван. У него не было абсолютно никакого желания что-то им доказывать, вступать в бессмысленные споры или оправдываться. — У нас нет времени с вами разбираться.

Он смерил бывших друзей абсолютно отстранённым взглядом. На его выточенном лице не отразилось ни единой эмоции, кроме абсолютного спокойствия.

— Я считаю до пяти. Раз… два… три…

— Гарри, пожалуйста, не надо… — Гермиона сделала отчаянный шаг вперёд. — Это ведь не ты… Я не верю, что ты способен на это… Посмотри на нас!

— …четыре… Пять! Петрификус Тоталус! — не колеблясь ни единой секунды, жестоко оборвал её Эван и резко выкинул руку с палочкой вперёд.

Яркий, ослепительный свет заклинания рванулся в сторону гриффиндорки. Следом за ним, хищно оскалившись и предвкушая драку, боевые заклинания повторили Долохов и Люциус. В каменном пространстве коридора вспыхнули щитовые чары: Невилл и Рон успели среагировать и вскинуть совместный Протего, защищая подругу и себя. Гермиона же в шоке сжала губы и атаковала пожирателей.

— Ступай дальше, Эван! — громко крикнул Люциус, отбивая летящий в него луч Ступефая от Гермионы. — Снейп уже должен ждать на Башне! Мы разберемся с этими сопляками быстро и нагоним тебя!

Юноша на мгновение задержал взгляд на двух Пожирателях Смерти, легко удерживающих натиск подростков, на секунду встретился взглядом с пылающими яростью и обидой глазами Рона, а затем молча кивнул.

Развернувшись, Эван стремительным шагом направился дальше по темнеющим переходам Хогвартса, навстречу своей главной, страшной и неизбежной цели.