Просто Гарри? (гет)

Октябрь подходил к концу, и Хогвартс постепенно погружался в предпраздничную суету. Коридоры украсили летучими мышами и светящимися тыквами, а из кухни доносились запахи тыквенных пирогов и пряной выпечки. Гарри, Гермиона и Драко за это время успели привыкнуть к новому ритму учёбы.

Гермиона теперь занималась с профессором Флитвиком дважды в неделю, и её успехи были впечатляющими. За полтора месяца она освоила не только «Акцио» и «Локомотор», но и продвинулась далеко за пределы программы первого курса. «Вингардиум Левиоса» она теперь выполняла настолько уверенно, что могла удерживать в воздухе одновременно три предмета, заставляя их двигаться по сложным траекториям. «Репаро» — заклинание починки, которое у неё не получилось в поезде, — теперь давалось ей легко: она могла восстановить разбитую чашку или порванный пергамент за секунду. «Алохомора» — заклинание отпирания — она освоила с третьей попытки, чем немало удивила Флитвика.

Но самым большим достижением была работа над защитными чарами. Флитвик, узнав о её желании научиться защищаться, начал знакомить её с основами «Протего» — щитового заклинания. Первые попытки были неудачными — щит вспыхивал и тут же гас, — но к концу октября Гермиона могла удерживать стабильный, хоть и слабый, барьер в течение нескольких секунд.

— Мисс Грейнджер, — сказал Флитвик на одном из занятий, когда её щит выдержал три учебных заряда подряд, — вы демонстрируете уровень, который некоторые студенты достигают лишь к третьему курсу. Если так пойдёт и дальше, я подумаю о том, чтобы познакомить вас с основами невербальной магии уже к Рождеству.

Гермиона покраснела от гордости, но тут же попросила дополнительный список литературы. Флитвик, смеясь, вручил ей ещё два увесистых тома — «Теорию магических полей» и «Эволюцию защитных чар».

— А как насчёт наступательных чар? — спросила она, принимая книги. — «Имобулюс»? «Пертификус Тоталус»?

— Осторожнее, мисс Грейнджер, — Флитвик поднял палец, но в глазах его плясали смешинки. — Наступательные чары требуют не только таланта, но и контроля. Однако… если вы выучите «Имобулюс» к концу ноября, я покажу вам базовую версию «Пертификуса». Договорились?

— Договорились! — Гермиона схватила книги и убежала в библиотеку, не сомневаясь, что справится.

Через три недели она продемонстрировала Флитвику идеальный «Имобулюс», а через месяц — нестабильный, но работающий «Пертификус Тоталус», который заставил учебный манекен застыть на добрых полминуты.

— Ты когда-нибудь отдыхаешь? — спросил её Гарри, когда она в очередной раз пришла в гостиную с новой стопкой книг.

— Отдыхаю, — серьёзно ответила она. — Чтение — это и есть отдых. Особенно когда читаешь не учебники, а «Теорию магических полей» или «Эволюцию защитных чар».

— Это не отдых, это подвиг, — усмехнулся Драко, но в его голосе слышалось уважение. Он сам теперь понимал, сколько труда стоит за каждым новым заклинанием.

«Зелье точного сна» они использовали только пару раз, когда домашние задания наваливались особенно сильно, и Гермиона, к удивлению Гарри, действительно соблюдала осторожность.

— Я же обещала, — сказала она, когда Гарри осторожно напомнил ей о наставлениях Снейпа. — Тем более что эффект от постоянного применения пропадает. Лучше использовать его как козырь в рукаве.

— Разумно, — одобрил Драко, который как раз заканчивал читать очередную главу из «Основ диагностической магии». — Кстати, мадам Помфри сказала, что на следующей неделе я смогу попробовать наложить «Диагностикус» на живого человека. На ком-нибудь из вас.

— На мне попробуешь, — вызвался Гарри. — Интересно же.

— Ты просто хочешь узнать, нет ли у тебя скрытых болезней, — усмехнулся Драко. — Ладно, договорились.

Обычная учёба шла своим чередом. На трансфигурации Макгонагалл перевела их с иголок на спички — нужно было превращать спички в иголки и обратно, развивая контроль. Гарри справлялся уверенно, Гермиона, как всегда, лучше всех, а Драко работал с обычным для себя старанием, иногда ловя на себе странные взгляды слизеринцев. Впрочем, он научился их игнорировать.

На зельях Снейп был привычно мрачен, но Гарри заметил, что профессор стал чуть реже снимать баллы с Гриффиндора. Драко списывал это на то, что крёстный просто устал от постоянных жалоб.

________________________________________

31 октября, Хэллоуин

Большой зал в этот вечер преобразился. Тысячи летучих мышей порхали под зачарованным потолком, отражавшим тёмное небо с редкими звёздами. Свечи в тыквах — настоящих, огромных, с вырезанными рожицами — мерцали мягким оранжевым светом. Ученики были в праздничном настроении, и даже обычная вражда между факультетами казалась менее острой.

Гарри, Гермиона и Драко сидели за гриффиндорским столом — на Хэллоуин факультеты не разделялись строго, и можно было садиться где угодно. Рон, к удивлению Гарри, где-то пропадал, но они не придали этому значения — близнецы наверняка устроили какую-то свою игру.

— Гермиона, ты бы хоть книгу отложила, — сказал Гарри, заметив, что она читает за столом.

— Это не учебник, — ответила она, поднимая голову. — Это «История Хэллоуина в магической традиции». Очень интересно, между прочим.

— Ты и отдыхаешь с книгой, — усмехнулся Драко. — Ладно, это хотя бы не учебник по зельям.

Гермиона улыбнулась, но вдруг её лицо изменилось. Она побледнела и схватилась за живот.

— Ребята, что-то у меня… — она замялась, покосилась на Драко и слегка покраснела. — Отойду я в туалет. Если меня долго не будет, идите в гостиную Гриффиндора, я туда приду.

Схватив сумку, она быстрым шагом направилась к выходу из зала. Гарри и Драко переглянулись. Драко хотел что-то сказать, но промолчал.

Не успели они вернуться к еде, как к ним подскочил запыхавшийся Рон. Он выглядел взволнованным и немного виноватым.

— Гарри, Драко! — тихо сказал он, оглядываясь. — Я… мне нужно сказать кое-что. Я слышал, как этот слизеринец, ну, Малфой… говорил про Гермиону. Что она… грязнокровка. Я… я не заступился.

— Что? — Драко резко выпрямился. — Какой ещё Малфой на Слизерине? Я здесь единственный Малфой, и я такого не говорил!

— Да не ты! — замотал головой Рон, покраснев. — Другой! Просто… она слышала. Она выбежала отсюда. Я видел, как она побежала к выходу.

Гарри и Драко переглянулись. Происходило что-то странное — они сами видели, как Гермиона выходила из зала. Гарри точно знал, что Драко не оскорблял её. Но Рон говорил о чём-то совершенно другом!

— Так, где она может быть? — спросил Драко.

— В туалете для девочек на первом этаже, — сказал Рон. — Она туда часто ходит, когда хочет побыть одна.

— Ты за ней следил, что ли? — спросил Гарри.

— Да нужно мне следить! Все знают, где она! — отмахнулся Рон.

Внезапно дверь Большого зала распахнулась, и в зал вбежал профессор Квиррелл. Он был бледен, тюрбан съехал набок, и он весь дрожал.

— Тролль! — закричал он, спотыкаясь. — В подземельях! Я видел его! Думал, что он там, но… он идёт сюда!

После этого профессор рухнул без чувств.

В Большом зале началась паника. Профессор Дамблдор встал, и его голос, усиленный магией, перекрыл шум:

— Тихо! Никто не покидает зал! Старосты, отведите учеников в гостиные. Профессора, за мной!

Ученики начали выстраиваться в колонны, но Рон, Гарри и Драко уже бежали к выходу.

— Стойте! — крикнула профессор Макгонагалл. — Куда вы?

— Гермиона! — выкрикнул Гарри. — Она не знает! Она в туалете на первом этаже!

Макгонагалл на мгновение замерла, потом кивнула:

— Быстро! И будьте осторожны!

Они выбежали в коридор и помчались по направлению к первому этажу. Рон хотел бежать дальше с ними, но Гарри остановил его:

— Беги в гостиную Гриффиндора, Гермиона говорила, что пойдет туда. Мы если что справимся с Драко двоем! Если Гермиона уже будет в гостиной, скажешь ей, куда мы побежали!

Рон кивнул и остался. Гарри и Драко побежали дальше.

В коридорах было пусто — все ученики уже покинули их. Где-то внизу раздавался тяжёлый топот и грохот.

— Тролль в подземельях, — сказал Драко на бегу. — Квиррелл сказал, что он был там, но идёт сюда. Значит, он уже на первом этаже?

— Мы должны успеть, — выдохнул Гарри.

Они свернули за угол и замерли. В конце коридора, в тусклом свете факелов, маячила огромная фигура. Тролль был ростом под три метра, с серой бугристой кожей и короткими ногами, которые тем не менее несли его удивительно быстро. В руке он сжимал огромную дубину. Но странно: он не топал в сторону Большого зала, где были все, а медленно, словно ведомый невидимой нитью, двигался к двери в туалет для девочек.

— Почему он идет туда? — прошептал Гарри.

Они рванули вперёд. Тролль, заметив их, издал низкий рык и потопал быстрее. Дверь в туалет для девочек была приоткрыта, и они влетели внутрь как раз в тот момент, когда тролль занёс дубину.

Внутри было темно, лишь несколько свечей мерцали на стенах. Гермиона скорее всего была за одной из закрытых дверей кабинок.

Крайняя дверь открылась и оттуда осторожно выглянула Гермиона, увидев их, она вскочила.

— Что вы… вы не должны!

Тут дверь с треском распахнулась, и в проёме показался тролль. Его маленькие глазки злобно сверкнули, и он сделал шаг вперёд, загородив выход.

— Тролль! — закричала Гермиона

— Мы знаем! — гордо ответил ей Драко.

— За кабинки! — скомандовал Гарри.

Они отступили вглубь помещения. Тролль тем временем пролез внутрь, с грохотом снося раковины своей дубиной. Вода хлынула на пол, смешиваясь с осколками фарфора.

— Нужно что-то делать, — прошептал Гарри. — Он перегородил выход.

— Если мы попробуем пробежать, он нас раздавит, — сказал Драко, лихорадочно соображая. — Нужно его обезвредить.

Гарри посмотрел на ноги тролля — огромные, неуклюжие, но крепкие. И вдруг его осенило.

— Драко, — сказал он. — Помнишь, как мы поднимали перья на заклинаниях?

— Помню. И что?

— А что, если мы попробуем поднять его ноги? Каждый — свою. Одновременно. Чтобы он потерял равновесие и упал.

Драко посмотрел на тролля, потом на Гарри, и в его глазах загорелся азарт.

— Ты думаешь, мы сможем?

— Надо попробовать, — сказал Гарри. — Ты берёшь левую ногу, я — правую. По команде. Понял?

— Понял, — кивнул Драко.

Тролль тем временем, потеряв их из виду, рычал и крушил кабинки. Он уже почти добрался до их укрытия.

— Сейчас! — скомандовал Гарри.

Они выскочили из-за колонны одновременно и направили палочки на ноги тролля.

— Вингардиум Левиоса! — крикнул Гарри, целясь в правую ногу.

— Вингардиум Левиоса! — крикнул Драко, целясь в левую.

Две магические силы ударили в тролля с разных сторон. Чудовище взревело, когда его ноги одновременно оторвались от пола и начали подниматься вверх. Оно зашаталось, пытаясь удержать равновесие, но ноги больше не слушались.

— Держим! — закричал Гарри, чувствуя, как магия выплёскивается из него через край, но он не хотел уступить Драко.

— Держу! — выдохнул Драко, понимая, что он не хочет уступить Гарри перед Гермионой.

Тролль завис в воздухе, беспомощно размахивая руками. Его тело начало выгибаться под неестественным углом. Магия била через край — они вложили в заклинание больше силы, чем требовалось, больше, чем могли контролировать. Гарри чувствовал, как потоки энергии переплетаются, усиливая друг друга, и понимал — они не могут остановиться.

— Слишком сильно! — крикнул Драко, и в его голосе слышался страх.

Раздался ужасающий хруст.

Серая туша тролля, не выдержав давления, лопнула посередине. Две половины с глухим стуком рухнули на пол, заливая всё вокруг чёрной, густой кровью. Кровь брызнула во все стороны — на стены, на кабинки, на пол, на Гермиону, Гарри и Драко.

Гарри опустил палочку, тяжело дыша. Драко смотрел на свои руки, перепачканные чёрной кровью, с выражением полного недоумения.

— Мы… мы его… — начал Гарри, но не смог закончить.

— Разорвали, — закончил за него Драко. — Пополам.

Они обернулись к Гермионе. Она стояла, прижавшись к стене, вся забрызганная кровью с ног до головы. Её лицо было белым как полотно, глаза широко раскрыты, губы дрожали.

— Гермиона, — позвал Гарри, делая шаг к ней. — Всё кончено. Тролль мёртв.

Она посмотрела на него, потом на останки чудовища, потом снова на Гарри. Её взгляд стал стеклянным.

— Гермиона? — окликнул её Драко.

Она открыла рот, словно хотела что-то сказать, но вместо слов из её горла вырвался только слабый всхлип. Её глаза закатились, ноги подкосились, и она начала падать.

— Гермиона! — закричал Гарри, бросаясь к ней.

Он успел подхватить её за секунду до того, как она ударилась головой о разбитый кафель. Драко подскочил следом, помогая удержать её. Гермиона была без сознания — лицо бледное, дыхание слабое, но ровное.

— Она потеряла сознание, — сказал Драко, щупая пульс. — Шок. После такого… неудивительно.

— Дышит? — спросил Гарри.

— Да. Пульс есть. — Драко перевёл дыхание. — Нужно наложить «Диагностикус».

Он взмахнул палочкой, как показывала мадам Помфри, и произнёс: — «Диагностикус».

Вокруг Гермионы появилась мерцающая диагностическая печать. Драко, вглядываясь в неё, начал перечислять вслух, не думая о последствиях:

— Нервное истощение, лёгкое сотрясение мозга, потеря крови…

— Гарри! — крикнул он, пытаясь спасти ситуацию. — У неё потеря крови! Надо что-то делать! Срочно к мадам Помфри!

В коридоре послышался топот множества ног. В дверях появились директор Дамблдор, профессор Макгонагалл, Снейп и Квиррелл, который, кажется, уже пришёл в себя. За ними виднелись несколько старшекурсников.

Макгонагалл замерла на пороге, её лицо было белым как мел. Она обвела взглядом разгромленную комнату, две половинки тролля, троих перепачканных первокурсников и Гермиону, лежащую без сознания на полу.

— Что… что здесь произошло? — спросила она, и её голос дрогнул.

— Мы нашли её, — сказал Гарри, кивая на Гермиону. — Тролль уже был здесь. Мы пытались его остановить. Подняли его ноги заклинанием левитации, чтобы он упал. Но… перестарались.

— Перестарались? — переспросил Снейп, и в его голосе послышалось что-то странное. — Вы разорвали тролля пополам заклинанием левитации. Это не «перестарались», это…

Он не закончил, но в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения.

— Мисс Грейнджер в порядке? — спросила Макгонагалл, подходя к Гермионе.

— Она потеряла сознание, профессор, — ответил Драко, стараясь говорить спокойно. — Я наложил «Диагностикус». У неё лёгкое сотрясение и у нее потеря крови, мы с Гарри не нашли у нее ран, поэтому ее нужно срочно доставить в больничное крыло.

Но мадам Помфри, которую кто-то вызвал, уже входила в комнату с больничной сумкой. Она опустилась на колени рядом с Гермионой, провела палочкой над её телом и посмотрела на Драко:

— Мистер Малфой, это ваше «Диагностикус»?

— Да, мадам.

— Очень хорошее заклинание у вас получилось, — сказала она, но взгляд её был холоден.

Драко почувствовал, как уши заливаются краской. Он понял, что совершил какую-то ошибку, но было поздно что-либо исправлять.

Мадам Помфри взмахнула своей палочкой, и серебристые линии «Диагностикуса» засияли ярче. Она изучила показатели, и её лицо стало спокойнее.

— Жизненно важные показатели в норме. Лёгкое сотрясение, магическое истощение, сильный эмоциональный шок. И… — она чуть задержалась на одном из пунктов, —ей нужно в больничное крыло.

Она взмахнула палочкой, и Гермиона мягко поднялась в воздух, окружённая серебристым свечением.

— Мистер Малфой, — сказала мадам Помфри, направляясь к выходу, — подойдите ко мне, когда освободитесь. Нам нужно поговорить.

--

Не успела мадам Помфри скрыться из виду, как в коридоре раздались новые шаги — тяжёлые, уверенные. В проёме показалась высокая фигура в безупречной чёрной мантии. Люциус Малфой, сжимающий в руке трость с рукоятью в виде змеиной головы, вошёл в туалет, а за ним — двое авроров в форменных мантиях.

— Драко! — голос Люциуса был напряжённым, но он быстро взял себя в руки, окинув комнату холодным взглядом. Увидев разорванного тролля, он на мгновение замер, но тут же перевёл взгляд на сына. — Ты цел?

— Отец? — Драко опешил. — Что ты здесь делаешь?

— Родовой артефакт сработал, — ответил Люциус, подходя ближе и не обращая внимания на кровь, хлюпающую под ногами. — Показал, что тебе угрожает смертельная опасность. Я связался с Министерством и потребовал сопровождения. — Он бросил взгляд на Дамблдора, потом на авроров, и в его голосе послышался лёд. — И, как видите, не зря.

Дамблдор, до этого момента стоявший молча с непроницаемым лицом, сделал шаг вперёд.

— Люциус, я понимаю ваше беспокойство, но ситуация под контролем.

— Под контролем? — Люциус повысил голос. — В школе, где учатся дети, объявился тролль! Мой сын и его друзья едва не погибли! Как, скажите мне, это могло произойти в самом безопаснейшем месте магической Британии?

— Это выясняется, — спокойно ответил Дамблдор. — Профессор Квиррелл уже сообщил, что тролль проник из подземелий. Мы разберёмся.

— Разберётесь? — Люциус усмехнулся, но усмешка вышла злой. — Авроры проведут собственное расследование. Я уже говорил с Амелией Боунс. Она ждёт отчёта.

Дамблдор слегка нахмурился, но спорить не стал. Авроры тем временем молча осматривали место происшествия.

— Сын, — Люциус повернулся к Драко и положил руку ему на плечо. —Нам нужно поговорить.

— Но…

— Сейчас.

Люциус наложил на них купол тишины, а также иллюзию чтобы если кто и умел, то не смог бы прочитать по губам, о чем происходит разговор.

— Ты в порядке? — спросил Люциус, внимательно осматривая сына. Кровь тролля была везде, но сам Драко, судя по всему, не пострадал.

— Да, отец, я не пострадал, только сильно испачкался в крови тролля. — уже более спокойно сказал Драко.

— Так, а теперь быстро и кратко расскажи, что же произошло? — Люциус говорил тихо, но в голосе слышалась обеспокоенность.

— Мы ужинали, Гермиона почувствовала себя плохо и пошла в туалет, влетел Квиррелл и прокричал про тролля, который идет сюда, мы с Гарри забеспокоились за Гермиону, и побежали к ней, встретили тролля, забежали в туалет, думали при помощи Вингардиум Левиоса сделать подножку троллю, но перепутали вместо одной ноги мы с Гарри пытались поднять разные, итог ты видел, две половинки тролля? — быстро доложил Драко.

Люциус помолчал, потом неожиданно улыбнулся — той редкой улыбкой, которая делала его почти человечным.

— Знаешь, я думал, что ты совершенно другой, но то, что я увидел сегодня в тебе… — Он покачал головой. — постарайся в следующий раз как-то более безопасно спасать своих друзей.

— Это комплимент? — удивился Драко.

— Не знаю, — усмехнулся Люциус. — Но то, что вы спасли свою подругу — это правильно. Даже если из-за этого мне пришлось лететь сюда, едва не сойдя с ума от беспокойства.

Он взмахнул палочкой, и с Драко мгновенно слетела вся кровь. Мантия снова стала чистой, и сам Драко почувствовал себя легче.

— А теперь, — Люциус взял его за плечо, — пойдём, разберёмся с директором.

Подойдя ближе к, Гарри Люциус попросил у Гарри разрешение привести его в надлежайший вид, если уж профессора и директор так и не додумались это сделать, и предложил всем пойти в кабинет Дамблдора чтобы разобраться что же все-таки произошло.

--

В кабинете Дамблдора царила напряжённая атмосфера. Директор сидел за своим столом, сложив руки домиком, и внимательно слушал. Рядом с ним стояла Макгонагалл, чьё лицо было непроницаемым. Снейп замер у окна, скрестив руки на груди. Люциус устроился в кресле, положив трость на колени, и не сводил взгляда с директора. Авроры остались в коридоре.

Гарри и Драко, стояли перед столом. Гарри чувствовал себя неуютно — слишком много взрослых, слишком много взглядов.

— Итак, — начал Дамблдор, — я хочу услышать всё от начала до конца. Без утайки.

Гарри и Драко переглянулись. Гарри кивнул и начал рассказывать:

— Мы с Драко были в Большом зале. Гермиона ушла раньше. Потом прибежал Рон и сказал, что она в туалете на первом этаже. Когда Квиррелл закричал про тролля, мы поняли, что она не знает об опасности. И побежали за ней.

— А почему вы не сообщили профессорам? — спросила Макгонагалл.

— Мы пытались, — ответил Драко. — Но все были заняты. А времени не было.

Дамблдор кивнул, приглашая продолжать.

— Когда мы добежали, тролль уже был там, — продолжил Гарри. — Мы вбежали в туалет, чтобы защитить Гермиону. Тролль перегородил выход, и мы поняли, что нужно его обезвредить.

— И вы решили применить заклинание левитации? — спросил Снейп, и в его голосе послышалось что-то вроде интереса.

— Это была моя идея, — признался Гарри. — Я подумал, что если поднять одну ногу, то он упадет и мы сможем убежать от него. Но когда мы начали колдовать, то мы перепутали ноги и каждый колдовал на разную. Мы не могли остановиться. Магия… выплёскивалась через край.

— Нас было двое, — добавил Драко. — и мы — Драко опустил глаза — не хотели показать Гермионе, что кто-то из нас слабее другого, но, когда мы поняли, что мы вложили очень много сил…, уже было поздно.

— Вы его разорвали, — тихо сказала Макгонагалл. — Это… невероятно.

— Невероятно опасно, — поправил Снейп. — Если бы заклинание было бы слабее и не подействовала на тролля то, последствия могли быть катастрофическими.

— Но не вышли же, — заметил Люциус, и в его голосе прозвучала защитная нотка. — Мой сын и мистер Поттер проявили храбрость и находчивость. Они спасли свою однокурсницу. А всё остальное — детали.

— Люциус прав, — неожиданно сказал Дамблдор. — Мы обсудим произошедшее, но сейчас важно, что все остались живы. — Он перевёл взгляд на Гарри и Драко. — Вы поступили безрассудно, но храбро. Я не могу не отметить это. Сейчас идите в свои гостиные и отдохните. Завтра мы поговорим с вами отдельно.

— А Гермиона? — спросил Гарри.

— Мисс Грейнджер в хороших руках, — ответил Дамблдор. — Мадам Помфри позаботится о ней.

Они вышли в коридор и переглянулись.

— Ну и вечер, — выдохнул Гарри.

— Да уж, — согласился Драко. — Ладно, мне нужно к мадам Помфри. Она просила зайти.

— Иди, — сказал Гарри. — А я пойду в гостиную, Рону расскажу, что случилось.

--

В кабинете Дамблдора, когда мальчики ушли, воцарилась тишина. Директор сидел неподвижно, глядя на закрытую дверь.

— Альбус, — нарушил молчание Люциус. — Я хочу знать, как тролль оказался в школе? Попечительский совет не выделял денег на тролля. И если это школьный тролль, то как у него оказалась дубина? Если это не школьный тролль, то как он смог преодолеть защиту замка? И самое главное, почему профессор Квиррелл, вместо того чтобы остановить тролля повел его за собой в большой зал?

Дамблдор поднялся и подошёл к окну.

— Профессор Квиррелл утверждает, что тролль проник из подземелий. Он хотел предупредить всех и побежал в Большой зал, но монстр пошёл за ним. Однако тролль свернул к туалету на первом этаже.

— То есть вы хотите сказать, что тролль был в подземелье замка, и вы как директор конечно же знали о нем? — перебил его лорд Малфой.

— Возможно, — Дамблдор повернулся к ним.

— Так, все ясно, директор Дамблдор, знал про тролля, профессор Квиррелл испугался тролля, тут или не компетентность либо халатность, либо что похуже.

В кабинете повисла тишина.

Лорд Малфой поднялся, — Как я понимаю уважаемый директор постарается замять это происшествие, но подумайте, что бы было если тролль пошел бы за Квирреллом в большой зал? — на этом я покидаю вас, — Надеюсь авроры разберутся с произошедшем?

За ним последовали все остальные.

Когда все вышли, он сел в свое кресло и глядя на догорающие свечи прошептал: — Что ты задумал, старый друг? —обращаясь к пустоте. — Или кто-то другой?

Фоукс тихонько вздохнул во сне, и свечи догорали.

--

Выйдя от директора, лорд Малфой, подозвал двух авроров к себе и произнес, — Ребята если вы не дураки, то сейчас вы покидаете Хогвардс и быстренько бежите в редакцию ежедневного пророка и расскажете, что тут произошло, глядишь получите пару монет на пиво. А что сказать журналистам расскажу, когда мы покинем замок.

--

В больничном крыле мадам Помфри уложила Гермиону на кровать, поправила одеяло и провела ещё одно диагностическое заклинание, чтобы убедиться, что состояние девочки стабильно. Всё было в порядке — лёгкое сотрясение, магическое истощение, стресс. И… физиологическая причина потери крови, которая сейчас уже не опасна.

Она откинулась в кресле и задумалась.

Тролль в школе. В Хэллоуин. Квиррелл приводит его из подземелий, но вместо того, чтобы направиться к Большому залу, где полно учеников, монстр сворачивает к туалету на первом этаже. Почему?

Она знала ответ. Тролли — существа тупые, но с отличным нюхом на кровь. Особенно на кровь волшебниц. Гермионе просто не повезло, что её естественный женский цикл совпал с появлением тролля. Кровь привлекла чудовище, как мед привлекает пчел.

Если бы мальчики не прибежали вовремя… Мадам Помфри передёрнула плечами. Она не хотела думать о том, что могло случиться.

Но было бы хуже если бы тролль пошел за Квирреллом.

Но это знание она оставит при себе. Некоторые тайны должны оставаться тайнами.

Она посмотрела на спящую Гермиону и тихо вздохнула.

— Спи, милая. Завтра всё будет хорошо.

--

Когда Драко вошёл в больничное крыло, мадам Помфри сидела за своим столом и, казалось, ждала его.

— А, мистер Малфой, — сказала она, и в её голосе не было обычной мягкости. — Проходите, садитесь.

Драко сел на стул напротив неё. Мадам Помфри смотрела на него поверх очков, и в её взгляде читалось холодное неодобрение.

— Я хочу, чтобы вы объяснили мне одну вещь, — начала она, и каждое слово падало как камень. — Когда вы накладывали «Диагностикус» на мисс Грейнджер, вы делали это при ком?

Драко растерялся. Он ожидал чего угодно — но не этого вопроса.

— Я… при Гарри, — ответил он. — И потом, когда пришли профессора… они тоже слышали.

— Именно, — кивнула мадам Помфри. — Вы перечислили вслух — нервное истощение, сотрясение, потеря крови. При свидетелях. При посторонних.

Драко почувствовал, как краснеет.

— Я просто хотел… помочь. Мы не знали, что с ней…

— Вы хотели помочь, — перебила мадам Помфри, и её голос стал жёстче. — Но вы забыли о главном правиле колдомедика. О том, которое стоит выше любого заклинания.

Она встала и подошла к нему, и Драко невольно сжался в кресле.

— Врачебная тайна, мистер Малфой. Диагноз пациента принадлежит только пациенту и его лечащему целителю. Вы не имеете права объявлять его на весь коридор, пусть даже из лучших побуждений.

— Но я просто…

— Вы просто хотели как лучше? — Мадам Помфри покачала головой. — А представьте себя на месте мисс Грейнджер. Вы бы хотели, чтобы все вокруг знали, что с вами? Чтобы профессора, однокурсники, да и вообще кто угодно слышали, какие у вас травмы, в каком вы состоянии?

Драко открыл рот, но не нашёл, что ответить.

— Колдомедик, — продолжила мадам Помфри, возвращаясь на своё место, — работает с самым уязвимым, что есть у человека — с его здоровьем, с его жизнью. И люди доверяют нам самое сокровенное. Если мы начнём разглашать то, что узнали, это доверие рухнет. А без доверия нет настоящего лечения.

Она помолчала, давая словам осесть.

— Вы умный мальчик, Драко. И я вижу, что вы искренне хотите помогать. Но знание заклинаний — это лишь половина дела. Вторая половина — умение правильно себя вести. И в том числе — умение молчать, когда нужно.

— Я… я не подумал, — тихо сказал Драко. — Просто было страшно. Я хотел, чтобы все поняли, насколько это серьёзно.

— Поняли. И вы сами только что сказали, кто был в той комнате. — Мадам Помфри строго посмотрела на него. — Там были профессора, директор, ваш отец. Все взрослые, которые и без вашего диагноза видели, что девочка без сознания. Если бы вы сказали тихо, мне, когда я пришла, — этого было бы достаточно. А вы объявили на всю комнату.

Драко опустил голову. В словах мадам Помфри была горькая правда. Он выставил напоказ состояние Гермионы, не спросив её разрешения. Не подумав, что ей потом придётся смотреть в глаза людям, которые знают, как она была беспомощна.

— Я виноват, — сказал он. — Извините.

— Не мне извиняться, — отрезала мадам Помфри. — Но я верю, что вы сделаете выводы.

Она открыла ящик стола и достала толстую книгу в тёмно-зелёной обложке.

— Это вы должны выучить, — она протянула книгу Драко. — «Этикет колдомедика. Правила поведения в экстренных ситуациях». Здесь есть отдельная глава о врачебной тайне. К следующему вашему визиту я проверю, как вы её усвоили. Вы поняли мистер Малфой?

Драко взял книгу. На обложке золотыми буквами было выведено название, и оно показалось ему тяжёлым, как свинец.

— Я понял мадам Помфри, — твёрдо сказал Драко.

— Хорошо. — Мадам Помфри смягчилась. — А теперь идите. Мисс Грейнджер нужен покой. Приходите завтра, она уже будет в сознании.

Драко кивнул и вышел в коридор, держа в руке книгу.

--

В гостиной Гриффиндора его ждал Гарри. Рон уже ушёл в спальню, сославшись на усталость, но Гарри заметил, что друг выглядел растерянным и каким-то… чужим.

— Ну как? — спросил Гарри, когда Драко опустился в кресло.

— Мадам Помфри дала мне это, — Драко показал книгу. — Сказала, что я не имел права объявлять диагноз Гермионы при всех. Что нарушил врачебную тайну.

— Врачебную тайну? — переспросил Гарри.

— Оказывается, колдомедик не может разглашать, что он увидел, если пациент не дал согласия. А я… перечислил всё вслух. При профессорах, при директоре, при тебе… — Драко опустил голову. — Я думал, что помогаю. А получилось, что навредил.

Гарри посмотрел на друга. В его глазах была растерянность и горечь.

— Ты не специально, — сказал он. — И теперь ты знаешь, как правильно.

— Это не оправдание, — покачал головой Драко. — Мадам Помфри сказала, что колдомедик должен думать не только о заклинаниях, но и о том, что и как он говорит. И что иногда лучше промолчать, чем навредить.

— Мудрая женщина, — заметил Борос в голове Гарри. — Мальчику полезно это услышать. Лечить умеют многие, а вот хранить тайны — единицы.

— А как Гермиона? — спросил Гарри.

— Спит. Мадам Помфри сказала, что завтра очнётся.

Он поднялся, собираясь идти в спальню, но Гарри остановил его:

— Драко, а что ты думаешь о словах Рона? Про другого Малфоя?

Драко задумался.

— Не знаю. Может, ему показалось? В темноте все блондины на одно лицо. — Он пожал плечами. — Ладно, завтра всё узнаем. А сейчас — спать.

Когда Драко ушёл, Гарри ещё долго сидел у камина, глядя на огонь.

— Борос, — мысленно позвал он. — Что с Роном? Он говорил, что видел какого-то другого Малфоя. Но это невозможно.

«Я думал об этом, — ответил Борос. — И пришёл к выводу, что у твоего друга… ментальная закладка».

— Что? — Гарри похолодел. — Какая закладка?

«Магическое воздействие, внедрённое в сознание. Оно может долго спать, а потом активироваться в нужный момент. Судя по всему, закладка была сделана ещё до Хогвартса. Возможно, тем, кто хотел иметь возможность манипулировать Роном в критической ситуации».

— Но зачем? — Гарри сжал кулаки. — Кому нужно, чтобы Рон… чтобы мы…

«Сегодня закладку активировали. Рону показалось, что он видит «слизеринского Малфоя», оскорбляющего Гермиону. Это заставило его прибежать к вам и сказать, что она в опасности. А ещё… — Борос помолчал, — я подозреваю, что закладка даёт ему сбои в восприятии факультетов. Ему, наверное, кажется, что вы с Гермионой должны быть в Гриффиндоре, а Драко — в Слизерине. Это объясняет, почему он иногда так странно реагирует».

— Но кто это сделал? — Гарри чувствовал, как внутри закипает злость.

«Не знаю. Возможно, тот, кто хотел, чтобы вы с Драко оказались у туалета именно в тот момент. Чтобы вы… убили тролля. Или чтобы вас убили. Или чтобы посмотреть, на что вы способны».

Гарри молчал, переваривая услышанное. Потом спросил:

— А сам Рон? Он… в порядке?

«Физически — да. Ментальная закладка не вредит носителю. Она просто… подталкивает. Даёт ложные воспоминания, искажает восприятие. Рон даже не подозревает, что в его голове есть что-то чужое. Для него всё, что он видел, — правда».

— Мы должны ему сказать, — твёрдо сказал Гарри. — Он должен знать.

«Не сейчас, — возразил Борос. — Во-первых, он не поверит. Во-вторых, тот, кто это сделал, может узнать, что вы раскрыли его игру. Это опасно. И в-третьих, чтобы снять такую закладку, нужен опытный менталист. А таких в Хогвартсе… нет».

— Дамблдор? — неуверенно предположил Гарри.

«Дамблдор — могущественный волшебник, но он не легилимент высшего уровня. Вторгаться в сознание грубо — можно повредить. А тонкая работа требует времени и знаний. У нас его нет».

Гарри опустил голову. Выходило, что они ничего не могут сделать. Только наблюдать и ждать.

— Значит, будем молчать, — тихо сказал он.

«Будем наблюдать, — поправил Борос. — И запоминать. А когда придёт время — действовать. Как всегда».

Гарри кивнул, хотя внутри всё сжималось от нехорошего предчувствия.

— Борос, а почему ты сразу не понял, что с Роном закладка?

«Я заподозрил неладное, когда он заговорил о «другом Малфое». Но чтобы быть уверенным, нужно было время. Я наблюдал за его ментальным полем весь вечер. И только сейчас смог разобрать следы старого, очень тонкого воздействия. Его наложили задолго до Хогвартса, возможно, ещё в детстве».

— Кто? — снова спросил Гарри.

«Не знаю. Но тот, кто это сделал, умеет ждать. И умеет использовать людей как пешки».

Гарри помолчал, глядя на огонь. Потом спросил:

— Борос, а ты… ты что-нибудь чувствовал? Когда мы колдовали с Драко?

«Чувствовал, — Борос задумался. — Твоя магия… она не просто выплеснулась. Она соединилась с магией Драко. Это было… необычно. Сильно. Но опасно. Если бы вы не остановились вовремя, могло быть хуже».

— Хуже, чем разорванный тролль? — усмехнулся Гарри.

«Хуже. Вы могли ранить себя. Или друг друга. Или разрушить половину замка. Такая мощь требует контроля. А у вас его пока нет».

— Значит, нам повезло, — вздохнул Гарри.

«Повезло, — согласился Борос. — Но везение не должно быть единственной защитой. Тебе нужно учиться контролировать свою силу. И Драко — тоже. Вы оба… особенные».

Гарри хотел спросить, что значит «особенные», но в гостиную тихо вошёл Рон. Он выглядел уставшим и немного виноватым.

— Гарри, ты здесь, — сказал он, подходя. — Драко уже вернулся?

— Да, он в спальне. — Гарри подвинулся, освобождая место. — Садись.

Рон сел и уставился в камин. Помолчав, он тихо спросил:

— Гарри… я правильно сделал? Что сказал вам про Гермиону? Может, не надо было?

— Если бы ты не сказал, мы бы не побежали, — ответил Гарри. — И тролль… неизвестно, что бы случилось.

— Но вы могли погибнуть! — Рон повысил голос. — А я… я остался в зале. Как трус.

— Ты сделал то, что мог, — твёрдо сказал Гарри. — Ты предупредил нас. А остальное — наша забота.

Рон помолчал, потом спросил:

— А Гермиона… она сильно пострадала?

— Нет, — успокоил его Гарри. — Мадам Помфри сказала, что всё будет хорошо. Она уже спит.

— Слава Мерлину, — выдохнул Рон. — А Драко? Он… он в порядке?

— Всё в порядке, — улыбнулся Гарри. — Просто мы перестарались с заклинанием.

— Хорошо, — Рон откинулся в кресле. — А я… я ничего не понял. Стою в зале, смотрю на вас, а потом… всё как в тумане. И этот слизеринец… Малфой… он стоял у стены и смеялся. Я хотел ему врезать, но потом понял, что это не Драко. А потом… потом вы побежали.

Гарри посмотрел на друга. В его глазах была растерянность, но он явно не подозревал, что его сознанием кто-то манипулировал.

— Ты молодец, что сказал нам, — повторил Гарри. — А теперь иди спать. Завтра навестим Гермиону.

— Ладно, — Рон поднялся. — Спокойной ночи, Гарри.

— Спокойной ночи, Рон.

Когда Рон ушёл, Гарри ещё долго сидел у камина, глядя на огонь. Мысли крутились, но он знал одно: сегодняшний вечер был не случайным. Кто-то очень хотел, чтобы они с Драко оказались в том туалете. И чтобы убили тролля. Или чтобы их убили? Вопросов было больше, чем ответов.

— Борос, — мысленно позвал он. — Кто это мог быть?

«Не знаю, — честно ответил Борос. — Но я запомню этот вечер. И когда придёт время — мы узнаем правду».

— А если не придёт?

«Придёт, — уверенно сказал Борос. — Такие вещи не остаются в тени навсегда. А теперь иди спать. Завтра будет новый день».

Гарри кивнул, поднялся и направился на свой факультет, в свою спальню. И было как-то не обычно идти туда одному без Гермионы.

--

Где-то в глубине Хогвартса, в месте, которое не отмечено ни на одной карте, царил полумрак. Слабый свет струился от хрустального шара, стоящего на постаменте, и в его глубине ещё мерцали отголоски прошедшего вечера.

— Всё пошло не по плану.

Голос был тихим, почти шёпотом, но в нём слышалось раздражение.

— Тролль должен был устроить хаос в Большом зале, — ответил второй, более низкий и шипящий. — Отвлечь внимание. А вместо этого… его разорвали два первокурсника.

— Не просто первокурсники. Поттер и Малфой.

— Я видел. — В голосе послышалось нечто похожее на восхищение, смешанное с тревогой. — Это было… неожиданно.

— Неожиданно? — первый голос повысился. — Это провал. Тот, кто нас послал, будет недоволен.

— Не посылал, а попросил, — поправил второй. — И просил проверить. Мы проверили.

— Связь? — В голосе прозвучало сомнение. — Ты думаешь, это была случайность?

— Случайностей не бывает. Ты сам знаешь. Кто-то заставил Уизли побежать к ним. Кто-то очень хотел, чтобы они оказались там. Может быть, тот же, кто…

— Не произноси. — Первый голос стал резким. — Здесь могут быть лишние уши.

На несколько мгновений воцарилась тишина. Свет в хрустальном шаре померк, оставляя комнату в полумраке.

— Что теперь? — спросил первый.

— Будем наблюдать. И ждать. План не отменяется, просто… корректируется.

— А Квиррелл?

— Квиррелл сделает то, что от него требуется. Он уже показал, что на него можно положиться. Тролля он привёл вовремя. Не его вина, что зверь свернул не туда.

— Ты думаешь, это случайно?

— В этом мире мало случайностей, — ответил второй, и в его голосе послышалась усмешка. — Но, если даже и так… значит, нам просто не повезло. В следующий раз повезёт больше.

— А если нет?

— Тогда мы найдём другой способ. Терпение, друг мой. Терпение. Война только начинается.

В комнате снова стало тихо. Хрустальный шар погас окончательно, погружая всё вокруг в густую, непроглядную темноту. И в этой темноте никто не увидел, как две тени растворились в стенах, словно их никогда и не было.

--

А в это время в Лондоне два аврора выпивали огневиски и обсуждали, что Малфой не такой уж и плохой, двести галеонов за час разговора с журналистом не так уж и плохо. Но говорить, что Малфой хороший всем не надо, а то… виски сделало свое дело.

--

Гермиона пришла в себя на следующее утро. Первое, что она увидела, — это встревоженные лица Гарри, Рона и Драко, которые сидели у её кровати.

— Ты как? — спросил Гарри.

— Голова кружится, — честно ответила она. — И немного стыдно. Я… я не должна была уходить одна.

— Ты не виновата, — твёрдо сказал Драко. — Никто не знал, что случится.

Она хотела спросить, что произошло, но мадам Помфри строго велела ей отдыхать и не волноваться. Гарри и Драко переглянулись, но промолчали. Некоторые вещи лучше рассказывать, когда всё успокоится.

Мадам Помфри выпроводила мальчиков из помещения, закрыла дверь и положила полог тишины.

— Мисс Грейнджер у вас наступили критические дни?

— Да мне мама рассказала и показала, что надо делать в этих случаях.

— Гермиона а вы не подумали, что вы магл, вы уже волшебница, а у нас то, что свами происходит в эти дни очень важная вешь!

— Но что могло бы произойти?

— Мисс Грейнджер скажите мне что вы знаете о ритуале Отрицания либо о зелье Отрицания?

Гермиона смутилась, — я впервые слышу о таком.

«Вы принимали зелье Отрицания перед поездкой в Хогвардс?» —взволновано спросили Помфри.

-Нет, я только сейчас узнала про это зелье от вас.

— Так, — мадам Помфри быстро встала и подошла к закрытому шкафу, открыв него она что-то достала из него и подошла к Гермионе, в руке у нее было два флакона с зельем, — это зелье Отрицание, одно сейчас при мне выпейте сами, а второе отдайте Гарри Поттер, думаю он тоже его не принимал. Если принимал вернете мне, оно хоть и не очень дорогое, но навряд ли я скоро смогу пополнить запас.

— Вот, — мадам Помфри протянула Гермионе небольшую книжку в мягкой сиреневой обложке. — «Цветущая ведьма: заботы и радости. Секреты женского здоровья для начинающих волшебниц.». Прочитай, когда будешь готова. Там всё, что нужно знать. И не стесняйся спрашивать, если что-то непонятно.

— А сейчас можешь одеваться и идти на завтрак. Только выпей зелье при мне. Ох совсем забыла, а Гарри скажи, что ему надо прочитать книгу «Зелья и ритуалы для выживания в опасных условиях».

Гермиона вернулась в Когтевранскую башню и, к удивлению Гарри, сразу же отправилась в библиотеку.

— Ты с ума сошла? — спросил он. — Тебе же отдыхать надо!

— Ой, Гарри я так переволновалась после того, что мне рассказала мадам Помфри, что совсем забыла — Гермиона полезла в карман и достала флакон, — Гарри что ты знаешь о зелье Отрицания, и не принимал ли ты его раньше?

— Первый раз слышу о таком зелье. — ответил Гарри.

— Вот, мадам Помфри сказала, что, если ты не знаешь, что это за зелье ты должен его обязательно выпить, пей давай при мне!

Гарри осторожно взял флакон, открыл, опрокинул себе в рот, и проглотил.

— Вот Гермиона довольна! А что это за зелье такое?

— Не знаю, точнее еще не знаю, и мадам Помфри сказала если ты хочешь узнать, что это за зелье прочитай книгу «Зелья и ритуалы для выживания в опасных условиях».

— Так что быстро побежали в библиотеку.

Гарри посмотрел на неё и понял, что спорить бесполезно. Гермиона была такой же упрямой, как и он сам.

Какое же удивление ждало их в библиотеке, Драко Малфой сидел и читал достаточно толстую книгу, не позвав Гарри и Гермиону.