Цена мечты стать айдолом (джен)

В холле третьего этажа царил хаос, которого раньше здесь никогда не бывало. Ёну и Хёнхо вошли, таща мешки с мусором, но их никто не встретил привычными комментариями или просьбами помочь. Воздух был наэлектризован напряжением. Первый признак беды Ёну заметил, когда посмотрел на свой телефон: значок Wi-Fi был перечёркнут. Он попробовал переключиться на мобильную сеть — сигнала почти не было, здание будто оказалось в информационном вакууме.

У двери кабинета директора толпились остальные стажёры. Даже Феникс оставил свою комнату. Чхве Юнми стояла в центре, красная от злости, и колотила кулаком в деревянную дверь.

— Пак Ынсок! Откройте немедленно! — её стальной голос давал трещину. — Вы не имеете права изолировать себя от компании! Мы должны знать, что происходит!

Дверь не поддавалась. Из-за неё не доносилось ни звука. Это было абсолютно нетипично для Ынсока. Обычно он бегал по офису, суетился, что-то кричал в телефон. Сейчас же кабинет казался бункером, где директор прятался от бомбардировки.

— Он не отвечает, — сказал Дохён, глядя на Ёну. В его глазах читалась паника. — Телефон тоже не берёт.

— Может, ему плохо? — предположил Джумин, бледнея ещё сильнее.

Ёну поставил мешок на пол. Шум в холле стих, все посмотрели на него. Он чувствовал тяжесть взглядов, но внутри было холодное спокойствие. Он знал, что Ынсок не болен. Он напуган. И если кто-то мог сейчас до него достучаться, то только тот, кто знал про Инсо.

— Отойдите, Юнми-ним, — сказал Ёну тихо, но твёрдо.

Менеджер резко обернулась.

— Ты куда? Я сказала ждать! Директор занят!

— Он не откроет вам, — Ёну шагнул к двери, игнорируя её возмущённый вздох. — Но мне откроет.

— Какая наглость! — Юнми сделала шаг к нему, готовая оттаскать его за ухо, как провинившегося школьника. — Я тебя сейчас сама закрою вместе с ним!

— Юнми-ним, пожалуйста, — вмешался Дохён, хватая её за рукав. — Пусть попробует.

Ёну не стал ждать разрешения. Он постучал в дверь. Не громко, но ритмично. Три коротких удара.

— Ынсок-ним, — позвал он через дерево. — Это Ёну. Откройте. Хотя бы мне.

В холле повисла тишина. Юнми замерла с поднятой рукой. Хёнхо скрестил руки на груди, наблюдая. Прошла секунда, другая. Ёну уже начал сомневаться, не ошибся ли он в оценке состояния директора. Но затем щелкнул замок. Дверь приоткрылась на цепочку.

Глаз Ынсока глянул в щель, беспокойно бегая.

— Только ты, — прошептал директор. — Остальных не впускать.

Дверь открылась шире, Ёну проскользнул внутрь, и сразу же за его спиной защёлкнулся замок, отрезая его от группы.

Кабинет погружён в полумрак. Шторы были плотно задёрнуты. Ынсок стоял у стола, опираясь на него руками, чтобы не упасть. Он выглядел ужасно: рубашка вылезла из брюк, волосы взъерошены, по лицу тек пот. На столе стояла нетронутая чашка кофе, рядом валялись скомканные салфетки.

— Что происходит? — спросил Ёну строго, не снимая куртку. — Почему вы заперлись? Почему отключили связь? Стажёры паникуют.

Ынсок сглотнул, пытаясь сфокусировать взгляд на Ёну.

— Я... я не мог им сказать. Они ещё дети, Ёну-я. Это... это слишком серьёзно.

— Тем более они должны знать правду от вас, а не слушать сплетни в коридоре, — Ёну сделал шаг ближе, нависая над директором. В этом движении не было неуважения, была необходимость взять контроль. — Говорите. Что с Min Group?

Ынсок замялся, потирая лицо ладонями.

— Ты не поймёшь. Акции падают. Прямо сейчас. Обвал. И... — он кивнул на ноутбук, экран которого светился в углу стола. — Там такое пишут... Я не знаю, что делать. Если Инсо-ним потеряет влияние... нас закроют. Нас используют как разменную монету.

Ёну подошёл к столу и посмотрел на экран.

— Покажите.

— Не надо, — слабо запротестовал Ынсок. — Там грязь...

— Покажите, — повторил Ёну требовательнее.

Ынсок сдался, махнув рукой. Ёну сел в кресло директора и потянул ноутбук к себе. Вкладка браузера была открыта на крупном новостном портале. Заголовки кричали красным шрифтом:

«Скандал в Min Group: наследница обвиняется в растрате благотворительных средств».

«Любовница из конкурирующей империи: раскрыта связь Мин Харин и сына K-Prime».

«Акции Min Group упали на 15% за час после утечки компромата».

Ёну кликнул на первую ссылку. Статья была подробной, с фотографиями. На них Харин выходила из дорогих клубов, садилась в машины к мужчине, который был узнаваемым сыном владельца K-Prime. Были скриншоты переписок, где обсуждались переводы денег с счетов благотворительного фонда Min Group на личные счета. Всё было подано так, что Харин выглядела не просто нарушителем этики, а мошенницей, использующей положение ради личного удовольствия и поддержки любовника.

Ёну листал страницу молча. Его лицо оставалось невозмутимым, но внутри всё кипело. Это был удар хирургической точности. Инсо не просто обошёл сестру — он уничтожил её репутацию публично. Использовал её же слабости против неё. Но откуда у него эти данные? Переписки, фото, финансовые документы... Это требовало месяцев подготовки. Или помощи изнутри самой Min Group.

— Ёну-я? — голос Ынсока вернул его в реальность. Директор смотрел на него с надеждой утопающего. — Что нам делать? Может, выпустить заявление? Осудить? Или скрыть всё?

Ёну закрыл крышку ноутбука. Звук захлопывания прозвучал как выстрел в тишине кабинета.

— Нам не нужно ничего делать, — сказал Ёну спокойно. — Это война Минов. Нас это не касается.

— Как не касается?! — Ынсок всплеснул руками. — Они наши спонсоры! Если Инсо падает...

— Инсо не падает, — отрезал Ёну. — Он атакует. Посмотрите на заголовки. Кто выглядит жертвой? Кто выглядит агрессором? Харин уничтожили публично. Инсо сейчас на пике. Он не стал бы стрелять себе в ногу. Если он уничтожил её репутацию, значит, он закрепился в компании ещё сильнее.

Ынсок моргнул, пытаясь осмыслить логику стажёра.

— Ты думаешь?..

— Я уверен, — Ёну встал из кресла. — Паника сейчас хуже любого скандала. Если вы выйдете к ним с трясущимися руками, они поймут, что капитан бросает корабль. А если вы скажете, что всё под контролем... они поверят.

Ынсок выпрямился, вытирая пот со лба. Он посмотрел на Ёну словно на спасителя. Роль изменилась. Теперь не директор успокаивал стажёра, а стажёр направлял директора.

— Ты прав, — выдохнул Ынсок. — Я... я потерял голову.

— Включите Wi-Fi, — приказал Ёну. — И впустите остальных. Нужно объяснить им ситуацию, пока они не придумали свои версии.

Ынсок кивнул, потянулся к роутеру и нажал кнопку. Индикаторы заморгали зелёным. Затем он подошёл к двери и открыл замок.

В холле сразу поднялся шум. Юнми рванулась вперёд, но Ынсок поднял руку.

— Все войдут. Сейчас всё объясню.

Стажёры хлынули в кабинет, заполняя небольшое пространство. Ёну отошёл к стене, давая Ынсоку место в центре. Директор глубоко вдохнул, поправил воротник рубашки и посмотрел на своих подопечных. В его глазах всё ещё был страх, но теперь он был скрыт под маской уверенности, которую ему одолжил Ёну.

— Ребята, — начал Ынсок. — Прошу прощения за изоляцию. Ситуация действительно была нестабильной. Но сейчас всё под контролем.

Дохён сразу задал вопрос, волнующий всех:

— Что с инвесторами? Мы видели новости...

— Да, — Ынсок кивнул. — В компании Min Group произошли внутренние изменения. Но это не касается нашего финансирования. Инсо-ним подтвердил свои обязательства. Наш проект остаётся приоритетным.

Ёну наблюдал за лицами стажёров. Облегчение, смешанное с недоверием. Хёнхо фыркнул, но кивнул. Юань смотрел на Ёну, и в его взгляде был немой вопрос: «Это твоих рук дело?». Ёну едва заметно покачал головой: «Не моих. Но наших».

Джумин сидел на корточках в углу, обхватив колени. Он выглядел так, будто груз свалился с его плеч. Если компания выжила, значит, его возвращение имело смысл.

— Значит, дебют не отменят? — тихо спросил Рё.

— Нет, — твёрдо сказал Ынсок. — Наоборот. Мы должны быть готовы. Когда пыль осядет, внимание будет приковано к тем, кто устоял. К нам.

Юнми, стоявшая у двери, наконец выдохнула и начала раздавать команды, чтобы разрядить обстановку.

— Все по местам! Уборку закончили? Теперь проверка вокала! Быстро!

Стажёры начали расходиться, обсуждая новости шёпотом. Ёну остался в кабинете последним. Ынсок опустился в кресло, снова выглядев уставшим.

— Спасибо, Ёну-я, — тихо сказал он. — Если бы не ты... я бы, наверное, уволил их всех от страха.

— Не стоит, — ответил Ёну, направляясь к двери. — Они нужны вам. И вы нужны им.

Он вышел в коридор. Телефон в кармане пискнул. Сообщение от неизвестного номера.

«Уборка завершена. Теперь можно танцевать. — И».

Ёну убрал телефон. Инсо сделал свой ход. Харин ранена. Но война не закончена. У раненого зверя самые острые когти. И Ёну нужно было убедиться, что когда Харин решит кусать, её зубы не достали их группу.

Он посмотрел на закрытую дверь студии, откуда уже доносились первые звуки вокальной разминки. Жизнь продолжалась. Но теперь они были не просто стажёрами маленькой компании. Они были свидетелями падения гигантов. И это меняло многое.