Дракон, сова и бес (джен)

Ещё один день Кира отсутствовала в "Отеле Хазбин". Больше всех волновался Аластор. На утро четвёртого дня к "Радио Демону" в номер неожиданно заглянул Люцифер. Сначала Аластор хотел прогнать Короля Ада, думая, что тот пришёл поиздеваться над ним, но у Люцифера был иной повод.

— Не выгоняй. Я пришёл подбодрить, — сказал Люцифер прямо с порога.

— С чего бы это ты вздумал подбадривать меня? — донёсся глухой голос Аластора из-за двери.

— Я хочу помочь тебе справиться с исчезновением Киры.

— Убирайся! Ты же сам хотел её выгнать. Чего теперь не радуешься?

— Мне тошно и больно смотреть на тебя, — вздохнул Люцифер. — Ты так сильно тоскуешь... Я удивлён.

— Почему?

— Ну, ты же "Радио Демон". Страх Пентаграмм-Сити, садист. Сложно поверить, что ты, Аластор, можешь быть таким любящим и переживающим отцом. Я пришёл помочь тебе — как отец отцу.

Аластор молчал. Люцифер уже собирался развернуться и уйти, как вдруг щёлкнул дверной замок. Аластор впустил гостя, и оба сели за стол.

— Я тоже переживаю за Чарли. Всегда переживал и буду. Но нужно учитывать, что детей нельзя держать на привязи...

— Я никогда не сажал своё дитя на цепь! — огрызнулся Аластор. — Я люблю Киру всем сердцем, и она очень свободолюбивая. Но я... я терял её уже дважды. И второй раз разлука длилась десятилетия. К тому же я боюсь за её чувства. Она боится многих вещей.

— Каких, например? И как это связано с отелем?

— Кира никогда не боялась манипулировать другими, не стеснялась обмана. Но мне кажется... ей стало в тягость использовать Чарли. А именно — её доброту.

— С чего вдруг?

— Это долгая история... — Аластор не стал раскрывать королю подробности прошлого Киры, и вскоре Люцифер ушёл.

Спустя десять минут Аластор услышал в коридоре радостный голосок Ниффти. Кроха-горничная вовсю прыгала вокруг "Синего Демона".

— Кира! — выдохнул "Радио Демон", распахивая дверь.

Кира зашла в номер отца, и тот крепко обнял дочь. Девочка ответила на объятия, но в её глазах застыла глубокая печаль.

— Что случилось, милая? Почему ты ушла на эти четыре дня?

— Я... была в кругу Чревоугодия, болтала с Вельзевул. Мы давно знакомы. И... меня кое-что беспокоит.

— Что же?

— Я боюсь за Чарли, — начала Кира. — Она такая милая, добрая, видит во всех свет... Совсем как я при жизни. А я поступаю с ней как тот "паразит", из-за которого я оказалась здесь. Чем я тогда лучше? Если я предам такую же светлую душу, какой была моя? Я ужасна... я двулична, а Чарли не хочет в это верить!

По щекам "Кошмара во мгле" потекли слёзы. Аластор слушал дочь, опустив оленьи ушки. И по его щеке тоже медленно скатилась слеза.