Дракон, сова и бес (джен)

Чарли каждый день ждала, что Кира наконец объяснит, что за чёртовы глаза были на сцене по окончании шоу. Но Кира изо дня в день молчала. В конце концов принцесса Ада не выдержала и направилась к ней в номер. Она постучала:

— Кира, сколько можно?! Объясни, что произошло на сцене, ты и так уже столько дней тянешь!

Но из комнаты — ни звука. Абсолютная тишина.

— Кира!

Снова молчок. Тогда Чарли зашла без стука. Однако... в комнате никого не было. Чарли сразу же рассказала об этом остальным, а первым делом — Аластору.

— Захожу, а её нет, — закончила короткий рассказ принцесса. — Теперь я переживаю сразу из-за двух вещей: за те странные глаза и за саму Киру!

— А чем тебя так удивили те глаза? — вкрадчиво спросил "Радио Демон".

— Я никогда подобного не видела. К тому же, это было такое красивое, интересное представление, а под конец... И ещё я не совсем поняла смысл самого шоу. Зачем Кире было всё это устраивать?

— Я хочу кое-что тебе прояснить, — сказал Аластор.

Он увёл Чарли в тихое место, чтобы поговорить без лишних ушей. Принцесса предложила свою с Вегги комнату. Чарли приготовилась внимательно слушать. Что же на самом деле скрывает "Кошмар во мгле"?

Кира была необычной грешницей. Обычные люди, попавшие в Ад, не могли покинуть круг Гордыни, однако "Синий Демон" была единственным жителем преисподней, способным путешествовать по всем кругам. Иначе она не смогла бы пропадать на десятки лет, но о причинах своего исчезновения она никогда не рассказывала. Секрет того, как именно Кира перемещается, знали лишь Аластор, Хаск, Ниффти, Блиц и Столас.

Пользуясь этой особенностью, Кира достигла круга Чревоугодия. В этой части Ада правила Вельзевул. Королева этого круга почти всё время проводила в огромном клубе, где кормила и поила гостей до отвала. Те, в свою очередь, должны были производить мёд для своей царицы. Сама Вельзевул была полулисой-полупчелой, и её называли "Королевой Пчёл".

"Синий Демон" имела хорошие связи в этом кругу. Когда Кира наконец дошла до клуба, изнутри доносились радостные крики и свист гостей. Спустя несколько минут поисков она увидела саму Вельзевул.

Необыкновенной красоты лисица с лишней парой лапок, крыльями как у насекомого и волосами, состоящими из разноцветной то ли магмы, то ли мёда, вовсю закармливала компанию адских гончих:

— Да, вперёд, ребятки! Ни в чём себе не отказывайте! Кушайте-кушайте!

Она расхаживала с важным и радостным видом, то и дело подначивая гостей, пока её взгляд не остановился на Кире. Та лишь небрежно махнула рукой. Вельзевул улыбнулась ещё шире и подошла к гостье.

— Неужто глаза меня обманывают? — воскликнула лисица и обняла Киру как давнюю подругу.

— А у тебя всё так же весело, а еды и алкоголя хоть отбавляй, — заметила Кира.

— Ха-ха! Да, таков уж круг Чревоугодия и моя работа.

"Королева Пчёл" и "Кошмар во мгле" ушли вдвоём на пустой балкон. Лисица рассказала, что хотела навестить Киру, как только узнала из газет о её возвращении спустя десятилетия, но не могла оставить королевство надолго.

— Я слышала, что произошло в квартале Трёх "В", — сказала лисица. — Надеюсь, тебя не ранили?

— Ранили, но это моё дело.

— Понятно. Ну-у-у, так зачем ты пришла ко мне? Просто поболтать?

— Понимаешь, я... в замешательстве.

— Для этого у тебя есть Аластор и парочка верных друзей. Зачем мне рассказывать о проблемах? Не подумай, что мне всё равно, просто... это странно.

— В отеле Чарли Морнингстар и... так получилось, что мне захотелось быть подальше от её отеля.

— Почему?

— Дело в том... что она слишком наивная и добрая. Она видит светлый луч в каждом. Абсолютно в каждом! И во мне тоже...

— И в чём проблема-то? Как её идеальный взгляд на мир касается тебя?

— Мне страшно и плохо, — ушки Киры поникли. — Я была такой же наивной и доброй при жизни, как Чарли... Но из-за того ужаса, что со мной произошёл, я стала такой, как сейчас, и попала в Ад в тринадцать лет. Теперь Чарли для меня — это отражение меня прежней, такой же милосердной и отзывчивой. А я хочу предать её. Предать, как и многих других, ради своих целей и выгоды. Но тогда чем я буду отличаться от той твари, что погубила меня? Я стану такой же. Но Чарли этого понимать не хочет, и мне больно видеть в ней себя прежнюю.

Вельзевул слушала, тоже опустив ушки. По её щеке прокатилась слеза. Она положила руку на плечо подруги.

— Не хочешь — не предавай. Найди другой способ.

— Думаешь, она поможет мне просто так? Без моих манипуляций? Тем более когда узнает, что все мои действия — лишь для достижения моих личных целей, а на неё, персонал и отель мне плевать?

На это у лисицы не нашлось ответа.

Пока Кира изливала душу Вельзевул, Аластор начал свой рассказ.

— Понимаешь, Чарли, — начал он, — Кира не так проста. Как внутренне, так и внешне, не говоря уже о её способностях. Перечисли-ка способности Киры, которые ты знаешь.

— Так... полёт, магия.

— С магией подробней.

— Она колдует, насколько я помню, своей металлической перчаткой. А на сцене у неё была трость, наверное, тоже волшебная. Ещё она превращается в тень, может призывать теневых фамильяров. О, точно! Ещё она заключает сделки. И...

— Дальше.

— Она вызвала шторм, когда превратилась в адского дракона. На сцене у неё были какие-то магические игральные карты. Эм... это всё, что я знаю.

— Что ж, многое ты уже видела. Но у неё есть одна способность, о которой знают единицы: я, Хаск, Ниффти, Рози, Мимзи, Кармилла и триада «В». Насчёт беса и принца Гоэтии я не уверен.

— И что же за способность?

— Склонность к гипнозу.

— Гипнозу? — переспросила принцесса.

— Ты услышала правильно. Гипноз она использует редко, только если ситуация критическая.

— Так те глаза...

— Её.

— Но почему они были такие большие?

— Гипнотизировать Кира может только в полудемонической форме. Она специально наколдовала туман, чтобы её не было видно.

— Но для чего? Зачем?

— Я давно над этим думал и пришёл к выводу, который... тебя не обрадует.

— Ну говори же!

— Ей абсолютно плевать на тебя и твой отель. Она придумала шоу, чтобы все грешники собрались в гостиной разом — так их легче загипнотизировать. Она внушила им, что бояться нечего. Но сделала она это только для того, чтобы втереться в доверие.

— Почему ты думаешь, что ей плевать на меня и отель? Я верю ей...

— Чарли, она манипулятор, лицемер и самодур. Как и я, — ответил "Радио Демон".

— Угу. От тебя у неё всё самое "лучшее", — нахмурилась принцесса. — Но я верю, что в каждом есть светлый луч. Мой отель исправит любого грешника. Искупление ждёт каждого!

Аластор молча смотрел на полную энтузиазма принцессу. Чарли с минуту тоже смотрела на него, а затем резко развернулась и ушла.

Блиц, снова решив навестить подругу, явился в отель. От Хаска он узнал, что Кира исчезла, и первым делом бросился к Аластору.

— Аластор, как давно Кира ушла? — спросил Блиц, отыскав его на втором этаже.

— Два дня назад. Я думал, она ушла к тебе и принцу, — в голосе "Радио Демона" промелькнули непривычные нотки беспокойства.

Аластор отвёл Блица в свою комнату, чтобы продолжить разговор без лишних ушей.

— У неё есть ещё знакомые, к которым она могла пойти?

— Я не знаю, — пожал плечами бес. — Хотя... она упоминала, что сдружилась с Вельзевул. Могу быстро смотаться в круг Чревоугодия...

— Бегом!

Блиц сорвался с места как ошпаренный. Во-первых, он действительно беспокоился за подругу, а во-вторых, злой Аластор внушал ему нешуточный страх.

Команда И.М.П. немедленно отправилась к Королеве Пчёл. Отыскав её, Блиц расспросил о Кире, и Вельзевул поделилась подробностями их тяжёлого разговора.

— Я и Столас — обратно в отель, а вы будьте начеку, вдруг придётся отправляться куда-то ещё! — скомандовал бес, и они с принцем вернулись в отель.

Блиц пересказал всё Аластору.

— Будем надеяться, что она вернётся, — вздохнул Столас. — В конце концов, искать её сейчас бесполезно. Она может быть в любом из кругов.

Аластор лишь молча кивнул. Он сидел неподвижно, уставившись в одну точку. Бес и принц уже собирались уходить, но их остановила Чарли.

— Погодите!

— Что такое? — подпрыгнул Столас, смешно ухнув от неожиданности.

— Нужно поговорить, — сказала принцесса и отвела их в свою комнату.

— В чём дело? — уточнил Блиц.

— Я по поводу Киры, — начала Чарли. — Я заметила, что вы бегали туда-сюда, и уверена, что по поручению Аластора. Так?

— Да, — ответили они хором.

— Вам удалось что-то узнать? Где она?

— Ну... думаю, скрывать нет смысла, — вздохнул Блиц.

— Мы не знаем точно, где она сейчас, но она была в кругу Чревоугодия и беседовала с Вельзевул, — пояснил Столас.

— До сих пор не пойму, как она путешествует. Она же грешница!

— Необычная грешница, — поправил Блиц.

— Её отец рассказывал тебе историю её смерти? — уточнил принц.

— Он рассказывал, какой ужас с ней творился и как она умерла. Но что делает её такой особенной? Просто бедная девочка с несчастной судьбой...

— Всё дело в том, из-за кого она погибла, — серьёзно произнёс Столас. — В ней осталась часть силы того, кто обрёк её на Ад. Та тварь была адскорождённой, а те, кто родился в преисподней, могут перемещаться между кругами. Кира может это делать, потому что вместе с силой в ней живёт часть того самого "паразита". Она единственная грешница, оказавшаяся в такой ситуации.

— Ничего себе... — прошептала Чарли.

Чарли из любопытства решила спросить о том, как Блиц и Столас подружились с самим "Синим Демоном".

Эта история началась десятки лет назад, в то время, когда "Кошмар во мгле" уже скиталась по Аду. Блиц и Столас были ещё детьми: бес работал в цирке вместе с Физоролли, а принц только готовился к своему высокому предназначению.

Однажды Блиц после представления вышел за кулисы и заметил вдалеке, за декорациями, незнакомую фигуру. Гость был закутан в плащ, а из-за большого ворота виднелись необычайно длинные уши. Фигура скрылась. Блицу стало ужасно любопытно, и он отправился на поиски.

Он заглядывал за каждую декорацию, за каждый снаряд для трюков, пока наконец не настиг беглеца. Тот сидел на земле, прислонившись спиной к фанерной стенке, и тяжело дышал. Вернее, это была она...

Перед бесёнком сидела тринадцатилетняя девочка — та самая Кира.

— Ох... привет, — робко помахал рукой Блиц, сделав осторожный шаг навстречу.

Сначала Кира словно не слышала его, но затем медленно подняла голову, посмотрела на беса и коротко кивнула.

— Ты ведь "Синий Демон"? — уточнил Блиц всё так же робко. Гостья снова кивнула. — А как тебя зовут?

— Кира. А тебя?

— Я Блицио! Но можно просто Блиц.

— Приятно познакомиться, Блиц. Можешь оказать мне одну услугу?

— Какую?

— В цирке есть место, где я могла бы ненадолго спрятаться? Я ранена.

— Ой, даже не знаю... Хотя можешь передохнуть в моей комнате. Там бываем только я и мой лучший друг Физи.

— Отлично. Отведёшь меня?

— Конечно!

Блиц повёл гостью к себе, а Кира, чтобы не привлекать внимания, превратилась в тень. Около пяти минут бес петлял между фургонами, пока не привел её в безопасное место.

— Гости сколько захочешь! — торжественно объявил Блиц.

После этого они общались каждый день на протяжении трёх месяцев. Они делились историями: Кира рассказывала о мире живых, а Блиц — о цирке своего отца. Вскоре бес упомянул и о Столасе. А перед тем как покинуть цирк, Кира тайно помогла своему новому другу с его выступлением.

Затем она отправилась в замок, где жил Столас. Ей очень хотелось увидеть совёнка, о котором столько рассказывал Блиц.

Ничего не подозревающий принц сидел в своей комнате и читал книгу, как вдруг перед ним возникла тень, принявшая облик девочки.

— Ай! — вскрикнул Столас, подпрыгнув от неожиданности.

— Не бойся. Я не обижу тебя, тем более ты принц. Я лишь хотела кое о чём спросить...

Так Кира подружилась и с наследником Гоэтии. Они со Столасом тоже проводили часы за разговорами. Позже Блиц узнал, что его подруга нашла общий язык с принцем, и это их объединило.

Чарли слушала рассказ Блица и Столаса затаив дыхание.

— Так вот оно что... — прошептала она в конце.

— Да. Потом мы, конечно, ещё виделись, но со временем она совсем скрылась из виду, — подытожил Блиц.

— А вы ведь были ровесниками? — уточнила Чарли.

— Были, Кира даже чуть старше. Но ты ведь сама знаешь: грешники не взрослеют, а те, кто родился в Аду — да. Так что мы теперь взрослые, а она остаётся ребёнком, — ответил бес.

— Но мы всё равно продолжаем дружить и дорожить ею. Даже несмотря на то, что мы выросли, а она всё та же тринадцатилетняя девчонка, — закончил Столас.

Ещё один день Кира отсутствовала в "Отеле Хазбин". Больше всех волновался Аластор. На утро четвёртого дня к "Радио Демону" в номер неожиданно заглянул Люцифер. Сначала Аластор хотел прогнать Короля Ада, думая, что тот пришёл поиздеваться над ним, но у Люцифера был иной повод.

— Не выгоняй. Я пришёл подбодрить, — сказал Люцифер прямо с порога.

— С чего бы это ты вздумал подбадривать меня? — донёсся глухой голос Аластора из-за двери.

— Я хочу помочь тебе справиться с исчезновением Киры.

— Убирайся! Ты же сам хотел её выгнать. Чего теперь не радуешься?

— Мне тошно и больно смотреть на тебя, — вздохнул Люцифер. — Ты так сильно тоскуешь... Я удивлён.

— Почему?

— Ну, ты же "Радио Демон". Страх Пентаграмм-Сити, садист. Сложно поверить, что ты, Аластор, можешь быть таким любящим и переживающим отцом. Я пришёл помочь тебе — как отец отцу.

Аластор молчал. Люцифер уже собирался развернуться и уйти, как вдруг щёлкнул дверной замок. Аластор впустил гостя, и оба сели за стол.

— Я тоже переживаю за Чарли. Всегда переживал и буду. Но нужно учитывать, что детей нельзя держать на привязи...

— Я никогда не сажал своё дитя на цепь! — огрызнулся Аластор. — Я люблю Киру всем сердцем, и она очень свободолюбивая. Но я... я терял её уже дважды. И второй раз разлука длилась десятилетия. К тому же я боюсь за её чувства. Она боится многих вещей.

— Каких, например? И как это связано с отелем?

— Кира никогда не боялась манипулировать другими, не стеснялась обмана. Но мне кажется... ей стало в тягость использовать Чарли. А именно — её доброту.

— С чего вдруг?

— Это долгая история... — Аластор не стал раскрывать королю подробности прошлого Киры, и вскоре Люцифер ушёл.

Спустя десять минут Аластор услышал в коридоре радостный голосок Ниффти. Кроха-горничная вовсю прыгала вокруг "Синего Демона".

— Кира! — выдохнул "Радио Демон", распахивая дверь.

Кира зашла в номер отца, и тот крепко обнял дочь. Девочка ответила на объятия, но в её глазах застыла глубокая печаль.

— Что случилось, милая? Почему ты ушла на эти четыре дня?

— Я... была в кругу Чревоугодия, болтала с Вельзевул. Мы давно знакомы. И... меня кое-что беспокоит.

— Что же?

— Я боюсь за Чарли, — начала Кира. — Она такая милая, добрая, видит во всех свет... Совсем как я при жизни. А я поступаю с ней как тот "паразит", из-за которого я оказалась здесь. Чем я тогда лучше? Если я предам такую же светлую душу, какой была моя? Я ужасна... я двулична, а Чарли не хочет в это верить!

По щекам "Кошмара во мгле" потекли слёзы. Аластор слушал дочь, опустив оленьи ушки. И по его щеке тоже медленно скатилась слеза.