Гарри Поттер и август девяносто пятого (джен)

На следующий день я попросил Кричера перенести меня в комнату Сириуса. Тот по-прежнему лежал изломанной куклой на кровати. Как ни странно, неприятного запаха, который обычно наполняет помещение с больным, не было.

— Придётся ждать следующего полнолуния... — ворчал Кричер, всё ещё надеясь скормить Сириуса алтарю. Я не удостоил его ответа.

Бесшумно открылась дверь. Я ощутил это только потому, что с момента ритуала стал чувствовать, что происходит в доме. Не знаю как, но я знал, кто и где в этот момент находится. Так как Кричер вчера очистил весь дом, то Молли уже не знала, как заставить задолбаться своих детей вместе с Грейнджер, и оставила их в покое. Сама она копошилась на кухне. Близнецы сидели у себя в комнате — наверняка свой магазин приколов обсуждали и расписывали, куда потратить поттеровскую тысячу галеонов. Шестой был в своей комнате, спал скорее всего. Седьмая помогала матери на кухне. Грейнджер ходила по третьему этажу в надежде обнаружить вход в библиотеку, который скрыл Кричер. Артура видно не было, наверное, уже отправился на работу.

В комнату вошёл Ремус. Вид — примерно как у Сириуса. Краше в гроб кладут. Ну да, полнолуние же...

— Гарри...

Я молча кивнул, не став акцентировать на своем имени внимание. Не время.

— Мне так жаль, — продолжил Ремус. — Директор Дамблдор осмотрел его, даже призвал Фоукса, но феникс отказался даже сесть рядом, сразу же улетел. Директор боится, что ничего нельзя сделать.

— Вы определили причину?

— Похоже на откат за неисполнение магической клятвы, — он посмотрел на меня. — Ты изменился. Ты теперь пахнешь, как Блэк.

— Гарри Поттер умер второго числа, Ремус. Его убило пренебрежение собственного крёстного и слепая вера друзей авторитетам. Конечно, окончательный удар нанесло Министерство, пославшее дементоров.

— О чём ты говоришь, Гарри?

— А тебе Дамблдор не сказал о дементорах?

— Я не об этом. Я знаю о дементорах...

— На глазах сына твоего друга дементоры поцеловали его кузена. И он ничего не успел сделать. Это не полигонные условия третьего курса, знаешь ли... — Я решил слукавить, не решившись довериться волчаке-собаке, но и не неся откровенную ложь. Пусть сам додумывает. — И ты ждёшь, чтобы он остался прежним Гарри Поттером? Для всех будет лучше считать, что Гарри Поттера больше нет.

— Гарри...

Я отвернулся и подсел на кровать Сириуса.

— Время вставать, Сириус, — сказал я, положив ему на грудь ладонь и направив немного своей магии.

За эту неделю уже научился не только чувствовать потоки, но и дозировать. Кричер помог, несколько раз напрямую "отбирая" у меня магию. Паразит или симбионт? Наверное, всё же второе, ибо польза от него неоспоримая.

Сириус захрипел и выгнулся дугой.

— Сириус! — рванулся было к нему Ремус. Я остановил его свободной рукой, второй придерживая Сириуса, чтобы тот не свалился с кровати.

— Г-г-гарри, — заикаясь, простонал тот, как только открыл глаза, — ты живой?

— Ремус, оставь нас наедине, — приказал я. Тот не посмел ослушаться и вышел. — Кричер! Запри дверь.

Послышался щелчок и знакомое чувство "одеяла" на двери. Я подумал, что мог бы и сам это сделать, с новым ощущением дома. Ещё не привык, да и тренироваться надо, а то так захочу закрыть дверь — и снесу стену нафиг, захочу скрыть от любопытных глаз — и сам потом вовек не найду.

— Гарри, Кричер тебя слушается?

Я покачал головой.

— Гарри больше нет, Сириус, — и повторил сказанное Ремусу, уж очень пафосно звучит! — Его убило пренебрежение собственного крёстного и слепая вера друзей авторитетам.

— Н-но, Г-г-гарри!

— Регулус.

— Что?

— Меня зовут Регулус. — Я посмотрел на Кричера. Тот без слов понял, что от него требуется, и через мгновение перед глазами Сириуса развернулся пергамент свидетельства о принятии в род. — Я — то, что осталось от Гарри Поттера.

— Но как?.. — всё ещё непонимающе смотрел на меня Сириус.

— Четверть крови в этом теле досталась от бабушки Дореи. Ты же помнишь бабушку Дорею?

— Д-да...

— Этого хватило, как видишь, — криво улыбнулся я. — Кричер утверждает, что ты теперь сквиб. А ты знаешь, что делают со сквибами Блэки.

Его глаза расширились в неверии. Он помотал головой, насколько ему позволяла подушка. Я как можно гаже улыбнулся.

— Не боись. Солдат ребёнка не обидит. Я поговорю с Дамби..лдором. Хотя он уже махнул на тебя рукой, ему не нужны бесполезные слуги. — Сириус снова непонимающе на меня посмотрел. Я решил не педалировать, всё равно он сейчас половину сказанного не воспринимает. — Как думаешь, если возложить тебя на алтарь, дом Блэков сможет вернуть тебе магию?

— Это... возможно. Или вернёт магию, или отберёт жизнь.

Я сухо кивнул.

— А теперь — непреложный обет, что всё, здесь сказанное, не выйдет за пределы этой комнаты без обоюдного согласия.

— Гарри? — я демонстративно промолчал, — Чёрт, Гарри, почему именно "Регулус"?

— Вчера было десятое августа, Сири. И потом...

Я рассказал Сириусу историю про его брата и медальон Волди.

— Регги... Что ж ты не пришёл ко мне... — пробормотал Сириус сквозь слёзы, смотря куда-то в потолок невидящими глазами.

— Кричер, ты сможешь скрепить непреложный обет?

— Кричер осмелится напомнить хозяину Регулусу, что его приказа, как главы рода Блэк, будет достаточно.

Здравствуй, рука. Здравствуй, лицо.

— Я ещё не привык, Кричер. Напоминай мне, пожалуйста, почаще, — попросил я и повернулся к Сириусу. — Сириус, я приказываю тебе молчать о нашем сегодняшнем разговоре.

Тот сначала скривился, но потом послышался лающий смех.

— Шалость удалась! — сквозь слёзы выдавил из себя Сириус. — Нет, ну надо же — малыш Гарри, и вдруг глава рода Блэк! Ты уже сообщил об этой радостной вести портрету моей дражайшей матушки?

Послышалось ворчание Кричера.

— Нет, — отрицательно покачал головой я, — я все эти дни провёл в комнате. Скрывался от своих так называемых "друзей".

— Щеночек, — я выразительно скривился, — а что не так с Роном и Гермионой?

— А ты бы продолжал считать друзьями тех, кто больше месяца держал тебя в неведении, и это после всех событий этого года?

— Но Дамблдор сказал...

— Дамблдор отправил сына своих верных соратников в Дурслькабан на 10 лет! И продолжал настаивать на проживании там каждое лето! Дамблдор пальцем не пошевелил, чтобы вызволить тебя из Азкабана, а то и поспособствовал тому, чтобы тебя туда упечь! Ему нужен был податливый материал, из которого он смог бы вылепить Героя. Ради всеобщего, мать его, блага! Открой глаза, Сириус! Я не удивлюсь, что он нарочно позволил Волди узнать о пророчестве! Ну сам посмотри, какова вероятность того, что юный пожиранец, — я благоразумно решил не сдавать Снейпа, — которого застал за подслушиванием Аберфорт, мог уйти без Обливиэйта?

— Гарри, ты же не думаешь...

— Я не думаю. Я уверен. Что Дамблдор либо манипулятор, добивающийся каких-то одному ему ведомых целей, либо старый маразматик. По-любому, следование его приказам приведёт нас всех на кладбище. В лучшем случае.

Сириус встряхнулся. Посмотрел на меня глазами побитой собаки.

— Я не верю...

— Не верь. Сейчас я пущу сюда Ремуса. Поговори с ним об алтаре. Тебе решать — либо жить так, сквибом, либо рискнуть. Я сомневаюсь, что Дамблдор захочет проводить для тебя ритуал возвращения магии, даже если бы это было возможно. Кричер! Принеси Сириусу книги, в которых есть хоть что-то о алтарях. У нас ведь есть такие? — Я подозрительно поглядел на эльфа.

— Хозяин Регулус слишком добр к предателю крови... Кричер сделает. — Эльф демонстративно пошаркал к двери. А ведь может ходить бесшумно, зараза такая! Я в него столько энергии вбухал, вон аж лоснится весь!

Я вышел за дверь, за которой так и стоял Ремус. Объяснив ему состояние Сириуса, я пригласил его внутрь.

— Гарри, Молли просила передать, что они все очень соскучились и ждут тебя на праздничный обед. Сегодня день рождения Джинни.

— Ремус, очень тебя прошу — ты меня не видел, хорошо? У меня ещё куча дел на сегодня.

— Гарри, они же твои друзья! Ты не должен из-за минутной обиды...

— Не надо, Ремус. Я уже тебе сказал, и больше не хочу повторять. Гарри Поттер умер второго числа. Они могут сколько угодно считать меня своим другом, а себя — моими друзьями, меня это не волнует. Сириус ждёт тебя, ему надо решить вопрос жизни и смерти. Буквально.

С этими словами я пошёл к себе в комнату, не обращая внимания на попытки Ремуса меня окликнуть. На этот раз я и без Кричера определил, как туда попасть, и чувство дома подсказало мне, что никого лишнего по дороге не встречу.

* * *

— Кричер! Мне найдётся, во что одеться, или доставать школьную мантию? Мне надо поговорить с мадам Боунс. Неформально. Я ведь прав, что она — глава департамента магического правопорядка?

— Хозяин прав. Хозяину стоило только сказать. Сейчас Кричер подаст приличествующую случаю одежду, — ответил на мои вопросы эльф, начиная с конца.

— Ты сможешь меня переместить ко входу для посетителей? — спросил я его, пытаясь разобраться в поданной одежде.

— Глупому хозяину не нужен вход для посетителей. Хозяину следует воспользоваться каминной сетью.

Блин... У Гарри, помнится, с этим были проблемы. Вряд ли я справлюсь лучше.

— Кричер, я боюсь, моё достоинство пострадает, если я попробую переместиться каминной сетью. Я с ней не очень дружу...

— Глупому хозяину следует не просто сделать шаг, чтобы выйти из камина, а продолжать идти.

— Хм... Как сходить с маггловского эскалатора что ли?

— Кричер не знает, что такое маггловский экскаватор, — по его морде было видно, что как раз про экскаватор-то он и в курсе, — но, судя по отголоскам мыслей хозяина, хозяин прав.

— Понятно. Только вот я не хочу встречаться с рыжими, а камин в гостиной.

— Глупый хозяин забыл про камин в кабинете старого хозяина Ориона.

— Ладно, а как быть с регистрацией палочки? У меня её официально сейчас нет, Дамблдор должен был её сдать мадам Боунс в качестве вещдока. А эту бы светить не хотелось. Пожалуй, я оставлю её здесь.

— Глупый хозяин не должен покидать дом без палочки. Но если хозяин хочет остаться инкогнито, — вот ведь зараза, всё щеголяет словарным запасом, это вам не Добби с его словарём в пару тысяч слов, из которых тысяча — восторги по поводу "великого Гарри Поттера, сэра"! — то хозяин может оставить палочку в своей комнате. Кричер всегда сможет принести её хозяину.

— Я слышал, что домовым эльфам нельзя трогать палочки хозяев?

— Кричер потом накажет себя.

— Хм... А чехол для палочки есть?

Через несколько секунд на столе появилась конструкция из ремней, что-то типа напульсника.

— Кричер, а ты уверен, что палочка сюда влезет?

— Глупый хозяин должен попробовать.

— Ого! Выходит! То есть входит!

— И выходит, — ехидно протянул Кричер.

— Замечательно выходит! — на автомате отозвался я. И невольно рассмеялся. Затем спросил: — Чары расширения пространства?

— Кричер рад, что память возвращается к доброму хозяину Регулусу.

Я закатил глаза.

— Кричер, вот, кстати, о палочке. Чья она была до того, как подошла мне?

— Эта палочка всегда принадлежала доброму хозяину Регулусу.

Я сообразил. Теперь становится понятно отношение Кричера. Раз — совпадение, два — совпадение, а на третий Кричер взаправду решил, что я — тот самый Регулус.

— А как она оказалась в доме?

— Добрый хозяин Регулус отдал её Кричеру вместе со злой вещью и приказал доставить домой.

Я примерил чехол-ножны на руку. Попытался несколько раз вынуть и обратно засунуть палочку. Магия! "Напульсник" размером сантиметров пятнадцать, а туда влезает палочка длиной больше тридцати! Удобно. Я вообще удивлялся, как канонный Гарри таскал этакий дрын в кармане. Или в мантиях карманы тоже безразмерные? Судя по саквояжу в мантии Снейпа, эта мысль не лишена основания. Надо будет потом проверить.

— Кричер, если палочка будет в чехле, и я прикажу тебе доставить мне чехол, то... — я вопросительно на него поглядел.

— То Кричер доставит хозяину чехол.

— Вместе с содержимым? — тот кивнул. — И Кричер не будет себя наказывать?

— Кричер не будет открывать чехол. Кричер не будет знать, что в чехле.

Вот чесслово, как серьёзность, обожание и желание служить в этом существе совмещается с морем ехидства?

— Тогда поехали, — сказал я.