Сталь и Камень / Steel and Stone (джен)

— Ну? Так ты брала его деньги, Кит? — спросил Танис.

— Нет, — ответила она, бросив сердитый взгляд на Кейвена Макида. — Я их у него по-честному выиграла. И в любом случае уже слишком поздно. Я их потратила.

— По-честному? — Кейвен сплюнул на пол. Менестрели громко играли, но их голоса перекрывали музыку. — Она забрала у меня десять стальных монет, — закричал он. — Она выигрывает у меня деньги в фараона. Потом я ловлю ее на жульничестве и забираю деньги обратно.

— Угрожая ножом, — настаивала Китиара.

Кейвен и Китиара стояли нос к носу, сцепившись руками, но обращались к Танису. Воуд ухмылялся, глядя на нарастающее напряжение.

— Я не отдавала их ему по своей воле, — сказала Китиара. — Я не признавала своей вины, так что деньги по-прежнему были мои.

Лицо Кейвена покраснело еще сильнее.

— А потом, когда я отвернулся, она порылась в моих вещах, украла деньги и смылась, как последняя мошенница!

Танис грубо схватил Китиару за плечо.

— Ты что, обжулила этого человека в фараоне?

— Я никогда не жульничаю ни в фараоне, ни в какой-либо другой карточной игре, — высокомерно ответила она. — Я не обязана. — Когда Танис продолжал с сомнением смотреть на нее, воительница покраснела и бросила на мужчин сердитый взгляд.

Полуэльф повернулся к Кейвену Макиду. — Ты выслеживал ее больше месяца из-за десяти стальных монет?

Воин на мгновение замолчал.

— Дело принципа, — наконец сказал он.

В наступившей тишине Танис понял, что менестрели перестали играть. Четверо слуг трактирщика, одетые в сандалии, набедренные повязки и с рельефными мышцами, как у горилл, с неодобрительными лицами направлялись к четверке.

— Мы уходим, — крикнул Танис и выволок упирающуюся Китиару на улицу. Воуд выскользнул из двери прямо перед ними. Кейвен, казалось, собирался дать отпор, но потом оглядел свое подкрепление, понял, что остался один, и погнался за полуэльфом и Китиарой. Стражники у входа в таверну остановились у портала, скрестив руки на груди.

Солинари и Лунитари скрылись за пеленой облаков. Танис, сам похожий на грозовую тучу, повернулся к Китиаре.

— Заплати ему, Кит.

— Это были мои деньги.

— Заплати ему!

— Нет!

Танис нахмурился еще больше.

— Тогда я это сделаю, просто чтобы избавиться от него. Отдай мне мою половину денег блуждающего огонька. — Он протянул руку. Китиара, в свою очередь, положила руку на пояс, где висел кошель с захваченными деньгами. Сначала удивленная, а затем еще более безумная, чем прежде, она огляделась вокруг.

— Танис! Кошель исчез! Почему мы не поделили деньги раньше, как и договаривались?

Кейвен рассмеялся.

— Она их украла, полуэльф. Китиара и тебя обвела вокруг пальца.

— Дриззленев, сука! — воскликнула Китиара. — Это была та кендерша. Я знаю! — застонала она. — И теперь она, наверное, далеко от Гавани, благодаря мне. Клянусь Бездной, мы теперь ее никогда не поймаем.

Мягкий голос Кейвена продолжал:

— Будь осторожен, полуэльф. Китиара, скорее всего, все равно собиралась сбежать с твоими деньгами. Никто не поворачивается спиной к Китиаре Ут Матар.

Внезапно Китиара вскрикнула. Даже в желтом свете факелов у входа в таверну ее лицо казалось бледным.

— Боги, мой рюкзак! Если этот кендер… — Она развернулась и сбросила на булыжную мостовую рюкзак, который весь день таскала с собой. Китиара порылась в потрепанном дорожном мешке, отодвинула что-то в сторону и вздохнула. — Слава богам!

— Наши деньги? — спросил Танис, торжествующе глядя на Кейвена Макида, пока Китиара укладывала вещи обратно в рюкзак.

Но Китиара покачала головой.

— Кое-что более ценное. Вещь для Рейстлина.

— Ха! — усмехнулся Кейвен. — У нее там твои деньги, полуэльф. Дай-ка я проверю. Он бросился к Китиаре, потянулся к ее сумке — и отпрянул, увидев ее новый кинжал.

— Ты, видимо, не дорожишь своей жизнью, Макид, — протянула она, — раз пытаешься на такое пойти.

— У нее твои деньги, полуэльф, — возразил Кейвен. — И, наверное, мои тоже. Давай, посмотри сама.

Танис решительно протянул руку.

— Дай мне посмотреть, Кит.

Китиара долго смотрела на Таниса с непроницаемым выражением лица. Кейвен прошептал:

— Не позволяй ей сбить тебя с толку, полуэльф. Она лжет.

Воительница, не сводя глаз с Таниса, приняла какое-то решение.

— Я покажу тебе, полуэльф. — Она бросила Кейвену через плечо:

— Но ты можешь отправиться в Бездну, Макид.

Китиара открыла холщовый мешок и широко распахнула его перед полуэльфом.

— Загляни внутрь, — настаивала она.

После некоторого колебания Танис сунул руку в мешок. Его пальцы нащупали одежду, остатки провизии, оставшиеся после нескольких недель в пути, и нож с маленьким лезвием в деревянном футляре. Денежного мешочка не было. Он отдернул руку.

— Ничего, — ответил он Кейвену.

— Я тебе говорила, — сказала Китиара. Она собрала вещи и закинула сумку на плечо.

На мгновение Кейвену показалось, что Китиара и Танис сговорились против него, но, взглянув на полуэльфа, он, похоже, передумал. Он пнул носком сапога булыжник.

— Десять стальных, — пробормотал он. — Я следовал за этой женщиной целый месяц за десять жалких монет, а у нее вовсе нет денег. А у меня самого осталась всего одна монета. — Он поднял глаза. Его тон внезапно наполнился надеждой. — Сколько у вас двоих денег?

Танис и Китиара переглянулись. Китиара, казалось, не удивилась резкой перемене настроения своего товарища-наемника.

— Я на мели, Макид. Отдай мне ее.

— У меня есть несколько монет, — сказал полуэльф. — Нам с Китиарой хватит на ужин и питье. Он подчеркнул последние слова.

— И у меня есть одна стальная монета, — закончил Кейвен. — Давайте найдем другую таверну и обсудим наше положение за кружкой эля.

Танис почувствовал, как морщины на его лице становятся жестче Флинт Огненный Горн назвал это "дьявольски упрямый эльфийский взгляд".

— Наше положение? — переспросил он.

Кейвен кивнул.

— Ситуацию, — объяснил он, — в которой вы двое должны мне десять стальных монет взамен тех, что украла Китиара, иначе я обращусь к городской страже Гавани, и вас арестуют за воровство.

С криком Китиара, выхватив кинжал, бросилась на Кейвена через всю мощеную площадь. Она едва не проткнула здоровяка, но Танис успел ее оттащить. Ошеломленное выражение лица Воуда сменилось на ликующее.

— Полукровка, отпусти меня! — взвизгнула Китиара. — Клянусь, я выпотрошу его и его тощего оруженосца! Бросишь меня в тюрьму, Макид? Это были мои деньги, говорю тебе!

— Чтобы доказать это, Кит, может потребоваться время, — мягко улыбнулся Кейвен. — Недели, а может, и месяцы — если вообще получится. Как ты докажешь это из тюрьмы в Гавани, моя дорогая?

Китиара перестала вырываться, обдумывая его слова. Гнев, казалось, просачивался из ее тела в камни у их ног. После небольшого колебания Танис отпустил ее. Воительница поправила одежду и направилась по улице прочь от "Дракона в маске".

— Тогда давайте, вы двое, — раздраженно крикнула она в ответ.

— Давайте? — не понял Кейвен. Он перевел взгляд с Китиары на полуэльфа.

— В пивную, — крикнула она. — Поговорить. В конце концов, ты сам пригласил нас выпить, Кейвен.

Кейвен Макид стоял неподвижно, но Танис, сам того не желая, улыбнулся и поспешил догнать женщину с мечами. Наконец, после недолгого пути, Китиара остановилась перед задымленным заведением, из которого лился свет факелов. Над дверью была прибита табличка с надписью, сделанной от руки и изобилующей ошибками. Вывеска гласила «Счастливый огр» и была украшена изображением явно пьяного огра.

— Это место как нельзя лучше подходит для подобных разговоров, — сказала Китиара и спустилась по ступенькам в переполненную таверну. Танис, пожав плечами, последовал за ней вместе с Воудом, а Кейвен замыкал шествие.

Они нашли свободный столик, выставив за дверь трех вялых торговцев, которые были слишком пьяны, чтобы протестовать. Бармен не стал спорить: очевидно, что у этих новых посетителей было больше места для эля, чем у пьяной троицы, которая теперь сидела, забытая всеми, и храпела, прислонившись к стене.

Воуд ничего не говорил, но Танис, Кейвен и Китиара перекрикивали шум споров и периодические потасовки.

— Где ты взяла деньги, которые украла кендерша? — прокричал Кейвен, сделав один глоток эля, а потом другой. Теперь он, похоже, был готов поверить в историю Китиары о Дриззленев Привратнице. Воительница, жестикулируя почти так же активно, как выкрикивала фразы, вкратце описала детали вчерашней битвы с блуждающим огоньком. Затем Кейвен начал предлагать им троим объединиться и заработать по-настоящему много денег.

"Грандиозные идеи", — зевнув, подумал Танис. Но он вежливо слушал, понимая, что Китиара относится к Кейвену серьезнее.

Полуэльф понял, что они оба напиваются в рекордно короткие сроки. Не говоря ни слова, Танис посмотрел на свою нетронутую кружку, а потом на пару наемников.

Они составляли грозный дуэт. Китиара была стройной, но мускулистой, ее темные волосы особенно сильно вились из-за непривычной влажности, а глаза светились — чем? Алкоголем? Кейвен с его массивным, подтянутым телом человека, который много времени уделяет уходу за собой, затмевал и ее, и полуэльфа. У этих двоих были черные волосы, темные глаза, бледные лица — и в данный момент жадные взгляды, словно они хотели выжать из своей до смешного короткой человеческой жизни все, что можно, любой ценой.

Кейвен махнул рукой, подзывая барменшу — пухленькую блондинку-подростка с розовой кожей и коровьими глазами. Воуд, который был на год или два младше девушки, выпрямился, выпятил худую грудь и плотоядно ухмыльнулся. Ее это не впечатлило.

— Да? — спросила она Кейвена.

— Еще кувшин эля.

— Ты сможешь заплатить?

Кейвен уставился на нее.

— Конечно, мы можем заплатить.

— Покажи мне деньги.

Когда Кейвен возмутился, девушка сказала:

— В таком месте, как это, полно путешественников, которые пьют, но не платят, да? Я тебя раньше не видела. Ты, конечно, одет хорошо, но, может, ты это платье украл. Ну что, покажешь мне деньги, или нет?

Кейвен швырнул на стол последнюю монету. Девушка с бесстрастным выражением лица взяла деньги грязной рукой и рассмотрела монету.

— Выглядит неплохо, — сказала она, положила деньги в карман, взяла кувшин и отвернулась. Через несколько мгновений она вернулась и с грохотом поставила полный кувшин перед всеми четырьмя, так что часть жидкости пролилась на стол. Вуд встал и последовал за ней к барной стойке.

— Это место напоминает мне «Песчаную гадюку» в Кернене, — прокомментировала Китиара. — Дым, липкие столы и пьяницы в углу.

Кейвен усмехнулся и наполнил бокал Китииры.

— Помнишь ту ночь, когда Ллойден швырнул кувшин с пивом в огонь?

Воительница рассмеялась в ответ.

— Он думал, что сможет доказать, что пиво разбавляли. Он сказал, что разбавленное пиво потушит огонь, — объяснила она Танису. — А вместо этого чуть не спалил все вокруг.

Когда полуэльф не улыбнулся, Китиара обратилась к Кейвену.

— Танис сегодня не в настроении, Макид, — сказала она с напускной серьезностью.

Танис резко встал. Он подошел к Воуду, который теперь развалился у барной стойки, не сводя похотливого взгляда с барменши, которая демонстративно его игнорировала.

— Ах, какая женщина! — мечтательно протянул парень. Он протянул Танису худую руку. — Меня зовут Воуд. Кейвен — мой дядя. Моя мама — его старшая сестра. Я его оруженосец — уже год как.

Танис пожал протянутую руку.

Подросток указал на Китиару и Макида, которые хохотали до упаду и хлопали друг друга по плечам.

— Полуэльф, можешь на них не рассчитывать. Я уже видел их такими. Как только они начинают рассказывать свои старые истории, значит они будут пить и болтать всю ночь напролет.… По крайней мере, у них не так уж много денег, иначе они сидели здесь до самого утра.

— Но Маккид угрожал ей тюрьмой. Разве он не это имел в виду?

Воуд кивнул с мудрым видом.

— О, он это имел в виду, все верно. Может, он и не вспомнит об этом сейчас, учитывая, что он хлещет эль, как свинья. Но утром он вспомнит. И я думаю, что она тоже вспомнит — утром. Но так уж устроены наемники, полуэльф. Они переменчивы, как ветер. Пока они в подпитии, им все простительно. По крайней мере, Кейвен такой. Капитан Китиара может быть немного резковата, когда за плечами у нее больше пары подвигов.

Барменша прошла мимо них, не сказав ни слова. Воуд вдохнул аромат жареного лука, пролитого пива и жареной говядины, который витал в воздухе.

— Замечательно, — вздохнул он.

— Ты не в ее вкусе, — осадил его Танис.

— А? — Воуд уставился на полуэльфа ярко-зелеными глазами. Затем он нахмурился, когда мимо него снова прошла барменша, высоко задрав нос. — Полагаю, ты прав. — Он снова вздохнул.

— Как давно эти двое знакомы? — Танис указал на Китиару и Кейвена.

Воуд размышлял вслух:

— Две недели на осаду, месяц на подготовку к ней, плюс еще несколько месяцев на то, чтобы прийти в себя после разгрома. Потом Китиара сбежала с Кейвеном, а Кейвен последовал за ней. Ах, видел бы ты его, когда он узнал, что она стащила его монеты!

Танис попытался выудить из парня побольше полезной информации.

— Разгром? Китиара проговорилась, что была в Керне — "в наемных солдатах", как она выразилась. Но она была сдержанна по поводу кампании. Возможно, это был шанс чему-то научиться.

Мальчик вздохнул.

— Это было ужасно. Магический огонь пылает в небе, люди кричат и умирают. Потом подбегает Китиара, выхватывает у меня лошадь и пытается ускакать, но Кейвен догоняет ее и они вдвоем уезжают на запад из Керна, а я, конечно, за ними.

— Значит, Китиара пыталась его бросить? — Танис, по крайней мере, обрадовался этой новости.

Юноша кивнул.

— Но Кейвен упрямый. Он собирался пойти с ней, тем более что Вэлдан, как известно, плохо относятся к тем, из-за кого теряет своих солдат, если вы понимаете, о чем я. — Он посмотрел на Таниса, который вопросительно поднял брови. — Убивает их. Точнее, заставляет это делать мага. Но, черт возьми, он хорошо платит, когда выигрывает, так что наемники, которые и сами не прочь поспорить, готовы рискнуть. — Парень вкратце рассказал все, что знал о Керне, Вэлдане и его маге Януше.

— Некоторые говорят, что у них... — мальчик замолчал и огляделся, — кровная связь. Он подмигнул и многозначительно кивнул.

Если Воуд и ожидал от Таниса какой-то реакции, то не дождался.

— Кровная связь? — спросил полуэльф, даже не подумав понизить голос.

Воуд испуганно огляделся по сторонам и шикнул на него.

— Тише, идиот! У вас тут что, нет таких? — Танис покачал головой. — Конечно, — продолжил парень, — у них и дома таких быть не должно. В Керне они запрещены с тех пор, как мой прапрадедушка был еще подростком. Но, по слухам, у отца Вэлдена, старого Вэлдена, был маг-отступник, который не боялся того, что с ним сделает Конклав магов, и не желал этого избегать. Поэтому он договорился с Вэлденом — нынешним Вэлденом, то есть с тем, кто тогда был мальчишкой, — и с другим мальчишкой, который оказался Янушем, нынешним магом.

У Таниса закружилась голова, но он подтолкнул мальчика к продолжению.

— По всему Керну ходили слухи, — сказал Воуд, — особенно после того, как родители Вэлдена — то есть родители нынешнего Вэлдена, который тогда был ещё ребёнком, — умерли сразу после того, как была установлена кровная связь — та самая, которую, как мы думаем, они создали. Но в Керне за это можно поплатиться жизнью, так что не повторяй того, что я сказал, если когда-нибудь окажешься там. — Он замолчал, чтобы перевести дух.

Танис кивнул, настолько сбитый с толку, что не смог бы повторить ни слова из того, что только что услышал. Он попытался разобраться в сумбурных фразах юноши.

— Что такое кровная связь? — сумел спросить полуэльф, не забывая понизить голос.

Воуду удалось изобразить одновременно самодовольство и удивление.

— Где ты жил, полуэльф? — наконец выдавил он.

— Я вырос в Квалинести, — ответил Танис.

Воуд поджал губы и кивнул, как будто это все объясняло.

— А. Деревенщина. Ну, кровная связь — она может существовать, а может и нет, понимаете, но все в Керне верят, что она есть, потому что...

— Что это такое? — перебил его Танис.

Воуд бросил на него укоризненный взгляд, но, напыжившись от важности, продолжил.

— Они связывают двух людей, обычно один из них маг, а другой — кто-то из знати. Тот, кто пониже, — обычно маг, — принимает удары на себя. Воуд надменно кивнул, затем раздраженно продолжил, когда стало очевидно, что полуэльф все еще не понимает.

— Хорошо, допустим, у нас с тобой есть кровное родство — если такое существует, но я уверен, что оно есть...

— Хорошо, — сказал Танис немного удрученно, — Допустим, у нас есть такое родство.

— Что ж, если сила во мне, то все плохое, что должно случиться со мной, случится с тобой.

Танис приподнял бровь. Воуд тяжело вздохнул.

— Ладно. Допустим, хобгоблин ударит меня в живот своей утренней звездой. Полуэльф ждал. — Я должен быть практически мертв, верно? Но вместо этого ранен ты, а я цел и невредим. По крайней мере, так гласит легенда. Кое-кто говорит, что это просто миф, но я думаю...

Он продолжал тараторить. Больше не обращая внимания на юношу, Танис прислонился к стойке. Если верить болтовне Воуда, кровное родство с магом давало дворянину довольно сильное преимущество в битвах, не говоря уже о значительной власти над волшебником. Неудивительно, что Конклав волшебников запретил подобные практики. Воуд сказал, что Януш был еще мальчишкой, когда была установлена кровная связь. Если, конечно, предположить, что такая связь вообще существовала…

Танис покачал головой: он начинал думать так же, как Воуд. Полуэльф снова сосредоточился на Китиаре и Кейвене. Они доверительно склонились над столом, допивая третий кувшин эля и яростно споря друг с другом. Казалось, они не особо прислушивались к тому, что говорили вокруг.

Танис не был настроен всю ночь напролет выслушивать истории о крепкой дружбе между Китиарой и Кейвеном. Комната Таниса и Китиары в «Семи кентаврах», к счастью, оплаченная заранее, казалась более привлекательной, чем прокуренная таверна в недрах Гавани. Китиара знала, как добраться до гостиницы самостоятельно.

Он ушел из «Счастливого огра», даже не пожелав им спокойной ночи.

Кейвен что-то проворчал.

— Скажи ему, чтобы он записал это в счет. Я согласна.

Китиара рассмеялась слишком громко, а затем с кривой усмешкой увидела, как Кавен поморщился.

— Скажи ему, Макид. Мне пора уходить. — Она перешагнула через распростертого на полу гнома и направилась к двери, избегая самых неприятных пятен на полу.

— Где ты остановился? — Крикнул в ответ Кэвенн, его лицо покраснело. «Ты мне не отделаешься, не заплатив, обманщица!»

В такое время суток в таком месте подобные эпитеты были обычным проявлением нежности. Те немногие посетители, которые еще были в сознании, не обращали особого внимания на то, что, без сомнения, выглядело как типичная ссора влюбленных.

— «Дракон в маске», — солгала она. — Увидимся там утром.

— Я иду с тобой. Это будет намного лучше, чем спать в конюшне с Малефисентом.

Пока Китиара размышляла, стоит ли оспаривать это решение, Кейвен оперся на руки и выпрямился. Когда к нему вернулось сосредоточение, он медленно оглядел комнату.

— Где Воуд? — спросил я. он огрызнулся. — Этот ленивый...

— Воуд ушел час назад с барменшей. Вернее, белокурая корова ушла, а мальчик последовал за ней.

— Прямо по ее следу, — удовлетворенно сказал Кейвен. — Хороший парень. Кстати, об этом… — Он осторожно перешагнул через гнома и чуть не упал, когда пьяное существо икнуло и перевернулось. В комнате воняло несвежей едой, пивом и перегаром. — Я иду с тобой, — повторил он. — В «Дракона в маске».

— Танис уже там. Сомневаюсь, что там найдется место для троих.

— Тогда скажи ему, чтобы уходил, — упрямо повторил Макид. — Я могу прихлопнуть любого эльфа в любой день.

— Полуэльфа, — поправила Китиара. — И не надейся.

Кейвен великодушно махнул рукой, от чего потерял равновесие.

— Скажи ему, чтобы проваливал, а потом пойдем со мной. Он подмигнул. — Я великодушно прощу тебе долг. — Он ухватился за дверной косяк, чтобы не упасть.

Китиара подняла глаза, взгляд ее был скептическим, но более проницательным, чем у большинства присутствующих. Кейвен Макид был великолепным мужчиной, но в его нынешнем состоянии он не казался ей таким уж неотразимым. А полуэльф ей еще не надоел.

— Я ухожу, Макид. — Она развернулась и поднялась по трем ступенькам на улицу.

Шел дождь. Мостовая, скользкая даже в сухую погоду, была покрыта маслянистой пленкой. Китиара прислонилась одной рукой к стене «Счастливого Огра» и быстро пошла по улице, внимательно глядя под ноги и стараясь не обращать внимания на то, что одежда становится все более влажной. Позади она услышала приглушенную ругань Кейвена, когда он вышел на улицу под дождь.

— Китиара! — рявкнул он. Но она шла не останавливаясь, и дождь стекал по ее кудрям на лицо.

В это время суток на улицах Гавани почти никого не было, кроме нескольких пьяниц и редких скучающих городских стражников. Китиара резко свернула налево и оказалась в переулке, где не было ни жизни, ни света. Переулок вел в сторону Семи кентавров и был вымощен не скользкой брусчаткой, а утрамбованной землей.

Кейвен появился где-то позади нее.

— Китиара? — Он вглядывался в темноту.

— Оставь меня, Макид, — рявкнула она и ускорила шаг. В этот момент раздался оглушительный раскат грома, и моросящий дождь превратился в ливень. Китиара с возгласом влетела в дверной проем. Кейвен присоединился к ней через мгновение.

Проем был широким, защищенным и сухим. За запертыми двойными дверями находился своего рода склад. Кейвен неподвижно стоял между Китиарой и улицей, словно в ожидании. Она вздрогнула, осознав, что ее короткая юбка и легкая блузка, в которых было удобно двигаться и которые привлекали восхищенные взгляды на рынке в Гавани, совершенно не подходили для того, чтобы защититься от ледяного дождя.

Она промокла до нитки. Кейвен же был защищен плотным шерстяным плащом.

Она указала на него.

— Ты носишь этот плащ даже в теплую погоду, Макид?

Кейвен улыбнулся.

— Он мне еще пригодится.

Внезапно Кейвен Макид перестал казаться ей пьяным. Он выглядел таким теплым, и Китиара поймала себя на том, что жаждет ощутить его тепло так же сильно, как восхищается его телосложением. Она снова вздрогнула.

— Одолжи мне свой плащ, солдат, — приказала она.

— Холодно? — Он снова ухмыльнулся. Кейвен склонился над ней, почти касаясь ее. Она чувствовала его тепло. — Я могу сделать для тебя больше, чем просто одолжить свой плащ, Кит, — пробормотал он. Его глаза потемнели на бледном лице.

Китиара прислонилась к грубой каменной стене у дверного проема. От камня веяло холодом. С улицы колючими каплями сыпал дождь.

Она прерывисто вздохнула. Затем кивнула. Кейвен протянул к ней руку.