Милдред Хаббл и Кубок огня (джен)

«Символика лабиринта очень сложна. В восточном символизме лабиринт связан с избавлением от сансары — «круговорота» переходов из одного существования в другое, из одной жизни в другую. Войти в лабиринт — значит умереть, выйти из него возродиться»

(Линк Оми Цинн «Трактат о связях восточного и западного символизма»)

* * *

Сумеречный Замок

Мистеру Роун-Уэбб

Дорогой мистер Аберфорт!

Я полностью следовала Вашим советам. Во-первых, я продолжаю усиленно заниматься. Во-вторых, я рассказала все профессору Снейпу. Позавчера после урока зельеварения я подошла к нему и попросила об индивидуальной консультации, при этом из головы у меня не выходили все наши непонятные подозрения. Профессор согласился и пригласил меня прогуляться у озера. Вот там я ему все и рассказала: о нашей переписке, о зелье невидимости, о случае на лестнице, о наших подозрениях и о Вашем совете — рассказать все ему. Некоторое время мы бродили молча, видимо, он обдумывал услышанное. Солнце садилось, деревья красиво отражались в зеркале озера. Наконец, профессор Снейп остановился и, поглядев мне прямо в глаза, сказал: «Дело осложняется тем, что к Директору в данном случае обращаться бесполезно. Мне не нравится профессор Грюм. На это у меня свои причины, и будь все спокойно, я бы на эти причины наплевал. Но мне совсем не нравится ЭТОТ Грюм. Если связать факт пропажи шкуры бурмсланга у меня в кладовке и питье только из своей фляжки через равные промежутки времени, напрашивается вывод о характере напитка. Весьма возможно, что это Оборотное зелье. И вряд ли Аластор превратится в Бартемия Крауча. Учитывая последние события, мистер Крауч старший пребывает там же, где и несчастная Берта Джоркинс. Проверить можно. Но для этого надо попасть в кабинет Грюма. В случае, если мы на верном пути, то надо будет подменить зелье. Причем подмена не должна отличаться от исходного варианта цветом, вкусом и консистенцией. Действовать надо быстро. И главное препятствие — карта, имеющаяся у Грюма!»

— А как туда проникнуть? — спросила я.

— Ерунда. Предыдущий преподаватель защиты от сил зла нуждался в некоем лекарстве, и это лекарство готовил я. Поэтому наши кабинеты связаны через камин. Аластор Грюм не знает об этом, судя по тому, что ко мне в кабинет он вломился через дверь. Хотя с моей стороны я защитил камин. Но эту защиту легко снять. Но карта, мисс Хаббл, карта!

— Можно выпить невидимое зелье по рецепту мисс Хардбрум. Нас с Мод на карте точно они не видели, ни Поттер, ни профессор Грюм.

— Отлично. У Вас превосходный учитель по зельям, мисс Хаббл! Надеюсь, Вы мне поможете?

Конечно, я согласилась. После этого мы с профессором Снейпом работали в его кабинете. Если Аластор Грюм и видел это на карте, вряд ли это было подозрительно. Я просто была на отработке! Я сварила для него зелье невидимости, а он в это время приготовил основу Оборотного зелья. Без некоторых ингредиентов, в том числе — без волос объекта превращения, это питье идентично Оборотному зелью, за исключением единственного свойства — оно никого ни в кого не превращает.

На следующий день мы с Мод пошли на урок Предсказаний к профессору Трелони. Надо сказать, она очень напоминает нашу учительницу пения мисс Бет, которая так же эксцентрична, но еще и прячется в книжный шкаф после споров с мисс Хардбрум. Профессор Грюм в это время вел урок у Равенкло и Хаффлпаффа. Через десять минут от начала в дверь постучался Драко Малфой и передал профессору Трелони записку. Оказалось, что профессор Снейп любезно просит ее отпустить мисс Хаббл для дополнительных занятий. Меня отпустили, и мы с Драко отправились в кабинет профессора Снейпа. Мы очень быстро и удачно провели всю операцию! Драко остался сторожить у дверей кабинета, а мы с профессором Снейпом выпили невидимое зелье, затем залезли в камин, он велел мне крепко за него держаться и бросил нам под ноги щепотку зеленого порошка, который называется «летучий порох». Было здорово! Вспыхнуло зеленое пламя, и через миг мы вывалились из камина в кабинете профессора Грюма. Запас напитка для фляги мы обнаружили быстро — рядом со столом с кучей непонятных приборов стоял ларец, в котором было несколько полных флаконов, и несколько пустых. Профессор Снейп очищающим заклинанием опустошал полные флаконы, а я заполняла их зельем из принесенной фляги. Последнюю порцию он велел вылить в пустой флакон, а содержимое одного из флаконов профессора Грюма перелил в свою флягу для анализа. С прежним зельем остался всего один флакон. Профессор сказал, что по объему зелья на вес Аластора Грюма этого хватит как раз до начала завтрашних соревнований, а учитывая содержимое фляжки, из которой тот пьет сейчас — может и раньше. Если, конечно, он будет брать флаконы по порядку. Это именно то, что надо. Потом, профессор очистил от наших следов коврик на полу и мы вернулись. Потом мы еще посидели в его кабинете за чашечкой чая, чтобы обозначить свое присутствие на карте Мародеров. И профессор сказал мне следующее: «Спасибо, мисс Хаббл, за помощь. Я так быстро без Вас не управился бы. Надеюсь, мы не слишком опоздали. И о соревновании: я прошу Вас сохранять присутствие духа, что бы с Вами не случилось. Рекомендую в качестве вспомогательного волшебного предмета взять вашего кота. Может летать он и не умеет, но, как любой кот, прекрасно найдет нужное направление и выведет Вас к центру Лабиринта. Вам дадут сигнальную звезду, которую следует выпустить в случае опасности. Но я дам Вам кое-что еще. Выпустите ее, если случится что-нибудь странное или опасное. Я пойму и приду Вам на помощь… Вместе с мисс Хардбрум. Желаю Вам удачи, Милдред Хаббл». С этими словами он протянул мне вырезанный из зеленой бумаги силуэт летучей мыши. Я поблагодарила профессора, и мы простились. Драко проводил меня до самого класса предсказаний.

Что же будет завтра?

Ваша МХ

* * *

Сумеречный Замок

Мистеру Роун-Уэбб

Дорогой Аберфорт!

Прости мое долгое молчание. Я был в такой немыслимой дали от Англии! И в такой немыслимой выси — и в прямом и в переносном смысле! Что впечатления переполняли меня, и я не мог внятно изложить их на бумаге. Боюсь, даже сейчас мое письмо будет несколько сумбурным. Примерно год назад мой старый друг, восточный маг Линк Оми Цинн, пригласил меня погостить. Он даже прислал для меня традиционное магическое средство передвижения на Востоке — летающий ковер. Это было незабываемое путешествие! Неспешное и очень познавательное. Чего только я не повидал по пути от Ламанша до Гималаев! Сказочные города Европы, фьорды Северных морей, бескрайние снега и леса Русской равнины, Каменный пояс Уральских гор, золотые пески Кара-Кумов, седые воды Каспия, монгольские степи и Великую китайскую стену. Я попробовал нежную норвежскую сельдь, русские блины на Масленицу, пил кумыс и воду из волшебных подземных ключей. А сколько нового я узнал от моего друга! Он величайший маг и в горной стране Тибет у него своя магическая школа. Учеников там не много, но качество воспитания магов — на самом высоком уровне. Им известны самые тонкие магические методы работы на уровне человеческого духа. Не разделяя, а созидая, творят они свою магию, полностью используя силу взаимодействия противоположностей на благо людей и окружающего мира. Их магия проста и естественна, а результаты — грандиозны! В коротком письме не изложишь всего, поэтому я очень надеюсь на встречу и обмен впечатлениями. Сейчас я гость мисс Кеккл в ее школе, и она рассказала мне об успехах своей ученицы. Я уверен, что при встрече нам будет что рассказать друг другу.

Всего наилучшего,

Верховный маг Эгберт Хеллибор.

PS Сердечный привет Альбусу!

* * *

Аберфорту Дамблдору

«Кабанья голова»

Хогсмит

Аберфорт! Ты прав! Я — растяпа!

Случилась масса неожиданных событий. Сегодня ночью происходило третье состязание нашего Турнира. Надо сказать, что Аластор мне очень не нравился уже с утра. Я приписал это излишне частому прикладыванию к его заветной фляге. Когда он с другими преподавателями отправлялся патрулировать вдоль стен Лабиринта, я заметил, что он весь странно подергивается и руки трясутся просто невообразимо! Так как Северус куда-то запропал, я решил отправиться патрулировать вместе с Аластором, чтобы подстраховать его. Он отказывался очень в грубой форме, но я настоял и двинулся следом. Минут через тридцать, когда все участники уже углубились далеко вглубь Лабиринта, с Аластором стали происходить странные вещи. Ты оказался прав! О степени своего растяпства я имею полное представление! На моих глазах Аластор Грюм превратился в молодого человека, в котором я с ужасом узнал Бартемия Крауча-младшего, по общему мнению, умершего в Азкобане давным-давно! Когда он понял, что превращение свершилось, а я пребываю в шоке от увиденного, то мальчишка попытался напасть на меня и вскинул свою волшебную палочку. Но тут оказалось, что следом за ним шел не я один. Знакомый голос из ниоткуда крикнул: «Экспелиармос!». Палочка вылетела из руки негодяя, но он просто набросился на меня и повалил на землю. Если бы не «Ступефай!» Северуса Снейпа, он бы меня задушил. Северус помог мне подняться и рассказал о подмене зелий во фляжке Грюма, которую они очень остроумно провернули с твоей Милдред накануне! И тут я вспомнил самое ужасное: Грюм относил Кубок в центр лабиринта. Теперь Кубок мог оказаться чем угодно! Левитируя неподвижного Бартемия Крауча за собой, мы бросились к входу в Лабиринт. Оказалось к этому времени двое участников уже выбыли из соревнований — Виктор Крам и Флер Делакур. Когда я уже хотел зайти внутрь Лабиринта, на поляне перед входом появились Гарри и Седрик, державшиеся за ручки Кубка. Из торопливого и сбивчивого их рассказа мы поняли, что Кубок превращен в портключ, который доставил их к могиле Томаса Реддла-старшего. Но, кроме убитой Гарри Поттером огромной змеи, они там никого не видели. Змея ползала вокруг огромного котла с кипящей жидкостью и попыталась на них напасть, тогда Гарри обездвижил ее, левитировал в котел и она там сварилась. Северус сунул мне в руку флакон с сывороткой правды, а сам, все еще невидимый бросился в Лабиринт искать Милдред, так как во время рассказа Гарри от нее пришел сигнал бедствия.

Я там же в присутствии Минервы и Фаджа допросил Барти Крауча. Ужасная история! Крауч-старший подменил его в Азкобане на мать! Представляешь! В итоге мальчишка окончательно испортился, нашел способ сбежать и связаться с Волдемортом, запер Грюма в его же волшебном сундуке и держал там под «Империусом» весь год, срезая волосы для зелья, и в довершение — убил отца, трансформировав его тело в кость. Он готовил возрождение Волдеморта! Чем дальше я слушал, тем более ужасался. Но потом из Лабиринта появились Северус и Милдред. А у него в руках… Это просто кошмар! Все. Дальше рассказать просто невозможно. Завтра, вернее уже сегодня еще до рассвета я собираю совет магов у меня в кабинете в присутствии министра магии. Ты нужен здесь. Очень. Я не знаю, что с этим делать. Я жду тебя в 3 часа в моем кабинете!

Твой брат, Альбус Дамблдор.

* * *

Сумеречный Замок

Мистеру Роун-Уэбб

Дорогой мистер Аберфорт!

Наконец все разошлись, и я могу спокойно написать Вам все по порядку.

В день соревнований после завтрака нас собрали в комнате за Большим залом, так как на последнее состязание пригласили семьи чемпионов. Ко мне приехала моя бабушка Джейн Хаббл и я немного показала ей Хогвартс. После обеда мы долго гуляли вокруг замка, а потом вернулись в Большой зал на вечерний пир. За учительским столом уже сидели Людо Бэгмен и министр магии Корнелиус Фадж. Бэгмен, как всегда, был весел, а вот Фадж, сидевший рядом с мадам Максим, напротив, выглядел очень мрачным и ни с кем не разговаривал.

В честь праздника стол ломился от разных вкусных блюд, но я нервничала и ела мало. Со временем зачарованный потолок постепенно начал менять цвет с голубого на закатно-пурпурный. Тогда Дамблдор поднялся из-за стола, и в зале воцарилась тишина.

— Леди и джентльмены, через пять минут вас пригласят пройти на квиддичное поле, где состоится третье и последнее состязание Тремудрого Турнира. Чемпионов вместе с мистером Бэгменом я прошу проследовать на стадион сейчас.

Квиддичное поле было неузнаваемо! По периметру тянулась живая изгородь двадцатифутовой высоты. Но прямо перед нами зиял разрыв — вход в лабиринт. Вглубь тянулись страшные, загадочные тёмные проходы. Через пять минут трибуны стали заполняться зрителями, в воздухе зазвенели взволнованные голоса. Отовсюду доносился топот множества ног — это школьники рассаживались по своим местам. Небо было глубокого, чистого синего цвета, появлялись первые звёзды. Позднее на стадионе появились Хагрид, профессор Грюм, профессор МакГонаголл и профессор Флитвик. Они подошли к Бэгмену и чемпионам. У каждого на шляпе горела большая красная звезда, у одного только Хагрида звезда красовалась сзади, на спине кротовой шубы.

— Мы будем патрулировать вдоль стен лабиринта, — объяснила нам профессор МакГонаголл. — Если вы попадёте в беду, выпустите в воздух красные звёзды, и кто-нибудь из нас сразу же придёт помощь. Понятно?

— Что ж, тогда — идите! — бодро сказал Бэгмен патрульным, и четвёрка спасателей разошлась в разных направлениях по своим постам. Отсутствие профессора Снейпа меня удивило, но я поняла, что вероятно он идет вслед за Грюмом невидимый.

Мистер Бэгмен напомнил всем как распределяются места, а затем по его свистку мы с Гарри Поттером первыми вбежали в Лабиринт.

В ту самую секунду, как мы вошли в лабиринт, все звуки, издаваемые зрителями, стихли. Гарри зажег свет волшебной палочкой. Пройдя ярдов пятьдесят, мы достигли развилки.

— До встречи, — сказал Гарри и повернул налево. Я отправилась направо и опустила Полосатика на землю. Я шла за ним, не оглядываясь, только успевая поворачивать. Мы прошли довольно долго с многократными поворотами. Затем Полосатик пошёл по длинному, прямому проходу, и внезапно я заметила какое-то движение. Луч света упал на необыкновенное существо. Это был сфинкс. У него было громадное тело льва, большие когтистые лапы и длинный желтоватый хвост, оканчивающийся коричневой кисточкой. А вот голова была женская. Сфинкс перевёл большие миндалевидные глаза на приближающегося Полосатика и вдруг замурлыкал. Полосатик подошел поближе и стал тереться о львиные лапы. Сфинкс лег, перегораживая дорогу. Полосатик устроился рядом, играя с коричневой кисточкой хвоста чудовища, которое совсем не было против такой фамильярности. Мне показалось, что ему, вернее ей, это даже нравилось!

Вначале она помурлыкала о чем-то с Полосатиком, затем заговорила глубоким хрипловатым голосом:

— Ты очень близка к цели. И ближайший путь к ней — мимо меня.

— Тогда... может быть, вы посторонитесь? Будьте добры, — попросила я, прекрасно, впрочем, понимая, какой ответ меня ждёт.

— Нет, — отказалась она. — Нет, пока ты не отгадаешь мою загадку. Ответишь с первого раза — пропущу. Ответишь неверно — наброшусь. Промолчишь — отпущу, не тронув.

У меня в животе всё спазматически сжалось.

А Сфинкс меж тем промурлыкала загадку: «Сидит девица в темнице, а коса на улице!»

— Но это же совсем просто, — обрадовалась я. — Это морковка!

— Наконец-то! А предыдущая девочка сказала, что это Рапунцель. Какой-такой рапунцель — я не знаю. Как и где растет — не видела. Во всяком случае, у нас в Египте никакой рапунцель не водится. А морковки — сколько хочешь! Проходи!

— Спасибо! — ответила я.- А Рапунцель это не растение. Это красавица, которая сидела в башне, а длинная коса свешивалась в окошко. Это из сказки.

— Да? Ну, все равно! У тебя славный Кот! Прощай!

Мы повернули за очередной изгиб живой изгороди и оказались на поляне. Посреди нее стоял Кубок. Я подошла поближе, взяла на руки Полосатика, чтобы погладить его в знак благодарности — ведь это он вывел меня к кубку! А потом взялась за одну из ручек.

В ту же секунду я почувствовала, что Кубок тянул меня ввысь, в водоворот ветра и цветовых пятен.

Потом мои ступни с силой ударились о землю; ладонь разжалась, и я выпустила Кубок. Определённо, это не была территория "Хогвартса". Видимо, я пролетела многие мили — а может быть, сотни миль — не было видно даже гор, окружающих замок. Я стояла на мрачном заброшенном кладбище; справа, за тисом, вырисовывался чёрный силуэт небольшой церквушки. Слева возвышался холм. Наверху можно было различить очертания красивого старого особняка. Примерно в шести футах от меня высилось мраморное надгробие, на котором я различила имя: «Томас Реддл». Кубок оказался портключом! И это не было частью задания.

Напряжённо вглядываясь в темноту, я увидела, что ко мне, уверенно пробираясь между могил, приближается какая-то фигура. Лица было не различить, но по походке, по тому, как этот человек держал руки, я догадалась, что тот что-то несёт. Кто этот человек, понять было невозможно, лицо скрывалось под капюшоном плаща, но он был невысокого роста. Потом — расстояние сокращалось — я увидела, что человек несёт на руках... ребёнка?... или это какой-то свёрток?

И вдруг, совершенно неожиданно, где-то далеко, над головой, послышался высокий, холодный голос, равнодушно сказавший:

— Убей девчонку.

Человек направил в мою сторону волшебную палочку, но я закричала: «Экспелиармос!» Палочка вылетела из его руки в мою сторону. Я подняла ее, и дальше произошло уже нечто совсем удивительное. Человек бросился ко мне, выронив сверток, по пути превратившись с облезлую рыже-серую крысу. Полосатик молнией соскочил с моей руки и схватил эту крысу зубами за шею. Хватка его была мертвая! Место было ужасным: возле могилы на огне стоял котел, в котором что-то булькало, а чуть дальше из травы выползала гигантская змея. Крыса, еще куда ни шло! Но змея показалась мне слишком опасной. Тогда я подняла сверток с ребенком, взяв его под мышку, той же рукой ухватила Полосатика, а второй рукой схватилась за кубок. Все повторилось! И я очнулась на поляне, с которой несколько минут назад исчезла. Поразмыслив, я решила отправить сигнал профессору Снейпу, оставила на поляне Кубок, потому что ребенок извивался и визжал тонким противным голосом — одной рукой мне было с ним не справиться. Я выпустила ввысь зеленую летучую мышь и пошла вслед за Полосатиком, который так и не выпускал крысу из зубов. Я шла некоторое время, а потом подумала, что профессор Снейп станет искать меня на поляне. Я позвала Полосатика и попыталась вернуться. Но стены кустов меня не пускали. После нескольких неудачных попыток разыскать поляну, я решила все же идти за котом. И тут мне на плечо легла чья-то невидимая рука.

— Милдред Хаббл! Наконец-то! Я думал, что уже не найду Вас! — это был невидимый профессор Снейп. Вернее уже не совсем невидимый — голова и плечи уже показались — зелье заканчивало действие. Я показала ему ребенка и сбивчиво рассказала обо всем, что произошло. Вы бы видели его лицо, когда он этого ребенка увидел! Он взял его из моих рук, и мы поспешили вслед за Полосатиком. Когда же мы вышли, наконец, из Лабиринта, то произошли совсем неожиданные вещи.

Навстречу нам бежал профессор Дамблдор с криком: «Слава Мерлину, она жива!» Профессор Снейп молча протянул Директору принесенного мной ребенка.

— Северус, где Вы его взяли? Неужели это…?

— Да, сэр. Именно это он. И принесла его Милдред Хаббл. Но это еще не все…

Тут он аккуратно взял крысу у Полосатика и, положив на землю, направил на нее волшебную палочку: «Фините инкантатем!» И крыса превратилась в мерзкого вида мужичонку, который хватался за окровавленную шею и завывал.

— Питер Петтигрю! — вскричал профессор Дамблдор.

— Именно, Петтигрю! — подтвердил профессор Снейп. — Хватит, Питер, нечего ломать комедию! Уж не Нагайна же тебя укусила, в самом деле! Всего лишь кот!

Остальное я узнала уже потом. Как профессор Грюм превратился в Бартемия Крауча младшего на глазах у изумленной публики. Как вызволили из сундука настоящего Грюма, как вернулись Гарри Поттер и Седрик Дигори с оставленным мною Кубком, совершив путешествие на кладбище и уничтожив ту страшную змею, пока я блуждала по Лабиринту. И как этот ребенок, которого я нашла на кладбище, оказался страшным магом Волдемортом!

Вот такая получилась история!

Надеюсь, что мы скоро увидимся!

С наилучшими пожеланиями, МХ.

* * *

Милдред Хаббл

Школа Хогвартс

Подземелья факультета Слизерин.

Дорогая Милдред!

Когда ты будешь читать это письмо, я буду очень далеко от Хогвартса. Жаль, что мы не встретились сейчас и я не поздравил тебя с успехом. Но наша встреча впереди, я надеюсь!

Ночью, когда все ученики и гости уже спали, мой брат созвал совет магов. Он пригласил министра магии Фаджа, мистера Каркарова, мадам Максим, мисс Хардбрум, трех профессоров Хогвартса — МакГонагалл, Снейпа и Флитвика, а также — меня. Был с нами и настоящий Аластор Грюм. Судьба Барти Крауча и Питера Петтигрю была решена — их отправят в Азкобан, где они давно должны были находиться. Но нам предстояло решить еще одну судьбу: того существа, которое ты приняла за ребенка, и которое оказалось «страшным магом Волдемортом»! Да, оно имело очертания сжавшегося в комок ребёнка, только трудно было себе представить что-нибудь меньше похожее на ребёнка. Оно было сырого красно-чёрного цвета, безволосое, покрытое какой-то чешуёй... Тонкие руки и ноги поражали беспомощностью, а лицо — ни у какого ребёнка не могло быть такого ужасного лица! — плоское, змееподобное, с горящими красными глазами. Существо вытягивало тонкие ручки и тонким голосом проклинало нас всех, пока Дамблдор не наложил на него заклятие молчания. Затем Альбус предложил всем высказать свои предложения. Я приведу тебе по порядку все высказывания присутствующих, так как считаю, что твоему поколению тоже интересно подумать над этим. Надеюсь, ты понимаешь, что не следует рассказывать обо всем этом посторонним.

Первым высказался Грюм — за смерть для злодея, Министр горячо его поддержал.

— Не думаю, что этим кончится, однажды он уже «умер»! — воскликнул Каркаров.

Тут выступил мой брат с предположением, что Волдеморт воспользовался древней опасной магией: пытаясь достичь бессмертия, он расщепил свою душу на несколько частей и спрятал их. Пока не будут уничтожены все, его нельзя убить. МакГонагалл предложила стереть ему память и на время поисков всех частей его души отправить в Азкобан. Северус возражал ей, что Азкобан это именно та среда, которая нужна Волдеморту для возрождения: он питается тем же, что и дементоры, и сторонники его, находящиеся в Азкобане найдут способ ему помочь. Он считал, что в данном случае нужен парадоксальный способ, связанный не с уничтожением, а с перевоспитанием. Фадж пытался поднять это предложение на смех, но Северус спокойно продолжал: «Если вернуть его память к исходной точке и попытаться начать сначала. У каждого из нас есть такая поворотная точка судьбы. Получи Барти Крауч каплю милосердия и понимания, он не дошел бы до нынешнего состояния. А если бы Томасу Реддлу изначально не показали магию, как средство устрашения, то есть как средство достижения власти над людьми и временем (тут он выразительно глянул в сторону моего брата), мы бы не имели того, что имеем»!

— Я считаю, что профессор Снейп прав, — заговорила мисс Хардбрум. — Наша школа и часть магического мира, ее окружающая, находятся на задворках магического мира. Как считают некоторые. И мы не слышали о Волдеморте. У нас свои злодеи. Но убивать их мы никогда не пытаемся. Убийство порождает ответные убийства. И каждая жизнь священна. Стоит попробовать перевоспитать злодея. При этом я бы попыталась не стирать ему память, и изъять все воспоминания до сегодняшнего дня. А затем, когда все осколки его души будут собраны и соединены в одно целое с помощью ростка добра, который есть в каждом, можно показать ему забытую часть. Если воспитание провести правильно, то он сделает правильный выбор»

— А если не сделает? Вы не знаете, о чем говорите! Даже если все так и получится, то ему придется самому покончить с собой от ужаса содеянного! — вскричал Фадж.

Я, мой брат, профессор Флитвик и мадам Максим поддержали предложение мисс Хардбрум. Альбус даже предложил себя в качестве воспитателя — он явно жаждал исправить им самим допущенную ошибку. Но Каркаров горячо возразил ему: «Ни в коем случае не Хогвартс! И не любая другая английская или европейская школа. Это слишком близко к Азкобану и его сторонникам, заключенным там! Да и при всем уважении, Ваши воспитательные методы уже дали результат. Боюсь, что это не тот случай, когда можно продолжать эксперименты. Тут надо действовать наверняка!» Тут я предложил связаться со школой Линк Оми Цинна далеко на Востоке, о которой мне недавно напомнил в своем письме Эгберт Хеллибор. В конце концов, мы некоторое время еще поспорили о деталях. А в итоге, против предложения мисс Хардбрум остался только профессор Грюм. Корнелиус Фадж уступил. В итоге я тотчас же отправляюсь к моему другу Линк Оми Цинну с важнейшим поручением. Воспоминания Волдеморта изъяли в думосброс, они будут спрятаны Альбусом. И только он будет знать, где они находятся: Фадж предлагал министерский отдел тайн, но там их будет проще выкрасть и вернуть хозяину. Конечно, такая опасность есть. Мало ли на свете дураков, стремящихся к власти! Но все присутствовавшие на совете теперь связаны Нерушимой клятвой (нарушение ее приводит к смерти), что будут участвовать в поисках частей души злодея, но не для разрушения, а для созидания из них нормальной и доброго человека.

Конечно, завтра Альбус изложит для всех версию событий, не содержащую секретов. Будет объявлено, что Волдеморт — побежден. Что ж, на данном этапе это вполне соответствует истине! Надеюсь, что в итоге мы добьемся успеха!

Пиши мне по адресу: «Путь. Аберфорту Дамблдору». Соня найдет меня, где бы я ни был.

С наилучшими пожеланиями, Аберфорт Дамблдор.

* * *

Путь.

Аберфорту Дамблдору.

Дорогой мистер Аберфорт!

Как жаль, что мы не увиделись перед вашим отъездом! Но я от всего сердца желаю вам счастливого пути! Мы уже дома. Вы были правы. Профессор Дамблдор объяснил все, как Вы и предполагали. И всех его объяснение вполне удовлетворило. Правда в конце он особо поблагодарил меня и школу мисс Кекл, потому что, как он выразился: «Не будь школы мисс Кекл, не было бы и Хогвартса»!

В последний день объявили результаты Турнира Пяти Магов. Гарри Поттер и Седрик Дигори оказались на первом месте и получили Кубок. Я — на втором. Мисс Делакур на последнем, но для нее это не главное. В предпоследний день она познакомилась с Уильямом Уизли, и он ей очень нравится, как и она ему. Драко обещал мне писать и пригласил погостить летом. Моей бабушке Джейн он тоже очень нравится, она считает его очень воспитанным и умным мальчиком. Но она не знает про значки. Неважно. Главное, у нас теперь есть друзья в других школах.

Потом наступило прощание. Карета Шармбатона исчезла в небе, как легкая птица, а корабль Драмстранга ушел под воду озера. Мы улетали на метлах. И наши коты сидели сзади. Даже Полосатик сидел спокойно. Может это Сфинкс ему намурлыкала, как не бояться полетов?! Все, кто провожал нас, аплодировали снизу. Профессор Снейп на метле отправился нас проводить и долго летел рядом с мисс Хардбрум в сторону заката. Потом он при всех нас поцеловал ей руку, она чмокнула его в склоненный затылок, и он вернулся в Хогвартс.

Мисс Кекл очень довольна. Она шлет Вам горячий привет.

Спасибо Вам за все! И пусть удача сопутствует Вам на трудном пути!

С искренним уважением, Милдред Хаббл.

Комментарий последний.

Эпилог.

А чем плохой конец? Отличный парень — Седрик Дигори — жив. И Сириус Блек тоже, а с ним живы и все убитые в седьмой книге. Гарри получил Кубок и возможность не умирать вместе с Волдемортом. А Милдред Хаббл и ее подруги очень довольные путешествием вернулись домой.

Барти Крауч, Питер Петтигрю и Волдеморт пойманы. Томасу Реддлу по выходу из лабиринта дан шанс возрождения в новом качестве, для другой жизни. И как в любой истории добрые маги всего мира стараются сохранить мировое равновесие сил зла и добра и спасти живую душу от тьмы. И как в любой истории в ее конце всегда таится начало новой. Ведь равновесие очень шаткая вещь!

Мисс Хардбрум не вышла замуж за профессора Снейпа. Возможно, они переписываются и ездят друг к другу в гости. И это замечательно, просто роскошно — ведь «самая большая в жизни роскошь — это человеческое общение!»

Спасибо и Вам, дорогой читатель, что были так любезны, общаться с автором в течение некоторого времени!

THE END.