Правила выживания для соседей по комнате (нет правил без исключений) (гет)

Ранним утром следующего дня Адриан лежал на спине, уставившись в потолок, пока бледный утренний свет проникал в его спальню. Восходящее солнце почти не облегчало тяжесть в его груди.

После фильма Маринетт так и не вышла из своей комнаты, и он напрасно прождал у её двери на всякий случай. Из-за всей этой истории с Пенни, из-за его глупой ревности и той полуправды, которую он наговорил, Адриана не покидало неприятное чувство, что он, возможно, разрушил их дружбу.

Со стоном он сполз с постели и направился к кухне, поставил вариться кофе. Он прислонился к столешнице, опустив голову, и постукивал пальцами по столу, прежде чем решил, что ему нужно смыть с себя чувство вины, и направился в ванную.

Долгий, горячий душ помог расслабить мышцы плеч, но никак не повлиял на душевное состояние. Выйдя из душа и вытерев волосы полотенцем, Адриан нахмурился и огляделся.

Полочка, где он обычно оставлял свою одежду, была пустой.

— Да ладно, — пробормотал он, оглядывая ванную. — Плагг?

Царила тишина, и от квами не было никаких следов.

Проверив время на телефоне, Адриан усмехнулся. Маринетт точно не могла встать так рано, и он мог бы пробраться в свою комнату максимум за тридцать секунд.

Он плотно обернул полотенце вокруг талии и поправил его, струйки воды всё ещё стекали по его спине. Уверенно шагнув в коридор, он тут же встретился взглядом с Маринетт.

Она резко вдохнула, застыв на месте, у её ног разбилась выроненная ей стеклянная чашка, а выражение её лица застыло где-то между ужасом и недоверием.

Адриан оглядел её, а его глаза расширились.

— Доброе утро…

— Нет, — перебила Маринетт напряжённым и высоким голосом, бесшумно переступила через осколки стекла и, захлопнув за собой дверь, исчезла в своей комнате.

Адриан вздрогнул от этого звука.

— Круто, — пробормотал он. — Отличное начало.

Он поспешил в свою комнату, оделся в рекордно короткое время и вернулся с метлой и совком. Подметая осколки, он вздохнул. Тишина в комнате Маринетт, казалось, была хуже, чем если бы она там кричала.

Выбросив осколки стекла в мусорное ведро, он направился к холодильнику, взял маркер и сделал новую отметку в графе "Нарушения правил". Покачав головой, он закрыл маркер колпачком как раз в тот момент, когда дверь Маринетт со скрипом открылась.

Она, шаркая ногами, вышла наружу с едва приоткрытыми глазами, с растрёпанными волосами и сумкой на плече.

— Я пошла на учёбу, — пробормотала она, даже не глядя на него. Если бы Адриан не был внимателен, он мог бы и не услышать этой фразы.

Он моргнул, отчаянно пытаясь скрыть страх на лице.

— Ты… не хочешь, чтобы я тебя проводил?

Она покачала головой, но по-прежнему не смотрела на него.

— Встреча с Альей.

Прежде чем Адриан успел пошевелиться, она исчезла, а за ней со щелчком захлопнулась входная дверь.

Адриан прижался лбом к холодильнику и застонал. "Молодец, Агрест. Все прошло безупречно".

* * *

Маринетт захлопнула за собой дверь квартиры, её руки всё ещё были теплыми от того, что она прикрывала ими глаза, словно это могло каким-то образом стереть этот образ из её памяти.

Полотенце. Просто полотенце. Больше ничего. Ни рубашки. Ни штанов. Просто полотенце.

Она спустилась на лифте, щеки у неё всё ещё горели, и она чуть не споткнулась, когда полубегом сбежала по ступенькам. Дойдя до тротуара, она оглянулась через плечо, а затем поспешила быстрым шагом, словно тротуар был из кипящей лавы. Тикки, которая едва успела застегнуться в сумочке, теперь выглянула и искоса посмотрела на свою владелицу.

— Встреча с Альей, да? — сухо спросила квами. — Так что, ты сегодня лжёшь Адриану, самой себе или вам обоим?

— Я не могу говорить. Слишком стыдно. Мозги просто взорвались, — пробормотала Маринетт, лицо которой всё ещё было багровым. — А ещё… я почти уверена, что нарушила как минимум три правила, пялясь на него вот так.

Тикки вздохнула, но не стала спорить. Она давно поняла, что не стоит искать смысл в чувствах Маринетт к Адриану. Тикки снова взглянула на Маринетт, усмехнувшись её покрасневшим щекам, — всё из-за того, что одна мокрая бывшая модель решила надеть полотенце опасно низко на бёдра.

Маринетт остановилась у светофора и снова закрыла лицо руками, застонав.

— Как будто ему было всё равно, что я там! Просто утро и…

— Маринетт, ты не дала ему ни единого шанса…

— У нас не просто так есть правила! Правило второе гласит — никакого хождения без рубашки. А это было уже не просто "хождение без рубашки". Это было… это было… ох, мне нужно поговорить с Альей.

Маринетт, пока ожидала смену цвета светофора, неуклюже возилась с телефоном и в итоге написала Алье:

"Ты мне нужна. Экстренное совещание. Адриан, он просто... Душ. Полотенце. Мне нужна терапия. 112"

"Я уже в кафе. Пожалуйста, не взорвись, прежде чем доберёшься сюда. Нужны подробности."

Маринетт поспешила по дороге в кафе, расположенное прямо по соседству с универом. Из-за близости к нему они часто туда ходили.

Колокольчик над дверью кафе зазвенел, когда Маринетт, всё ещё слегка запыхавшаяся и с покрасневшим от стыдливого побега из квартиры лицом, вошла внутрь. Алья уже сидела за их любимым столиком в углу, рядом стояли две большие чашки кофе и круассан, от которого она откусила кусочек, но бросила его при виде подруги.

Маринетт скользнула на сиденье напротив и, ударившись головой о стол, пробормотала приглушённо:

— Всё намного хуже, чем я написала в сообщении.

Аля подняла брови.

— Хуже, чем "Адриан. Душ. Полотенце. Терапия"?

Маринетт застонала.

— Это была катастрофа.

— Значит, обычный вторник, — усмехнулась Алья, подталкивая к ней чашку. — Выпей кофе и скажи мне, насколько низко было полотенце.

Маринетт не двинулась с места и прошипела:

— Алья!

— Я просто хочу сказать, что у инцидентов с полотенцами бывают разные уровни. Это был, например, халат, как в отеле, который держался крепко? Или всё же полотенце, которое находится в шаге от катастрофы из-за силы тяготения?

Маринетт издала сдавленный звук, ее лицо снова покраснело, и она заскулила, уткнувшись в стол.

— Значит… ты всё-таки не преувеличила?

— Я думаю, он решил, что я ещё сплю! — Маринетт села и схватила кофе, словно это был спасательный якорь. — Он просто вышел из ванной вот так! А я… я только что налила кофе! Я… я завернула за угол и… бац! Пресс. Вода. Волосы, такие пушистые и золотистые… Алья, это было что-то невероятное!

Аля моргнула, пытаясь осмыслить ситуацию.

— Хорошо, но чтобы уточнить… он не хотел этого делать? Он не пытался как-то странно флиртовать?

— Нет! Он выглядел таким же удивленным, как и я! — Маринетт закрыла лицо руками. — Он замер. Я замерла. А потом просто… убежала.

Алья откинулась назад, с весёлым и слегка сочувственным выражением лица.

— Нет, девочка, зная тебя, ты именно сбежала.

— Я не знала, что ещё делать! — прошептала она. — Там был только Адриан. Мокрый. И полотенце.

Алья отпила глоток кофе, все еще ухмыляясь.

— Так всё-таки, насколько низко было полотенце?

Маринетт издала приглушенный писк и яростно помотала головой.

— Нет. На ЭТО я отвечать не буду.

— Да ладно! Мне нужна точность. Это было что-то вроде "неловко, но без пошлости" или "мне нужна святая вода и новые глаза"?

— Алья!

— Хорошо, хорошо, — засмеялась она. — Но будь честной — сколько правил ты нарушила?

— По крайней мере, два, — пробормотала Маринетт в свою чашку. — Может быть, три. Определенно номер один, а может быть, и номер семь.

— Я до сих пор не могу поверить, что ты сбежала.

— А что мне оставалось делать? Просто стоять и любоваться им?

— Ну, я бы попросила его покрутиться, — небрежно заметила Алья. — Но это только мое мнение.

Маринетт издала низкий и глубокий гул:

— Остановись, пожалуйста. Я не могу.

— Я просто хочу сказать, что Адриан, возможно, умеет пользоваться полотенцами лучше, чем мы думали.

— Да чтоб тебя, Алья!

Алья снова рассмеялась, затем наклонилась вперед, понизив голос.

— Хорошо, но если серьёзно — какой у тебя план? Потому что твоя реакция уже совсем не похожа на реакцию "просто соседки по комнате".

— У меня есть план, — сказала Маринетт, выпрямившись. — Он простой и логичный. Я буду встречаться с другим человеком.

Алья вздохнула.

— Ты будешь — что?

— Я просто... буду встречаться с кем-нибудь другим, — повторила Маринетт, решительно кивнув. — Отвлекусь. Перезагружу мозги. Всё в порядке. Люди так делают постоянно.

— О, конечно. Классика жанра, — усмехнулась Алья. — Значит, ты собираешься поговорить с той девушкой, из-за которой Адриан ревновал?

Маринетт чуть не подавилась кофе.

— О нет, нет! Я тогда умру. Просто взорвусь на месте. Она же подруга Адриана, и я просто… нет, нет, точно не с ней.

— Тогда кто? — спросила Алья, с любопытством прищурив глаза.

— Ну… — Маринетт побарабанила пальцами по чашке. — Есть один парень из моего класса теории дизайна, который иногда со мной флиртует. Он друг Луки. Его зовут Мило.

Алья опустила глаза и покачала головой.

— Тот, что всегда в странных солнцезащитных очках?

— Они не такие уж и странные, — защищаясь, сказала Маринетт. — А он… хороший. Весёлый. Уверенный в себе. Он несколько раз приглашал меня на свидание… Я всегда ему отказывала, но…

— Кажется, ты говорила, что он слишком много рассказывает о себе, и назвал твои скетчи "очаровательным ретро".

— Да, он так и сказал. Но, может, это был комплимент? — Маринетт поморщилась. — Слушай, дело в том… может, я смогу его полюбить. Или… просто научиться. Мне нужно что-то сделать, Алья.

Алья медленно помешивала кофе.

— Или же тебе стоит послушать меня внимательно, и не строить личную жизнь на панике и неразрешённой психической травме от полотенца?

Маринетт застонала.

— Я не паникую!

— Ты паникуешь.

— Я контролирую ситуацию!

— Ты убегаешь от ситуации. И эмоционально, и в буквальном смысле.

Маринетт вздохнула, откинув голову на спинку стула.

— Ну почему он такой добрый? И уважительный? И сияющий? И... с таким прессом?

Алья фыркнула.

— Да, это будет трудно развидеть.

— Я не хочу это развидеть, — прошептала Маринетт, широко раскрыв глаза. — В этом-то вся и проблема.

Они помолчали немного, прежде чем Алья протянула руку через стол и сжала её ладонь.

— Что бы ни случилось, я с тобой. Будь то поддержка во время неловких свиданий с Майло или помощь в решении проблем с твоим невероятно привлекательным соседом по комнате.

Маринетт слегка улыбнулась.

— Спасибо тебе.

— Но если серьёзно… в следующий раз, когда тебя застанет врасплох отсутствие одежды у Адриана, не убегай. Просто притворись, что тебе позвонили, или что-то в этом роде.

— Я учту это.

— И ещё, — сказала Алья с лукавой ухмылкой, — если он когда-нибудь совсем забудет полотенце, то позвони мне. По видеосвязи.

* * *

Адриан поправил воротник рубашки, выходя из квартиры, все еще слегка озадаченный тем, как быстро Маринетт убежала этим утром. Секунда — и он выходил из ванной, ещё секунда — и она, пискнув, как испуганная кошка, исчезла в своей спальне, а затем и вовсе выбежала из квартиры.

Он даже не успел как следует с ней поздороваться, и теперь, опаздывая в универ, шёл растерянный и немного обеспокоенный тем, что так травмировал свою лучшую подругу, объект своей симпатии и соседку по комнате в одном лице.

— Итак… — протянул Плагг, лениво паря рядом с головой Адриана, — каково это — быть главной звездой сегодняшнего утра?

Адриан застонал и отогнал квами.

— А может, не будем это снова обсуждать?

— Да ладно, сегодня утром был просто сплошной, неприкрытый, идеальный хаос. Я тобой горжусь.

— Я не пытался посеять хаос.

Плагг усмехнулся.

— Но ты же это сделал. Она убежала от тебя, малыш.

Адриан вздохнул.

— Я думал, она ещё спит. Я забыл свою одежду. Это была ошибка.

— Конечно-конечно, — без тени доверия к его оправданиям ответил Плагг. —Совершенно случайная ошибка. Совсем не подсознательная, потому что ты абсолютно не тоскуешь втайне, и вовсе не надеешься на какой-то прогресс.

Уши Адриана покраснели.

— Это не так!

— Ладно, ладно, — зевнул Плагг. — Так что, мы будем делать вид, что тебе не понравилось, как она замерла и смотрела на тебя целых три секунды, прежде чем сгорела?

Адриан посмотрел на тротуар и пробормотал:

— Ладно, может быть, самую малость, но мне понравилось...

Плагг разразился смехом.

— Я так и знал, что тебе понравилось! Адриан, ты — угроза!

— Она даже не задержалась, чтобы подшутить надо мной. Она всегда подшучивает.

— Что ж, поздравляю, ты вскипятил ей мозги.

Адриан слегка рассмеялся и вздохнул.

— Написать ей сообщение? Извиниться?

— Зачем? Чтобы было совсем жарко? Пожалуйста, не надо.

— Я просто хочу сказать... возможно, это немного сгладит неловкость.

Плагг усмехнулся.

— Ты всегда будешь неловким, парень.

— Спасибо. А теперь исчезни, пока тебя никто не увидел. — Адриан уже добрался до ворот универа, и меньше всего ему хотелось, чтобы кто-нибудь увидел парящего чёрного кота рядом с его головой.

Плагг едва успел исчезнуть, как рядом с Адрианом, словно призванный дух, появился Нино.

— Чувак, — усмехнулся Нино, обнимая Адриана за плечи. — Ты в порядке? Я, кажется… вроде… получил сообщение от Альи с просьбой узнать, как ты.

Адриан нахмурился, а затем покачал головой:

— Что? Нет, со мной все в порядке.

— Так говорят, когда всё плохо, — сказал Нино, прищурив глаза. — Это из-за Маринетт?

Адриан чуть не споткнулся.

— Что? Нет! То есть… да? Может быть. Вроде того.

— Я так и знал! — Нино посмотрел на него с выражением лица, в котором смешались самодовольство и сочувствие. — Ладно, что случилось? Вы поссорились? Она узнала, что ты оголтелый анимешник?

— Нет, ничего из этого, — пробормотал Адриан, потирая затылок. — Просто… я забыл свою одежду сегодня утром.

Нино замер, повернув Адриана к себе.

— Что-что ты натворил?

— Я вышел из душа и понял, что оставил одежду в своей комнате, — быстро объяснил Адриан. — Я думал, что Маринетт ещё спит. Я не думал, что кто-нибудь меня увидит… но она увидела. А потом она рванула. Просто покраснела и убежала в свою комнату.

Нино уставился на него.

— Полотенце… или без полотенца?

— Ты серьёзно? Я был в полотенце, Нино!

— Значит, ты вышел из ванной только в полотенце, и она тебя увидела?

Адриан застонал.

— Да.

— А потом убежала.

— Да!

Нино расхохотался.

— Ладно, ладно… извини, но это потрясающе. Чувак, ты её сломал.

Адриан бросил на него косой взгляд.

— Ты ничем не помогаешь.

— Нет, но это же отпад, — Нино толкнул его локтем. — Так… ты собираешься поговорить с ней об этом?

Адриан замялся.

— Не знаю. Может, она просто не захочет. Она выглядела… смущённой.

— Ну да, я понимаю… она видела тебя полуголым. Это бы любую потрясло. Но вы теперь живёте вместе. Вы близки. Нельзя же просто притворяться, что ничего не произошло.

Адриан беспомощно пожал плечами.

— Не знаю. Всё теперь кажется сложнее, чем раньше. Когда мы ещё были в пекарне, было проще… Возможно, я переоценил, насколько это будет сложно.

— Ну да, — сказал Нино. — Ты повзрослел, стал привлекательнее и переехал к девушке, в которую был влюблён много лет. В этом совсем нет ничего сложного, это прямо-таки сюжет для романтической комедии.

— Я просто не могу этого сделать.

— Сегодня просто дай ей немного личного пространства, — посоветовал Нино. — И, возможно, в следующий раз воспользуйся вторым полотенцем.

Адриан кивнул и рассмеялся.

— Принято к сведению.

Нино ухмыльнулся и показал ему большой палец вверх.

— Ну же, мой юный друг. Давай представим, что мы готовы к сегодняшнему экзамену.

* * *

Когда Маринетт после занятий вошла в пекарню, и над дверью прозвенел колокольчик, тепло и запах дома мгновенно заставили ее плечи обмякнуть и расслабиться. Она едва успела закрыть дверь, как…

— Маринетт! — раздался из кухни голос её матери. — Ты здесь!

— Привет, мам, — сказала она, стараясь говорить непринуждённо и совсем не так, будто вот-вот взорвётся.

Затем высунул голову Том.

— Наша милая девочка вернулась из страны… неловких встреч с полотенцами!

Маринетт вытаращила глаза и замерла на полушаге.

— Что…

— О, не волнуйся, — спокойно ответила Сабина, вытирая руки полотенцем. — Алья держит меня в курсе.

— Сообщение за сообщением, — добавил Том, ухмыляясь. — Твоя скорость побега из дома особенно впечатляет.

Маринетт уткнулась лицом в ладони.

— Пожалуйста, перестаньте говорить!

— Мы очень гордимся тобой, — сказал Том, выходя из-за прилавка и раскрывая объятия. — Иди сюда, моё храброе, эмоционально паникующее дитя.

— Никаких объятий, — проворчала она, отмахиваясь от него и устремляясь прямиком на заднюю кухню. — Я спрячусь.

— Ты пришла прятаться в пекарню? — спросила Сабина, следуя за ней с жестяной банкой печенья. — Стоило бы выбрать место, где нет твоего отца.

Том ахнул.

— Предательство!

— Не знаю, о чём я думала, — пробормотала Маринетт, драматично плюхаясь на табуретку у разделочного стола.

Сабина протянула ей тёплое печенье.

— Держи. Для подкрепления сил.

— А если захочется что-то поколотить, — бодро сказал Том, — там сзади есть свежая партия теста, которая прямо-таки напрашивается на это.

Маринетт устало улыбнулась им обоим.

— Вы двое — самые бесполезные и одновременно самые полезные люди, которых я знаю.

Сабина вскинула бровь.

— Он хотя бы хорошо выглядел?

— Мама!

— Я просто говорю!

— Я уронила чашку и убежала, ясно? Я даже не помню, что видела. Не знаю, это была сплошная паника, полотенце, волосы — уф-ф-ф!

Том просиял.

— Значит, он всё-таки хорошо выглядел.

Сабина молча и не глядя сунула ему в руку пятиевровую купюру.

Маринетт простонала в своё печенье.

— Вы оба чудовища.

Сабина тепло улыбнулась.

— И ты всегда можешь сбежать сюда, когда твои чувства станут слишком большими для твоей крошечной кухни.

— Она имеет в виду крошечное полотенце Адриана, — прошептал Том.

— Папа!

* * *

Адриан стоял на кухне, глядя на идеально накрытый стол с двумя тарелками своей любимой еды, которая радовала его всё больше с каждой минутой.

Он вздохнул, снова взглянул на часы, затем на дверь, потом на телефон, после чего нахмурился.

Плагг лениво парил над столом, жуя кусочек камамбера, словно ни в чём никаких проблем не было.

— Она уже должна была быть дома, — пробормотал Адриан, расхаживая между столом и диваном. — Она всегда пишет сообщения, когда опаздывает.

Плагг не поднял глаз.

— Ты сам мог бы написать ей сообщение.

— Я не могу просто… а вдруг она всё ещё злится?

— Она сбежала. От тебя. Потому что ты был в полотенце, а не потому, что замышлял план мирового господства.

Адриан застонал и плюхнулся на диван.

— Мне не стоило выходить из ванной. Надо было перепроверить. Я думал, что она спит.

Плагг закатил глаза.

— Ты думал, что она спит, поэтому промчался по квартире в полотенце, как в рекламе шампуня?

— Да это же было бы всего три шага, вовсе не победное шествие!

Плагг подплыл ближе, ткнув Адриана сыром в лоб.

— Она увидела не модель в полотенце, Адриан. Она увидела тебя в полотенце. Это разные вещи.

Адриан откинулся назад, прикрыв лицо подушкой.

— Думаешь, она меня избегает?

— Безусловно.

Он снова застонал:

— Может, мне пойти её искать? Это будет выглядеть странно?

— Очень даже будет.

Адриан сел.

— Хорошо. Хорошо. Мне просто нужно подождать. Сохранять спокойствие. Ей, наверное, просто нужно было побыть одной. Вот и всё. Ничего страшного.

Плагг подплыл обратно к столу.

— Ты весь в поту.

Адриан бросил на него сердитый взгляд, но тут входная дверь со скрипом открылась. Он вскочил с дивана, словно его ударило током, и чуть не грохнул журнальный столик, пытаясь скорее добежать до дверного проема.

Маринетт вошла, тихо закрыв за собой дверь.

— Привет, — тихо сказала она, её плечи были напряжены под курткой, и она почти не смотрела на него.

Адриан виновато улыбнулся.

— Ты вернулась.

Она вздохнула и выдала натянутую улыбку, прежде чем слишком резко сбросить туфли.

— Да. Извини. Я, э-э… ходила в пекарню.

— Хорошо, — быстро кивнул он. — Всё в порядке. Я просто… э-э… не знал. Ты не написала. Не то чтобы это было нужно! Но я просто… понимаешь. Ужин… был… ну, он уже остыл. Но я его приготовил.

Он отошёл в сторону, чтобы она могла увидеть печальный, нетронутый стол.

Маринетт растроганно уставилась на это, широко раскрыв глаза.

— Ты готовил?

— Я пытался. — Он почесал затылок. — Я подумал… может, мы могли бы поговорить?

Маринетт вздохнула и бросила сумку у стены.

— Я правда не хочу говорить об этом утре.

Адриан издал какой-то звук.

— Нет! Определённо нет. Это… это мёртво и похоронено. Полноценно похоронено. Всё, мы с этим попрощались и вы больше не увидитесь.

Маринетт фыркнула, прошептав "спасибо", и наконец посмотрела на него. Её взгляд стал мягче прежнего.

— Тебе не обязательно было готовить, ты же знаешь.

— Знаю, — он замялся. — Но мне хотелось. Алья сказала, что у тебя выдался тяжёлый день… эм…

Её глаза сузились.

— Она тебе написала?

— Она мне позвонила, — поправил Адриан. — И вынесла мне все мозги по поводу правил и полотенец.

Маринетт закрыла лицо обеими руками.

— О нет. Конечно, она тебе позвонила. Конечно, она также рассказала моей маме, которая рассказала моему папе, и они никак не могли остановиться со своими шутками про полотенца и…

— И Сабина прислала мне подмигивающий смайлик.

— Всё! Я переезжаю на Марс!

Адриан улыбнулся.

— Пожалуйста, не надо. Я приготовил карри.

Она снова посмотрела на стол, затем на него.

— Карри?

— С настоящими приправами, — с гордостью сказал он. — Я даже рис приготовил. В рисоварке. Правда, мне для этого пришлось про неё погуглить.

Маринетт выдохнула, и наконец начала расслабляться.

— Хорошо. Хорошо, это было очень мило. Я не могу долго злиться, если есть карри.

— Щедрая похвала!

— Я всё ещё злюсь на Алью.

— Думаю, ей всё равно.

Маринетт фыркнула, подумав о своей чересчур назойливой подруге:

— Может быть и нет.

Адриан подвинулся, чтобы Маринетт могла подойти к столу. Её лицо все еще было немного строгим, но глаза у неё были мягкие и широко раскрытые.

— Помимо… э-э, шуток про полотенца, как ещё прошёл визит к родителям?

— Знаешь, папа... — вздохнула она, прежде чем взглянуть на него.

Он усмехнулся, наблюдая, как она открывает ящик стола.

— Всё так плохо, да?

Маринетт открыла ящик и достала две вилки.

— Мой папа рассказывал Адриану анекдоты.

— Но я же Адриан.

— Нет, типа, это шутки в стиле папы Адриана.

— О, нет.

— О, да.

Адриан потянулся к микроволновке за разогретым карри.

— Что ж, к твоему счастью, у меня новое правило: никаких каламбуров за час до еды.

Она прищурилась и спросила:

— Ты это и на холодильник напишешь?

— Я могу.

Она снова улыбнулась, на этот раз искренне.

— Заманчиво.

* * *

Спустя несколько часов в квартире воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим жужжанием посудомоечной машины и изредка проезжающими за окном автомобилями.

Маринетт переоделась в большую толстовку и пижамные шорты, волосы собрала в свободный пучок. Она свернулась калачиком в углу дивана, поджав ноги, и потягивала из кружки чай, который ей заварил Адриан. Она даже не была уверена, какой именно чай, но он был тёплым, сладким и определённо помогал ей успокоиться.

Через несколько минут вошёл Адриан, босиком, но в футболке и домашних штанах. Он плюхнулся на диван рядом с ней, откинув голову назад и издав чересчур драматичный вздох.

Она глубоко вздохнула, прежде чем взглянуть на него:

— У тебя тоже сегодня тяжёлый день?

Он повернулся, ровно настолько, чтобы посмотреть на неё и слегка улыбнулся.

— Эмоционально истощающий. Я травмировал свою лучшую подругу, меня дразнили мой квами и другая лучшая подруга. Пришёл домой в панике, приготовил еду, и снова запаниковал, когда меня эмоционально добили пассивно-агрессивные смайлики от Сабины.

Маринетт фыркнула, отпивая чай.

— Звучит ужасно. Прости, что я всё усугубила… и прости меня за маму, она бывает… ну, ты понимаешь.

— Да. Я просто рад, что они меня всё ещё любят. Можешь себе представить, если бы они меня не любили? Твой отец был бы здесь, готовый бросить меня в Сену за то, что я посмел показать свою наготу его бедному драгоценному ребёнку.

Хихикая, Маринетт повернулась и мягко улыбнулась ему:

— Спасибо еще раз… ну, за ужин. И… ну, за то, что ты здесь… за то, что ты такой, какой есть.

Он склонил голову в её сторону, всё ещё опираясь на спинку дивана:

— Я всегда буду здесь, Букашка. Надеюсь, ты это уже знаешь. Мы с тобой вместе, помни.

Что-то в его голосе заставило её сердце забиться сильнее, и она, поёрзав, поставила кружку на журнальный столик.

— Прости, что я так убежала.

Адриан отвернулся от неё и рассмеялся:

— Мне не стоило думать, что ты спишь. Это моя вина.

— Да ладно… — она посмотрела на него. — Это было всего лишь полотенце.

Адриан, опираясь на руки, ухмыльнулся и поднял бровь.

— Твоё лицо тогда говорило совсем другое.

— Меня застали врасплох!

— Мной?

— Клянусь твоим прессом! Я не была готова, Адриан!

Он весело рассмеялся, а она застонала, закрыв лицо руками, её щеки горели огнем.

— Ты ужасен, — пробормотала она.

— А ты просто очаровательна.

Маринетт прикусила губу, когда он откинулся назад, положив руки на спинку дивана, достаточно близко, чтобы дотронуться до неё, но не касаясь.

— Ты в порядке? Правда?

Маринетт кивнула и тихо ответила:

— Да. Просто… устала.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда отдохни. Завтра за мной завтрак.

— Ты опять готовишь?

— Нет, я встану рано, чтобы сходить за круассанами и притвориться, что я их приготовил.

Маринетт улыбнулась, и её взгляд смягчился.

— Я поставлю будильник.