Незначительные последствия, или Краткое руководство о том, как делать не надо (джен)

Примечания от автора:

Эта глава посвящается моему любимому блогеру. Кто это — можете попробовать угадать, прочитав главу. А если вам не хочется или вы не угадали, можете подписаться на тгк автора, там будет вся актуальная информация по фанфику и прочим авторским хулиганствам: https://t.me/obrivki_realnostei

Приятного чтения 💋

Этим утром Том Энтони Найт был очень и очень рад. Можно даже сказать, счастлив. Два долгих месяца каникул наконец окончились, и он возвращался в Школу чародейства и волшебства Хогвартс. Более того — теперь он был префектом пятого курса, а это звание далось ему потом и кровью (то есть, упорной учёбой и видимостью примерного поведения), так что он имел право радоваться вдвойне.

Змеиная усмешка скользнула по тонким губам и исчезла, когда юноша вошёл в здание вокзала Кингс-Кросс.

Омрачало его радость, пожалуй, одно: в Хогвартс в этом году должен был приехать Гарри Поттер. Большинство знакомых Тома были уверены, что юный герой Магической Британии, если он вообще существует, согласно всем правилам должен поступить на Гриффиндор. А это означало, что противостояние змеиного и львиного факультетов только усилится.

Том уныло подумал о том, сколько драк ему придётся разнять.

На вокзале было шумно и людно: отовсюду раздавались крики и гудки поездов, кто-то кого-то толкал, а под ногами путались чужие чемоданы. Путь из Тинворта сюда в прошлом году составил настоящий квест: первые три курса дед Энтони отвозил его на машине, но в четырнадцать Том заявил, что уже достаточно самостоятельный, и вполне в состоянии добраться до Лондона своим ходом. Дорога до заветного Хогвартс-экспресса заняла тогда не меньше пяти с половиной часов, а чтобы приехать заранее, пришлось встать едва ли не в три часа утра. Впрочем, Том и не подумал пожаловаться: это приключение стоило того.

В этом году, однако, он додумался подключить камин в их доме к каминной сети, и именно это позволило юноше даже устроиться на подработку во "Флориш и Блоттс". Лето в компании книг вышло просто отличным, к тому же, на работе Том мог колдовать, а это тоже было немалым плюсом.

Так что теперь, чтобы добраться до вокзала, ему достаточно было ступить в камин и произнести "Дырявый котёл", а уж оттуда доехать на метро не составляло труда. Метро Тому нравилось, и пусть кто-то мог счесть это дурацким маггловским развлечением, маги до такого не додумались.

Том прошёл сквозь барьер на платформу 9 и 3/4. Здесь, в клубах пара, виднелся ярко-красный блестящий поезд, сновали волшебники и низлы. Кто-то был одет крайне нелепо, и по этим одеждам можно было легко вычислить чистокровных, которые понятия не имели, как должен выглядеть приличный маггл, но пытались слиться с толпой, дабы не нарушать Статут. Получалось у них явно плохо, и Том едва заметно ухмыльнулся: такая необразованность всегда забавила его.

Он проследовал к первому вагону — вагону старост. Когда его нога была уже на подножке, он замер. Где-то в районе солнечного сплетения образовалось странное чувство: будто кто-то подцепил пальцем туго натянутую струну. Раз, другой...

Том резко развернулся, едва не свалившись с подножки и не уронив чемодан — как нелепо! — и впился взглядом в толпу, откуда, как ему показалось, шла странная вибрация.

Но чувство уже ушло, а толпа ничем примечательным не выделялась. Ещё несколько секунд он внимательно изучал вокзал, но его грубо прервали тычком в плечо:

— Эй, Найт, привет! Ты чего застыл столбом?

Том медленно обернулся. Это был Эдриан Пьюси, его однокурсник.

— Здравствуй, Пьюси, — Том внимательно оглядел однокурсника с головы до ног. — Здесь запрещено стоять?

Пьюси расплылся в широченной улыбке. И без того растрёпанные пшеничные волосы он взъерошил пятернёй и покачнулся с пятки на носок.

— У тебя было такое лицо, будто ты боггарта встретил, вот я и спросил, — пожал плечами Эдриан.

— Я хотел высмотреть Гарри Поттера, — солгал Том. — Было бы неплохо, если бы он поступил к нам, не думаешь?

— Гриферы удавятся от зависти, а директору придётся обратить на нас внимание, — понимающе кивнул Пьюси и ухмыльнулся. — Пошли к нам в купе, — он приглашающе махнул рукой.

Том покачал головой.

— Я префект, и должен быть в первом вагоне.

Пьюси поскучнел.

— Заучка ты, Найт, вот ты кто, — беззлобно проворчал он. — Вы с Фарли, оба одинаковы.

Эдриан ушёл куда-то дальше, а Том провожал его с полуулыбкой. Пьюси жестоко ошибался, сравнивая его с Фарли. Джемма была, конечно, примерной и неглупой девушкой, но от Тома отличалась разительно. Хорошо, что Эдриан ошибался.

Том располагался в поезде, когда в купе ввалилась Фарли. Она грохнула чемодан на пол и упёрлась руками в колени.

— Фух, — выдохнула она, качая головой. — Я проспала, представляешь? Думала, опоздаю, неслась сюда, как угорелая...

Том едва заметно повёл бровью.

— И тебе привет.

— Привет-привет, — Фарли вяло помахала рукой, всё ещё пытаясь отдышаться. — Так и знала... фух... что ты тоже префект.

Том фыркнул. Конечно, знала, она ведь твердила об этом весь прошлый год.

"Помяните моё слово, Найт будет префектом в следующем году!" — сообщала она соседям по гостиной чуть ли не каждый день.

— Ты не могла бы выйти? — поинтересовался Том, когда она наконец выпрямилась. — Мне нужно переодеться.

— Главное, перед зеркалом надолго не застревай, — усмехнулась Фарли, выходя из купе, и захлопнула за собой дверь.

Том выдохнул и покачал головой. И следующие три года ему предстоит провести в этой чу́дной компании...

Он надел мантию и прикрепил значок префекта над гербом факультета. В оконном стекле отразилось его лицо. Бледные губы изогнулись в тонкой улыбке, руки с длинными пальцами поправили аккуратную волну тёмной чёлки, затянули потуже зелёный галстук.

Том вышел из купе и пропустил внутрь Фарли. В коридоре уже собирались старосты других факультетов, и со старших курсов тоже. Кто-то поздоровался с ним, и Том здоровался в ответ. Перси Уизли, префект с Гриффиндора, тоже с пятого курса, надменно взглянул на него и вышел из вагона.

Том едва удержался от насмешливого фырканья. Перси стоило бы поступить на Слизерин пять лет назад: такое высокомерие определённо было присуще скорее самым чистокровным снобам, чем нищим предателям крови.

Подошёл Нортон Фром, семикурсник и староста школы. Он считался гордостью Слизерина и планировал после окончания Хогвартса стажироваться в Отделе Тайн. По слухам, уже после пятого курса ему пришло приглашение на стажировку после ЖАБА, потому что тогда было какое-то Министерское мероприятие, на котором Фром показал себя с наилучшей стороны.

— Что, Найт, волнуешься? — ухмыльнулся он.

— Я бы волновался, если бы мне пришлось убивать директора, — нагло ответил Том. — И то, навряд ли.

Улыбка семикурсника стала шире.

— Змеиное холоднокровие полезно, — одобрительно заметил он и ушёл дальше.

Когда все префекты собрались в одном вагоне, стало тесно и шумно. Том облокотился на стенку рядом с окном и скрестил руки на груди, наблюдая за происходящим. Старосты школы призвали к порядку, и постепенно шум утих. Начался инструктаж префектов.

* * *

Поезд тронулся. Том шёл в середину поезда, где ему предстояло дежурить первую треть поездки, патрулируя выделенный ему вагон, и думал. Думал он о том, что это было на вокзале, и стоит ли ему волноваться. По всему выходило, что стоило.

Просто так это — он решил обозначить аномалию так, чтобы было удобнее, — так вот, это не могло произойти просто так. Что-то случилось, и, вероятнее всего, случившееся было как-то связано с его магическим ядром. Извне или снаружи пришло это? — мучил его вопрос. В любом случае, оно сулило проблемы, и, похоже, немалые.

Как будто ему и так мало забот...

Том раздвинул тяжёлые двери четвёртого вагона и шагнул внутрь. Двери грохнули друг о дружку за его спиной, но юноша не обратил внимания на резкий звук: в груди вновь завибрировало, в несколько раз сильнее, чем на вокзале. Том застыл, пытаясь унять неуместную дрожь в пальцах. Рука потянулась к палочке.

Дверь ближайшего купе слева резко открылась, и оттуда кто-то вылетел. Этот кто-то споткнулся о порог или о собственные ноги, неловко взмахнул руками и упал прямиком на Тома.

Он почти не ощутил столкновения, но вспыхнувшие вслед за ним искры перед глазами запомнил отчётливо. В груди взорвалось солнце: струна, которую до этого кто-то непрестанно дёргал, с отвратительным щелчком лопнула и пустила дрожь по всему телу. В ушах стоял гул, будто изо всех сил камертон грохнули об пол.

Том отшатнулся — некто из купе полетел вслед за ним, — сильно ударился затылком о перегородку между окнами, и перед глазами поплыли мутные белые пятна. Прежде чем всё залило ярким белым светом, он успел почувствовать твёрдые ладони на своей груди и оказавшиеся под руками хрупкие плечи.