Угуландские прятки (джен)

— Сколько тебе? Шесть дюжин лет?

Голос прозвучал откуда-то сверху. Палящее полуденное солнце беспощадно освещало каждый уголок кабинета Великого Магистра. В центре стоял стол из светлого дерева. За столом никого не было, и Джамис растерянно застыл на пороге.

— Да здесь я.

Лойсо Пондохва материализовался на потолке из пятна солнечного света, льющегося из огромного витражного окна, сделал небрежное движение рукой, подплыл к креслу и грациозно в него опустился.

Джамис моментально забыл о том, что ещё минуту назад боялся заходить в кабинет. Имя Великого Магистра Ордена Водяной Вороны наводило страх как на адептов этого самого Ордена, так и на все население Соединённого Королевства без исключения, но в присутствии этого человека можно было испытывать только восхищение и желание находиться рядом постоянно.

— Послушники редко доживают до твоего возраста, — хищно улыбнулся Магистр Лойсо и повернулся к окну, из которого нещадно палило солнце. Казалось, что он совсем не щурился, когда смотрел в упор на его нестерпимое сияние.

— И почему, собственно, ты должен быть исключением? — тихо добавил он, поворачиваясь к парню лицом.

Глаза Магистра как будто бы вобрали в себя солнечные лучи и теперь испускали их на собеседника, просвечивая его насквозь. Но Джамис даже не поежился. Если это ослепительное существо хочет убить его прямо сейчас — это же лучшее, что может случиться с человеком. Невозможно этого не понимать.

— Да ладно тебе, — хохотнул Великий Магистр, бросив на стол самопишущую табличку, которую вертел в руках. От его смеха потолочные балки начали скрипеть, а стекла в окнах ощутимо затряслись. — Я ценю твою готовность умереть в любой момент — это говорит о том, что ты действительно достоин быть одним из нас. И рад, что не зря тебя выбрал и возился с тобой здесь пять дюжин лет. Но сейчас я всего лишь имел ввиду, что тебе уже пора переезжать на второй этаж.

Сердце Джамиса сладко и тревожно замерло от этих слов. На втором этаже резиденции Ордена располагались комнаты Младших Магистров.

— Но есть одна проблема... — задумчиво протянул Магистр Лойсо.

Он отбросил прядь светлых волос с лица и многозначительно посмотрел на послушника. Лойсо Пондохва, самое восхитительное существо во вселенной, сейчас сам казался вторым солнцем. Хотя... Ещё вопрос, какое считать первым.

— Ты знаешь, откуда взялся обычай заканчивать дела и оплачивать счета до последнего дня года?

От растерянности Джамис приоткрыл рот.

— Конечно, откуда бы тебе знать? — махнул рукой Великий Магистр. — Это, по сути, простенькое суеверие обывателей, но основано на действительно важном опыте.

Он взглянул на парня, и тот снова почувствовал себя просвеченным насквозь, со всеми потрохами.

— Магия любит свободу, — продолжил Лойсо. Человек, связанный чем бы то ни было: обязательствами, клятвами, обетами, долгами, семейными и любовными узами или воспоминаниями, становится более уязвимым и менее способным аккумулировать в себе силу Сердца Мира. Теперь ты понимаешь, почему в Ордена не берут тех, кто состоит в браке?

Джамис кивнул, ощутив какое-то тревожное предчувствие.

— Я всегда считал, что нет у детей более опасных врагов, чем их собственные родители, — хмыкнул Магистр. — И каждый лишний день под родительским кровом убивает частичку личного могущества. Вы-то здесь с раннего детства избавлены от привязанности хотя бы к родителям. Но не всем так везёт. А в твоём случае... Из-за того, что твой отец оказался настолько глуп, чтобы принести дурацкую клятву своему спасителю, ты оказался связан обязательствами с семейкой, которую проще было бы сразу убить.

Великий Магистр нахмурился и посмотрел в окно.

— Забавно. Никогда бы не подумал, что буду приказывать своему ученику спасти чью-то жизнь, — рассмеялся он. — Но чего только не бывает.

Джамис вспомнил разговор два года назад в этом же кабинете, когда Великий Магистр поведал послушнику о том, что он оказался связан Клятвой Заветного Долга с аристократической семьей, близкой к Ордену Семилистника, и на него перешло обязательство спасти жизнь кому-то из членов этой семьи. Парень тогда подумал, что Магистр Лойсо так шутить изволит, и не мог в это поверить аж несколько секунд, даже несмотря на сокрушительное обаяние учителя.

— Ты исполнил свое обязательство, и у тебя это блистательно получилось. Можно было, конечно, и убить этих балбесов из Ордена Решёток и Зеркал, ну да ладно. Иногда надо действовать, не привлекая внимания — это тоже признак мастерства, — похвалил его Лойсо. — Теперь настало время открыть новую главу твоей жизни.

Магистр сверкнул глазами, сделал круговое движение руками, как повар в трактире, откуда Джамис недавно украл очередной пирог для Фило, скатывал комок теста, и развел руки в стороны. В полуметре над столом повис светящийся бело-желтый шар размером с кулак. Очень большой кулак. Примерно как у самого Магистра Лойсо.

Джамис испуганно уставился на сверкающее нечто.

— Да расслабься, это ж не Смертный Шар, — фыркнул Великий Магистр. — Это, так сказать, небольшая иллюстрация к моему выступлению. Люблю дешёвые эффекты, есть у меня такая маленькая слабость.

Теперь стол в кабинете Лойсо Пондохвы напоминал пустыню или полностью сожженную засухой степь, над которой сияло беспощадно палящее солнце.

— Когда я учился в Высокой Школе, я читал, что в Красной Пустыне Хмиро были такие дикие ребята, которые поклонялись солнцу, — насмешливо произнёс Великий Магистр, — Эти чудики приносили в жертву солнцу сердца пленников, которых они захватывали, когда нападали на соседние племена. Сердце надо было извлечь из живого человека и поднять над собой. Неизвестно, какой в этом был смысл, наверное, показать солнцу. По крайней мере, никаких магических плюшек жрец, вырезающий сердце, не приобретал. Хотя бы потому, что магия этим дикарям была незнакома — никакая, только глупые религиозные суеверия. И зачем после всего этого было жрать труп пленника, тоже непонятно — силу ведь от этого ритуала не получишь. А они, кажется, жрали, как и все их собратья, в изобилии шатающиеся по Великой Красной Пустыне.

Джамис не знал, как реагировать на этот историко-этнографический экскурс, и молча стоял, обалдело уставившись на учителя.

— Так вот, эти древние дикари были уверены, что солнечное божество требует всех этих жертв, чтобы поддерживать существование Мира, — продолжал он. — А если люди перестанут приносить жертвы или начнут как-то там ещё, Магистры их разберут, как, неправильно себя вести, то наступит конец света.

Сэр Лойсо посмотрел на послушника своими светлыми глазами, в которых плясало веселое пламя.

— Но самое интересное в этой их мифологии то, что конец света все равно неизбежно наступает, — усмехнулся Великий Магистр. — И не один раз, а каждые сколько-то лет. То есть, для них разрушение мира — вовсе не конец, а начало нового цикла истории.

Пару минут назад Джамис был готов умереть от руки своего учителя и почитал это событие несказанным счастьем и мечтой всей своей жизни. Ещё раньше, когда поднимался на четвертый этаж резиденции Ордена, он не знал, к чему ему готовиться: к обсуждению учебных вопросов, к новому заданию, к наказанию за какой-то проступок или к смерти. Но к чему он точно не был готов, так это к лекции о религиозных культах древних дикарей Красной Пустыни.

— Забавные ребята, не правда ли? —хохотнул сэр Лойсо, для которого мысли юного послушника не были тайной. — Заметь, некоторые наши учёные тоже связывают конец света с солнцем. Они считают, что перед концом климат этого мира изменится: увеличится активность солнца, ветры и дожди станут сильнее, лето жарче, зима теплее. Попросту говоря, на севере Чирухты можно будет выращивать виноград, а у нас в Соединенном Королевстве станет жарко, как в Ташере. Что же касается тех стран, где сейчас уже жарко... Возможно, весь Уандук просто превратится в одну сплошную пустыню Хмиро. И самое интересное, что от этих изменений не сможет защитить никакая ворожба наших королей на Муримахе. Как тебе это необычно жаркое лето?

Магистр Лойсо махнул рукой в сторону окна и посмотрел на Джамиса так гордо и вдохновенно, как будто жара за окном была делом его собственных рук. Хотя... кто его на самом деле знает? Ведь если накладывать охлаждающие заклинания на помещение умеет любой трактирщик, почему бы Великому Магистру самого грозного Ордена не устроить генеральную репетицию предапокалиптической жары в столице на несколько дней?

— Да ну тебя в вурдалачье болото! — снова рассмеялся Великий Магистр, и Джамис покраснел до корней волос, осознав, что тот снова прочитал его мысли. — Вечно с вами, молодыми, так: только что был умный, и вдруг — ррраз! — и снова дурак. Очень уж буквально вы всë понимаете первые триста лет своей жизни. Лично я к потеплению непричастен в том смысле, что никаких заклятий на город не накладывал, делать мне, что ли, больше нечего? Изменение климата, о котором говорят учёные, является следствием всяких природных процессов, сопутствующих начавшемуся разрушению мира. В общем, жара настоящая, а не наколдованная. Но связь все-таки есть.

Он уже не смеялся, но в его глазах все ещё полыхали смешливые искорки, когда он смотрел на своего ученика, который переваривал всю вываленную на него информацию. Должно быть, Великому Магистру было смешно ещё и от его обалдевшего вида.

— Я все-таки верю, что ты — не такой уж дурак, каким кажешься, и вполне способен меня понять, — доверительно заговорил Лойсо Пондохва, пристально глядя в глаза Джамиса. — Цель нашего Ордена — разрушение этого мира. Мы делаем для этого всë, что можем, а можем мы немало. Не зря я сам выбираю в ученики только самых способных ребят. С этого года результаты наших усилий стали ощущаться в виде необратимых изменений в природе этого Мира. А это значит, у нас всë идет по плану. Каждый день мы приближаем нашу великую цель. И ты ведь понимаешь, что не каждый для нее годится, некоторым она не по зубам. Поэтому я и сказал вначале, что не все послушники доживают до совершеннолетия и становятся Младшими Магистрами. А ты дожил, значит, достоин.

Джамис снова почувствовал, как сердце сжалось сладко и тревожно. Если само по себе нахождение рядом с Лойсо Пондохвой было блаженством, то слышать его похвалы было блаженством невыносимым. Хотелось взлететь, вспыхнуть огнем или броситься головой вниз с крыши орденской резиденции. Как тот самый кирпич с ускорением свободного падения. Просто от переизбытка счастья.

— Ну вот, теперь совсем другое дело, — Магистр Лойсо улыбнулся самой обаятельной из своих улыбок. — Кажется, ты готов выполнить новое задание и доказать, что ты действительно достоин звания Младшего Магистра.

Иллюзорное солнце, повисшее над столом, вдруг резко вспыхнуло ярким желтоватым пламенем и взорвалось, рассыпавшись на тысячи маленьких сияющих искр.