↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Священный огонь | Sacred Fire (джен)



Переводчик:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Фэнтези
Размер:
Макси | 526 329 знаков
Статус:
Закончен
Серия:
 
Не проверялось на грамотность
«Священный огонь» — заключительная часть трилогии о Короле-Жреце Истара.

Почти сорок лет Бельдинас Светоносец ведёт непримиримую борьбу со злом. Чудовища и тёмные культы разгромлены, могущество Орденов Высшего Волшебства сломлено, а Истар достиг вершины своей силы и величия. Но чем ближе Король-Жрец подходит к своей мечте о мире, полностью очищенном от зла, тем тоньше становится грань между праведностью и фанатизмом.

В это время в Истар возвращается Катан Дважды Рождённый — бывший друг, защитник и первый рыцарь Бельдинаса. Его преследует загадочное видение: огромный пылающий молот, падающий с небес на Кринн. Пока Светоносец готовится сделать финальный шаг в своей священной войне, Катан пытается понять смысл этого пророчества и решить, способен ли он по-прежнему служить человеку, за которого когда-то был готов отдать жизнь.

На фоне всё более напряжённого противостояния веры, магии и воли богов Истар приближается к моменту, который навсегда изменит историю Кринна. «Священный огонь» завершает историю возвышения Бельдинаса и превращает уже знакомую по канону DragonLance легенду о Катаклизме в личную трагедию людей, которые оказались в самом центре завершения великой эпохи.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 4

— Это тебе не понадобится, — сказал архимаг.

Фистандантилус не шевельнулся — по крайней мере, Катан ничего не заметил — и не произнёс ни слова на языке магии. И всё же рукоять Губителя Тьмы мгновенно раскалилась, обжигая ладонь. Катан вскрикнул и выронил меч. Тот со звоном упал на пол, и боль сразу исчезла. На руке не осталось ни волдырей, ни даже красноты. Катан посмотрел на клинок, затем перевёл взгляд на фигуру в чёрном.

— Что ты здесь делаешь?

Чародей покачал головой и вздохнул.

— Почему любой разговор со мной начинается одинаково? Никто не скажет: «Добрый день, Фистандантилус». Или: «Не желаете ли вина?» Нет, всегда одно и то же: «Тебе-то что нужно?»

Катан поморщился.

— Как же мы несправедливы. Тебе, должно быть, нелегко.

Чародей чуть склонил голову под капюшоном и усмехнулся — сухо и безрадостно, словно скрипнул старый кожаный ремень.

— Хорошо сказано, Дважды Рождённый. Ты мне уже нравишься. Несколько столетий никто не смел язвить в моём присутствии.

— Мне незачем тебя бояться, — ответил Катан. — Я уже однажды умер.

— Верно, — сказал Фистандантилус, подходя ближе.

Он поднял руку и слегка шевельнул пальцами.

— Но есть вещи пострашнее смерти.

Всё произошло так быстро, что позже Катан не мог понять, не почудилось ли ему это. На мгновение тело пронзила такая боль, словно его погрузили в каутильский огонь. Он рухнул на колени. Из глаз брызнули слёзы, к горлу подступила желчь. Катан поднял взгляд на Фистандантилуса, стараясь скрыть ужас. Минута такой пытки навсегда лишила бы человека рассудка. А Тёмный, казалось, мог мучить его без малейшего усилия — и без всяких угрызений совести.

— Теперь ты меня боишься, — сказал он. — Хорошо.

Катан с трудом поднялся.

— Спрошу ещё раз, — процедил он сквозь зубы. — Что ты здесь делаешь?

— Я пришёл, потому что мне нужна твоя помощь.

Катан прищурился, и Фистандантилус кивнул.

— Да, поверить трудно. Но, как ни досадно это признавать, кое-что не под силу даже мне. Речь о Короле-Жреце, Дважды Рождённый.

Теперь рассмеялся Катан.

— О Короле-Жреце? Оглянись, Тёмный. Разве это Твердыня Молота? Я давно оставил Истар. Будь моя воля, до конца жизни не видел бы ни города, ни его правителя.

— Но увидишь, Дважды Рождённый.

Чародей сделал ещё шаг, тихо шелестя мантией.

— Увидишь. И очень скоро.

Он повернулся влево. Зазвучали непонятные слова, руки задвигались в воздухе, словно сплетая невидимую паутину. Холод усилился. Вместе с ним Катан почувствовал нечто ещё — то, чего не ощущал со дня гибели Лосаркума. Магию. Чародей черпал силу у чёрной луны и подчинял её своей воле. Катан со страхом смотрел, как Фистандантилус направляет чары к одному из пустых бассейнов.

Послышалось журчание. Из трещины на дне хлынула прозрачная вода. Она быстро заполняла бассейн, скрывая расписную плитку на стенках. Не прошло и минуты, как вода заплескалась у самых краёв — прохладная, манящая. По её поверхности разлилось золотистое сияние, и на стенах пещеры заиграли блики.

— Загляни в воду, Дважды Рождённый, — сказал Фистандантилус. — Ты должен кое-что увидеть.

То ли чародей заставил его подчиниться, то ли Катан сам поддался любопытству, но он подошёл к краю бассейна. Вода сияла, словно под солнцем, однако больше в ней ничего не было видно.

Нет, постой. Что-то всё же появлялось. На поверхности проступали неясные образы, сменяя друг друга. Катан прищурился, пытаясь их разобрать… и вдруг они сложились в до боли знакомую картину: лабиринт ущелий среди золотистых гор с плоскими вершинами, а в самом его сердце — руины Лосаркума. Он видел их сверху, словно кружил над ними вместе с птицами-падальщиками, вечно высматривавшими добычу в пустыне. С такой высоты можно было составить подробнейшую карту Слёз Мишакаль. С ней никто бы здесь не заблудился.

Картина сместилась, и Катан заметил нечто новое. По ущельям тянулась серебряная нить. Солнце играло на доспехах и белоснежных одеждах. Звуков не было, но ему казалось, будто он слышит голоса, поющие гимны богам. Он хорошо знал, как выглядит императорская процессия: сам не раз в таких участвовал. А в её середине сиял священный ореол, который мог окружать лишь одного человека.

Светоносец прибыл в Слёзы Мишакаль. До него было меньше десяти километров.

Катан сдержал ругательство. Учёный рассказал Бельдинасу, где его искать! Он знал, что так и будет, но легче от этого не становилось.

— Пусть приходит, — мрачно бросил он, глядя на Фистандантилуса. — Я поклялся не возвращаться. После такого — никогда.

Он обвёл рукой руины.

— И кто тебя осудит? — отозвался чародей. — Тебя можно понять. Но прежде чем отказывать ему… посмотри внимательнее.

Что-то в голосе Тёмного заставило Катана похолодеть.

Он тобой играет, — шепнул внутренний голос.

Но Катан не удержался и снова заглянул в воду. Теперь процессия была видна вблизи. Помимо сияющей фигуры Короля-Жреца в золотой колеснице, он разглядел рыцарей, жрецов, учёного в серой мантии… Рядом ехал воин в доспехах и алой накидке великого маршала Божественного Молота. Шлем он снял — в палящем зное Дравинара так поступил бы любой разумный человек. Катан увидел мальчишеское, веснушчатое лицо, почти не изменившееся за эти годы, если не считать бороды.

Титиан. Катан неожиданно почувствовал гордость: его бывший оруженосец возглавил орден. Но вместе с ней пришла тревога. Во имя Короля-Жреца Божественный Молот совершил немало страшного. В кое-чём участвовал и сам Катан. Что ещё успело произойти при Титиане?

Потом он заметил всадницу неподалёку и замер, на мгновение забыв и о Божественном Молоте, и о Светоносце. Между двумя молодыми людьми, несомненно её сыновьями, ехала его сестра.

— Вента, — выдохнул он.

— Да, — ответил Фистандантилус. — Это меняет дело, не так ли?

Катан не мог отвести от неё глаз. Она постарела, но всё ещё была прекрасна. При виде сестры его охватила радость, какой он не испытывал долгие годы. Пусть её лицо стало суровее — он по-прежнему видел в ней смеющуюся девочку, которую называл Цветочком.

— Жаль, что живой она сюда не доберётся, — сказал Тёмный.

Катан резко поднял голову. Сердце словно оборвалось.

— Что?

Фистандантилус кивнул на бассейн.

— За ними охотятся. Посмотри как следует.

Катан снова склонился над водой. Картина изменилась: теперь перед ним был конец процессии. Замыкавшие её рыцари настороженно осматривали вершины скал и небо. В глубине пустыни всё ещё рыскали мантикоры и гигантские скорпионы, а на беспечных путников нападали разбойники. Катан одобрительно кивнул и проследил за взглядами воинов. Но ни в небе, ни на скалах никого не было. Он нахмурился. Где же опасность, о которой говорил Фистандантилус? Катан уже повернулся к архимагу с вопросом, но вдруг замер, затаив дыхание.

По песку на дне ущелья прошла едва заметная рябь — и тут же исчезла. Катан моргнул. Он почти убедил себя, что ему показалось, когда песок снова шевельнулся, шагах в ста позади последних рыцарей. И вновь всё стихло. Никто ничего не заметил: воины ждали смерти сверху, а она подкрадывалась снизу.

— Паладо Калиб, — прошептал Катан, выпрямляясь. — Что это?

— То же, что и прочие твари в этих землях, — ответил Фистандантилус. — Порождение дикой магии, которую мои неразумные собратья выпустили на волю, уничтожив Башню. Но этот зверь особенно хитёр. Он дождётся удобного мгновения, а потом нападёт… и убьёт их всех. Короля-Жреца, лорда Титиана, твою дорогую сестру… Если только кто-нибудь ему не помешает.

Катан гневно посмотрел на чародея.

— Это очередная твоя уловка, верно? Хочешь заставить меня пойти к ним.

— Возможно, — ответил Тёмный.

Он произнёс ещё одно слово. Образы дрогнули и погасли, а вода закружилась, уходя в трещину.

— Но ты уверен, что это обман? Готов рискнуть жизнью сестры?

В пещере воцарилась тишина. Катан смотрел, как пустеет бассейн, сжимая и разжимая кулаки.

Что-то блеснуло возле него. Губитель Тьмы скользнул по воздуху и замер перед ним.

— Думаю, теперь оружие тебе понадобится, — сказал Фистандантилус.

Катан бросил на него последний яростный взгляд. Потом с рычанием схватил меч и бросился прочь из пещеры — так быстро, как позволяла больная нога.


* * *


Что-то было не так. Титиан это чувствовал.

На первый взгляд всё шло своим чередом. Процессия — полсотни рыцарей и столько же священнослужителей, Король-Жрец, учёный Варен и семейство МарСеврин — покинула Стольный город в первый день года. За три недели пути менялся лишь пейзаж: сначала травянистые просторы древних городов-государств, потом Зыбучие Пески, а теперь извилистые ущелья Слёз Мишакаль, пробуждавшие страшные воспоминания. Всю дорогу Титиан недоумевал: Катан решил вернуться именно сюда? Из всех мест на свете выбрал Лосаркум? Но Бельдинас был так уверен, что поручил Кварату управлять Храмом и сам отправился в путь. И вот теперь они медленно ехали по каменистой дороге. Жрецы негромко пели гимны, рыцари Божественного Молота осматривали вершины скал, но не замечали ничего подозрительного.

Откуда же это странное чувство, этот холодок по коже? Почему тревога всё нарастала, хотя ни запахи, ни звуки не предвещали опасности, а вокруг ничто не шевелилось? Титиан прикусил губу, провёл рукой по влажным от пота волосам и взглянул на Светоносца в колеснице.

Бельдинас ничего не замечал. Он беседовал с Вареном. Учёный объяснял, что полгода назад они с наёмниками шли этой же дорогой. По пути люди Короля-Жреца уже убили нескольких существ, искажённых магией. Другие сами разбегались при их приближении.

— До янтарной пещеры всего шесть километров, Ваше Святейшество, — говорил Варен, опустив глаза, чтобы не смотреть на ослепительное сияние. — Уверен, он где-то рядом.

— Да, — ответил Светоносец. — Рядом.

У Титиана снова закололо в затылке. Рука сама легла на рукоять меча. Справа кто-то резко втянул воздух.

— Ты тоже чувствуешь? — негромко спросил Титиан, покосившись в ту сторону. — Что там?

Сэр Брон сморщил нос и оскалил крупные зубы. Он тоже держался за меч, уже на несколько сантиметров вытянув его из ножен, а другой рукой крепко сжимал поводья.

— Я не… Погоди.

Он посмотрел вниз.

— Разрази меня боги.

Титиан проследил за его взглядом и тихо выругался. Земля двигалась. Едва заметно, но под копытами коня шевелились камни и дрожал песок. Титиан выхватил меч на миг раньше Брона. Звон стали эхом отразился от скал, и остальные рыцари тут же последовали их примеру, ещё не понимая, что произошло. Титиан развернул коня к золотой колеснице Бельдинаса — и похолодел: песок под ней вздувался.

— Ваше Святейшество! — крикнул он и вонзил шпоры в бока коня.

Слишком поздно. Бельдинас только начал оборачиваться, когда земля взорвалась огромным фонтаном песка. Колесницу подбросило вместе с запряжёнными в неё лошадьми. Те заржали от ужаса. Повозка накренилась и с оглушительным треском рухнула набок. Бельдинаса выбросило наружу, и он упал лицом в песок. Люди закричали, увидев падение Светоносца, а затем ещё громче — когда поняли, что его вызвало.

Из земли вылез огромный червь, бледный, как личинка, с крючковатыми когтями по бокам. Вокруг головы извивалось множество щупалец. Под полупрозрачной белой плотью синели вены. С влажными хлопками щупальца хлестали воздух, а между ними, словно чудовищный цветок, раскрылась пасть с рядами острых зубов. Червь поднялся из ямы, где только что стояла колесница Светоносца, на трёхметровую высоту и изогнулся над землёй. Все застыли, глядя на него.

Все, кроме Короля-Жреца. Он лежал неподвижно, потеряв сознание от удара. Титиан спрыгнул с коня, тяжело приземлился на зыбкий песок и бросился к Бельдинасу. Рядом оказался Брон, следом ещё трое рыцарей. Вместе они окружили сияющую фигуру, выставив мечи. Титиан рубанул по приблизившемуся щупальцу; клинок со свистом рассёк воздух.

— Ко мне! Защитить Светоносца!

Его люди откликнулись мгновенно. К ним присоединились и некоторые священнослужители с булавами и окованными железом посохами. Остальные с криками разбегались. По другую сторону чудовища Рат МарСеврин обнажил тонкую изогнутую саблю и прикрывал брата, пока Танкред уводил мать подальше от червя. Ближе всех к твари застыл Варен — то ли от ужаса, то ли от потрясения, словно не в силах отвести от неё глаз.

— Прочь! — крикнул ему Титиан. — Беги, иначе…

И снова не успел. Варен моргнул, повернул голову на голос и вдруг завизжал: два щупальца метнулись вниз, обхватив его грудь и колени. Они стиснули учёного с такой силой, что Титиан услышал хруст костей. Чудовище взвизгнуло, оторвало Варена от земли и подняло высоко в воздух. Тот умолк — грудь сдавило так, что он не мог вдохнуть. Учёный беспомощно колотил кулаками по щупальцам, но вырваться было невозможно. Они рванули в разные стороны, и с влажным треском тело разорвало пополам.

Кровь хлынула на бледную плоть червя и на песок. Титиан в ужасе смотрел, как чудовище заталкивает в ненасытную пасть сначала одну половину тела, затем другую.

За спиной послышалась громкая рвота. Титиан надеялся, что это не кто-то из его людей, хотя у самого к горлу подкатывала тошнота, а Брон рядом побелел как мертвец.

— Держаться, — приказал Титиан, не сводя глаз с червя и ожидая нового нападения.

На одном из зубов застрял красный лоскут плоти. Щупальца извивались, словно клубок змей. Затем тварь с шумом втянулась в землю и исчезла, будто огромные кузнечные мехи выпустили воздух.

Несколько жрецов радостно закричали, но рыцари не расслабились. Титиан хорошо их выучил: они понимали, что опасность ещё не миновала. Он посмотрел на Светоносца, всё ещё лежавшего без сознания, и подозвал людей.

— Поднимите его! — рявкнул он. — Быстро!

Четверо рыцарей тут же убрали мечи в ножны, подхватили Бельдинаса и понесли к ближайшей скале. Едва они успели отойти, как песок на том месте, где лежал Король-Жрец, забурлил, словно вода в кипящем котле.

Когда из земли вырвались первые щупальца, Титиан и Брон уже ждали. Клинки сверкнули в воздухе и рассекли плоть. Брызнула маслянистая чёрная кровь, два отрубленных щупальца упали на песок. Чудовище страшно взвыло, и наружу метнулись ещё шесть. Одно ударило Брона в грудь, отбросив его метра на три. Рыцарь с лязгом рухнул возле опрокинутой колесницы. Титиан уклонился от двух щупалец, отсёк кончик третьего — и вскрикнул, когда ещё одно обвилось вокруг руки с мечом.

Казалось, тварь вот-вот раздробит ему запястье. Меч выпал из ослабевших пальцев, и червь потянул Титиана вверх. Превозмогая боль, рыцарь дотянулся свободной рукой до пояса, выхватил длинный кинжал и вонзил его в щупальце.

В лицо брызнула мерзкая жижа со вкусом протухшего мяса. Титиан ещё отплёвывался, когда чудовище ослабило хватку и он рухнул на песок. Оставив кинжал в щупальце, рыцарь бросился за мечом. Но когда снова обернулся, червь уже исчез под землёй.

Жрецы карабкались по склонам ущелья, а рыцари подгоняли отставших. Некоторые выставляли по два пальца в сторону взрытого песка, где погиб Варен, и выкрикивали: «Катирпелио!» Так звали чудовище из сказаний, обитавшее в Бездне и питавшееся кровью обречённых душ. Брон с трудом поднялся, хрипло дыша. На его нагруднике осталась глубокая вмятина. Рыцари, нёсшие Бельдинаса, спешили к скале, но земля под ними снова дрогнула. Все четверо упали. Один закричал от боли: щупальце обвило его и утащило под песок. Товарищи могли лишь беспомощно смотреть, как он исчезает.

Король-Жрец снова лежал на земле. Уцелевшие пытались его поднять. Титиан бросился к ним, чувствуя, как горят мышцы ног. Он ждал, что в любой миг прямо под Бельдинасом раскроется зубастая пасть. Где же эта тварь?

И тут он снова услышал её — позади, за колесницей. Шорох взметнувшегося песка, скрежещущий визг поднимающегося из-под земли чудовища… Крики…

МарСеврины.

Титиан обернулся и увидел, что червь навис над госпожой Вентой, Танкредом и Ратом. Младший брат поднял саблю, защищая семью. Храбрый, глупый мальчишка. Двумя быстрыми ударами он отсёк ещё два щупальца, но их оставалось больше дюжины. Одно хлестнуло его по боку и сбило с ног. Вента вскрикнула, увидев падение младшего сына, и схватила старшего: Танкред шагнул вперёд, пытаясь заслонить её собой.

— Нет! — закричал Титиан и бросился на чудовище.

Позже, вспоминая бой, он так и не смог понять, откуда взялся человек в белом. Тот словно возник из ниоткуда и метнулся к червю. За ним развевались одежды и длинная борода. Блеснула тарсийская сталь: меч отсёк сразу три щупальца, тянувшихся к госпоже Венте. С хриплым яростным криком незнакомец развернулся и полоснул чудовище по брюху. Из глубокой раны пахнуло зловонием. Червь завизжал так, что, казалось, от этого звука мог треснуть хрусталь.

— Цветочек! — крикнул мужчина. — Назад!

Катан.

Титиан радостно вскрикнул и ринулся в схватку. Зайдя сзади, он почти наполовину всадил меч в тело червя. Выдернул — и из раны хлынула отвратительная жижа. Катан ударил снова, рассекая Губителем Тьмы край пасти. К ним присоединился Брон, за ним — другие рыцари, воодушевлённые внезапным появлением Дважды Рождённого. Червь попытался отступить, скрыться в своей норе, но сразу три меча пронзили его тело, пригвоздив к земле. Щупальца хлестали, как плети, сбивая людей с ног.

Рыцари продолжали рубить. Большинство клинков отскакивало от шкуры, но некоторые всё же рассекали её, и чудовище постепенно слабело. Наконец оно содрогнулось и обмякло. Щупальца ещё подёргивались в предсмертных судорогах. Залитый чёрной кровью, Катан пронзил червя Губителем Тьмы. Титиан тоже нанёс последний удар, а затем с широкой улыбкой повернулся к прежнему наставнику.

Годы и пустыня изменили Катана. Он облысел, лишь за ушами остались редкие пряди. Борода отросла, кожа потемнела и потрескалась, словно старый ремень. Но глаза оставались ясными, а голос — твёрдым. Отступив от мёртвого червя, Катан взял Титиана за предплечья.

— Откуда ты взялся, Бездна тебя побери? — спросил Титиан, не переставая улыбаться.

Катан огляделся. Сестра и племянник смотрели на него широко раскрытыми глазами с того места, куда он их оттолкнул. Рат и Бельдинас всё ещё неподвижно лежали на земле. Катан пожал плечами.

— Подумал, вам не помешает помощь. Пойдём. Надо укрыть всех, пока не появилась ещё одна такая тварь.

Глава опубликована: 01.11.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
Фанфик еще никто не комментировал
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх