Хела Поттер (джен)

— Мисс Поттер, не могли бы вы объяснить, как именно это произошло? — спокойно спросила Макгонагалл, сидя за столом, ломившимся от бумаг, папок и книг.

Каким-то образом это делало декана внушительнее... по крайней мере, в моих глазах. Я же стояла на ковре в её кабинете со старостами Гриффиндора, чьи виноватые лица радовали. Почему же я немного злорадствовала? Честно, сама до конца не понимаю, но подозреваю, что всё дело в этой небрежности по отношению ко мне со стороны Перси. Она оставляла после себя лишь одно слово-ощущение: непростительно. Что же касается самой ситуации:

— Староста Перси Уизли бросил меня в разгар практики, сбежав куда-то по своим делам, — честно призналась я. — Так как никто не стал меня выгонять, то я просто решила продолжить без него.

Макгонагалл кивнула и с неподдельным интересом в глазах спросила:

— А в какой именно момент тренировочный зал заполнили кучи непригодного инвентаря?

— Минуты через три после ухода старосты... примерно, — неуверенно ответила я, прикидывая собственный размах.

На проявленную заинтересованность хотелось ответить честно, вот только я и сама не знала точных цифр. Вообще, я не хотела перебарщивать, но некоторая обида и подначивание со стороны стен Хогвартса сделали своё дело. Результатом же стал срочный вызов в кабинет декана Гриффиндора.

— Понятно, — сказала Макгонагалл и перевела взгляд на старост.

Точнее, на одного конкретного старосту, который умудрился заставить нас ждать своего прихода. Видимо, внезапно нарисовавшееся дело и вправду было очень важным для него, раз уж исполнительный Уизли задвинул вызов к декану на задний план.

— Я отправил послание, как только вышел из зала для тренировок, — начал оправдываться Перси. — Если бы Хела Поттер подождала хотя бы десять минут, то Анжелика могла меня заменить.

— Откуда мне было знать, что надо ждать, — сложив руки на груди, буркнула я.

— Сообщения с просьбой о замене и с оповещением о разрушенном зале пришли ко мне примерно одновременно, — взяла своё слово Анжелика, непроизвольно сжав кулаки.

Мне стало немного жаль старосту девочек, но лишь самую капельку. Впрочем, сделанного уже не вернёшь, да и мне вроде как удалось много чего проверить.

— Не стоит так волноваться, мисс Харрот, — попыталась успокоить её Макгонагалл, — вашей вины в случившемся нет. Однако вы старосты Гриффиндора и разделяете ответственность за всё, что происходит на факультете. А раз до этого момента вы показывали себя лишь с лучшей стороны, то в качестве первого предупреждения снимем с каждого по пятьдесят очков, — немного подумав, декан перевела взгляд на меня и уточнила: — С вас тоже, мисс Поттер.

На это нам всем оставалось лишь опустить головы и выглядеть как можно более виноватыми. Не знаю как остальные, а я честно старалась выглядеть таковой, как и всегда на подобных выговорах, вот только как и в магловской мире, так и в магическом взрослые всегда понимали, что мне по большей части всё равно. Сопровождалось это понимание тяжёлым вздохом с различными последующими вариантами. Макгонагалл, например, покачала головой и сказала чуть уставшим голосом:

— Раз уж ничего непоправимого не произошло, закончим на этом. Тренировочный зал уже привели в норму. Надеюсь, такого отношения к безопасности учеников больше не повторится, — придавила она взглядом чуть сжавшихся старост. — Вот только у меня остался ещё один вопрос, — в этот момент голос декана изменился, прибавив ноток любопытства, и тяжёлый взгляд придавил уже меня: — Как прошла тренировка?

— Ну, — протянула я, прекращая строить из себя раскаявшегося в проступках ученика, и начала перечислять: — Артефакт, преобразованный моей магией, оказался довольно крепким. Он выдержал более десяти минут воздействия моей Левиосы. К сожалению, остальные Левиосы продолжали быть столь же разрушительными для других предметов. Изучить само заклинание у меня не получилось. Слишком уж оно сложное. Что ещё...

Пока я говорила, Перси смотрел на меня с особым подозрением, испытывая что-то вроде дежавю, уж не знаю, кого я ему напомнила. Анжелика же, кажется, была единственной удручённой лишением балов. Что же касается меня, то я пыталась вспомнить, что я вообще успела сделать, кроме разноса зала для тренировок, прикрываясь экспериментами. Выходило, что не очень-то и много. Это осознание заставило меня недовольно нахмуриться.

— Что стало с артефактами? — спросила Макгонагалл, пока я витала в своих мыслях.

— А, разрушены, конечно, — просто пожала я плечами и осторожно спросила: — Можно будет достать ещё?

— Посмотрим, что мы сможем сделать, — не стала обнадёживать меня декан и, немного смягчив взгляд, сказала: — Можете идти, мисс Поттер. Нам со старостами нужно будет ещё кое-что обсудить.

Всё ещё раздумывая о последствиях своих необдуманных действий, я автоматически кивнула и вышла в коридор. Дверь за мной сразу же беззвучно закрылась, отрезая все возможные звуки из кабинета декана. Продолжая хмуриться, я наконец поняла одну вещь: ещё не скоро мне дадут повторить эксперимент и хотя бы начать разбираться в собственном заклинании.

Сначала этот вывод расстроил, но после недолгого блуждания по коридорам Хогвартса я осознала ещё кое-что: даже если бы мне дали ещё с сотню артефактов, я бы всё равно не знала, что делать дальше.

«Как вообще разбираться в заклинаниях... хотя бы в своих?» — пронеслось у меня в голове, и я остановилась напротив распахнутых дверей в библиотеку.

Что же, Хогвартс недвусмысленно намекнул мне, где искать ответ. А именно:

— Гермиона, у меня тут накопилось несколько вопросов... — присела я за столик, который мы всегда занимали на дополнительных занятиях, а моя собеседница, погрузившаяся в очередной гримуар, застолбила за собой.

**

Дни шли своим чередом. Удивительно, но после происшествия старосты не затаили на меня особой обиды. Так, поворчали немного и успокоились. Я же ходила на уроки, вкусно ела, искала всякие секретики, пыталась понять объяснения Гермионы, читала книги, общалась со знакомыми, познавала начальную окклюменцию, иногда просто гуляла по Хогвартсу и за его пределами, а ещё хорошо высыпалась. Наверное, это и есть моя новая рутина, но я больше особо не переживала, что она станет обременительной. До скуки в глазах некоторых старшекурсников мне ещё далеко. Да и кто бы не скучал на их месте? В их головах всё, что для меня волшебное и новое, простое и обычное. И следуя этой логике, они просто не ищут чего-то интересного, гордо полагая, что и так всё знают и умеют. Странные люди, но не мне их судить.

В общем, я наслаждалась своей учёбой. И вот однажды, пока я привычно предавалась лени, лёжа на диванчике перед камином в гостиной, давая незатухающему огню поглотить все мои мысли, рядом нарисовался довольный Рон.

— Вы даже не представляете, что я видел, — заявил он, роняя тело в ближайшее свободное кресло.

Эйлин, которая иногда составляла мне компанию в ничегонеделанье, заинтересованно перевела на него взгляд, будто подозревая ответ. Я же понятия не имела, что это могло быть, но всё же оторвала глаза от камина.

— А где все остальные? — спросил он, крутя головой.

— Гермиона наслаждается поглощением знаний, Симус где-то гуляет со своими друзьями, Невилл в теплицах, — пожала плечами Эйлин, не сводя острого взгляда с Уизли. — Но не это сейчас важно. Ты говоришь о том, о чём я думаю?

— Именно об этом я и говорю, — мгновенно выкинул лишние мысли из головы Рон, довольно улыбаясь. — Я видел их.

— Всех? — повторяя его улыбку, блеснула глазами Эйлин.

— Даже запасных, — кивнул Рон.

От такого ответа полувейла довольно пискнула и, приняв сидячее положение, потребовала:

— Выкладывай.

Он уже было хотел начать воодушевлённо вещать, но услышал мой голос:

— О чём вы говорите?

Рон и Эйлин одновременно повернули головы в сторону вальяжно развалившейся на диване меня и в унисон сказали:

— О квиддиче, конечно.

Они сказали это так, как будто это было самое очевидное, что есть на свете. Мне стало немного неловко. И приняв более «внимательную» лежачую позу, я осторожно спросила:

— А произошло что-то интересное с квиддичем?

Эйлин уже было хотела сказать что-то ядовитое, но Рон успел остановить её и, встав с кресла, навис прямо надо мной.

— Хела, я знаю, что наши разговоры о квиддиче ты пропускаешь мимо ушей, но этому придёт неминуемый конец, — важно заявил он. — Ведь совсем скоро состоится первая в этом году игра Чемпионата Хогвартса по квиддичу.

— Уже в эти выходные, — поддержала друга Эйлин, становясь рядом. — Так и вижу, как ты будешь пищать от восторга.

— Сомневаюсь, — сказала я в свою защиту и, увидев в ответ очень острые взгляды, уточнила: — что буду прямо пищать. Но посмотреть будет интересно, да.

— Хмф, — фыркнула Эйлин, — увидим.

— Ну что же, — качнулся на пятках Рон и с чувством выполненного долга вернулся на своё кресло. — Совсем скоро мы все будем пищать от восторга.

— Как ты вообще попал на тренировку нашей команды? — тоже вернувшись к своему диванчику, спросила Эйлин.

Зачем они вообще вставали, раз так скоро вернулись на места? Может, ожидали от меня какого-то сопротивления? Решив не засорять себе голову всякой мелочью во славу лени, я продолжила слушать.

— Это всё связи Уизли, — гордо выпятив грудь, сказал Рон.

— Близнецы числятся запасными в команде Гриффиндора, — припомнила я, получив полные удивления взгляды в ответ. — Что? Я плохо запоминаю даты и имена, а не факты.

Эйлин и Рон всё ещё продолжали на меня смотреть, и их поражённый взгляд сменился на подозрительный.

— Нечего смотреть на меня «так», — нахмурилась я. — Просто запомнилось, и всё. Кстати, кто с кем играет?

— Факты она запоминает, как же, — буркнула Эйлин.

— Гриффиндор против Слизерина, — практически в то же самое время ответил Рон.

Я кивнула, показывая, что приняла информацию, и спросила:

— Так получается попасть на тренировку команд... сложно?

— Очень, — ответила Эйлин. — Это же тренировка по квиддичу: самому большому Чемпионату в Хогвартсе. Если бы каждый мог на них ходить, то все тактики и припасённые секреты команд мгновенно перестали бы быть эффективны.

— Именно, — важно кивал на каждое слово Рон. — Поэтому только доверенных лиц допускают до посещения. Чтобы максимально уменьшить шанс шпионажа.

— Вот как, — задумчиво протянула я и спросила: — Если это так важно, то зачем вообще пускать посторонних на тренировки?

— Так... интересно же, — всё же нашёл ответ Рон и поспешил добавить: — И вообще вы хотите услышать сверхсекретные знания, что мне удалось вызнать? — заговорщицки проговорил он чуть громче.

Эйлин быстро закивала. Я же с подозрением посмотрела на улыбающегося Рона и... не стала ничего уточнять. Во-первых, мне не так чтобы сильно интересно, а во-вторых, лишь немного присмотревшись, я приметила хитринку в глазах младшего Уизли. Видимо, он что-то задумал. Или задумала команда Гриффиндора. Этого мне вполне хватило, чтобы утолить лёгкое любопытство, и я вернулась к созерцанию огня в камине под восторженные рассказы Рона о приёмах команды Гриффиндора.

— ...а потом огромный огненный лев сбивал лапами всех нападавших, защищая кольца... — выцепил мой слух из ещё десятка занимательных приёмов.

Ладно, теперь я и правда заинтригована.

**Квиддич: Гриффиндор и Слизерин**

Большой стадион гудел. Посмотреть на первую игру в этом году собрались не только ученики и персонал Хогвартса, но и жители Хогсмида. А ещё в школу наведались родители учеников, посмотреть на своих кровиночек, которых они давно не видели. И поговаривают, что среди столь разношёрстной толпы прятались волшебники, которые высматривали многообещающих игроков и строили дальнейшие планы по заманиванию их в профессиональные команды. Однако это лишь шепотки, ведь не будут же многоуважаемые команды, что веками строили свою репутацию, самостоятельно опускаться до поиска игроков. Как раз наоборот, игроки сами должны идти к ним на порог, верно же?

Трибуны разделились на разноцветные факультеты. В одной её части пестрели красные и золотые цвета, в другой — зелёные и серебряные. Конечно, были ещё цвета других факультетов, но это больше из-за формы самих учеников. Всё же сейчас всё внимание сосредоточено на Гриффиндоре и Слизерине.

Посреди поля стояли две команды по семь игроков. А между ними застыла судья мадам Хуч с шатающимся сундуком у ног. Три охотника, два загонщика, один вратарь и один ловец от каждой команды смотрели друг на друга с нетерпением и азартом. Все они хотели проверить, чья же команда сильнее. До начала игры оставались сущие минуты.

Все игроки были облачены с головы до ног в специальное артефактное снаряжение для игры, больше походящее на лёгкую кожаную броню. И если так подумать, то ей и являлось, но несло ещё множество других функций. Например, давало способность к полёту, без чего игра в квиддич была бы невозможна. И, конечно же, всё это великолепие было выкрашено в цвета двух противоборствующих факультетов с большими выделяющимися цифрами на спине и груди.

— Приготовились, — сказала мадам Хуч так, чтобы все игроки её услышали, и приложила свисток к губам, стукнув по шебуршащему сундуку ногой.

Крышка открылась, а ремни, что сдерживали внутренности сундука, исчезли. Мгновенно в воздух взлетело два заметных шара с характерным звуком, который легко было различить при их приближении. Их называли бладжерами. Две сферы, больше похожих на пушечные ядра, существовали лишь для одной цели: сумасшедше летать по полю, мешая игрокам, а в особо «удачных» случаях влетать в них на всей скорости. Жестоко? Возможно, но не то чтобы игроки не могли защититься, как раз таки наоборот: без бладжеров игра была бы в разы скучнее. Вскоре из сундука показался третий шарик: золотой снитч. Он разительно отличался от своих предшественников не только цветом, размером, общим видом, но и функцией. Сфера с двумя крылышками, которую легко можно сжать в одной ладони, летала по полю на запредельных скоростях, но не сбивала игроков. Не то чтобы снитч не мог этого делать, мог и умел, вот только именно этот снитч больше любил соревноваться в скорости и манёвренности со своими преследователями. Зачем вообще игрокам ловить этот вёрткий золотой шарик? Ради огромного количества очков и практически автоматической победе, ведь после поимки снитча игра заканчивалась. Звучит несложно, вот только если бы это было так, то для поимки этого золотого хитрюги не выделяли бы отдельного члена команды: ловца. Ещё был четвёртый мяч, что пролевитировал прямо в руки судьи. Квофл в отличие от своих собратьев по ремеслу был вполне обычным. Круглый, хорошо лежал в руке, и хватать его было удивительно удобно. Именно за него сражаются остальные члены команды, пытаясь закинуть в кольца противников. Этих самых колец было три штуки на команду, и расположены они были в серединах половин разделённого поля. Всё это вместе давало возможность придумывать и реализовывать неисчислимые тактики, вот только была ещё одна «маленькая» деталь квиддича, что будоражила кровь зрителей и игроков: заклинания, чары и артефакты.

Время подготовки к началу матча начало течь, давая игрокам последние секунды, чтобы выкинуть всё лишнее из головы и сосредоточиться на игре. А также провести приготовления, если таковые имеются. И Слизерин с хитрой улыбкой превосходства решил воспользоваться этим временем сполна. Семь игроков в зелёных и серебряных цветах подняли свои палочки и слаженно вывели в воздухе с десяток различных фигур. После чего на поле сначала загорелся маленький зелёный огонёк, но через миг разросся в самого настоящего огромного полупрозрачного змея, что обвил собой три кольца, висящих в воздухе.

— В этот раз Слизерин решил не экономить силы, а показать один из своих козырей сразу же. И мы бы все покрутили пальцем у виска за такой ход, если бы он не был настоящей змеёй-защитником. Дорогие болельщики, неужели в этот раз мы станем свидетелями события, что происходило в Хогвартсе с десяток лет назад? Невероятно! Но каков же будет ответ Гриффиндора? Неужели у них нет ничего, что можно противопоставить столь завораживающей магии? — спрашивал ведущий, голос которого разносился по всему большому стадиону.

Слизеринцы довольно улыбались, красуясь своим мастерством и, чего уж таить, разведывательной сетью, что пробралась даже в Гриффиндор. Вот только их противники не спешили браться за волосы или ещё как-либо расстраиваться. Как раз наоборот. Гриффиндорцы одновременно подкинули в воздух какие-то пластины, что застыли в воздухе на определённом расстоянии друг от друга и вскоре зажглись золотым пламенем. Огромный полупрозрачный лев возник на поле и рыкнул на своего зелёного собрата.

— Вот это да! — возбуждённо воскликнул ведущий. — Артефактный лев-защитник! Вот это поворот. Кто бы знал, что Гриффиндор решится отойти от традиционных методов и заручится поддержкой артефакторов? Как же пройдёт дальнейшая игра? Всё же команда Слизерина уже потратила силы на создание своего «защитника», когда команда Гриффиндора всё ещё свежа и пышет здоровьем. Дорогие болельщики, этот матч и вправду может войти в историю, как самый непредсказуемый. А мы станем этому свидетелями.

Трибуны загудели, а игроки, показав свою удаль, приготовились к началу игры. Мадам Хуч запустила квофл высоко в воздух, привлекая внимание всех игроков, и громко дунула в свисток, обозначая начало игры. Звук пронзил весь стадион, игроки мгновенно взлетели, а зрители прикипели взглядами к происходящему. Квиддич начался.