В твой мир из пепла (гет)

Глава 32. Часть 3

Фатум

Ли Сусу открыла глаза. Она закончила свою долгую медитацию вполне успешно и, оттолкнувшись от площадки, на которой сидела, стала подниматься к поверхности Небесного озера. «Блокирующие печати, которые показал отец, хоть и требовали длительной медитации, зато гораздо лучше блокировали кристалл зла» — размышляла она, уже ощутив, что ей даже стало легче дышать.

«Что ж, не зря я потратила на это целые сутки» — вздохнула девушка, устало поведя плечами, когда ступила на берег озера. Она огляделась. Всё вокруг казалось ярче, даже луна на небе, а воздух свежее.

«Странно, что Цзюминя не видно — следом подумала Сусу, идя к своему дому, и хмыкнула — Думала он соскучится за день, ведь мы давно так надолго не разлучались. Интересно чем он сейчас занят» — задумалась девушка, уже подходя к дверям. Стоило ей открыть их, как ее настигла бумажная птичка-послание и, судя по ее своеобразному виду, это от Пан Ичжи.

«Не силён этот заклинатель в оригами, что поделать» — усмехнулась Ли Сусу, открывая послание, но стоило ей прочитать написанное, как ее охватило беспокойство. Немедля она развернулась к дому спиной и поспешила в Сяояо, чтобы поскорее разыскать и расспросить Пан Ичжи.

К счастью, тот был на месте и сейчас расспрашивал старших учеников, пытаясь выяснить куда опять подевался Гунъе Цзеу. В последнее время тот часто пропадал в неизвестном направлении, потому Пан Ичжи редко удавалось побеседовать с ним и попить чаю как прежде. Вот и ее Пан Ичжи встретил аналогичным вопросом: «Не знает ли она где Цзеу?»

Не желая сейчас ни что-то выдумывать, ни тем более вдаваться в подробности правды, Ли Сусу просто сказала основное:

— Не переживай за него, Пан Ичжи. У него просто появилась девушка, вот и ходит к ней проводить свободное время.

— А? — ошалело переспросил Пан Ичжи — Ты уверена? Он сам тебе рассказал? Что за девушка? Ты знаешь? — закидал он ее вопросами, но Сусу, покивав на первые вопросы, отмахнулась простым:

— Сам у него расспроси, как поймаешь — и торопливо вставила свой вопрос — Где Цзюминь?

— Откуда мне знать — пожал плечами Пан Ичжи — Улетел куда-то на пару с Нянь Баюем. Вроде как искать Чжао Ю, но мастер уже вернулся и сказал, что не встречался с Цзюминем. Он попросил сообщить тебе, что он возможно задержится, что я и сделал посланием, привязав активацию заклинания к двери твоего дома, когда узнал, что ты в озере надолго.

— Ты написал, что вы были в Июэ — с тревогой напомнила Ли Сусу — Пытались раскаменить людей племени, но у вас не удалось. Это Сы Ин их заколдовала?

— Ну да — ответил Пан Ичжи и подметил — Какая ты догадливая. Или видела чего? — уточнил он с любопытством.

«Эх, если бы…» — вздохнула про себя Сусу. Ей давно не удавалось ничего предвидеть. С тех пор как вспомнила о себе как о Е Сиу и о своих прежних возможностях по предвиденью, она много раз пыталась использовать эту технику, чтобы проверить как изменилось их будущее, но безрезультатно. То ли тело Ли Сусу не обладало предрасположенностью к этому дару, то ли это всё влияние кристалла зла, что она запечатала в себе. Хорошо еще, что способности Ли Сусу были ей доступны, как и память прежних перерождений. Впрочем, она уже и не уверена помнит ли она все детали того фильма, что видела, будучи Алисой.

Отрицательно помотав голой на вопрос Пан Ичжи, Сусу спросила:

— А что Чжао Ю? И папа? У них тоже не получилось снять заклятье?

— Не знаю — ответил Пан Ичжи и поведал — Они только недавно вернулись в клан и почти сразу отправились в Июэ после моего рассказа, чтобы проверить смогут ли чем помочь. Может и Цзюминь уже там, с ними — предположил он в конце.

— Может — пробормотала Сусу на эту попытку ее успокоения, но предчувствие говорило ей, что Цзюминь не там.

«Неизбежность, неотвратимость, судьба предопределение — вот что могло случиться с Цан Цзюминем — размышляла она, возвращаясь к себе домой — И если это так, то вероятнее всего он сейчас в Бездне. Ну вот зачем он туда пошел? — досадовала девушка — Ведь знал же, что его там ждет. Учитывая случившееся с племенем Июэ, он мог решиться на это, чтобы помочь Нянь Баюю и спасти свой народ. Понадеялся, что сможет обмануть Сы Ин снова, как и в Шанцине? Вполне возможно. А может просто решил принять свою судьбу и стать Владыкой демонов? — нахмурилась она, но покачала головой — Но ведь говорил же, что не желает этого».

«В любом случае он предупредил бы о том, что передумал — сжала губы Сусу, уже прибыв к себе и мечась по своей комнате — Так ведь? — остановилась она перед зеркалом и спросив свое отражение, а потом прикрыла глаза и подумала — И вот сейчас он возможно уже сражается с изначальным богом демонов в своем сознании. Сражается с самим собой — закусила губу девушка, а затем решительно выбежала наружу — Как бы там ни было, но я должна быть с ним, ведь обещала ему кем бы он не был быть рядом».

* * *

Бог демонов расслабленно следил за постепенной сдачей позиций его сосуда, под воздействием давления Печати, и время от времени говорил с ним в его сознании, предлагая прекратить борьбу. Разумеется, он мог бы усилить нажим, но зачем? Ведь так интереснее. Этот зародыш зла был довольно занятен в своем упрямстве и ему было интересно играть с ним. К тому же, ему всё равно было совершенно некуда спешить. Даже хорошо, что у сосуда оказалась такая сила воли и он не сдался сразу. Только такой и был достоин стать им и воплотить в жизнь план тысячелетий его существования.

Почувствовав неподалеку след светлой ци, Бог демонов усмехнулся и любезно снял защиту с врат во дворец, чтобы гостья беспрепятственно смогла пролететь сквозь них. Парой минут позже его ожидания подтвердились — светлая заклинательница появилась во дворце и плавно спланировала вниз, торопливо подходя к застывшему Цзюминю. Вокруг него кружил вихрь демонической энергии, а возле сердца красными вспышками пульсировала Печать очищающая кости. Пока артефакт еще не проник в тело полностью, а лишь, можно сказать, вежливо стучался в защиту и просил пропустить. Сама суть сосуда притягивала Печать в себя и лишь только человеческая воля препятствовала полному слиянию. Пока что.

Ли Сусу не обратила внимание на присутствующую Сы Ин, стоящую на коленях у подножия площадки с троном. Демоница дёрнулась было остановить заклинательницу, но по сигналу от своего Владыки остановилась и лишь следила за девушкой взглядом, словно змея за мышью.

Сусу быстро поняла, что слияние с Печатью не завершилось, что становление богом демонов еще не произошло, а главное, что Цан Цзюминь борется с этим, а значит по-прежнему не желает становиться Владыкой демонов. Вопрос лишь в том, чем она может ему помочь в этом? Несмело она протянула руку и сжав зубы, готовая к боли от демонической защиты, коснулась щеки застывшего Цзюминя. Неожиданно боли не случилось, но ее сознание словно затянуло куда-то и она оказалась в астральной проекции зала. Почему она решила, что она в проекции? Ну хотя бы потому, что вокруг вдруг стало жарко, зал был освещен факелами, когда как в реальности он был тёмен и холоден. Ко всему, Сы Ин нигде не было видно, а на троне восседал Владыка демонов и наблюдал за ней прищуренными золотистыми глазами.

— А вот и наша долгожданная гостья — протянул он и, поприветствовав ее царственным кивком головы, добавил — Ты любезно доставила кристалл зла прямо ко мне. Благодарю — ухмыльнулся он и встал.

Миг и вот он уже рядом. С довольной улыбкой посверлив девушку взглядом несколько секунд, он перевел взгляд на свой сосуд и посетовал:

— Цзюминь, что же ты не приветствуешь свою возлюбленную? Неужели ты совсем не рад ей?

Цан Цзюминь дёрнул губами, но промолчал. На лбу его выступила испарина. Сжав зубы, он продолжал бороться с давлением Печати, сгущая остатки светлой ци в своей груди перед артефактом. Казалось, он слышит, что происходит, но не решается ни на какую реакцию, боясь, что малейшее отвлечение даст артефакту шанс преодолеть его защиту. Потому он лишь скованно застыл в центре распустившегося огненного цветка-печати и напряженно прислушивался к происходящему, поняв, что Ли Сусу пришла за ним.

— Ох, понимаю — словно только что осознав, произнес Бог демонов — Цзюминь не может отвлечься на приветствие. А может и не хочет — добавил он с усмешкой и пошевелив пальцами в воздухе уточнил, глянув на девушку — Мало ли обид он накопил к тебе.

Ли Сусу сохраняла спокойствие. Ей было ясно, что бог демонов лишь провоцирует ее, пытаясь манипулировать их чувствами себе на пользу. Она молчала, только с сочувствием смотрела на уставшего Цзюминя. Она хотела бы подойти, но не могла приблизиться из-за огромного давления, разлившегося вокруг. Она хотела бы подбодрить Цзюминя, но боялась помешать его концентрации, поэтому решилась лишь на несколько слов:

— Цзюминь, я здесь, я с тобой.

— О? — вскинул бровь Бог демонов — Отчего же здесь, а не там? — уточнил он, указывая на центр Печати, и предложил -А может тогда присоединишься к нему? Заодно проверишь свои силы — подначивал он.

— Нет — с трудом выдавил Цзюминь, услышав это предложение, желая остановить Сусу.

Голос его осип, так что его едва было слышно.

— Что? Прости, мы не расслышали — наклонив голову набок, сказал Бог демонов, смотря на свой сосуд с насмешкой.

Цзюминь издал глухой стон, лицо его исказилось. Всего одно слово, и он невольно уступил еще несколько сантиметров, склонившись чуть ниже. А Ли Сусу, вспомнив, что в каноне героиня как-то помогала Цзюминю своей светлой ци, попыталась сделать тоже самое, направив свою ци к нему, но ей не удалось. «Кажется, в этом месте, у неё совсем нет сил — поняла она, бессильно опустив руки — Ну да, это ведь даже не дворец, а само ментальное поле Владыки демонов. Здесь всё в его власти».

Мгновением позже она только убедилась в этом, почувствовав, что потеряла контроль над своим телом и даже голосом: она не могла двинуться, не могла заговорить.

— Ну-ну — вздохнул Бог демонов и, сложив ладони вместе, с лёгким недоумением уточнил — Не о себе ли стоит позаботиться сейчас, а ты всё о ней переживаешь?

Цзюминь слегка дёрнул головой, нахмурив брови, а Бог демонов обошёл Ли Сусу кругом, осматривая со всех сторон, словно лошадь, и повернув голову к Цзюминю, спросил:

— Не ради ли неё ты держишься, не соглашаясь стать богом демонов? Зачем она тебе? Ты ведь знаешь, что она за человек — а следом, будто отвечая на мысли Цзюминя, продолжил — Думаешь, она не та Е Сиу? Прежняя Е Сиу, Алиса или нынешняя Ли Сусу — суть одно и тоже. Ты разделяешь их, но ее душа всё та же — и напомнил — Она истязала тебя, ненавидела и желала смерти. Веришь, что эта девушка другая? Что она на самом деле любит тебя? — хмыкнул он, поднимая безвольную руку Сусу двумя пальцами и тут же отпуская — Разве такие как мы заслуживают любви? Знаешь ли ты о чём она думает, смотря на звезды, о чём мечтает? — спросил он и тут же с убежденностью в голосе ответил — Эта девушка всегда мечтала сбежать от тебя, вернуться в свой мир и забыть всё как страшный сон.

— Нет — отрицательно мотнул головой Цзюминь — Моя Сиу другая. Она больше Алиса и Ли Сусу, и в ней нет того, что ты говоришь — прохрипел он и, преодолевая тяжесть невидимого груза, что давил на плечи, чуть выпрямился, отстаивая свою уверенность в произнесённом.

Подняв взгляд, он увидел, как Бог демонов играет с прядью волос Ли Сусу, пропуская ее сквозь свои пальцы.

Вспышка злости и жгучей ревности будто придала ему сил, и он вырвался из-под власти Печати, покинув ее круг. Переводя дыхание, он услышал ленивое:

— Неужели? Что ж, я позволю тебе убедиться в обратном — и подтолкнул Ли Сусу в спину навстречу Цзюминю.

Подхватив потерявшую равновесие девушку, Цзюминь почувствовал, как его сознание на миг померкло, а затем очнулся в реальности.

Тяжелое дыхание вырывалось из рта и клубилось облачками белого пара. Ли Сусу в его руках зашевелилась, приходя в себя и Цзюминь, поддерживая ее за плечи, посмотрел ей в лицо. Та открыла глаза, и он уже хотел с облегчением сказать ей, что у них получилось вырваться из ментальной ловушки и предложить уходить отсюда, когда хлопавшая глазами девушка вдруг нахмурилась и резко вырвалась из его рук, отходя подальше.

— Таньтай Цзынь — процедила девушка злым голосом — Ты совсем рехнулся? Как посмел прикоснуться ко мне? — а потом огляделась и вздрогнула — Где это я? — растерянно спросила она, а потом, скрыв свой страх за яростью, крикнула на замершего в непонимании Цзюминя — Ты куда меня затащил? Отвечай немедленно! — толкнула она его и прищурилась — Думаешь, это сойдет тебе с рук? Мой отец сдерёт с тебя шкуру живьём и подарит императору — злобно пообещала ему Е Сиу, надвигаясь на него с угрозой и сжимая кулаки.

«Е Сиу — вдруг понял Цан Цзюминь — Видимо, Бог демонов каким-то образом пробудил в душе сознание оригинальной Е Сиу, исчезнувшей из его жизни, когда та упала на льду и сознание Алисы проснулось в душе его жены».

«Что же делать?» — панически размышлял Цзюминь, пока Е Сиу то пинала его по коленям, то дёргала за волосы, приказывая немедля вернуть ее домой.

Заметив краем глаза, как Сы Ин со злорадным удовольствием наблюдает за его избиением, Цзюминь наконец опомнился и решил для начала увести ее из Бездны, а потом уже решать, как вернуть свою Сиу- Алису или Ли Сусу.

— Госпожа — тихо произнёс он пересохшими губами — Нам нужно скорее уходить отсюда. Умерьте свой гнев — и перехватил ее руки.

— Что?! — возмущенно переспросила Е Сиу, выдёргивая свою руку из хватки Цзюминя — Смеешь сопротивляться мне? С чего ты вдруг так осмелел? На колени! — рявкнула она и сильно толкнула его, пытаясь заставить упасть.

Цзюминь хотел было еще раз сказать о необходимости бежать, но вдруг с ужасом заметил, как на поясе Сиу появляется кнут, вероятно любезно предоставленный скалящейся Сы Ин, которую его супруга отчего-то не замечала.

Привычным жестом Е Сиу сняла с пояса кнут и одним движением размотала его. Размахнувшись, она на пробу щёлкнула кнутом о каменный пол и с холодной яростью посмотрела на него, как на мерзкое насекомое. Видеть такой взгляд на лице любимой женщины было очень больно. «Оказывается, он уже и забыл какого это, когда на тебя смотрят как на слизь на подошве своего сапога, когда относятся хуже, чем к животному» — с горечью подумал он.

Е Сиу казалось просто с презрением ждала, что он, как и всегда опустится перед ней на колени, чтобы ей было удобнее хлестать его. Цзюминь же просто безучастно замер на месте, погруженный в болезненные воспоминания о своем прошлом. Сейчас ему уже начало казаться, что то, что его жизнь изменилась и наладилась было просто случайным светлым сном или бредом, а жестокая Е Сиу, являвшаяся одним из его мучителей, никогда и не менялась к лучшему. Первый удар оказался для него не столько болезненным, сколько неожиданным, он с шоком уставился на девушку напротив. Еще недавно эти презрительно кривившиеся губы говорили ему, что любят, а эти руки, что безжалостно сжимают кнутовище и делают новый замах, обнимали его и заботились о нём. В глазах горела не злоба и отвращение, а нежность и любовь. Было ли это всё на самом деле. Неужто истерзанное бесконечными страданиями его воспаленное сознание просто придумало себе сказку — отдушину среди его беспросветных дней?

Е Сиу продолжала наносить удары и что-то говорила, но он оглушённый почти не слышал, лишь краем сознания осознавая, что это нечто ядовитое, презрительное, злое, призванное унизить его, уколоть, нанести рану не только его телу, но и самой душе.

Застывший в оцепенении, он не уворачивался от кнута, только инстинктивно прикрывая глаза от ударов, когда они задевали лицо, и невольно чуть отступая назад. Разум и память говорили ему, что терпеть боль, не сопротивляясь, было привычно, непривычным казалось лишь отдаленное недоумение и внутренняя обида.

Словно почувствовав его моральное состояние, Бог демонов проговорил:

— Глупый ребёнок, ты всё это время обманывал себя, стремясь получить тепло и любовь, которых никогда не существовало. Всё что ты получил был лишь мираж твоего больного сознания, истерзанного муками смертного существования.

Под аккомпанемент отравляющих слов сущности изначального бога демонов, Цан Цзюминь в затухающей надежде еще вглядывался в лицо яростной девушки, пытаясь отыскать там признаки своей любимой. Но видел он только свою мучительницу — прежнюю Е Сиу, что желала только его смерти и всегда наслаждалась его страданиями.

Цзюминь отвёл взгляд. Глаза жгло, но слёз не было.

А Бог демонов тем временем вкрадчиво проговорил:

— Взгляни правде в глаза. Хватит терпеть. Возьми власть в свои руки и отомсти. Стань Владыкой и возьми власть над Мирозданием! — всё громче шептал он.

Боль от ударов стала ощущаться жгучей и едкой, словно стремясь проникнуть в его сердце и отравить его. С каждой секундой в груди Цзюминя нарастал сильный жар. Он не замечал, но это Печать снова стала проникать в него, на этот раз со спины. Чувство неправильности происходящего нарастало, усиливая его обиду, злость и ненависть. В какой-то момент Цан Цзюминь перехватил плеть кнута, летящую ему в лицо, и дёрнув на себя вырвал кнут из рук его палача, отбросив в сторону. Е Сиу вздрогнула, растерявшись на миг, но затем снова взглянула на него с негодованием и презрительной ухмылкой.

Желая стереть это презрительное и ненавистное ему выражение лица, он шагнул вперед и схватил девушку за шею и стал сдавливать ее всё сильнее и сильнее. Лишь бы эти глаза больше не смотрели на него, лишь бы поскорее забыть этот эпизод, лишь бы навсегда закрыть эту позорную страницу его жизни. Он не понимал, что уже начал уступать место сознанию Бога демонов и это его воля руководит им. В большей мере, чем его собственные желания и мысли.

Слабые пальцы девушки бессильно скребли по тыльной стороне его ладони, стремясь отцепить его руку, ослабить хватку. Ее ногти невольно оцарапали кожу его руки и, когда задыхающаяся девушка кашлянула кровью, капли ее крови смешались с его. В этот момент искра светлой ци девушки словно позвала сознание Ли Сусу и ее метка вспыхнула, на миг ослепив Цзюминя. Одновременно с этим частица божественности, отданная ему девушкой, откликнулась на зов души, и он пришёл в себя. Моргнув он осознал, что всё еще сдавливает шею девушки, а та уже совсем не сопротивляется. Опомнившись, он разжал, словно сведенную судорогой, руку и отступил назад.

Ли Сусу безвольно осела на пол. Цзюминь смотрел на багровые синяки на шее, оставленные его пальцами, на бледное лицо девушки и дорожку крови, стекающей из уголка ее посиневших губ. Горькая вина и сильный страх захлестывали его сознание. Этот душевный раздрай и отвлечение от происходящего ослабили его волю всего лишь на миг, но этого оказалось достаточно — воля и сознание изначального Бога демонов не упустили этот шанс.

Кинув последний осознанный взгляд на бессознательное тело Сусу у своих ног, Цан Цзюминь, больше не в силах сопротивляться силе третьего артефакта, потерял контроль и Печать окончательно слилась с его сердцем.

* * *

Когда Ли Сусу очнулась, ее уже встретил взгляд и ехидная усмешка истинного Владыки демонов, почти завершившего свое становление в теле Цан Цзюминя.

Один глаз у него золотистый, а другой пока еще чёрный, но вокруг зрачка на радужке глаза уже сформировался золотистый ободок. На лбу его алела метка изначального бога демонов с незначительными вкраплениями золота по краям. Волосы почти небрежно собраны сзади. В каждом движении тягучая властность и сила.

Он взирал на девушку одновременно холодно и с любопытством. Даже с каким-то предвкушением. Как перед интересной игрой.

Сусу поежилась под этим взглядом, но всё же не отводила взгляд. Она всматривалась в мужчину на троне, такого близкого и далёкого — знакомого незнакомца. Она искала в нём признаки своего Цзюминя, своего Цзыня. Она еще надеялась, что это может быть обман: шутка ее возлюбленного или какой-то хитрый план, как в каноне, что он только изображает Владыку, а на самом деле…

Но даже если это и не так и Цзюминь на самом деле проиграл ментальное сражение, а Владыка демонов захватил его тело, то очевидно, что становление не завершено полностью, а это значит еще есть шанс вернуть сознание Цзюминя на место. «Что я могу сделать, чтобы помочь ему? — лихорадочно соображала она, опустив голову и сжимая пальцами ткань своей мантии — Поможет ли ему мое присутствие рядом, моя любовь?»

— Что? — насмешливо спросил Владыка — Думала твоей жалкой любви хватит, чтобы изменить его судьбу? Смотри внимательно, вот его истинное лицо — развёл он руки в стороны, предлагая полюбоваться собой.

Владыка демонов был одет в свою темную мантию с элементами тонкого узора оттенка белого золота. Строгость, сдержанность и изящность благородства в каждой детали. Да уж, это не те вычурные красно-черные наряды, демонстративно демонически-дьявольского дизайна, которыми Таньтай Цзынь в каноне желал впечатлить и испугать Ли Сусу, когда изображал злодея — Владыку демонов. Это истинная мрачная и величественная красота древнего Бога демонов.

Почти равнодушно осмотрев предложенное, Ли Сусу вдруг вспомнила о чём-то и прикоснулась к своей груди, туда где скрывала кристалл зла за печатями, но взглянув на свое астральное тело поняла, что кристалла больше нет. Вероятно, Владыка демонов вернул себе его, пока она была без сознания.

С горечью девушка подумала, что всё идёт как должно, Мироздание дало им призрачную надежду на свободу от предрешённой судьбы, но в итоге всё равно всё свелось к предначертанному: герой стал Владыкой демонов, а она пришла в Бездну, чтобы спасти его, но в итоге должна его остановить от уничтожения мира.

«Или не должна? — мелькнула мысль — Не она ли обещала Таньтай Цзыню всегда быть рядом, кем бы он не стал? Может этот мужчина не совсем тот Цзынь, которого она полюбила, но всё же это он. Я должна верить в него и поддержать» — решила она и встав спокойно произнесла:

— Не важно кем он станет — я останусь рядом с ним.

— Да? — выгнул бровь Владыка — Готова быть рядом с Владыкой демонов? Это уже любопытно. Ну а что, если он убьёт твою семью, твоих друзей? Как поступишь? — с любопытством спросил он — Неужели будешь спокойно смотреть на это или всё же восстанешь против него, будешь противостоять?

Перед глазами мелькнули картины смерти отца, дяди Чжао, Гунъе Цзеу и ее соклановцев. Сердце сбилось с ритма. Но потом она нахмурилась, закусив губу: «Не может быть, чтобы без причины. Я знаю, Цзынь еще там, он не сдался, нужно только показать ему, что она на его стороне».

Помолчав, Ли Сусу ответила:

— Я встану рядом. Я уверена, что он так не поступит без причины.

— Очень интересно — с довольной улыбкой прищурился Бог демонов и, подавшись вперёд, поинтересовался, блеснув взглядом — Ну а что, если он захочет избавиться от тебя?

«Он захочет или ты? — сцепив зубы подумалось Сусу, но потом она вздохнула — Когда-то, в самом начале, я допускала такую мысль, что буду рядом пока он нуждается во мне, а потом…пойду своей дорогой. Ну или умру. Кто знает, может со смертью в этом мире меня ждет возвращение в свой?»

— Пусть так — качнула головой Ли Сусу и философски добавила — Всё равно мне не остановить этого, так зачем увеличивать его страдания посмертными проклятиями. Я верю, что в следующем перерождении мы встретимся снова.

— Поразительно — протянул Владыка и, пару раз хлопнув в ладоши, продолжил — Я в восхищении. Сильная, стойкая, мудрая. Не зря ты была суждена мне, как равная.

«Что?» — моргнула Ли Сусу, а Владыка демонов уже оказался перед ней и подняв ее лицо за подбородок, проговорил:

— Моя дорогая, наши души связаны контрактом. Иначе почему ты думаешь мы встречаемся в каждой из жизней?

Ли Сусу вдруг поняла, что это правда: Сан Цзю с Мин Е, Е Сиу с Таньтай Цзынем, а Ли Сусу с Цан Цзюминем — они всегда сталкивались на жизненном пути.

Оценив выражение озарения на лице девушки, Бог демонов продолжил:

— Была ли ты с Мин Е, Таньтай Цзынем или с Цан Цзюминем — он всего лишь часть меня. Так что не суть важно, что ты думала, ведь так или иначе ты всегда выбирала меня. Ли Сусу, ты моя — прошептал он ей почти в губы.

Ли Сусу дёрнулась и немного отстранилась, напомнив:

— Но я не Ли Сусу. Я Алиса.

Хмыкнув, Владыка наклонил голову набок и, окинув ее взглядом, снисходительно пояснил:

— Моя маленькая птичка, имя — всего лишь пустой звук. Я вижу твою душу и чувствую, что она принадлежит мне.

Сусу нахмурила брови. Она, знала, что ее душа прожила все эти жизни. Но о принадлежности души изначальному богу демонов?..

— Хм, возможно ты этого не понимаешь, не зная ни о контракте, ни о нашем общем прошлом — поднял взгляд к потолку Владыка и, потерев подбородок, добавил — Ну так и быть, поведаю тебе эту давнюю историю.

Он устроился на троне, взмахнув рукавом и щелкнув пальцами, и девушка сама собой оказалась у его ног на невесть откуда взявшейся подушке.

Словно со стороны, полюбовавшись на созданную им композицию, Владыка начал свой рассказ:

— Двенадцать тысяч лет назад Цзи Цзе что-то увидел о будущем мира и, прозрев наиболее приемлемый вариант развития событий, пришел ко мне с предложением мира. Мы (я и он, от имени двенадцати светлых божеств) подписали мирный договор, на основании которого демоны, послушные моей воле, должны были скрыться в Бездне на пять тысяч лет, прекратив сеять хаос повсюду, а я взамен получал жену, равную мне по силе. Он поведал мне, что увидел, что скоро родится Небесный феникс, судьба которого так или иначе будет связана с моей.

Ли Сусу, слушающая негромкий бархатистый голос, вспоминала бога времени Цзи Цзе, с духом которого ей довелось побеседовать, и пыталась представить те давние времена, когда судьбу всего живого в этом мире решали боги. Но даже они не были свободны от воли Мироздания.

Задумчиво побарабанив кончиками пальцев по широкому подлокотнику трона, Бог демонов проговорил:

— На тот момент я достаточно устал от своей однообразной бесконечности и потому согласился на это…приключение — с усмешкой уточнил он и продолжил — Итак, сей контракт был подписан. И знаешь что? Его так никто и не разорвал. Демоны были созваны в Бездне, а светлые боги праздновали бескровную победу над злом. Однако, Чухуан, узнав, что беременна и осознав, что наречённая по договору это именно её дочь, позволила себе минуту слабости, в результате которой ты умерла, даже не родившись. Должно быть, Чухуан подумала: «Такая судьба хуже смерти, лучше бы ей вообще не рождаться». И вот, в миг охватившего ее горя, от осознания судьбы своего ребенка, плод уловил эту мысль. Девочка обладала искрой божественности еще в утробе, потому душа неродившегося дитя почувствовала от матери искреннее нежелание ее появления на свет. Тянь Фенгхуань⁽¹⁾, в тот миг твоя душа разбилась на тысячи осколков. Думаешь почему ты так сильно боишься любых птиц? Ты не знала и не помнила, но твоя божественная сущность чувствовала смертельную угрозу от птиц, ведь по сути причиной твоей смерти являлся феникс — твоя собственная мать.

По спине девушки прокатилась ледяная дрожь от этого доверительного шёпота, а Владыка, добившись нужной реакции, улыбнулся:

— Занятно, правда?

«Угу, обхохочешься» — мрачно подумала Сусу.

— Так что, Фенгхуань, подписанный тысячелетия назад договор всё ещё в силе, а наши души связаны навечно — подытожил свой рассказ-объяснение Владыка демонов.

«Может еще и пожениться предложишь?» — чуть не ляпнула в ответ Ли Сусу, но потом оборвала себя. «Нечего идеи ему подкидывать». Решив потянуть время, чтобы разобраться в ситуации и понять, что ей делать дальше, а также отвлечь внимание от себя, она сказала:

— Ну что мы всё обо мне и обо мне. Может и о себе расскажешь?

— Хочешь услышать мою историю? — усмехнулся Владыка — Что ж, справедливо. О том, как ты не родилась я знаю, и ты можешь узнать, как я появился на свет. Хотя не думаю, что этот рассказ порадует тебя больше, чем история твоего нерождения, но раз леди желает — холодно улыбнулся он и, вглядываясь в пустое пространство, словно видя то далёкое прошлое, каким-то отстранённым голосом начал:

— Я был рождён из катастроф и бедствий, эпидемий и болезней, из нищеты и голода, из грязи и мрака, из одиночества и отчаяния, из гордыни и мести, из гнева и убийств, из горя и печали, из смерти и безысходности, из бессилия и из войны.

Переведя взгляд на девушку у своих ног, он добавил:

— И Таньтай Цзынь в некотором роде тоже переживал всё это: смерть матери, ненависть отца, предательство близких. Он убивал врагов, вёл войну, многие годы терпел боль, испытывал голод, давал волю своему гневу и познал собственное отчаяние. Всё это было не просто так. Все эти страдания сформировали его, ведь он мой сосуд. Он прошёл мой путь для того, чтобы переродиться, став мной — став Владыкой демонов.

Сделав паузу, Владыка спросил:

— Или ты думаешь, что каждому под силу пропускать через себя негативную энергию этого мира, рождённую из отрицательных эмоций всего живого? Я, знаешь ли, никогда не был бессмысленно жесток, что бы там не думали другие. Всё, что он пережил было подготовкой, тренировкой его разума и тела.

Ли Сусу невольно представила какого это, на постоянной основе ощущать темную сторону эмоций. Она и раньше уже думала об этом, размышляя о мотивах Бога демонов, стремящегося уничтожить мир. И теперь всё это предстоит Таньтай Цзыню. С сочувствием в голосе она спросила:

— Разве нельзя избежать этого? Закрыться, не улавливать постоянно всю боль и ненависть мира?

— Можно — фыркнул он и пояснил — Извлечь из себя нить любви, что я и сделал когда-то, и перестать чувствовать что-либо. Ну в моем случае скорее перестать переживать об этом, просто пропуская через себя весь негатив и не страдая по этому поводу.

«Хм…» — Сусу отчего-то почувствовала себя виноватой из-за того, что поспособствовала Таньтай Цзыню в пробуждении его нити любви, и осторожно уточнила:

— Стало быть, теперь ты всё чувствуешь?

— Разумеется, ведь Таньтай Цзынь пробудил свою спящую нить — чему-то усмехнулся Владыка, прислушиваясь к себе, и добавил — Но знаешь, я даже не против. С одной стороны, я давно привык к отрицательной энергии и меня это не слишком тяготит, а с другой — даже, можно сказать, соскучился. Давно я не ощущал всего, не чувствовал себя таким…живым.

Прикрыв глаза он чему-то улыбнулся, а потом взглянул на девушку и сказал:

— Пожалуй, я даже не стану торопиться с активацией Матрицы Тьмы. Я ждал так долго. Почему бы и не развлечься напоследок?

— И как долго ты собираешься… — «медлить с концом мира» хотела сказать Сусу, но потом заменила на его интерпретацию задержки — …развлекаться?

Бог демонов жмурился, как довольный кот на солнце. Услышав ее вопрос, он, коротко глянув на неё, ответил:

— Ну это в некоторой степени зависит и от тебя, птичка моя. Насколько ты сумеешь развлечь меня, насколько долго сможешь развеять мою скуку? — спросил он ее с усмешкой.

С удовольствием пронаблюдав гамму эмоций, вызванных его намёком, Владыка демонов произнес:

— Как тебе, должно быть, известно, у каждого бога есть свое предназначение и моё это нести в это мир боль и страдания. Ну точнее так считают массы, незнакомые с истоками создания мира. А сейчас это, пожалуй, все живые, из тех, конечно, кто вообще задумывался об этом нюансе бытия.

Ли Сусу поёрзала на месте. Она не знала истоков и тоже слышала, что Бог демонов сеет зло и хаос.

Заметив искру любопытства в ее глазах, Владыка фыркнул и не спеша начал рассказывать:

— Миллионы лет назад в данном пространстве, где располагается этот мир, не было ничего. Затем появилась Пустота и со временем ее наполнил Хаос. Точнее будет сказать — хаотичная и беспорядочная энергия. Своими колебаниями хаос привлёк внимание Бытия и тогда оно поручило Мирозданию установить баланс в этой точке Вселенной. Создать нечто для противодействия хаосу, несущему разрушение. Догадаешься что это было?

— Обратное силе разрушения? Вероятно, это сила созидания — предположила Ли Сусу.

— Верно — кивнул Бог демонов, но будто не ей, а своим мыслям, и продолжил:

— Мироздание, оградив пределы хаотической энергии, ограничило пространство, создав этот мир, а затем сформировало из текущей в этом месте энергии трёх богов. Затем эти изначальные боги, созданные волей Мироздания, наполнили этот мир.

Его взгляд блуждал по залу, но будто видел что-то давнее и далёкое.

— Однако, если мой брат Фуси и сестра Нюйва являлись, можно сказать, Светом этого мира, то я был его первозданной Тьмой — наклонив голову набок, усмехнулся Владыка и пояснил — Они создали всё живое: растения, животных и людей, я же отвечал за неживое, а также смерть всего живого, когда придёт их время. Так и запустился бесконечный цикл жизни и смерти, рождения и увядания. Эта парочка богов сияла ярче солнца, что они зажгли на небе, я же отражал их свет одним своим существованием, ибо нет света без тьмы, как солнца без тени. У всего есть эта тень, обратная темная сторона: у добра есть зло, у здоровья болезни, а у жизни — смерть — холодно резюмировал он и в задумчивости замолчал.

Ли Сусу некоторое время молча обдумывала услышанное, а потом спросила:

— Но раз у твоих брата и сестры были имена, то как Мироздание нарекло тебя?

Бог демонов, вынырнувший из своей задумчивости, рассеянно ответил:

— Мироздание не нарекает своих созданий. Это люди имеют обыкновение давать названия всему вокруг. И имена богам дают люди, исходя из своего восприятия и субъективной оценки. Нюйва, как ты понимаешь, в их представлении создательница человечества и мать всего живого. Фуси — спаситель человечества и великий учитель. Хотя эти двое поначалу и не особо заморачивались с тем, что насоздавали. Это потом уже Нюйва набралась опыта и стала создавать осознаннее, а Фуси наводил порядок и стал заботиться о созданиях — учить жить и стремиться к саморазвитию. Вот так и нарекли пару богов — Мать и отец, муж и жена. Их, к слову, в своих мыслях люди соединили в пару раньше, чем они на самом деле сошлись. Забавно — фыркнул Владыка.

— Ну а как назвали тебя? — с любопытством спросила Сусу.

— Да как люди могли меня назвать? — закатив глаза, скривился Бог демонов и скучающе перечислил — Страхом, мраком, смертью, дьяволом. Позднее люди пообразованней давали моей сущности более научное имя. Хоть и без изысков. Вот, например — Куансин Дуайби (Контраст свету) или же ещё проще — Иньцзи (Тень)⁽²⁾. По существу, правда? — усмехнулся он.

— Хм… — Сусу не нашлась с ответом. «Так-то да, по существу, но как-то…несправедливо что ли…»

А Владыка уже отмахнулся от дальнейшего обсуждения его имени и, задумчиво прикоснувшись к виску, проговорил:

— Так, о чём я?.. Ах да — и продолжил свой рассказ — У всего в мире есть две стороны. Суть баланса и существования этого мира — это гармония этих двух сторон. Добро и зло. Свет и тьма. Инь и Янь. Одно исходит из другого и эта связь неразрывна. И изначальные боги, Нюйва и Фуси, прекрасно знали об этом, поэтому не было никакого противостояния между светом и тьмой. Но потом они, выполнив свою роль и исполнив предназначение, вознеслись. Иначе говоря, смогли обратиться обратно в энергию и их сущности растворились в воле этого мира. Мне же за большие тысячи лет — это так и не удалось — мрачно отметил Бог демонов и пояснил — Божественная сущность обратилась в кристалл зла, переполнившись отрицательной энергией, и это навечно приковало меня к этому миру. Я создавал артефакты, стремясь растратить и очистить свой кристалл души, но увы. Живых становилось всё больше и больше и каждый из них страдал и излучал негатив, который проходил через ядро моей сущности и таким образом наполнялся вновь и вновь, сколько бы я его не опустошал. Тогда я создал расу демонов, культивирующих на отрицательной энергии, и щедро делился ей с ними, чтобы концентрация сила в кристалле уменьшалась, а они становились сильнее. Однако со временем и тут вмешался баланс — скривил он уголок рта и объяснил -В характере демонов, знаешь ли, полно амбиций, поэтому самые сильные из них желали стать еще сильнее и в итоге возжелали стать Владыкой демонов. Тут-то и выяснилось, что они не могут навредить мне. Даже моя кровь отрава для них, сильно ослабляющая их, а в некоторых случаях нападавшие просто поглощались мной, как превосходящей силой.

«Да уж, даже здесь действовал закон баланса — подумала Сусу — Сначала Бог демонов, ослаблял кристалл, делая своих подданных сильнее и ослабляя себя, а потом получилось, что эти самые подданные стали источниками пополнения его сил. Круговорот энергии?»

— Итак, изначальные боги этого мира ушли в небытие, ну или растеряв избыток божественной энергии, отправили свои души на перерождение, но как известно — свято место пусто не бывает — насмешливо улыбнувшись, подметил Бог демонов — Излишки их могущества собрались в месте, где они жили, в Шанцин — и так зародились двенадцать младших божеств, позднее назвавшие себя светлыми богами, не иначе как в противовес мне — тёмному и злому — хмыкнул он и продолжил — Они разумеется прозорливо связали наличие демонов и отрицательную энергию мира с моим существованием, вот только в их представлении я и был источником всего зла и всех бед. От которого они, разумеется, хотели защитить людей.

— А на самом деле источником отрицательной энергии и бед являлись сами люди? — несколько иронично уточнила девушка.

— А на самом деле я был лишь резонатором, проводником того, что творилось в мире — отстранённым голосом ответил Бог демонов, явно всё ещё вспоминающий прошлое — Пропуская отрицательную энергию через свое божественное ядро, я поначалу вполне успешно очищал ее и выпускал в мир на другие нужды. В том числе на созидание моих брата и сестры или на поддержание баланса этого мира. Однако со временем, как я уже говорил, зла и негатива становилось всё больше. И чем больше развивались люди, тем большие желания они питали. Так рождались жадность, амбиции, жажда власти, зависть и стремление получить лучшие ресурсы в собственные руки. Всё это так или иначе приводило к разрушительным действиям, таким как насилие, убийства и войны. Следовательно и интенсивность негативной энергии росла. Баланс качнулся к Тьме и боги Шанцин, разумеется ощутили это. Тогда, как ты понимаешь, светлые божества забеспокоились и стали предпринимать различные действия против меня. Нда, то была эпоха героев, борцов добра со злом. Смертные храбрецы, самоуверенные полубоги или сами божества Шанцин — все шли с претензиями и мечом. Но ни по отдельности, ни вместе они не могли ни одолеть изначального бога, ни тем более уничтожить. И чем масштабнее были их нападения, тем соответственно сильнее была отдача, ведь мое существование было частью баланса мира и само Мироздание не давало им преуспеть.

Помолчав немного, Владыка демонов со вздохом продолжил:

— Нда, Нюйва и Фуси никогда не пытались воевать со мной, а вот их дети, двенадцать светлых божеств, отчего-то забыли этот нюанс и всё пытались как-то ограничить меня, подавить, заточить, ну или боролись с демонами, мотивируя это тем, что они желают уничтожить всё зло в этом мире. Естественно, со временем и до них дошло, что их действия бесполезны и поэтому смирились с моим существованием, как с неприятным погодным явлением. Однако, к тому времени уже я не хотел бездействовать — сцепив зубы процедил бог — Ну да об этом позднее — махнул он рукой и усмехнулся, глянув на заклинательницу — А уж нынешние бессмертные культиваторы, последователи богов Шанцин, вообще отчего-то считают, что их создали для того, чтобы они боролись со злом, то есть со мной ни на жизнь, а на смерть — покачал он головой и подметил:

— А ведь даже у смертных мудрецов, постигавших суть Мироздания и имеющих с ним более тесную связь, не единожды мелькали мысли, отражающие истину:

«Одним из основных постулатов даосизма является единство противоположностей, выраженных в понятиях Инь и Янь. Чёрно-белый символ определяет смысл развития мира и означает перемены, движение и взаимное проникновение, зарождение одного в другом».

«Тьма и свет, большое и малое, пустота и наполненность, белое и чёрное — соотносятся не как исключающие друг друга противоположности, а как части единого целого». ⁽³⁾

«Добро и зло для человека определяется нормами морали, которые субъективны и относительны, ибо без понимания зла невозможно постичь добро. Следовательно, тот, кто хочет иметь правильное без неправильного, порядок без хаоса, не понимает принципов Неба и Земли. Он не знает, как вещи связаны друг с другом».

2) Имя изначального бога демонов: 光线对比 [guāngxiàn duìbǐ] — Контраст света или 影子 [yǐngzi] — Тень, отражение