Дарт Ворн: Тёмная сторона силы (джен)

Совет Джедаев собрался в Храме на Корусанте, где когда-то решались судьбы галактики. Голубые огни кристаллов в стенах отбрасывали мягкие блики на лица собравшихся, но сегодня их свет казался тусклым, как будто сама Сила чувствовала напряжение в зале. Оби-Ван стоял у центральной панели, его механическая рука лежала на поверхности, будто пытаясь удержать равновесие в грядущей буре. Его взгляд скользнул по рядам джедаев — одни сжимали рукояти мечей, другие перешептывались, их голоса смешивались с шелестом одеяний.

— Республика требует ответа, — заявил старейшина, его пальцы коснулись голографической карты. — Мандалор отказался подписать Хартию Свободы. Они отказываются открыть свои границы для проверки.

— Проверки чего? — Оби-Ван поднял голову. — Мы не имеем доказательств их угрозы.

— Доказательства есть, — Корин Вейл вышел в центр зала. Его ноги, отращенные Силой, ступали уверенно, но в движениях читалась напряженность. — В системе Кессона найден обломок мандалорского корабля с символикой «Черного Клинка». Там же — голограмма, где звучит голос, похожий на Каэла.

— Голос? — Оби-Ван сжал кулаки. — Вы верите голограмме, которую мог подбросить кто угодно?

— Мы не можем рисковать, — Корин не отвел взгляда. — Если Каэл жив и скрывается на Мандалоре, он станет новой угрозой.

— Если Каэл жив, вы не знаете с кем столкнетесь, — Оби-Ван шагнул вперед. — Вы помните, что он сделал с Джедаями восемь лет назад? Вы думаете, он позволит вам вторгнуться без боя?

— Мы не вторгаемся, — старейшина провел пальцем по карте. — Мы восстанавливаем порядок. Республика требует, чтобы все системы соблюдали Хартию.

— Республика не имеет права навязывать свои правила, — Оби-Ван опустил голос, но в нем звучала сталь. — Хартия Свободы запрещает вмешательство в дела независимых систем. Это действие противозаконно.

— Республика не вмешивается, — Корин скрестил руки. — Республика защищает себя. Мандалор отказался от переговоров. Они не пришли на Совет.

— Они не пришли, потому что не доверяют нам, — Оби-Ван посмотрел на него. — Помнишь, как мы не спасли Акрус? Для них мы предатели.

— Тогда мы должны доказать, что изменились, — Корин сжал кулаки. — Но не сидя сложа руки, пока они копят силы.

— Вы не докажете ничего, уничтожив их города, — Оби-Ван обвел взглядом зал. — Вы повторите ошибки Империи.

Зал взорвался голосами. Одни джедаи кричали о необходимости силы, другие — о терпении. Голоса перекрывали друг друга, пока старейшина не поднял руку.

— Голосуем.

Голограмма зажглась, отмечая голоса. Синие точки медленно заполняли экран — сорок семь за, сорок семь против.

— Решающий голос, — старейшина посмотрел на Корина.

— Мы должны действовать, — Корин не дрогнул. — Не ради мести. Ради тех, кто погибнет, если мы проиграем.

Оби-Ван закрыл глаза.

— Вы подстроите все так, чтобы виноватым оказался Мандалор. Вы назовете их агрессорами, даже если они не стреляли первыми.

— Мы назовем правду, — Корин посмотрел на него. — Республика не может позволить себе слабость.

Голограмма замигала — сорок восемь за, сорок семь против.

— Решение принято, — старейшина опустил руку. — Операция «Рассвет» начинается завтра.

Оби-Ван не двинулся с места. Его механическая рука сжала край панели так, что металл заскрипел.

— Вы ошибаетесь.

— Мы делаем то, что должны, — Корин повернулся к выходу. — Ты больше не тот, кто был в прошлом.

— А ты стал тем, кем боялся стать, — Оби-Ван не поднял голову. — Ты повторяешь мои ошибки.

Корин остановился, но не обернулся.

— Иногда ошибки — единственный путь к свету.

Ночью Оби-Ван стоял у окна Храма, его взгляд скользил по горизонту, где над Корусантом вставало солнце. В руках он держал сломанный кристалл — подарок Люка, символизирующий надежду.

— Ты не должен был соглашаться, — прошептал он в пустоту.

Ответа не было. Только шелест ветра, несущего пепел прошлых битв.

Где-то вдали, на границе карты, Мандалор молчал. Но даже молчание — это тоже выбор.

Оби-Ван опустил кристалл в карман.

— Я не позволю им убить невинных, — прошептал он. — Даже если это будет стоить мне места в Совете.

Он развернулся и вышел в темноту, его силуэт растворился в тени Храма.

Галактика не знала, что война начинается не с выстрелов, а с решений, принятых в тишине.