Изменчивая жизнь Дореи Поттер (джен)

Отец Доры, всё ещё держа её на руках, вышел из мастерской и снова поднялся в гостиную. Мать Доры трансфигурировала зубные щётки и ночные мантии для их гостей, потому что никто из них, кроме Петунии, не подготовился к ночёвке в гостях. Мистер и миссис Эванс собирались отговорить Петунию от её опасной затеи и не планировали присоединяться к ней.

— Оно довольно горькое, — сказала Петуния, выпив флакон, в котором были вода и порошок руколы.

— Зелья часто горькие, — тут же согласилась Лили, потому что она уже несколько раз пила зелья в больничном крыле. Ни одно из них не имело хорошего вкуса.

Отец Доры сказал им, что зелье подействует во время сна. Петуния поблагодарила его и Дору, её родители сделали то же самое. Они начали взволнованно обсуждать планы на следующий день, следующий месяц, следующее лето, следующий год. Они обсуждали, что они скажут маггловским соседям, обсуждали маггловские юридические бумаги, фотографии в этих бумагах и их замену. Дора сидела на диване в гостиной, дожидаясь, когда они наконец отправятся спать и она сможет заняться делом.

Дора попыталась читать заданную главу в учебнике по чарам, но не смогла сосредоточиться. Она снова достала пергамент, на котором было написано про предметы по выбору. Она всё ещё не могла определиться и выбрать два предмета из пяти. Она отложила пергамент и достала из кармана фотографию, которую выбрала Петуния. Глядя на очаровательную девушку с лицом, похожим на сердечко, Дора превратилась в неё, пытаясь убедиться, что она правильно понимает, какие именно черты лица у этой девушки, как они ощущаются в пространстве. Дора снова превратилась в себя, а потом снова в эту девушку, проверяя, что мысленные команды, которая она даёт своей магии, правильно понимаются ею. Превращения давались ей так же легко, как и в любой другой день её жизни с тех пор, как её бабушка закончила учить её контролировать свой дар.

Дора достала из кармана зеркало и посмотрелась в него, проверяя, что сходство созданного ею лица с фотографией точное. Она подправила несколько деталей, вроде линии роста волос, и снова превратилась в себя.

Когда все наконец заснули, Дора встала с дивана в гостиной и вместе с отцом пошла в гостевую спальню Петунии. Отец наложил на неё сомниум, чтобы она случайно не проснулась и не отвлекла Дору от сложной трансфигурации. Петуния спала, спокойно вдыхая и выдыхая, но это не должно было мешать магии, потому что Дора тоже вдыхала и выдыхала во время своих превращений. Это никогда ей не мешало.

Бросив последний взгляд на фотографию, Дора подняла палочку, коснулась ею затылка спящей перед ней маггловской девушки, закрыла глаза и начала колдовать.

* * *

Пока все спали, Дора пожаловалась отцу, что не может определиться, какие предметы по выбору ей изучать.

Она хотела взять арифмантику, потому что её вела профессор Вектор, которая очень нравилась ей из-за занятий в клубе дебатов, и потому что навык вычисления был полезен зельевару.

Она хотела взять уход за магическими существами, потому что зельевару так же было полезно разбираться в том, как были устроены животные, части которых использовались в рецептах.

Она хотела взять прорицание, потому что с детства дружила с Сивиллой, собиралась продолжать дружить с ней всю свою жизнь, а значит трактовка пророчеств была для неё полезной и интересной наукой.

Она хотела взять маггловедение, потому что её раздражало, что недалеко от неё существует такая огромная часть мира, которую она совершенно не понимает.

Единственным предметом, который Дора не хотела брать, были древние руны.

Проблема была в том, что студентам полагалось выбрать два предмета из пяти. Можно было выбрать три, если ваши родители подписывали согласие на дополнительную нагрузку. Но четыре предмета выбрать было нельзя.

Попечительский совет и профессора считали, что студенту будет тяжело справиться с большим количеством предметов. Возможно, они были правы насчёт остальных студентов, но не насчёт Доры, которая не спала и имела больше времени, чем другие. Она, конечно, не собиралась рассказывать профессорам об этом, потому что она не хотела привлекать внимание к своему дару. Но она хотела четыре предмета.

— Я мог бы написать Горацию и попросить его сделать для тебя исключение, — произнёс её отец. — Но буду честен, мне кажется, что даже для тебя это слишком большая нагрузка. Почему бы не отложить изучение зоологии на лето? Уверен, я смогу научить тебя всему, что ты захочешь узнать.

— Я согласна! — тут же ответила Дора, потому что ей нравилось учиться у родителей.

Она тут же написала письмо профессору Слизнорту о том, что выбирает арифмантику, прорицание и маггловедение, а её отец подписал для неё согласие на дополнительную нагрузку из-за третьего предмета.

* * *

Было ранее утро. Петуния была первым, кто сегодня проснулся, потому что чары сна, которые отец Доры наложил на неё, сделали её сон коротким и беспокойным.

Петуния долго рассматривала себя в зеркало, колеблясь между растерянностью и счастьем, пока Дора весело наблюдала за ней, упражняясь в остроумии и описывая её будущую жизнь театральной актрисы или актрисы кино, хотя она всё ещё не очень понимала разницу между этими двумя вещами.

— Ты сама была бы отличной актрисой кино, — внезапно сказала ей Петуния. — С твоим даром изменения внешности, ты могла бы сыграть вообще любую роль. Даже роль инопланетянина.

— Я бы с радостью! — заявила Дора, весело подпрыгивая. — Но я слишком занята тем, что пытаюсь стать зельеваром и продолжить семейное дело!

— Зелья тоже хорошая вещь, — согласилась Петуния, снова глядя на себя в зеркало. — А почему ты не сделала себя красивее, если могла?

— Неужели я некрасивая? — ухмыльнулась Дора. — Неужели тебе не нравится мой очаровательный хаос на голове?

— Ты красивая, — серьёзно кивнула Петуния. — Но всегда можно лучше, верно?

Дора тоже посмотрела на себя в зеркало. Она вносила несколько изменений в свою внешность, например, исправила своё зрение и сделала свои волосы больше похожими на волосы своего брата, потому что когда-то она хотела во всём походить на него. Но это были не очень заметные со стороны изменения.

— Думаю, мне больше нравится быть Поттером, чем иметь правильные черты лица, — Дора пожала плечами. — Но может быть я передумаю, когда стану старше и начну интересоваться мальчиками! Мне только сегодня исполнилось тринадцать, и пока мне интересно только как победить их в дуэли! В следующем году я буду на третьем курсе, и профессор Флитвик разрешит мне принять участие в дуэльном турнире среди четверокурсников! Скажи, будет круто, если я выиграю турнир для четверокурсников, будучи на третьем курсе? Джеймс просто умрёт от зависти!

— У тебя сегодня день рождения? — переспросила Петуния, удивлённо моргнув и став ещё более милой из-за этого. — О, я бы приготовила тебе подарок, если бы знала.

— Подарок? — переспросила Дора, с умилением глядя на неё. — О, нет, у нас не принято дарить подарки на дни рождения. Это было бы так сложно, уследить когда у кого день рождения, если он может быть в любой день в году. Вместо этого мы дарим подарки на Рождество!

— А знаешь, у меня есть для тебя подарок, — внезапно сказала Петуния. — Если ты не против.

— Как можно быть против лишнего подарка? — ухмыльнулась Дора.

Петуния сходила в гостевую комнату, чтобы взять свою сумку, и достала оттуда странное маггловское устройство. Оно выглядело как небольшая коробочка и длинным шнурком. Коробка называлась портативное радио, и оно не работало.

— Может быть, он сломался, — разочарованно пожала плечами Петуния.

— Скорее всего, местная магия мешает его работе, — ответила Дора. — Ничто маггловское не работает здесь! Считатель, который Лили подарила мне на прошлое Рождество, тоже не заработал.

— Мы могли бы отойти на некоторое расстояние от твоего дома и проверить там.

— Годриков лес очень большой. Мы не сможем уйти достаточно далеко, чтобы его магия не доставала до нас. Разве что...

— Пожалуйста, не предлагай ничего опасного!

— Мётлы не опасны! Я летала всю жизнь!

Дора вытащила из своего расширенного кармана метлу, которая тут же зависла в воздухе рядом с ней, и помогла Петунии сесть перед ней так, чтобы Дора могла её держать. У неё было такое смешное выражение лица, словно она ужасно боялась, но всё равно не могла отказаться.

— Я буду медленно, — пообещала Дора и взлетела, оставляя крыльцо дома далеко позади.

Утренний туман растекался между деревьями Годриковова леса, стелясь над болотами. В некоторых местах он становился таким густым, что сквозь него было ничего не видно, из-за чего Годрикова Впадина казалась полностью оторванной от всего остального мира.

— Это не медленно, — произнесла Петуния несколько секунд спустя.

— Зато ты красивая, — ухмыльнулась Дора и захихикала, довольная своим абсурдным ответом.

Она остановила метлу и перестала подниматься, когда из маггловского устройства в руках Петунии начал доноситься некий осмысленный шум. Петуния обернулась, чтобы засунуть шумящий шнурок в левое ухо Доры, и та обняла её крепче, чтобы никто из них не свалился вниз.

...The world on you depends...

Под ними был океан тумана, а странная маггловская музыка играла сама себя без всякой магии.

...Our life will never end...