Исправление и наказание (гет)

Слава всем Богам, теперь у него было ещё одно занятие, да такое, что хоть бутылку арборского открывай.

Тирион был вполне доволен исходом событий. Драконы не участвовали в битве, ведь десница королевы смог уговорить её не рисковать собой. Было сложно, но его поддержал сир Барристан. К тому же, Виктарион Грейджой показал на деле свою предданность Дейнерис Таргариен.

И всё же…

Ворота Утёса распахнулись перед Тирионом и Безупречными, что дала ему королева. Казалось бы, нужно радоваться, ведь не потребовалось новых смертей для завоевания замка, который должен был отойти ему по праву, но всё было не так. Всё не так! На него смотрели с нескрываемым презрением. Тирион мог расхаживать, где ему было угодно, но в него едва ли не плевали те, кто остался в Ланниспорте. А таких было мало.

Пленники прибыли ранее на кораблях Грейджоя. Королева запретила ему убивать без нужды, велев плыть к Утёсу Кастерли. Она рассудила, что Тирион на месте разберётся, что следует делать с теми, кого пытался вывезти Джейме.

А вот тут начинались проблемы. Что за слова нашёл Джейме, если его народ предпочёл бросить свои дома и уплыть на Север? Как не хватало Вариса, но тот молчал. Из Королевской Гавани лишь было отправлено приветственное письмо, в котором король Эйгон сообщал, что с нетерпением ждёт свою тётю. И невесту. Дейнерис морщилась, когда Мормонт читал ей это письмо, а Виктарион напомнил, что она обещала свою руку Эурону Грейджою, который уже находился в пути к Утёсу Кастерли.

Вскоре в Утёс прибудет и Дейнерис с драконами. Тирион должен был подготовить свой замок к визиту королевы. Это было проблематично, ведь братец не оставил ни единой завалящейся монетки, ни одного ржавого гвоздя. Лишь тем, кто остался в городе, была оставлена провизия на несколько месяцев. Всё остальное «уплыло» на Север, к Старкам.

Старк… Тирион как раз держал свой путь в темницы. Безупречные, выполняя приказ своей королевы, пленили всех, кого смогли. Обычный люд выпустили в Ланниспорт, словно скот, но были и те, чьё облачение вызывало серьёзные вопросы. Красная Куница, заменивший павшего Серого Червя, сообщил на ломаном общем языке, что за решётку отправили тех, кто сражался дорогой сталью. И тех, у кого были рисунки на камзолах, то есть гербы.

‒ Мормонт, не боитесь увидеть свою сестрицу среди пленных? ‒ спросил со смешком Тирион.

Он шёл в обществе сира Джораха и, внезапно, мейстера Марвина. Впрочем, Тирион полагал, что Безупречные могли и не сообщить, что кому-то из пленных требуется лекарь. Так что мейстер пригодится.

‒ Если она и была там, то погибла в бою, ‒ мрачно ответствовал Мормонт.

Да, о пленных женщинах не сообщали. Двенадцать темниц на двенадцать человек. Тирион был намерен посетить их всех. И Мормонт в случае чего поможет опознать их. Подробностей морского боя они не знали, но всё же Тирион надеялся, что кто-то ценный попал к ним в руки. Север не преминет вернуть своих лордов домой, а королева проявит милосердие и благородство, что были ей присущи. И так будет положено начало миру, ведь Грейджой атаковал не Север, но человека, что убил отца их королевы. Жаль только, что Джейме всё же удалось ускользнуть.

Тирион был намерен пообщаться с пленными, разговорить их. Он не желал пытать их, да и не стал бы. Просто ему нужны были хоть какие-то сведения о происходящем в Вестеросе. Мда, братец ведь прихватил с собой и все документы, оставив только несколько писем от Дозора, который взывал о помощи. Слишком толстый намёк, чтобы Тирион поверил в него.

Первая дверь с лязгом отворилась. Темницы Ланнистеров были более милосердны к пленникам, нежели Чёрные камеры столицы. Здесь регулярно менялась солома, да чадили факелы на стенах, источая свет, так нужный заключённым. И узкие дыры в полу служили отхожим местом, так что вони здесь было поменьше, чем от некоторых дотракийцев.

Тирион бесстрашно шагнул внутрь, а за ним и Марвин с Мормонтом, а Красная Куница встал у двери со своим копьём. В полутьме блеснули голубые глаза. Огромный человек с великаном на камзоле гневно смотрел не на Тириона, но на Мормонта.

‒ Работорговец! ‒ прошипел мужчина, который мог быть кем-то из Амберов. ‒ Что, доволен? Прислуживаешь тем, кто разграбил земли, где ты когда-то жил!

Звякнули цепи, но они были слишком коротки, чтобы заключённый мог чем-либо навредить Тириону. И всё же мужчина смачно сплюнул, метко угодив в ногу Джораха Мормонта.

‒ Это сын лорда Амбера, ‒ с застывшим лицом сказал Мормонт. ‒ Маленький Джон Амбер.

‒ Да, это я, ‒ Джон распрямился, тяжело дыша. ‒ И ты можешь убить меня, карлик, но я ничего тебе не скажу.

‒ Серьёзно, милорд? ‒ Тирион подавил желание закатить глаза. ‒ Ну, хорошо. Скажите хоть, не нужен ли вам мейстер? Да и темница ‒ не место для столь знатного пленника. Я прикажу перевести вас в более удобные покои. Вам более не причинят вреда.

Но Амбер смотрел на Мормонта.

‒ Что, отомстил ему, да? Мой лорд лишь следовал законам, а ты так отплатил ему? ‒ вновь жалобно звякнули цепи.

‒ Милорд, прошу вас, успокойтесь… ‒ примирительным тоном продолжил Тирион.

‒ А ты? Кто бы мог подумать, что Цареубийца будет умнее тебя, карлик, ‒ Джон всё же заметил Тириона. ‒ Как ты смеешь говорить мне об «удобных покоях»! Я нужен не здесь, а дома. К Стене уже подошли…

Тирион усомнился в здравомыслии Амбера. Тот ещё долго вещал о том, что пока они торчат тут, к Стене уже подошла смерть. И что он, Тирион, может радоваться, что его братец вывез всё и вся из Утёса.

‒ Где лорд Старк? Если эти кастраты убили его, то никого из вас не спасёт никакой бог, ‒ закончил яриться Джон.

Мормонт переглянулся с Тирионом. Да, все они были наслышаны о том, что Эддард Старк восстал из могилы, но впервые увидели того, кто, безусловно, верил в это.

‒ Он был среди вас? На кораблях? ‒ уточнил Тирион.

Джон снова сверкнул глазами и замолк. И всё же Тирион уже понял, что тот, кто, возможно, был лордом Старком, должен был быть среди тех, кто плыл из Ланниспорта на Север.

‒ Хорошо, милорд, ‒ вздохнув, сказал Тирион. ‒ Можете думать обо мне, что вам угодно, но вас разместят под охраной в хороших покоях. Даю вам слово.

Джон ещё сильнее выпрямился.

‒ Я ведь не шучу, Ланнистер, ‒ уже без гнева сказал он. ‒ Если вы убили лорда Старка, то никому из вас не жить. Пройдёт месяц, а, может полгода… Вас убьют Иные в худшем случае, а в лучшем ‒ колдунья.

‒ Так, ‒ встрепенулся Марвин. ‒ До нас доходили слухи, что на службе у человека, что представляется Эддардом Старком, находится колдунья! Не можете ли вы прояснить для нас этот вопрос?

И тут Джон тяжело опустился на пол, а затем покачал головой.

‒ Не могу и не стану. Просто рекомендую вам найти моего лорда живым и здоровым, ‒ посоветовал он.

Больше ничего от Амбера они не смогли добиться. Далее обошли ещё три темницы, в которых оказались люди, служившие павшему в бою Галбарту Гловеру. От них Тирион не смог добиться ни единого слова, но всё же нашлась работа для мейстера. У одного из пленных загноилась нога.

‒ Тирион, ‒ тихо позвал Мормонт.

‒ Да? ‒ Тирион остановился и настороженно покосился на совсем побледневшего Мормонта.

‒ Они не простят нашей королеве этой бойни, ‒ ещё тише сказал Мормонт. ‒ Я понимаю, что вы пытаетесь сделать, но ничего не получится. Северяне упрямы. Они помогали вашему брату увезти мирных людей Ланниспорта, но под знаменем нашей королевы на них напали ненавистные Грейджои. Гловер пал, сын Амбера в плену. К тому же, судя по всему, пал и тот, кого весь Север признал своим законным правителем.

Тирион крепко сжал губы. Что ж, наверняка Мормонт прав. И всё же они должны попытаться договориться о мире. Должны, ведь рано или поздно королева может вспылить и всё же бросить в бой самое опасное оружие. Конечно, поля не выгорят, но Тирион не желал повторения бойни у стен Миэрина.

В следующей темнице лежал мертвец. На полу растеклась лужа крови. Мейстер уже не требовался.

В пятой темнице сидел ещё один из людей Гловера. После известия о смерти своего лорда, о чём он, очевидно, не знал до этого момента, воин по имени Дарелл выругался так, что Тирион отступил на шаг. И здесь его постигла неудача. Упрямые и очень верные северяне.

В шестой темнице их встретило негромкое бормотание. На каменном полу лежал человек, с ног до головы забрызганный кровью. На его голове виднелась глубокая рана, а левая нога неестественно изогнулась.

‒ Это он убил Серого Червя, ‒ подал голос до того молчавший Красная Куница.

Тирион пожал плечами. Что ж, тут уж ничего не поделаешь. Остаётся надеяться, что королева не станет казнить за смерть, принесённую в справедливом бою.

Голова мужчины метнулась из стороны в сторону.

‒ Лианна! ‒ простонал он. ‒ Не уберёг!

Тирион вздрогнул, снова переглянувшись с Мормонтом. Он отчётливо видел, что Медведь не хочет заходить в камеру. И видел, что думают они об одном и том же.

‒ Он явно в горячечном бреду, милорд, ‒ сказал Марвин, тоже застывший на пороге.

Заключённый снова заметался, его здоровая нога с силой ударила в пол.

‒ Кэт! ‒ новый стон подтверждал догадки Тириона.

И они, словно трусливые мальчишки, стояли на пороге. Тирион почувствовал, как на него накатывает ужас.

‒ Так, Красная Куница, ‒ пробормотал он, не отрывая взгляд от лежащего на полу мужчины. ‒ Живо беги за мейстером Крейленом. Путь притащит сюда все свои запасы лекарств…

‒ Он убил нашего командира, а вы станете…

‒ Вы ‒ Безупречный! И ваша королева приказала вам подчиняться мне, её деснице! ‒ рявкнул Тирион.

А мужчина тем временем всё метался и метался, на миг свет факела упал на его искорёженный доспех с серым лютоволком.

‒ Знаете, Мормонт, я что-то не хочу туда заходить, ‒ сказал Тирион, когда Красная Куница пропал из поля зрения.

‒ Стоять! ‒ Мормонт словно бы и не слышал его, но рявкнул на Марвина, который намеревался зайти в темницу.

И в этот самый момент Тирион почувствовал, что воздух вокруг словно бы сгустился. Он силился вдохнуть, да не выходило. Перед глазами на миг встала тьма, но тут же рассеялась, а мир вокруг словно бы вздрогнул.

И всё снова пошло своим чередом.

Марвин поднял вверх раскрытую ладонь. Он выглядел очень обеспокоенным.

‒ Вы тоже почувствовали это, милорд? ‒ глаза Марвина забегали.

‒ Эммм… Да. Это что такое было? ‒ Тирион насторожился, воззирившись на мейстера, столь сильно интересующегося магией.

‒ Понятия не имею, ‒ покачал головой Марвин. ‒ Но голову даю на отсечение, что произошло что-то очень серьёзное. И где-то очень далеко. Мир не может просто так вздрогнуть и остаться на месте… Или у меня одного было такое ощущение?

Мужчина в темнице снова заметался. А ведь они всего на миг отвлеклись от него. Он бормотал что-то, и вот уже лицо оказалось освещено факелом…

‒ Мне нужно выпить, ‒ Тирион не особо понимал, что говорит.

‒ Я с вами, Тирион, ‒ ужас в голосе Мормонта слышался уже отчётливее.

‒ Так, мейстер Марвин, ‒ протянул Тирион. ‒ Не смейте ни на шаг приближаться к этому человеку. Иначе я собственными руками вас придушу. Имеется, знаете ли опыт…

‒ Почему? ‒ без страха, но с интересом спросил Марвин.

Тирион промолчал. Он думал о том, что испытал его брат, когда столкнулся лицом к лицу с Эддардом Старком. И Бейлиш. И Болтон. И все те, кто причинил вред семье Старков. Так почему же Тириона сейчас охватило то же чувство ужаса, которое должно было охватить тех, кто увидел перед собой ожившего мертвеца? Тирион ведь не участвовал в планировании Красной свадьбы…

‒ Сын! ‒ не непонятное бомотание, но почти вой, словно бы в ответ на мысли Тириона.

Он вздрогнул и подавил низкое желание бросить всё как есть. Не к лицу карлику ещё и трусость.

‒ Куда запропастился этот Безупречный? ‒ пробормотал Мормонт.

А Тирион задумался. Он крепко задумался, что же теперь делать. Если лорд Старк снова умрёт под рукой Ланнистера, то будет плохо. Очень плохо. Упрямые северяне не убоятся драконов.

Пока мрачные видения будущего проносились в мозгу Тириона, по коридору, грохоча склянками, зашаркал мейстер Крейлен. А мужчина в темнице всё метался в горячке. Ему явно тоже виделись не очень приятные сцены, но прошлого.

Когда Крейлен шагнул в каменный мешок, Эддард Старк почти прорычал ещё одно имя:

‒ Гермиона!

И это имя заинтересовало Тириона. Почему в горячке к Эддарду Старку приходят не только лики детей, жены, сестры, но и какой-то «Гермионы»? Имя очень странное, непонятно откуда взявшееся… Наверняка это важно. Эх, как не хватает Вариса…

* * *

Санса сидела за высоким столом в главной зале Винтерфелла, облачённая в закрытое чёрное платье. Она наклонила голову вбок, широко раскрыла глаза, вперившись взглядом в Джейме Ланнистера, стоящего перед ней вместе с Томменом и Давеном Ланнистером.

Во главе стола сидел Рикон Старк. Был здесь и Мандерли, и Амбер.

‒ Вы бросили моего отца на растерзание железнорождённым, а теперь просите нашей помощи? ‒ звенящим голосом спросил Рикон.

Томмен, проигнорировав останавливающий жест дяди, вышел вперёд:

— Мы бы не бросили лорда Старка на произвол судьбы, милорд. Увы, но железнорождённые выбрали идеальный момент для атаки. Корабли Запада не могли свернуть в открытое море, ибо нам мешал и ветер, и течение. Я собственными глазами видел, как ломались вёсла в руках моих людей, что пытались исполнить приказ моего дяди…

Между тем Санса всё смотрела и смотрела на Джейме Ланнистера. Он бросил её отца. И Амбера. И Гловера. Но и словам Томмена она верила. А ещё Санса слабо удивлялась способностям своего отца оказываться в самом пекле.

Слабый толчок в бок отвлёк девушку. Рикон уставился на неё, явно исчерпав своё красноречие на том единственном вопросе. Но и Санса промолчала, но сделала знак служанке, стоявшей близ стола. Та взяла в руки поднос со свежим ржаным хлебом и горсткой соли.

— Мы поговорим об этом позднее, милорды, — наконец выдавила из себя Санса. — Мы, дети Эддарда Старка, уважаем его приказы и его волю. Будьте гостями в нашем доме, милорды. И да покарают старые боги тех, кто нарушит древний закон гостеприимства в нашем доме…

Санса смотрела в глаза Джейме Ланнистеру.