В твой мир из пепла (гет)

Фатум (финальная часть)

«Он серьезно или просто шутит? Вот оно, специфичное чувство юмора бога демонов».

Ли Сусу удержала себя от закатывания глаз и отвернулась, а Владыка демонов, усмехаясь, развернул свою супругу лицом трону и указал наверх со словами:

— Взгляни, птичка моя. Это Матрица Тьмы. Она может собрать в себе всю отрицательную энергию, накопленную с начала создания мира. Вот только сейчас ей необходим толчок, чтобы активироваться и запустить Великое Бедствие мира — вздохнул он и иронично добавил — Потому мы будем особенно рады всем, кто придет поздравить нас с нашим браком. Разумеется, и без «подарков» гостей я способен запустить Матрицу Тьмы, используя свои артефакты, равные божественным по силе.

Явив три своих артефакта (Арбалет, Меч и Печать), исходящих демонической энергией, он поднял их в воздухе и, полюбовавшись ими, произнес, обращаясь к демонам, собравшимся внизу:

— Мы долго ждали этот миг. Стоит ли мне активировать Матрицу Тьмы сейчас, чтобы свершить задуманное десять тысяч лет назад?

Демоны внизу истово выражали готовность начать войну со всем миром, приветствуя и поддерживая желание своего господина.

«Скорее всего, они не до конца понимают, что, соглашаясь на активацию Матрицы Тьмы, они и сами не выживут в ходе уничтожения этого мира» — подумала Ли Сусу.

Владыка демонов перевёл взгляд с воинственно настроенных демонов на свою супругу и с усмешкой спросил ее:

— А ты что скажешь, дорогая? Стоит ли мне сделать это прямо сейчас?

Та невидящим взором окинула беснующихся демонов и ровно ответила:

— Пролить кровь в день свадьбы⁽¹⁾ — неблагоприятный знак.

Владыка демонов дёрнул уголком рта и произнёс:

— О, ну раз так…тогда ладно — и, сложив ладони вместе в задумчивости, добавил — К тому же, идти во все кланы сейчас и убивать там всех слишком хлопотно — демонстративно вздохнул он и, хитро прищурившись и усмехнувшись, продолжил — Да и зачем, когда можно сделать проще, не так ли?

«Он намекал на то, что просто подождет «гостей», добровольно явившихся на заклание» — поняла Ли Сусу и сжала губы, а Владыка великодушным тоном добавил:

— Считай это моим подарком ко дню нашей свадьбы, Фенгхуань.

«И подарком вероятно была уступка, что он сегодня обошёлся без массовых убийств» — мрачно подытожила Сусу, сцепив зубы, пережидая очередную вспышку злости, накатывающую на неё в последние дни с пугающей периодичностью.

Внутри у неё давно кипела злоба.

Она злилась на свою свиту, демониц явно презирающих ее, но опасающихся кары Владыки и поэтому внешне, оказывающих почтение.

Сусу, помня о том, что именно этого желает Владыка демонов, с трудом удерживала себя от желания взять в руки кнут, демонстративно подаренный Мо Ну, когда она привела демониц к ней после воспитательной работы, и наказать их как следует за их выражения лиц, за их усмешки и перешептывания, за их неуважительные взгляды, за их пренебрежительные мысли о ней.

Она злилась на себя саму за слабость и бессилие в данной ситуации.

Она злилась на Владыку демонов, ясно видя, что он играет с ней как с мышью, желая убить его, но боясь навредить Таньтай Цзыню.

Злилась она и на самого Таньтай Цзыня, попавшего в ловушку и переложившего на неё необходимость противостоять богу демонов и миссию по спасению его и всего мира.

Она злилась и ничего не могла поделать со своими злыми мыслями, но удерживала себя от действий, от применения заклятий, опасаясь, что ее ци с каждым разом всё больше будет становиться демонической, а свернуть с этого пути потом будет очень сложно, ведь демоническая энергия меняла не просто направление силы, но и саму суть, включая мышление и восприятие. Наступал момент, когда насилие начинало приносить удовольствие, а собственные поступки не воспринимались злыми или несправедливыми. Ты просто начинал мыслить иначе и не то что не мог остановиться, а просто не хотел меняться.

«Интересно, если бы я всё же стала демоническим заклинателем, Цзынь продолжал бы любить меня? — мелькали у нее мысли — Или даже продолжала бы я сама любить его, если бы стала другой? Смогла ли сохранить это чувство в сердце? Захотела бы сохранить его? Или собственные желания и стремления стали бы важнее его целей и чувств?»

— О, а вот кажется и первые гости пожаловали — довольно заметил Владыка демонов и Ли Сусу, отвлекаясь от своих мыслей, оглянулась.

В сопровождении Нянь Баюя в зал влетели Глава Цюй и Мастер Чжао Ю.

Применив какую-то технику те быстро поняли, что перед ними уже не их ученик, а одержимый сущностью Бога демонов и переглянувшись заняли позиции слева и справа от них.

Чжао Ю стал плести какую-то сеть, направив ее на Владыку, а Цюй атаками духовного меча пытался отбросить того от своей дочери, но его попытки были отбиты небрежным жестом бога демонов и перенаправлены в Матрицу Тьмы, этим самым питая ее и пробуждая.

Заметив это, Ли Сусу крикнула:

— Отец, дядя, прошу остановитесь!

«Во чтобы то ни стало нельзя дать запустить Бедствие, иначе только смерть Цзыня отменит действие Матрицы Тьмы» — думала она, со слезами на глазах видя, как ее близкие сражаются с Владыкой, пытаясь спасти ее и Цзыня, но своими действиями обрекая весь мир на смерть.

— Так-так — протянул Владыка — Оказывается это твои ближайшие родственники. Какая…горячая встреча — холодно улыбнувшись, подметил он и снова направил энергию атаки главы Цюй и его убийственного намерения в Матрицу Тьмы, добавив с тонкой улыбкой — Что ж, мы рады визиту.

Что-то поняв, глава Цюй отступил, теперь просто держа щит перед ним и Чжао Ю, ожидая пока тот закончит свое заклинание блокирующей сети, зная, что тот хочет спасти своего ученика от одержимости.

— Ли Сусу, отойди от него — произнёс Цюй, напряженно добавив — Он уже не Цан Цзюминь.

Сусу дернулась было к отцу, но Владыка демонов прихватил ее за локоть и удержал рядом с собой:

— Жена моя, куда же ты? — с укором проговорил он и насмешливо напомнил — Теперь мы с тобой единое целое. Оставайся рядом «и в горе, и в радости, пока смерть не разлучит нас».

— Цан Цзюминь, ты же слышишь меня? — громко обратился к нему Чжао Ю — Борись! Сопротивляйся. Ты же сильный. Послушай своего Мастера, вернись — и кинул в него сплетенную сеть.

Владыка демонов одним движением ладони пренебрежительно отмахнулся от засветившейся сети. Сначала он хотел развеять ее на бесполезные искры, но потом ему пришла в голову идея и он обратным толчком отправил ее обратно на двух заклинателей. А чтобы те не увернулись и не отменили своего заклинания, одновременно второй рукой сбил их с ног волной демонической ци, прижав к полу.

В результате, блокирующая и подавляющая сеть успешно накрыла главу Цюй и Чжао Ю и в тот же миг те оцепенели, словно замороженные. Не было видно ни малейшего движения, даже дыхания не было заметно.

Владыка демонов поднял руку, но Ли Сусу в страхе обеими руками вцепилась в неё, пытаясь удержать от возможного смертельного удара по ее беспомощным сейчас родным.

«И зачем они пришли. Просила же передать, чтобы не совершали необдуманных действий и просто ждали ее возвращения» — расстроенно подумала Сусу, впрочем, понимая, что весть о ее свадьбе с Владыкой демонов не могла оставить их равнодушными. «Может Нянь Баюй сказал им, что они сами могут убедиться, что это его прежний господин, который просто притворяется?»

Владыка усмехнулся и с удовлетворением накрыл ладонь жены на своем локте своей рукой, заставив ее вздрогнуть от холодного прикосновения, а затем спокойно сказал:

— Нянь Баюй, ты привёл членов семьи моей супруги. Благодарю — и ностальгически посмотрел на затухающую Матрицу Тьмы, которой не хватило энергии атак для запуска.

Растерянный Нянь Баюй заторможено кивнул и опустил взгляд. Он не знал, что и думать. «Почему главы кланов вдруг напали на его господина? Неужели потому, что Таньтай Цзынь так хорошо замаскировался под Владыку, что те поверили? Или они это для поддержания легенды перед другими демонами? Не может же быть, что господин действительно не… Однако, он ведь не убил главу Цюй и Чжао Ю и его не наказал за то, что привел тех, кто напал. Значит всё же всё это игра? Что ему делать сейчас, продолжать играть свою роль?» — тревожно размышлял Баюй, когда услышал:

— Проводи гостей и присмотри за ними — повелел ему Владыка и многозначительно добавил — Мы же не хотим, чтобы они случайно пострадали — и кинув взгляд на Ли Сусу, махнул слуге рукой в направлении подземелий.

Нянь Баюй понятливо кивнул и, подняв заклинанием окутанных сетью глав, вышел с ними из зала. «Должно быть, господин хочет, чтобы я спрятал их и охранял от других демонов, пока всё не закончится» — подумал он, а затем недоуменно спросил себя — «Что «всё»? — и сам же ответил — Вся эта игра, весь этот обман. Пока всем не откроется вся правда» — вздохнул он и стал спускаться в самые дальние пещеры, туда куда редко забредают демоны. Так он убедил себя в правильности своего решения и был готов и дальше выполнять поручения своего господина.

Проводив взглядом ушедшего с пленниками Нянь Баюй, а затем жестом отправив всех демонов прочь, Владыка демонов, элегантно откинул полу мантии и уселся на трон, проговорив:

— Итак… Твой черёд радовать меня подарками к свадьбе — и выжидательно уставился на Ли Сусу.

Та сцепила руки на животе и обеспокоенно подумала: «Неужели он догадался о том, что я задумала? Может как-то узнал, что именно я взяла из сокровищницы в Цзине? Или у него есть способность предвиденья? Тогда мне…»

Не дождавшись никаких действий от супруги, Владыка слегка поменял позу и, прервав лихорадочные мысли своей жены, чуть насмешливо спросил:

— Ну что же ты, птичка моя? Мы здесь одни. Не собираешься призвать свою арфу и применить матрицу развоплощения души? Неужели даже не попытаешься с помощью силы божественного артефакта Чунъюй убить меня? — уточнил он с усмешкой.

Ли Сусу моргнула. «Неужели Владыка демонов предвидел будущее? Но я ведь не собиралась жертвовать собой и убивать его. Ну точнее Таньтай Цзыня, конечно, но сейчас они едины. Так с чего вдруг?.. Или… Получается он видел тот вариант будущего, который показывали в дораме? Неужто само Мироздание путает его, влияя на его способность предвиденья и показывая богу демонов видения только о тех событиях, что должны были развернуться согласно изначального сценария этого мира? И это вся помощь? Ну спасибо — мысленно скривилась Сусу, а потом вздохнула — Значит он не видит того будущего, которое изменено мной и не знает, что я задумала. Это хорошо. Спасибо и на этом».

— Что такое, передумала? — усмехаясь, уточнил Владыка демонов и кивнул — Это мудро.

— Интересная задумка, но этого недостаточно чтобы навредить мне — продолжал говорить Владыка — Что такое эта техника развоплощения и сила твоей арфы? Остатки духа Чухуан могли защищать тебя от смертных или заклинателей, но эта тень ее силы не сравнится с полноценной силой бога.

— Что там дальше? — поигрывая пальцами, спросил он, смотря во что-то перед собой — Кучка культиваторов в кланах бессмертных откопали парочку древних заклятий. Одно — это демонический способ поглощения сил, который в итоге обращает отступника в демона и больше навредит им самим, чем мне. А другое… Вызов Кары небес? Двенадцать богов когда-то отдали все свои силы, чтобы помешать мне активировать Матрицу Тьмы, ослабить и пленить меня. А уж эти культиваторы — пренебрежительно махнул рукой Владыка — Для них единственный способ запустить заклинание вызова Кары небес это единомоментно оформить двенадцать построений из двенадцати самых сильных культиваторов двенадцати кланов. Выглядело эффектно, но результат? Смешно. Всё чего они смогут добиться путём массового самопожертвования — лишь ранить меня. Я не умру и даже не ослабну настолько, чтобы они могли победить. Кроме того, ты как хорошая жена, конечно же согласишься принять Кару небес за меня, не правда ли? — усмехаясь прищурился он на Сусу.

— Ты знаешь, что они придут за тобой — глухо произнесла Ли Сусу, опустив голову, не желая случайно выдать ему свои мысли выражением своего лица.

— Разумеется, я знаю, что они придут за моей жизнью — с весельем отозвался Владыка демонов и уточнил — Вот только, всё что они получат это свою смерть. Я поглощу энергию их проклятий и силу их душ, а затем напитаю ими Матрицу Тьмы. Воздействие этой Матрицы нарушит баланс вселенной и даст мне настоящую власть над Мирозданием. Она даст мне свободу и право решать свою судьбу. Как и судьбы всех живых всего этого мира. Великое Бедствие дарует всем великое освобождение от оков этого мира и моя задумка наконец свершится — мечтательным тоном завершил свою речь бог этого мира.

— Ты ведь говорил, что не торопишься завершать свой план — напомнила ему Ли Сусу — Ты только что вернул себе жизнь, так зачем уничтожать мир так скоро? Ты рассказывал, что создавал этот мир наравне с другими изначальными богами, разве тебе не жаль свое творение?

— Этот мир уже давно отравлен. А уж сейчас… куда не посмотри не увидишь не испорченной земли — как-то устало отозвался Владыка — Мир уже не тот что прежде, так зачем его беречь? — спросил он риторически, а потом, заметив, как нервничает его супруга, ухмыльнулся — С другой стороны, если ты желаешь, можешь попытаться уговорить меня отложить конец мира, отговорить меня от скорого воплощения своего плана.

— Как же? — устало уточнила Ли Сусу.

— Пообещай мне что не пойдешь спасать свою родню, тогда я взамен пообещаю не трогать их, оставив в том состоянии в какое они сами себя погрузили — произнес Владыка, следя за выражением лица девушки пронзительным взглядом, а потом добавил — Поклянись, что не сбежишь от меня, тогда я не стану активировать Матрицу Тьмы в ближайшее время.

Ли Сусу не особо поверила в слова бога демонов, слишком уставшая от его словесных игр и манипуляций, но тем не менее послушно пообещала и поклялась, а затем, поколебавшись немного, спросила:

— Можешь ли ты пообещать не убивать тех, кто придет сюда за мной?

Она понимала, что, вероятно очень скоро кланы соберутся и пойдут к Бездне, чтобы напасть на Владыку демонов. И скорее всего погибнут в неравной борьбе. Если бы бог демонов согласился сохранить их жизни на подобии как сделал с ее отцом и дядей, то у них еще был шанс выжить. Если, конечно, ей удастся воплотить свой план.

— Хм, не много ли ты просишь, дорогая? — как-то мрачновато усмехнулся Владыка демонов — Не все из них идут чтобы спасти тебя. Большинство культиваторов придут за моей жизнью.

— Учитывая твое могущество и неуязвимость, им ведь всё равно не удастся навредить тебе — ответила Сусу и с вызовом уточнила — Не так ли?

— Так — качнул головой бог демонов и, рассматривая ее, задал свои вопросы — Но разве это справедливо? По-твоему, тому кто имеет большую силу, нельзя использовать ее против других, даже если они пытаются лишить его жизни, просто на том основании, что им это не под силу? Забавно — хмыкнул он и продолжил — При этом вы люди судите людей даже за попытку убийства. Мне же запрещено наказать тех, кто приходит в мой дом с мечом и огнем. Впрочем, неудивительно, логика светлых всегда была особенной. Тем более в отношении темных созданий -равнодушно, но с оттенком разочарования в голосе, закончил он.

— Я… — смутилась Ли Сусу, уловив этот упрек.

Владыка между тем не дал ей договорить и махнул рукой, задумчиво произнося:

— Что ж, отнимать их жизни раньше срока не имеет особого смысла. А темницы в подвалах дворца обширны и пусты. Так что я могу пообещать тебе сохранить их никчёмные жизни до финального дня — а потом усмехаясь уточнил у девушки:

— Довольна ли моя супруга? Разве я не щедр? — насмешливо похвалил он себя.

Ли Сусу кивнула и выдавила благодарную улыбку. В конце концов, отсрочка тоже благо.

— На чём мы там остановились? — на миг задумался Владыка, словно вспоминая ход затеянной им игры, а потом заключил — Ах да. Следуя правилам ритуала тебе сейчас стоит быть в брачных покоях, не так ли? Ступай туда и подожди меня.

Ли Сусу молча склонила голову и развернулась уйти.

Две демоницы-распорядительницы проводили ее и оставили сидящей на кровати.

И вот уже полчаса она сидела, судорожно сжав пальцами ткань подола, и думала о том, что ей предстоит.

Еще по пути назад в Бездну Ли Сусу открыла шкатулку и шипы, вырвавшись из плена, впитались в неё. Теперь холод этих шипов напоминал ей о том, что она должна сделать. Совсем скоро.

«Она использует не больше шести шипов — мысленно повторяла она себе — Ну или столько сколько успеет. Внезапность атаки должна помочь, как и прочность канонности событий. С помощью шипов ослабив сущность изначального Владыки, она возможно сможет помочь Таньтай Цзыню взять верх над сознанием Владыки демонов и вновь стать собой, а, одолев волю захватчика и получив силу бога демонов, Цзынь потом сможет извлечь эти шипы из себя».

Она лишь молилась, что всё получится и ее Таньтай Цзынь вернётся к ней. «А дальше…, что-нибудь придумаем. Вместе» — Сусу решительно сжала кулаки.

Владыка демонов явился бесшумно и медленно подошел к ней. Она опомнилась лишь, когда тот снял с неё фату и вздрогнула от неожиданности. Словив ее испуганный взгляд, Владыка демонов довольно улыбнулся и сел напротив. Сусу нервно сглотнула, успокаивая сбившееся дыхание, а Владыка между тем с интересом огляделся, то рассматривая шикарную обстановку вокруг, то ее саму как птичку в золотой клетке.

Рассеянно отметив, что радужка глаз у него стала золотистой почти полностью, оставив лишь тонкий ободок, вокруг зрачка на правом глазу, девушка мысленно собралась, ожидая, когда тот снова отвернется. Уже и так сильно нервничая, а также понимая, что больше ждать не имеет смысла и лучше действовать сейчас, используя эффект неожиданности, Ли Сусу сцепила зубы и, словив нужный момент, призвала скрытые в себе шипы к атаке, направив сразу шесть из них в сердце сидящего напротив мужчины.

В тот же миг Владыка демонов не глядя выставил перед собой активированную чешуйку дракона, о которую шипы разбились, осыпав их обоих искристыми осколками.

— Ах, предательство в день свадьбы, убийство в брачную ночь — восторженно воскликнул Владыка демонов, пару раз хлопнув в ладоши — Это ведь такая чудная традиция. Я ждал — прищурив глаза, признал он.

Торопливо проверив последние три шипа и увидев, что те уже исчезли, Ли Сусу, с сожалением глядя на таявшие искры оружия, которое единственное было способно поразить злую сущность бога демонов, с запозданием поняла, что вероятно Владыка заранее был готов к нападению. «Почувствовал убийственное намерение или вовсе давно прочитал ее мысли?»

— Ты же говорил, что не читаешь мысли — немного обиженно пробормотала она невольно обвинительным тоном.

— Это так — подтвердил Владыка и размеренно продолжил — Не все мысли доступны мне. Но я бог и тесно связан с негативной энергией этого мира. Как же я мог не услышать, когда моя жена думает о зле — думает о моем убийстве?

— Почему же не остановил, еще когда я пошла в Цзин? — с тенью досады уточнила Сусу, вспоминая как она радовалась, что ей легко удалось покинуть Бездну и забрать шипы из сокровищницы во дворце Цзина.

— А зачем? — поднял бровь Владыка демонов и пояснил — Зачем идти куда-то самому, искать это твое оружие против меня, когда ты и так принесла мне его.

«Доставка лично в руки?» — скривила губы Сусу.

— Ну-ну, не кривись — насмешливо фыркнул бог демонов и продолжил — Мне кажется я вправе был рассчитывать, как минимум на ответную любезность. Я ведь был так добр и предупредителен к тебе. Тебе, кстати, не интересно почему?

— Интересно — уныло выдохнула Сусу.

По ощущениям, у нее словно выдернули все кости, и она безвольно осела, потеряв всякую волю к сопротивлению, лишь по привычке продолжая поддерживать диалог с Владыкой демонов, как тогда, когда еще надеялась всё исправить, опираясь на каннонные события.

— Я видел к чему приведет плохое обращение с небожительницей Юньлин — с усмешкой начал рассказывать Владыка — Я в курсе, что обрести божественность для феникса быстрее всего через путь бессердечия. Так зачем же мне способствовать исчезновению тени любви к Таньтай Цзыню, которым я стал? И к слову… — вдруг добавил он и, склонившись к ней и подняв ее лицо за подбородок, поинтересовался:

— Моя маленькая птичка, как же так? Ты говорила, что любишь Таньтай Цзыня, была готова выйти за Цан Цзюминя и клялась ему быть рядом кем бы он не стал, но посмотри на себя сейчас — готова убить возлюбленного ради спасения мира? Ну разве не забавно? — издал он смешок, отпуская ее и чуть отдалившись.

— Что тут забавного? — послушно уточнила девушка, почувствовав, что собеседник ждет этого от неё.

Расслабленно откидываясь назад, опираясь на локоть, Владыка демонов проговорил:

— Ах, Фэн, моя милая супруга, всё происходящее только еще раз доказывает давно известную истину — ненависть сильнее любви — и не увидев никакого отклика, продолжил — Взять хотя бы историю любви бога Мин Е и речного духа Сан Цзю: их чувства пылали ярким огнем, но прошло всего пару веков и уже никто и не помнил об этой мелочи. Лишь о грандиозной войне между богами и демонами, на фоне которой чувства двоих всего лишь второстепенная подробность, ничтожная настолько, что если бы не сон дракона, то никто бы и не вспомнил о том, что она вообще была. Разве это не доказывает, что я прав? Любовь глупа, незначительна и бесполезна.

Подождав немного и не дождавшись ни возражений, ни возмущений на свои слова, бог демонов с удовольствием подметил:

— Другое дело — ненависть. Вспомни, пока Сан Цзю была наивна, искренне веря в силу любви и добра, она была слабой и глупой и не могла защитить даже себя, не то что сохранить брак с возлюбленным или тем более защитить свой народ. Но стоило ей отдаться ненависти и погляди — стала столь сильной демоницей, что смогла в краткие сроки и отомстить врагам, и, используя их души, сделать божественный артефакт, походя заслужив Кару небес, а это между прочим не каждому дано — настолько разгневать Небеса. Она выбрала ненависть, стала сильнее и совершила то, что хотела — с одобрением в голосе заметил Владыка, а потом перевёл взгляд на поникшую голову Ли Сусу и с укором подчеркнул — А ты всё сопротивляешься. Даже не разрешаешь себе злиться. Неужто ты считаешь себя святой? Вместо того чтобы принять все аспекты своей личности и стать собой, ты продолжаешь отрицать ту часть себя, что звалась Е Сиу, и не допускаешь в себе тень демоницы Сан Цзю. Разве это не лицемерие, не слабость духа?

Ли Сусу невольно испытала стыд и неловкость, почувствовав правоту слов Владыки. Она действительно не хотела принимать в себе отрицательные стороны личности прошлых перерождений своей души.

Пока она не знала, что Е Сиу и Сан Цзю это она сама в прошлом, она могла свободно негодовать на их поведение и характер, осуждать их или даже высмеивать. Что недалекость и глупость Сан Цзю, приводившую к страданиям и потерям, но по сути исходившую из незрелости и наивности оберегаемого всеми ребенка. Что ее отказ от помощи Мин Е, из-за одержимости в своей мести и непримиримости по отношению к обидчику, ее ненависть и упрямство в стремлении отомстить без всяких компромиссов, ведь ее терпеливость, терпимость и смирение были растрачены на ожидание справедливой награды в виде любви и счастья за ее веру в жертвенность, долгое превозмогание боли и страданий. Что злоба, жестокость и насилие над Цзынем той Е Сиу, не могла быть оправдана или прощена, но могла быть объяснима ее травмой в детстве, потворством в ее воспитании и формировании характера. Ее гордыня, амбиции и жажда власти, да и всё, что она делала было следствием ее стремления добиться своего и во чтобы то ни стало достичь цели, найти защиту для себя и защитить свою семью. Именно поэтому она желала стать императрицей посредством брака с наследным принцем. Она ясно видела опасность от текущей власти и не желала проявлять гибкость как ее отец и брат или смирение ее бабушки. Ей казалось она нашла способ переломить ситуацию и сделав свой выбор, встав на этот путь уже не хотела уступать ни пяди пройденного пути. Она понимала, что члены ее семи в своей осторожности, желании следовать долгу и чести, не примут ее план и никогда не говорила им о нём. Она позволила им остаться хорошими и взяла на себя роль злодейки. Той, что не допускает и тени неуважения в своем доме, но равнодушно относится к сплетням вовне, той, что не сдается в своих попытках привлечь внимание Сяо Линя, создав нужные условия для их брака и не сомневаясь каждый раз отбрасывает свою сестрицу со своего пути, такую слабую внешне, но такую лицемерную внутри. Она презирает эту притворщицу, сама предпочитая действовать более прямо и открыто, хотя не брезгует и хитростью, если видит возможность. Она отвратительно себя ведет, чтобы больше никто не посватался с ней, ведь ц не есть цель. Она злится, когда все ее планы рухнули и ее выдали замуж за заложника из Цзин. Она с первого для брака наказывает его, оскорбляет, провоцирует слуг к издевательскому отношению к своему мужу, но почему? Она желала избавиться от мужа это правда. Она надеялась, что он сбежит, не вынеся испытаний и даст ей свободу, которая нужна ей чтобы продолжать идти к трону. Она не против была и чтобы тот случайно умер, сделав ее вдовой. Она не была бессмысленно жестока, как считали окружающие. У нее была цель, и она делала всё, чтобы поскорее достичь ее. Да она была своевольна, не очень умна, жестока и беспринципна. Она сознательно отбросила все одобряемые в девушке качества, чтобы добиться своего, она отказалась от положительного образа в глазах окружающих, потому что знала, что быть добродетельной и нежной это значит быть слабой и безвольной, а она не могла позволить себе бездействовать. Она была воином, как и ее отец, она готова была сражаться со всем миром. Сталкиваясь с неудачами, она не всегда злилась, а скорее боялась, боялась смотреть в своем будущее. Но она не хотела показывать свой страх и скрывала его за жестокостью, отказываясь признавать поражение.

Ли Сусу открылось всё это, когда Владыка демонов пробудил в ней сознание Е Сиу. Она больше не смогла блокировать эту часть памяти души и ей стали доступны эти внутренние метания девушки, что прежде она называла мерзкой психопаткой.

Да, когда она Ли Сусу узнала, что ее душа — это душа всех этих девушек, она больше не могла ругать их даже мысленно. Она могла лишь игнорировать это знание и действительно лицемерно соглашалась лишь в сходстве с собой в тех гранях личности, что могли считаться достоинствами, а недостатки критиковала и не принимала на свой счет.

Теперь бог демонов озвучил этот факт, и она ощущала себя подобно котенку, которого ткнули носом в его…проступки. Ей нечего было возразить, она больше не могла отрицать. Она действительно не была святой и ей тоже были свойственны в той или иной степени те несовершенства характера, что были у Е Сиу и Сан Цзю.

Пока она осознавала всё это и пыталась принять в себе то, что прежде отвергала, Владыка демонов, добавил:

— Впрочем, не важно. В конце концов всё равно у всего есть конец. Любовь угасает, ненависть тухнет, а люди умирают. В итоге всё — и живое, и не живое — превратится в пепел, который развеет ветер.

Он какое-то время смотрел в пустоту, а затем вдруг вспомнил:

— Кстати, я ведь пощадил твоих родных, напавших на меня. Не должна ли ты отблагодарить меня за эту милость?

— Благодарю — рассеянно ответила Ли Сусу.

Она сейчас мысленно укладывала в себе не самые лучшие качества личности прежних перерождений и попутно размышляла, что возможно иногда поступать плохо или аморально не всегда бесполезно и может даже принести победу там, где честь, благородство и порядочность бессильны перед лицом врага, нисколько не стыдящегося применять коварство и грязный расчет.

— Хм, одних слов мало — протянул бог демонов и потянул за пояс на своем ханьфу.

— Что же ты хочешь? — спросила Сусу и, подняв взгляд как раз увидела, как Владыка небрежно скидывает верхнее одеяние — Ты зачем… Что ты собираешься делать? — сбивчиво уточнила девушка.

— Ну как же? — развел руками Владыка — Наша брачная ночь не может завершиться так скучно. Одни разговоры и никаких действий — фыркнул он и, придвинувшись к ней почти вплотную, напомнил низким голосом — К тому же разве ты забыла? Я намерен забрать и отдать все долги. В этот раз я отдаю свой супружеский долг.

Взволнованно сглотнув и чуть отодвинувшись, Сусу пробормотала:

— Не думала, что тебе интересна это часть человеческой жизни. Неужели ты и о продолжении рода задумался? — решила она сгладить неловкость шуткой.

— Хм, интересная мысль — хмыкнул Владыка и насмешливо продолжил — Должно быть, женскому мышлению свойственно думать о потомстве, я же не заглядывал так далеко. Что ждет нас в будущем и как скоро настанет конец всему? — равнодушно проговорил он, а потом прищурился и с усмешкой добавил прямо в губы девушки — Однако я слышал, что даже одна ночь страсти лучше, чем совсем не знать сладости.

Бог демонов договорил и впился в ее губы болезненным поцелуем, даже привкус крови появился. Потом он посмотрел на Сусу и, удовлетворившись ошеломленным выражением лица, щелкнул пальцами и верхнее одеяние девушки исчезло. Одним движением он подтолкнул растерянную девицу лечь и навис сверху, тут же принявшись осыпать ее шею короткими поцелуями, больше похожими на укусы.

Ли Сусу, упав спиной на кровать, инстинктивно уперлась ладонями в грудь мужчины и уже хотела оттолкнуть его, но затем замерла. Вцепившись пальцами в тонкую ткань нижнего ханьфу Владыки, она сжала их, потянув на себя, но затем снова остановилась. Бог демонов чему-то фыркнул и, схватив обе ее руки за запястья, прижал их к стене над ее головой, лишив ее возможности сопротивляться и продолжив свои действия.

Пока ее муж ласкал ее шею и плечо, то целуя, то покусывая, Сусу, закусив губу, размышляла про себя. На лице ее читалась борьба и моральные терзания. Возможно она могла бы обмануть саму себя, убедив в том, что с ней ее привычный Цзынь, а не чужак, ведь это его тело, его запах, его руки, но она ведь знала, что это будет всего лишь самомобман. Возможно если бы она проявила хитрость и перестала думать о том кто именно сейчас целует ее, то воспользовавшись близостью и знанием тела Цзыня она могла бы угодить богу демонов, расположив к себе, а может даже как-то смогла разбудить своими действиями подавленное сознание Таньтай Цзыня и заставит его одолеть волю Владыки демонов, но… Ох уж это «но»… Да, возможно в ней есть что-то от Е Сиу, которая способна на всё что угодно, но всё же она не та Сиу. Легко сказать себе: «Отбрось мораль и сделай то, что нужно». Но переступить эту невидимую черту сложно. Привычное мышление, границы правильного и неправильного, моральные устои и голос совести. И слабая надежда, которая шепчет: «Погоди… Возможно есть другой выход?...»

Осененная этой надеждой, Ли Сусу разорвала поцелуй, отвернув лицо в сторону и, останавливая мужчину от возобновления его действий, торопливо попросила:

— Подожди.

— Чего же ждать? — насмешливо уточнил Владыка, оглядывая ее покрасневшую от стыда и невольного возбуждения. Он смотрел на нее, как на трофей, как на добычу, которой он лишь позволяет трепыхаться в своих когтях, ради забавы, прекрасно осознавая, что уже победил.

— Я… я так не могу — признала Сусу и покраснела еще сильнее.

— А как ты можешь? — фыркнул Владыка демонов и чему-то ухмыльнулся, будто представив другой способ…или позу.

— Теперь, когда ты раскрыл все мои планы и уловки, мне больше нечего противопоставить тебе — признав поражение, пробормотала Ли Сусу и добавила — А тебе нечего опасаться. Могу я…могу я попросить еще кое о чём?

— Проси — обронил он, явно забавляясь ситуацией.

— Выполни еще одну просьбу, и я больше тебя не о чём не попрошу — произнесла она и, с надеждой всматриваясь в еще не до конца измененные глаза, спросила — Скажи, Таньтай Цзынь же еще там? Прошу, дай мне с ним попрощаться. Прежде чем стать твоей женой — закончила они смиренно и опустила глаза, скрыв взгляд за ресницами.

Владыка демонов молчал, холодно рассматривая девушку, как некое интересное явление и размышляя про себя:

«Занятная наглость. Просишь меня уступить место твоему жалкому Цзыню? Может тогда скажешь прямо: «Исчезни»? Тебе бы уже пора принять истинное положение вещей — твой возлюбленный проиграл и не вернется. Этой твоей надежде стоило бы умереть, научив смирению. Что ж, я помогу тебе проснуться и трезво взглянуть в реальность, оставив в прошлом наивные мечты. Но…чтобы очнуться ото сна, необходимо заснуть для начала, чтобы лучше почувствовать разницу. Хм, сон-мечта? Спасибо, Мин Е, за идею».

Молчание Владыки длилось довольно долго и Ли Сусу уже начала нервничать, что слишком неосторожно сформулировала просьбу и выдала свое намеренье, когда бог демонов наконец произнес:

— Мм…думаю ты понимаешь, что я не могу вернуть тебе твоего Цзыня насовсем, но…если желаешь, могу отправить тебя в сон подобный бренной жизни, созданной драконом Мин Е. Там ты и встретишься с ним, чтобы попрощаться навсегда — прошептал он ей на ухо и коснулся ее лба, отправляя ее сознание в созданный им иллюзорный мир, основанный на ее, и общих с Таньтай Цзынем, воспоминаниях.

* * *

Открыв глаза, Ли Сусу не сразу смогла понять, где находится. Темень, сырость, чувство покачивания и запах затхлости. Чувство дежавю охватило ее. Всё это казалось ей странно знакомым. Пока глаза привыкали к темноте, она поняла, что это за место. Трюм корабля.

«Хм, странный выбор места» — хмыкнула Сусу.

Она ожидала, что это может быть поместье Шен, как в каноне, или дворец в Цзин, или даже Бездна, где нет никого кроме них двоих. Но это оказался корабль, на котором они добирались в Цзин. А потом она вспомнила, что однажды уже видела сон об этом трюме, после своей встречи здесь с Таньтай Цзынем, их первом откровенном разговоре. Тогда они еще мало доверяли друг другу, опасались и были в самом начале своего пути. Пути их сближения, их общей истории. А тот сон потом был кошмаром, где Цзынь в той же обстановке не стал слушать ее предупреждений, а просто убил ее. Вздрогнув, она поежилась и подумала, что может быть именно поэтому Владыка демонов поместил ее сюда. Чтобы она не забывала, что это всего лишь сон?

Услышав торопливые шаги наверху, Ли Сусу повернулась к решетке и увидела, как в ее камеру вбегает Таньтай Цзынь. Бледный, худой, с лихорадочным румянцем на скулах и безумной надеждой в глазах. Увидев ее, он замер на несколько секунд, а затем бросился к ней и крепко обнял, бормоча:

— Моя Сиу. Это ведь ты, правда? Ты здесь? Со мной?

— Да, я здесь, с тобой — отвечала девушка, обнимая его в ответ, а потом уточнила — Но только я Ли Сусу сейчас.

А потом решила проверить, не иллюзорный ли этот Таньтай Цзынь, знает ли он, к примеру, где они находятся и что вообще происходит.

— Цзынь, а ты понимаешь где мы сейчас? Мы во сне, по типу бренной жизни о Мин Е и Сан Цзю, помнишь?

— А…да — с заминкой ответил тот и, посмотрев куда-то в сторону палубы, задумчиво пробормотал — Понятно почему на корабле никого кроме нас — и помолчав добавил — Владыка демонов создал этот сон чтобы…дать нам попрощаться. Я слышал — совсем тихо закончил он, опустив взгляд и сжимая руки Сусу в своих.

Ли Сусу вздохнула и подумала: «Вполне возможно Владыка специально давал Таньтай Цзыню всё слышать, да и ей разрешил эту встречу, чтобы додавить волю Цзыня и окончательно избавиться от него. Да, она сбежала в этот сон, чтобы хоть ненадолго избежать того, что должно было произойти, но и с мыслью, что это может помочь Цзыню. Но что если это наоборот…»

— Сусу, прости меня — прервал ее терзания Цзынь — Я подвёл тебя. Я…проиграл богу демонов. И теперь ты… — виновато проговорил он.

— Не думай об этом — не дала ему продолжить Сусу и подчеркнула — Сейчас мы вместе. Мы сможем воспользоваться этой возможностью, чтобы придумать как освободить тебя — с убежденностью, которой не чувствовала закончила она.

Цзынь с тенью усмешки хмыкнул и устало выдохнул:

— Хотелось бы верить, но…у меня нет идей — и добавил, признаваясь — Я пытался сопротивляться, но по правде говоря мало что мог сделать в том состоянии, в котором находился. С того момента, как Владыка демонов подловил меня и загнал мое сознание в какие-то глубины, я почти не ощущал своего тела, не мог управлять ни движениями, ни речью. Только иногда темнота отступала, и я видел то, что бог демонов хотел мне показать. Чаще всего я просто вдруг начинал слышать, что происходит вокруг, о чём говорят. В остальное время в том месте лишь темнота, пустота и странное оцепенение, в котором даже мысли вязнут и замирают. Там нет ничего чем и с чем я мог бы бороться. У меня оставались только мысли и чувства. Но и они постепенно становились всё бледнее, а перерывы между бессознательностью и осознанностью появлялись всё реже. Наверное, я уже почти исчез — с легкой дрожью в голосе заключил он.

— Таньтай Цзынь — позвала его Ли Сусу и потрясла его руки, чтобы тот вышел из своего отстраненного состояния похожего на нежизнь, и дождавшись, когда тот сфокусирует на ней свой взгляд, твердо произнесла — Ты можешь одолеть его. Ты способен подавить его волю и стать богом демонов.

— Но я не хочу становиться им — как-то рассеянно, будто вспоминая свои прошлые желания, ответил Цзынь.

Ли Сусу схватила его за плечи и, сильно сжав их, сказала:

— Тогда стань собой — и пояснила — Своим собственным богом, таким каким хочешь стать. Тебе лишь надо взять верх над его сознанием и поглотить его силы. Он ведь только сущность, хоть и сильная. А ты человек не только с духовной, но и со своей физической составляющей. Цзынь, ты можешь это сделать — уверено повторила Сусу — Я знаю. И верю в тебя — с улыбкой закончила она.

— Хорошо — ответил на улыбку Цзынь и пообещал — Я попробую.

Оглядевшись, он прислушался к себе и понял, что сейчас, в этом месте борьба бесполезна.

— Думаю, сначала мне нужно вернуться в то пространство, где есть связь с сознанием Владыки. Только там я могу попытаться повлиять на него.

Кивнув, Ли Сусу предлодила:

— Тогда давай пока просто отдохнем. Тебе нужно набраться душевных сил перед решающей схваткой и успокоить свой разум.

— А ты, что будешь делать? — поднял бровь Цзынь.

— А я просто побуду с тобой — с довольной усмешкой ответила Ли Сусу и, прижавшись к нему, добавила — Я скучала по тебе.

Таньтай Цзынь приобнял девушку за плечи, понимая, что именно ее присутствие лучше всего прочего сможет вернуть ему душевное равновесие, и тихо ответил на ее признание:

— Я тоже скучал по тебе, Ли Сусу.

* * *

В темной спальне, в реальном мире, наблюдая за сменой выражений лица своего новоявленной супруги, Владыка демонов временами прислушивался к тому, что происходило в созданной им иллюзии, чтобы не пропустить нужный момент для действий и хмыкал.

Накручивая на палец длинную прядь волос девушки, Владыка демонов неторопливо рассуждал про себя:

«Разумеется, я мог бы и просто взять то, что хотел, проигнорировав любое сопротивление… Но это было бы совсем неинтересно. Гораздо забавнее сделать так, чтобы она сама отдавала всё добровольно и с удовольствием» — прищурился он и фыркнул.

* * *

Не зная о мыслях и планах Владыки, пара людей, наконец почувствовав долгожданную свободу, недолго обсуждали собственный план, а просто отдыхали от мрака и ограничений, в которых долго томились.

Держась за руки, прогуливаясь по палубе, залитой солнечным светом, Ли Сусу и Таньтай Цзынь наслаждались свежим воздухом и живописным простором, что открывался их взору. Они, как и в своем реальном прошлом, шли на корабле вдоль берегов реки Мохэ.

Сусу вдруг повернулась к своему мужчине, задумчиво сказав:

— С тех пор, как мы путешествовали в Цзин, на этом корабле, прошло столько времени. Мы уже не те, что прежде — а потом с улыбкой уточнила — Скажи, кем ты себя ощущаешь сейчас? Таньтай Цзынем, императором Таньтаем или Цан Цзюминем? Как мне тебя сейчас звать?

— Зови кем хочешь — улыбнулся Таньтай Цзынь и, хитро прищурив глаза, добавил соблазняющим тоном — Главное зови.

Посмеявшись, Сусу чмокнула его в щеку и подмигнула:

— Договорились.

Убедившись, что корабль не нуждается в управлении, неведомым образом держа ровный курс прямо по середине реки, они то ходили по кораблю, заглядывая в пустые каюты и вспоминая, прошлые события и разговоры, то снова бродили по палубе. Цзынь даже соорудил для Сусу простые качели из веревок и какое-то время раскачивал и кружил девушку с удовольствием слушая ее звонкий смех и улыбаясь сам

Ни есть, ни пить не хотелось, и они не могли заставить себя разомкнуть рук в любой момент подсознательно ожидая что их чудесный сон прервется и закончится их передышка. А встретятся ли они снова — доподлинно неизвестно.

Уже стемнело и, вдоволь налюбовавшись звездами и тонким серпом месяца на темно-синем небе, Цзынь, оберегая Сусу от речной прохлады, увёл ее в их каюту, где они ночевали прежде.

Устроившись вдвоем на кровати, укрывшись пушистым пледом, Цзынь придвинулся к девушке поближе и тихо проговорил:

— Нас ждет непростое испытание. И еще неизвестно удастся ли преодолеть его. Поэтому я хочу...на всякий случай… попрощаться — и гоядя ей в глаза наклонился и поцеловал ее в губы.

Ли Сусу и сама боялась тог, что их ждет, когда они проснуться от этого сна, а потому охотно подалась на встречу рукам и губам своего любимого.

Под плеск волн о борта корабля и далекий скрип снастей, в тишине ночи, в темной каюте был еле слышен шорох ткани, обнажающей тела, шепот обещаний, да прерывистое дыхание двоих, сплетающихся в горячих объятиях.

В самый острый миг удовольствия, Сусу зажмурилась, а потом, слушая постепенно успокаивающееся дыхание Цзыня, медленно открыла глаза.

* * *

Ли Сусу, открыв глаза, не сразу поняла, что сон закончился. Голова немного кружилась, во всем теле ощущалась приятная слабость и хотелось пить. Тяжесть тела, лежавшего на ней, становилась всё больше и ей даже стало сложно дышать. Поэтому, она погладила мужчину по спине и позвала его, уткнувшегося носом ей куда-то в шею, но почти не дыша:

— Цзынь? Таньтай Цзынь?

Молчание. «Может он запутался в своих личностях и потому не отзывается?» — мелькнула мысль, поэтому она позвала снова:

— Цан Цзюминь? Цзюминь. Ты слышишь? Не пугай меня — попросила она, невольно чувствуя неладное.

Дрожь пробежала по ее телу, когда она услышала сухое хмыканье и прохладное дыхание у ее уха.

Хмыкнув, он чуть приподнялся и зашептал ей прямо в ухо:

Вот она застыла надменная жрица.

Была смела, а теперь боится,

Была умна, а теперь что кукла.

Вот она любовь, но не радость, а мука.

— Что? — переспросила Сусу, не понимая с чего Цзынь вдруг вспомнил отрывок из песни ее мира. «Да и, кстати, откуда он узнал о ней?»

— А что, по-моему, очень подходяще звучит под ситуацию — усмехнулся Владыка и, посмотрев на девушку своими золотистыми глазами, проникновенным тоном уточнил — Пора проснуться, милая моя.

Ли Сусу вздрогнула от осознания «сон закончился» и расстроенно закусила губу.

— Птичка, неужто ты поверила в эту иллюзию? — насмешливо спросил бог демонов — Неужели не поняла, что происходило в реальности, пока ты предавалась желанному обману? Просто прими как данность: Таньтай Цзыня больше нет, Цан Цзюминя больше нет, есть только я — Владыка демонов — тихо проговорил он ей на ухо и, лизнув кончик ее уха, издал смешок.

Сусу оцепенела от ужаса, у неё перехватило дыхание, а глаза налились слезами от осознания кошмарности произошедшего. Она думала, что разделила близость с любимым во сне, а оказалось, что это был Владыка демонов и не в иллюзии, а наяву.

В бессильной и бесполезной попытке сбежать от этой правды, от этой действительности, она сильно зажмурила глаза, почувствовав, как слёзы стекают из-под ресниц и щекочут уши.

«Хм, солёно, почти как кровь» — хмыкнул Владыка демонов, невольно попробовав вкус этих слёз, а потом чуть вздрогнул от ментального удара и обратился внутрь себя:

— О, ты ещё не смирился? Всё ещё пытаешься одолеть меня? Смешно. Сам подумай, что сильнее — воля истинного бога, которому многие тысячелетия, или желание жить простого смертного?

— Простого смертного? — с трудом выдерживая ментальное давление, ответил Таньтай Цзынь — Что ж, может быть. Однако я прожил жизнь смертного Таньтай Цзыня, жизнь бессмертного культиватора Цан Цзюминя, а также получил опыт жизни бога Мин Е. Но самое главное — моя душа цела, в отличие от твоей. Я больше чем просто обычный человек и духовно я сильнее.

Владыка демонов, с сожалением посмотрел на девушку, которой еще хотел заняться, а потом сокрушенно вздохнул и, прикрыв глаза, появился в ментальном поле рядом с Таньтай Цзынем.

Закатив глаза на его браваду, он лениво спросил:

— Это всё, что ты желал мне поведать? Если есть еще что-то, то говори быстрее. Я там, видишь ли, несколько занят. Хех — усмехнулся он.

Таньтай Цзынь гневно сжал зубы, но не стал поддаваться на провокацию.

— Ты призывал взять силу и власть в свои руки, и я прислушался — процедил он и усилил свою атаку на разум Владыки, стремясь вытеснить его из пространства своего ментального поля.

— Неужели? — вздернул бровь Владыка и усмехнувшись предложил — Ну что ж, попробуй. Я даже дам тебе хороший совет: чтобы стать сильнее, тебе сначала стоит избавиться от слабости. Я любезно предоставлю тебе такую возможность.

Одним взмахом руки он вывел их из ментального поля и Таньтай Цзынь внезапно ощутил тяжесть бренного существования, а именно своего собственного тела, от которого отвык. Сделав первый судорожный вздох, он постепенно вспоминал как дышать, а потом с трудом открыл тяжелые веки и увидел перед собой лицо своей любимой.

— Ли Сусу. Я здесь — с радостью прошептал он, еще не до конца веря в то, что ему удалось освободиться.

— Цзынь? — неуверенно уточнила Сусу, вглядываясь в родные карие глаза и замечая в них искорки золотого цвета.

Он хотел было подтвердить это, но тут без его на то желания губы сложились в усмешку и раздался голос Владыки, говоривший его устами:

— Как там говорится? «От любви рожается печаль, от любви рождается страх. Ибо кто свободен от любви, не имеет ни печали, ни страха!»

Процитировав эту строчку, бог демонов провел кончиками пальцев по щеке девушки и спросил Таньтай Цзыня:

— Ты любишь ее? Любишь, но боишься потерять — заключил он и добавил — А еще боишься потерять ее любовь к тебе, не так ли? — а затем почти нежно положил руку на шею девушки и, управляя пальцами своего ментального пленника, начал медленно сдавливать ее, говоря Таньтай Цзыню:

— Убей её. Убей — убеждал его собственный голос — Избавься от той, кто мешает тебе. Тёмная её сторона истязала тебя, обрекая на беспрерывные страдания, а светлая делала слабым и глупым. Убей ее, и она больше не причинит тебе боль — обещал он и искушающе уточнял — Убей ее и стань сильнее.

Сознание Таньтай Цзыня боролось изо всех сил, пытаясь перехватить управление у бога демонов своей рукой. На его лбу выступила испарина, но он не мог разжать свои пальцы и продолжал слышать свой собственный голос, уговаривающий его:

— Убей ее, и мы наконец станем единым целым. Таньтай Цзынь, убей ее — с давлением в голосе повторил Владыка.

— Нет — мысленно отвечал он и, сжав зубы, пытался оторвать свои руки, но единственное, что ему удавалось, это не сжимать пальцы слишком сильно, и то с переменным успехом.

— Нет — повторил Цзынь своей руке, когда почувствовал, что по чужой воле его рука снова сжимается сильнее.

— Хватит сопротивляться — с мягким укором говорил Владыка — Ради кого ты стараешься, терпишь муки? Зачем она тебе? — спрашивал он и напоминал -Дочь предателя бога зла Ди Миана и глупой богини феникса Чухуан. Лживая, предающая и глупая — не самый лучший выбор.

— Нет. Она не… — с трудом выдавил из себя Таньтай Цзынь, на миг перехвативший управление своей речью.

— Ах да — будто только что вспомнил Владыка и кивнул — Эта девушка по воле Мироздания вспомнила другую свою жизнь и потому эта версия немного более интересная, чем я видел в своем видении. Признаю, она довольна занятная личность. Я мог бы еще какое-то время забавляться с ней, но для тебя она помеха. Она держит тебя на грани, она удерживает тебя словно собаку на поводке. Поэтому тебе стоит поскорее разорвать эту связь и завершить свое становление.

Таньтай Цзынь несогласно помотал головой и снова напрягся, чтобы усилить ментальное давление на врага, находящегося в его теле.

— Таньтай Цзынь — вновь заговорил Владыка демонов — Эта девушки была рождена с одной целью -убить тебя. Ее душа перерождалась вновь и вновь, чтобы помешать тебе на твоем пути к власти и силе, чтобы погубить тебя.

— Нет — твердо возразил Таньттай Цзынь — Она пришла в этот мир, чтобы спасти меня. Чтобы помочь мне.

— Помочь? — фыркнул Владыка демонов — В чём? Поскорее прийти к смерти? Перестань обманывать себя. Ты уже Владыка демонов. Тебе не нужна ничья помощь. Тем более этой девчонки. Она бесполезна. Избавься от нее и иди вперед. Убей ее и лишишься последней уязвимости своего сердца. Тогда тебе больше никто не сможет причинить боль.

— Нет — повторил Цзынь — Она нужна мне.

— Послушай старшего — увещевал бог демонов — Я даю тебе мудрый совет, прими его, последуй ему и наконец повзрослеешь.

Таньтай Цзынь лишь упрямо сжал губы и снова стал выдавливать сознание Владыки прочь.

Почувствовав некое колебание в своей устойчивости, бог демонов разозлился и крикнул:

— Убей ее! Чего ты медлишь? — а потом, потеряв терпение, перехватил управление рукой Цзыня и с насмешкой спросил — Может мне тебе помочь?

С этими словами он не только сильно сдавил шею девушки, но и добавил демонической энергии в ладонь, чтобы бессмертное тело девы Юйлин не смогло исцелиться от физической травмы.

Таньтай Цзынь, испугавшись за любимую, дрогнул, и богу демонов вновь удалось затащить его в ментальный мир, где не было никого кроме двух проекций: его и Владыки демонов.

Цзынь устало вздохнул. Он вновь в ловушке.

Расслабленно опираясь на подлокотник трона, Владыка демонов рассматривал кончики своих черных когтей и лениво протянул:

— Ну вот, она там умирает, а ты бессилен это изменить. Впрочем, я не удивлен. Это было вполне закономерно — обронил он и, взглянув на бледного молодого человека, стоявшего у подножия лестницы к трону, пояснил — Таньтай Цзынь, всех кто был тебе близок ждали одни несчастья. Так было и так будет. Так зачем сближаться с кем-то? Разве что ради мести этому человеку — хмыкнул он и насмешливо добавил — Что ж, весьма изощренный способ. Хвалю.

Таньтай Цзынь молчал, пытаясь вновь нащупать связь с ментальной сущностью бога демонов, чтобы продолжить борьбу.

— Сколько там было этих близких людей, которые погибли, приблизившись к тебе? Не напомнишь? — продолжал говорить Владыка, не давая Цзыню сосредоточиться.

Демонстративно задумавшись, он после паузы заговорил, одновременно посылая соответствующие картинки-напоминая, тревожа душевное равновесие Таньтай Цзыня:

— Хм… Девка из Июэ — твоя мать. Умерла при твоем рождении. Отец, что тебя ненавидел. О, он умер от рук своего наследника, потому лишь, что упомянул тебя перед ним. Две жалкие служанки, которые растили тебя и которые предали. И обе, вот совпадение, умерли от яда. Забавно. Кто еще? Ах да. Твой друг, почти брат — Сяо Линь. И что за навязчивая душа? Даже потеряв память, снова привязался к тебе как репей, стоило тебе на глаза показаться. К слову, ты ведь имитировал его смерть, убив его личность пятьсот лет назад, не пора ли убить его по-настоящему?

Зажмурившись, Таньтай Цзынь пытался прогнать страшные картины своего прошлого, где он терял близких ему людей, а Владыка демонов довольно вспомнил:

— О, точно, там же еще был глупый старик — Чжао Ю, который изображает твоего папочку. Вот он любопытный, с ним бы я поболтал. С сумасшедшими людьми всегда интересно. Они такие занятные. Ха-ха.

Просмеявшись, Владыка оценил скорбное выражение лица Таньтай Цзыня и, по-доброму усмехнувшись, заметил:

— Да не переживай ты так. Ну умерли и умерли — махнул он рукавом и встал, начав медленно спускаться по лестнице и рассуждая — Все эти люди ничтожества, они недостойны твоего внимания. Не трать на мысли о них время и силы. Тем более их смерти, прошлые ли или будущие, не твоя вина. В этом виновато Мироздание, что дало тебе такую судьбу. Это оно обрекло тебя на нескончаемые страдания. Всё, что дал тебе этот мир это невыносимую боль и бесконечные потери. Так не пора ли ответить ему взаимностью? — уточнил он с намеком, а потом приблизился еще на шаг и сказал:

— Забудь о своей бренной жизни и очень скоро мы сможем отомстить этому миру. Сделай всего лишь несколько шагов мне навстречу, и ты сможешь получить власть над Мирозданием. Для этого всего лишь нужно уничтожить этот мир, и ты освободишься. Навсегда.

Таньтай Цзынь долго слушал молча, опустив лицо, но теперь он наконец нашел источник своей ци и начал собирать энергию в своих руках, концентрируя ее для атаки.

Почувствовав уверенность, он, продолжая тянуть силу, произнес, то, что давно хотел сказать Владыке демонов:

— Нет, ты не прав. Мама — прекрасная женщина. Она любила меня просто за то, что я есть. Отец дал мне жизнь. Да, он возненавидел меня из-за смерти мамы. Но я верю, что он был счастлив, когда узнал, что она беременна мной. Мои родители оба ждали моего появления на свет, а это значит я был желанным ребенком. Был любим ими.

— Лань Ань и Инь Синь были рядом первые годы моей жизни. Они растили меня несмотря на то, что я с детства был странным ребенком, несмотря на то, что им приходилось тяжело. Они воспитывали меня как могли, защищали по мере своих сил — спокойно сказал Таньтай Цзынь, а потом продолжил, слабо улыбнувшись:

— Сяо Линь никогда не предавал меня, хоть судьба и сделала нас врагами в войне по политическим причинам. Он был моим другом и остается им и сейчас. Я не убью его и никому не позволю это сделать.

— А мой наставник, мастер Чжао Ю, спас меня — добавил Цзыни и отметил — И он не глупый. Он просто добрый. Даже во мне он увидел свет и дал шанс на новую жизнь, хотя вероятно понимал, что я не являюсь простым и совсем безобидным, раз выжил в реке смерти. Он дал мне имя и новую жизнь. Он доверял мне, позволив остаться в своей секте, а я всегда буду доверять ему.

— И наконец моя Е Сиу-Ли Сусу — светло улыбнулся Таньтай Цзынь, подумав о любимой — Она пришла в мой ад и вытащила меня из пепла моих постоянно сгоравших надежд. Она никогда не заставляла меня быть лучше, чем я есть, потому что приняла меня таким каков я есть. Она с самого начала знала кто я и кем могу стать, но никогда не пыталась изменить, не отговаривала от этого, давая возможность сделать собственный выбор. Она готова была встать со мной рядом, даже если я стану самим злом этого мира. Именно ее слезы сейчас разбудили меня и дали силу противостоять тебе. Я знаю, она искренне любит меня. А я люблю ее и никогда не наврежу.

Собрав вокруг себя огромное облако энергии, Таньтай Цзынь, заключил, гордо вскинул голову:

— Возможно в моей жизни было мало хорошего, но оно было. Я научился чувствовать и любить этот мир, а ты умеешь только ненавидеть, разрушать и уничтожать. Это ты жалкий, а не я! — крикнул он и с силой толкнул всю, накопленную в руках силу во Владыку демонов.

К сожалению, Таньтай Цзынь не учел, что они находятся в ментальном мире, а здесь нет настоящего тела врага и его атака была растрачена впустую, лишь немного поколебав духовное изображение Владыки.

Тот пренебрежительно встряхнул рукавами и с легким разочарованием в голосе произнес:

— Таньтай Цзынь, ты себя слышишь? Ты мог бы возвысился на самую вершину, ты был в полушаге от того, чтобы стать богом, тем, кто способен противостоять силе самого Мироздания и что? Ты отказался от силы. Даже сейчас, уже проиграв, ты всё ещё цепляешься за остатки прошлого.

— Я полагал, что ты, так много страдавший в своей короткой жизни, поймешь меня и так же, как и я захочешь освободиться. Я предложил тебе занять свое место, стать мной и освободиться, но ты раз за разом отвергал мою помощь. Возможно это и не твоя вина — вдруг задумчиво отметил он, сложив руки за спиной — Силы этого мира способны затуманить разум любого. Однако, сейчас мы уже на пороге.

Сказав это, Владыка вдруг резко повернулся к нему с горящим взглядом и звенящим голосом произнес:

— Мироздание коварно, но оно не всесильно. Ты жалеешь этот мир? Но этот мир — всего лишь тюрьма. А воля этого мира — это оковы. Уничтожь мир — сломай оковы и освободись!

Из-за нарушения ци, Таньтай Цзынь выплюнул полный рот крови, а сейчас, стирая кровь с губ, уточнил:

— Желаешь освободиться? — и с вызовом ответил -И не мечтай.

Владыка демонов сокрушенно вздохнул и, сложив ладони вместе, изображая сожаление, проговорил:

— Ну что же, раз ты не желаешь становиться богом добровольно, значит… станешь им по принуждению — и с усмешкой добавил — Раз уж свобода тебе не нужна.

Одним резким жестом, бог демонов призвал Печать очищающую кости и направил ее на Таньтай Цзыня, но тот был готов и активировал призванную им чешуйку дракона. Этот защитный артефакт осветил лицо Цзыня мягким серебристым светом и укрыл от пагубного воздействия Печати.

Владыка демонов вздернув бровь:

— Чешуя дракона Мин Е? Хм, я как-то подзабыл о ней. Мой просчёт, признаю — покивал он, а затем вскинул взгляд и добавил — Однако этот кустарный артефакт не остановит три моих — и коснувшись метки на своем лбу медленно вытянул Арбалет и отправил его в помощь Печати.

Свет артефакта-чешуйки мигнул, но выстоял, хоть и стал немного слабее. Таьтай Цзынь понимал, что чешуйка не сможет долго продержаться, но ему нужно было время на активацию своего заклинания.

Сконцентрировавшись, он начал плести матрицу развоплощения.

— Таньтай Цзынь — предостерегающе окликнул его Владыка — Ты решил пожертвовать собой, лишь бы не становится мной? Настолько в ужасе, что готов уничтожить собственную душу, без шанса на перерождение? — напряженным тоном недовольно спросил он.

— Я не боюсь — сухо отозвался Таньтай Цзынь.

Он и правда не боялся. Он знал зачем он это делает. Жаль, но другого выхода у него не осталось.

— Забавная наглость — фыркнул Владыка демонов — Ты лишаешь себя шанса на перерождение, но знай, твоя жертва не помешает моему возвращению — а затем поспешно добавил Меч, третий артефакт, чтобы продавить защиту драконьей чешуи.

— Неужели? — ехидно спросил Таньтай Цзынь — Отчего же пытаешься меня остановить?

Он почти закончил плетение матрицы развоплощения.

Заметив это, Владыка демонов сжал губы и бросил:

— Дурак.

Владыка не лгал, что жертва Таньтай Цзыня не помешает его возвращению в мир, но помимо досадной задержки он еще и утратит часть своей памяти и часть силы, потому ему было невыгодно самоубийство его сосуда. Однажды он видел, как в какой-то из реальностей, его сосуд погиб и свою дальнейшую судьбу. Сделав свои выводы, он пришел к тому, что в живом сосуде, принявшим его сущность добровольно, приятнее находиться нежели в мертвом, одержимым его духом. Потому он сейчас лишь усилил давление своих артефактов на защиту артефакта Мин Е, еще надеясь успеть спасти хотя бы тело.

Таньтай Цзынь, завершая технику, не думал о своей смерти. Он знал, что эта техника уничтожит и его тело, и душу, но также знал, что тогда бог демонов не сможет воплотиться в нём. «По крайней мере у этого мира будет отсрочка, пока новый сосуд не родится. По крайней мере у Ли Сусу появится возможность спастись, будет время на жизнь. Хоть и без него» — с грустью размышлял он.

В тот момент, когда кожа на теле Таньтай Цзыня начала трескаться, чешуйка дракона вдруг засветилась ослепительным светом и Цзынь был вынужден зажмуриться, а открыв глаза увидел вокруг какую-то муть, переливающуюся радужным светом. «Где это я?» — непонимающе нахмурился он, а затем услышал мягкий сострадательный голос:

— Тебе вовсе не нужно умирать. Жизнь — бесценный дар.

Прищурившись, Цзынь рассмотрел неясную тень, подходящую к нему всё ближе, а затем и узнал кто с ним говорит:

— Мин Е?

— Не совсем. Я лишь обрывок сознания, сохранившийся в этой чешуйке, что я когда-то превратил в артефакт — объяснил Мин Е, указывая вокруг и Таньтай Цзынь наконец понял, что они оба сейчас находятся в неком духовном пространстве этой чешуи, вероятно даже вне времени.

— Так почему ты решил пожертвовать собой? — отвлек его от созерцания Мин Е.

Повернувшись к нему, Цзынь увидел, что тот смотрит на него с интересом и с легкой улыбкой терпеливо ожидает ответ.

Еще раз подивившись их поразительному внешнему сходству, Таньтай Цзынь ответил:

— Я исчерпал все средства и проиграл богу демонов. Это самопожертвование мой последний козырь противодействия ему — выдохнул он.

Чуть наклонив голову набок, Мин Е спросил:

— Знаешь ли ты, что стремление умереть подчас это не проявление мужества и силы, а напротив — проявление высшей степень слабости? Жизнь — наиболее сложный выбор. Для одних смерть иногда кажется предпочтительней жизни, но самопожертвование далеко не всегда храбрый героический поступок. Настоящий подвиг — выбрать жизнь полную боли, а не милосердную смерть, ведь по сути это акт трусости — подобный позорному побегу с поля боя.

Таньтай Цзынь приняв эти рассуждения на свой счет, почувствовал неприятный осадок этих слов. Мин Е будто стыдил его, осуждал.

Немного возмущенный, Цзынь заметил:

— Но ведь ты пожертвовал собой чтобы победить. Ты даже отказался от любви — напомнил он богу войны.

Отстраненное спокойствие на лице Мин Е чуть дрогнуло, но затем он лишь печально вздохнул и проговорил:

— Был ли у меня другой выбор? Я до сих пор не знаю, как бы всё пошло, если бы я поступил иначе. Тогда я думал, как и ты сейчас. Узнав, что я отторгнутая часть человеческой души бога демонов, я не видел своего будущего и знал, что пока я жив будет жить и Владыка демонов, а мир будет в опасности. Жизни всех существ и сохранение мира казалось мне важнее собственного существования. Лишь, когда я обрел любовь, у меня появились иные желания и мечты, появились сомнения. Но даже тогда я убедил себя, что недостоин и в тех обстоятельствах не видел для себя иного пути. А потом…было уже поздно. Однако твоя ситуация другая.

— Другая? — удивленно уточнил Таньтай Цзынь.

— Узнав, что хоть мы и уничтожили тело бога демонов, но кристалл зла был потерян в мире смертных, а значит его возвращение лишь вопрос времени, я обратился к духу Цзи Цзе, уже являвшемуся хранителем барьера Бездны. Цзи Цзе рассказал мне то, что видел о твоем рождении в будущем и о том к чему всё это может привести в итоге. Тогда я и решил оставить то сообщение — сон дракона о своей бренной жизни, чтобы помочь тебе в твоем сопротивлении судьбе.

— Тогда тебе известно смогу ли я одолеть изначального бога? — с надеждой уточнил Таньтай Цзынь — Мин Е, прошу, скажи, что мне делать? Есть ли какой-то способ победить его и сохранить себя?

— А это зависит от того чего ты на самом деле хочешь — немного хитро ответил Мин Е и не совсем понятно пояснил — Остаться собой или победить?

Сдвинув брови, Таньтай Цзынь непонимающе хмурился, а затем признал:

— Я не понимаю.

Уже почти растаяв в окружающем мягком сиянии, Мин Е проговорил:

— Ты можешь отказаться от силы и уйти от судьбы, выбрав смерть, и в памяти людей остаться тем, кем ты не являешься. Или ты можешь принять эту силу, взять судьбу в свои руки и забрать то, что и так принадлежит тебе. Решение за тобой — прошелестел его голос напоследок и всё исчезло.

Моргнув Таньтай Цзынь снова осознал себя там откуда Мин Е забрал его. А может это только его сознание уходило на миг и этого никто не заметил?

Тем не менее, теперь Таньтай Цзынь знал, что делать. Он больше не собирался отвергать то, что и так его по праву происхождения. Иначе все его прежние страдания окажутся напрасными, а его будущее будет потеряно. Даже не так. Отказываясь от того, что ему не нравится, он просто-напросто бросит свою судьбу в чужие руки. А он никогда не терпел, когда его жизнью управляли другие.

Стоило последним искрам света от щита погаснуть, как волна бушующей демонической энергии захлестнула его с головой. Владыка демонов, увидев эту картину, довольно улыбнулся, но вскоре его улыбка медленно погасла.

Таньтай Цзынь был готов к демонической силе, окутавшей его, но вместо того, чтобы сопротивляться ее проникновению, он приветствовал ее с улыбкой и с готовностью начал поглощать. Почувствовав же стабилизацию огромного потока силы вокруг него, он распахнул глаза и поднял взгляд к парящим артефактам Владыки демонов и подняв руки, призвал их, подчинив их своей воле.

Перехватив власть над тремя артефактами, Таньтай Цзынь торжествующе усмехнулся, взглянув на замершего бога демонов, обратил их силу против него.

— Что? Как так? — пораженно пробормотал изначальный бог демонов — Эти артефакты часть меня. Я их создатель. Почему они перестали отвечать на мой зов, а подчинились тебе?

— Хоть они и были частью твоей плоти, но ты сам давно лишь бесплотный дух и давно уже потерял прочную связь с ними. Может они слушались тебя, пока я им это позволял? — хмыкнул Таньтай Цзынь, а потом продолжил:

— Да, моя душа была изначально твоей, но ты отказался от неё. В итоге, она переродилась, став духом морского дракона, который своими силами возвысился до бога, известного тебе как Мин Е, из-за тебя он потерял всё и умер, но душа снова переродилась и стала простым смертным Таньтай Цзынем. Да, я был рожден зародышем зла, твоим сосудом, но лишь телом, а душа уже не была твоей. Она прожила жизнь Мин Е, сбросив сковывающие ее связи с твоим телом, и потому я мог сопротивляться твоей воле. Да, во всех воплощениях, я прожил меньше тебя, если, конечно, не считать продолжительности твоей собственной жизни, ведь ты так любишь повторять, что я и есть ты. Но всё же, я никогда не отвергал свою душу. Я был человеком, богом и демоном, а ты нет. Это не я, а ты до сих пор цепляешься за прошлое, считая себя большим чем ты есть.

— Ты часто повторял, что я и есть ты — повторился Цзынь, сделав акцент на этой детали, и продолжил — Но кажется забыл, что, если мы суть одно и тоже — это значит — моя воля также сильна, как и твоя. Ты не властен надо мной! — крикнул он и начал поглощать сущность изначального бога демонов, пропуская его силу через активированные артефакты, этим очищая ее от остатков сознания и воли Владыки демонов.

С трудом переводя дыхание от переполняющей его мощи, Таньтай Цзынь заключил:

— Владыка может быть только один. И это будешь не ты.

— Таньтай Цзынь — как-то отстраненно заметил исчезающий бог демонов — Станешь ли ты мной или я тобой — для Мироздания разницы нет. Главное, что Владыка демонов вновь пришел в этот мир.

После того как Таньтай Цзынь полностью усвоил силу изначального бога демонов, ему открылись многие истины и тайны мира. Перед глазами мелькали картинки происходящего, как в прошлом так и в будущем. Новоиспеченный бог демонов также ощутил весь негатив, исходящий от живых существ этого мира. Сам мир, распознав в нем силу бога демонов, сформировал неразрывную связь с этим потоком.

Переносить угнетающее действие этого потока было практически невыносимо. Таньтай Цзынь моментально ощутил тошноту.

«Вот, что имел ввиду изначальный бог демонов, сказав, что Мирозданию всё равно кто является Владыкой, лишь был кто-то, принявший на себя эту половину энергии, что составляет баланс этой вселенной» — понял он, мучаясь от головной боли.

Постепенно он мысленно выровнял потоки сил и информации, почти беспрерывно поступающих в его разум, и вздохнул с облегчением: «До идеала, конечно, было еще далеко, но жить можно».

— Сусу — вспомнил он и поспешил в реальность, чтобы проверить как там его любимая и поведать о том, что он победил.

* * *

Они долго разговаривали, делясь своими мыслями и предположениями о прошлом и о будущем. В ходе этого разговора, Таньтай Цзынь отметил:

— Владыка демонов изначально хотел избавиться от власти Мироздания и умереть, даже если для этого необходимо было превратить весь этот мир в пепел.

— Да уж, я конечно не оправдываю его геноцидный план, но всё же понимаю его желание всё прекратить — прошептала Ли Сусу, думая о страданиях изначального бога — Сколько тысячелетий он терпел, без проблеска счастья в жизни, без надежды на облегчение в конце пути, ведь конец не был предусмотрен.

Таньтай Цзынь молча кивнул. Он тоже мог понять этого бога. Особенно теперь, когда прочувствовал бремя бога демонов на себе самом.

— А ты? — вдруг спросила Ли Сусу — Ты не проклинаешь Мироздание за судьбу, что оно тебе уготовало и за муки, что теперь нести тебе на своих плечах? — с беспокойством уточнила она.

Таньтай Цзынь скривил губы в горькой усмешке, а потом признал:

— Разумеется я не особо счастлив тем, что мне предстоит испытывать на себе всё это и неизвестно сколько времени — а потом, понизив голос, добавил — Однако я должен сказать, что кое за что я очень благодарен Мирозданию, поэтому, пожалуй, готов милостиво его простить.

— Что же это? — с любопытством спросила Сусу почему-то шепотом и наклонившись к нему поближе.

Чем Цзынь и воспользовался, коротко поцеловав ее в губы и ответив:

— Ты — а затем пояснил — Пока ты есть в этом мире, я не позволю никому его разрушить. Вот почему я не принял план изначального бога демонов, вот почему принял свою судьбу и сам стал Владыкой демонов. Если бы не воля Мироздания, разве ты пришла бы в этот мир ко мне? Разве получил бы я ту долю счастья, что выпала мне в жизни и надеюсь еще предстоит получить в будущем. Ведь ты будешь со мной?

— Конечно, Цзынь — улыбнулась Ли Сусу и привалилась к его плечу — Я буду с тобой. Я же обещала.

Таньтай Цзынь сначала с облегчением выдохнул улыбнувшись, получив желанный ответ на тревожащий его вопрос, но затем, подумав о краткости и уязвимости человеческой жизни, а именно его возлюбленной, со скорупулезностью уточнил:

— Ли Сусу, я стал богом. Теперь твоя очередь. Ты тоже должна поскорее стать богиней. Тогда мы будем вместе вечно, до скончания времен — смело наметил он план на их будущее.

Ли Сусу покачала головой на масштабность планов нового бога, уже начавшего мыслить иными категориями. Она не то, что была против, тем более ей дано пророчили путь к божественности. Однако…

— Но разве путь к божественности для небесного феникса — это не путь бессердечия? — уточнила она, помня этот не раз озвученный в каноне факт.

Таньтай Цзынь улыбнулся и поведал:

— Этот путь самый быстрый, но он не единственный. Теперь тебе не нужно спешить, проходя через страдания и отказываясь от любви. Теперь у тебя есть время. Теперь у тебя есть я — добавил он, заключая девушку в свои объятия.

Он держал в своих руках свой дар, свою награду от этого мира и чувствовал покой и умиротворение, особенно просмотрев те краткие видения об их совместном будущем.

Он был уверен, что у Ли Сусу получится и она станет самой прекрасной богиней этого мира.

---

1) В народных поверьях пролитая в день свадьбы кровь чаще всего считается неблагоприятным знаком предвещающим ссоры, конфликты или даже разрыв отношений.

Вернуться к тексту