Римус Люпин. Право на надежду (джен)

Авроры ждали Сириуса, тихо переговариваясь.

— Все спокойно, — сказал Кингсли. — Что бы тут ни было, оно исчезло.

— И мы думаем, — подхватила Тонкс, — что это домовой эльф. Во-первых, Аппаре Вестигиум показало отпечатки маленьких ног. И ни следа хоть какого-то известного заклинания. Но дверь же кто-то открыл, сняв все чары Римуса. Значит, использовалась совсем другая магия…

— Верно, — ответил Сириус внешне спокойно, хотя внутри у него все кипело от гнева и досады. — Здесь была Винки, домовой эльф Барти Крауча.

Это заявление озадачило обоих авроров.

— Ты уверен? — усомнилась Тонкс.

— Она с начала учебного года шастает по Хогвартсу в слезах. Римус рассказывал, что слышал какой-то всхлип, чувствовал, что за ним следят — с первых же дней.

— Да, мне он тоже говорил, — кивнула Дора.

— Вот. А о том, что это Винки, я узнал из отличнейшего источника.

И Сириус пересказал друзьям все, что услышал от девочек и Добби.

— Дьявольский план... Странно, — задумчиво отозвался Кингсли. — Крауч давно уже не тот неистовый Барти. Он очень, очень сильно сдал.

— Да и каков смысл? — пожала плечами Тонкс. В отличие от главы аврората на ее лице отражалось негодование и отвращение от того, что она узнала. — Хотел бы отомстить вам с Римусом за разрушение карьеры, давно бы уже попытался. Даже если представить, что Краучем воспользовалась Анбридж, как-то склонив на свою сторону…

— Слишком тонкая интрига для обоих, — подвел итог Бруствер. — Чувствую, здесь замешался кто-то третий.

— Чего же проще, — Сириус теперь едва сдерживался. — Спросим самого Крауча. Прямо сейчас пойдем и спросим! Я возмущен тем, что в школе, доверенной моему попечению, болтаются чужие подозрительные домовики. Пусть объяснится. И если понадобится — перевернем его дом вверх дном. Плевать на закон, Кингсли! Ему не было дела до закона, когда он упек меня к дементорам.

Бруствер широко улыбнулся.

— Не волнуйся, найдем законный повод для вторжения.

Сириус благодарно кивнул и перевел взгляд на Дору.

— Ты с нами? Или останешься с Римусом?

— Останусь с ним до утра, — Тонкс тоже уже приняла невозмутимый вид, но в ее голосе все еще чувствовалось напряжение. — Мало ли что…

— Отлично! Как он?

— Сейчас нормально. А то беспокоился, даже слегка рычал, пытался выйти в класс. Пришлось тащить назад. Но Римус послушался…

Сириус представил, как его племянница, обняв за шею огромного встревоженного волка, упорно тянет его от двери с мягкими уговорами вглубь комнаты…

— Я боялся, что он, почувствовав кровь, не справится. Тогда… никакое зелье бы не спасло. Спасибо, Дора!

— За что спасибо? Пойду к нему…

— Да, — ответил Кингсли. — Запрись как следует изнутри. Никого не впускай. Если что, свяжусь с тобой через камин Люпина. Чувствую, нас ждет еще много работы.

— Хорошо, вы тоже будьте осторожны. И удачи!

Тонкс скрылась за дверью, ведущей в кабинет.

Волк лежал на коврике в спальне возле кровати. Увидев Дору, он поднял голову и приветственно поводил из стороны в сторону пушистым хвостом с кисточкой на конце — признак оборотня.

— Знаешь, Римус, мы кое-что выяснили! — воодушевленно доложила Тонкс. — Теперь это дело не такое уж беспросветное. Кингсли и Сириус ушли, но, надеюсь, скоро расскажут нам что-то обнадеживающее. А я пока остаюсь с тобой.

Зверь недовольно взглянул на нее исподлобья.

— Не возмущайся. Так надо. Я аврор при исполнении, охраняю тебя.

Тонкс уселась на пол прямо рядом с волком. Придвинувшись, он положил голову ей на колени и тихо заскулил.

— И не извиняйся. Понятно, что ты своим сверхчутьем ощутил запах крови, и зверь попытался взять верх над человеческим разумом. Но ведь ты ему не позволил.

Волк лизнул ее руку — совсем по-собачьи.

— Ну да, я тоже немного помогла.

Тонкс погладила его по голове.

— Все в порядке, Римус. Отдохни немного, тебе необходимо. Поспи. Я буду с тобой.

* * *

Двухэтажный каменный особняк Краучей в Беркшире, залитый лунным светом, выглядел основательным и безупречным, как когда-то его хозяин. Симметричный георгианский дом отгораживала от мира высокая кованая изгородь. Газоны идеально подстрижены, дорожки вычищены… И все это великолепие утопало в полной тишине.

Бруствер и Блэк трансгрессировали к самому порогу.

Сириус толкнул входную дверь — просто так! — и очень удивился, что та спокойно и бесшумно раскрылась.

— Надо же… хоть бы простую Алахомору… — пробормотал он себе под нос.

— Осторожней, — Кингсли, переступив порог вслед за другом, удержал его за плечо. — Мне это не нравится.

И аврор вполголоса произнес Хоменум Ревелио — заклинание, помогающее обнаружить присутствие живых существ.

— Странно… Похоже, что дом пустой.

— Может, ловушка? — Сириус напрягся.

— Возможно. Знаешь что, иди за мной, а еще лучше — накинь свою невидимку. Палочку пускай в дело лишь при крайней необходимости.

— Не волнуйся, я все понимаю.

С большими предосторожностями мужчины осмотрели первый этаж, но никого не обнаружили. Они поднялись по лестнице, поочередно заглянули в несколько комнат. Кингсли повторил Хоменум Ревелио, но вновь не получил никакого ментального отклика. Дом производил тягостное впечатление, словно из пустоты, тишины и густого сумрака готова была вот-вот материализоваться какая-то жестокая потусторонняя сущность.

Кингсли, а ним и Сириус, вошли в кабинет.

— Мистер Крауч?

Барти-старший неподвижно сидел в кресле, глядя на незваных гостей остекленевшим взглядом.

— Он же не…

— Он мертв, — мрачно объявил аврор. — Аппаре Вестигиум…

Из кончика его палочки вырвалась волна густой сияющей пыли. Она быстро заполнила кабинет, оседая на стенах, на полу и предметах, проявляя в темноте следы недавней магии. Золотисто засветились следы мужских ботинок, в воздухе воссоздался отчетливый, яркий росчерк. Он тянулся от места, где недавно стоял убийца, о котором напоминал сейчас едва уловимый расплывчатый контур, прямо к груди Крауча.

— Конечно, Авада, — пробормотал Кингсли. — Свеженькая.

Сириус ощутил острую, всепоглощающую злость, переходящую в бессильный гнев. Ненавистный враг даже умереть умудрился не вовремя! Позволил себя прибить и оборвал такую многообещающую нить…

— Где Винки? Не мог же убийца забрать ее с собой?

— Кто знает… Увы, мы можем и ее найти мертвой.

— Только этого не хватало! Пойдем посмотрим еще где-нибудь…

В одной из комнат были настежь распахнуты шкаф и комод, часть одежды выброшена на кровать, раскрытый большой чемодан задвинут в угол, словно кто-то хотел им воспользоваться, но передумал.

— Здесь жил кто-то еще? — удивился Кингсли. — Навскидку, маловаты Краучу эти вещи. Смотри, чашка на столе… чай не допил. Словно сидел себе спокойно, а потом вдруг все бросил, спешно собрался и сбежал. Ликвидировав хозяина дома между делом…

Он вновь применил Аппаре Вестигиум — проявились отпечатки тех же ботинок, что и в кабинете.

— Вот что, Сириус. Я вызываю своих ребят. И…

Аврор недоговорил. Вновь раздался уже не раз слышанный сегодня Сириусом громкий хлопок трансгрессии, но вместо ожидаемой Винки появился его собственный домовой эльф.

— Пусть хозяин простит Кричера, — забубнил тот. — Кричер пытался связаться через камин, но не вышло. А от этой женщины столько шума! Она нагло требует мистера Блэка. Хозяин сам велел, чтобы Кричер всегда спешно докладывал, когда эта женщина утверждает, что срочно…

— Подожди? Рита меня ждет в Блэк-холле?

— Да, хозяин.

Кингсли хмыкнул.

— Слушай, я тоже не против узнать, чего она хочет.

— Но… тут все непросто… — Сириус лихорадочно раздумывал, как, не отказав, не выдать при этом тайну Риты.

— Да брось, — спокойно ответил Бруствер. — Я ведь знаю, что у вас с ней свои способы добычи информации, но сделаю вид, что ни о чем не догадываюсь. Сейчас важнее всего разобраться в этом деле как можно скорее.

— Хорошо. Тогда ко мне. Оттуда вызовешь своих.

Прямо из особняка Краучей они трансгрессировали на порог Блэк-холла, вошли в дом и сразу направились в гостиную.

Рита Скитер, заметно нервничая, ходила по комнате.

— Сириус! — Но тут она заметила Бруствера. — Вы не один, босс…

— Говорите при Кингсли, — Сириус устало плюхнулся в кресло. — Последствий не будет. Давайте-ка, присаживайтесь тоже.

Но журналистка осталась стоять. Она недружелюбно стрельнула взглядом из-под очков в сторону главы аврората, но все же продолжила:

— Раз так… Буду коротка. Я следила за Амбридж, как вы велели, босс. Сегодня ночью она встречалась с одним человеком. Не знаю… не думаю, что ошиблась, но…

— Смелее, мисс, — подбодрил ее Кингсли. — Обещаю, вам ничего не угрожает.

— Дело не в этом. Просто именно его я не готова была увидеть. Я ведь присутствовала на суде над мучителями Лонгботтомов и хорошо запомнила это лицо. Сейчас он выглядит старше… хуже… но… Он вообще никак не должен выглядеть! Потому что давно уже мертв. Потому что это Барти Крауч-младший.