Братья по магии. Точка отсчета (джен)

В зал влетела разгневанная Гермиона, уже без прыща, и подбежала к факультетскому столу со словами:

— Я всё поняла!

Она швырнула Лаванде в тарелку лягушачью лапку. Браун очень естественно удивилась:

— Грейнджер, хватит с меня зельеварения, убери немедленно! Здесь едят, если ты не заметила!

— О, я всё заметила! Я теперь всё заметила и поняла. Я даже знаю, какой сглаз ты и ты, — Гермиона резко повернулась к Парвати, чтобы заклеймить и её, — приготовили. Но я этого так не оставлю! Я всё расскажу профессорам. Вас накажут! Я надеюсь, это не будут баллы факультета, которые я зарабатываю. Пусть вас отправят к профессору Снейпу варить из этих лапок зелья вместе с Греем и Поттером. Ой, на отработках не варят зелья! Какая жалость! Будете чистить котлы!

Прокричав всё это, девочка выловила из тарелки Лаванды спрятавшуюся между кусочками бекона лапку и понесла своё вещественное доказательство к учительскому столу.

— Профессор Макгонагалл, мэм! — голос Гермионы был слышен на весь зал. — Меня хотели сглазить! Это всё Браун и Патил! Вот, посмотрите на этот предмет!

Алекс скривился и отложил свою булочку: после демарша Заучки есть не хотелось не только Лаванде с подругой, но и ему.

— Надеюсь, она профессорам не положила эту лапку в тарелку, как мне! — презрительно сказала Браун, сморщив нос.

Ученики с интересом смотрели, как декан Гриффиндора, всячески проверив лапку, убеждала девочку, что её не прокляли. Но Грейнджер не успокоилась и потребовала, чтобы проверку теперь произвел Флитвик, который, кстати, тоже ничего не обнаружил.

— Интересно, она бы и к директору не постеснялась пристать? — спросил Энди. Он следил за Грейнджер с плохо скрываемой злостью, и ясно было, что как только Заучка вернётся к столу, он ей выскажет всё то, что думает о стукачах вообще и о самой Грейнджер в частности.

— Алекс, съешь, пожалуйста, — Гарри сунул брату в руки надкусанную булочку. — А то ты опять будешь ходить до обеда голодный. А не съешь её, я что-нибудь другое возьму в спальню и буду тебя кормить.

— Ну хорошо, — вздохнул Грей, уступая. Булочку он запивал неизменным тыквенным соком. Был, кажется, какой-то фанфик, где ученики устроили бунт из-за того, что обнаружили, что хагридовские тыквы на самом деле не тыквы, а растительные монстры, что, конечно, легко объясняет такую их урожайность.

Через минуту взвинченная, но не убеждённая Гермиона села за стол, демонстративно положила перед собой лапку, сдвинув тарелки и кубки в сторону, и многообещающе проговорила:

— Ну ничего, я этого так не оставлю!

— Да? — взвился Кейн. Он даже вскочил с места, так его возмущала вся эта ситуация. — И что ты сделаешь? Опять побежишь доносить?

— Ты же с третьего курса, да? — ядовито поинтересовалась Гермиона. — И до сих пор не научился себя вести в школе. Учителя должны знать, что происходит, особенно в такой школе, как наша, иначе у нас будет масса несчастных случаев. Кто-то же должен остановить такое!

Девочка подняла двумя пальцами замызганную лапку и потрясла над столом, от чего её соседи поспешили прикрыть свою еду.

— Гриффиндор — это факультет благородных и честных! — заявил Кейн. Он уже был в бешенстве от наглости Грейнджер, которой не только не было стыдно, но которая считала, что может поучать старшего ученика. — Тебе не долго ждать полного бойкота!

— Бойкота? — с удивлением переспросила девочка. — Нет, здесь со мной не будет такого, как в магловской школе, ведь я приношу баллы факультету больше всех первокурсников. И ты ошибаешься, у меня есть друзья, которые меня поддержат. Правда, Рональд?

Рон Уизли, совмещающий просмотр шоу с поеданием всего, что попадает в поле зрения, напрягся. Он опять сидел вместе с близнецами, но сейчас решил, что Грейнджер надо поддержать, потому что его устраивала эта напарница. Ею оказалось легко вертеть так, как ему нужно. Наставник дал понять, что это было первое, но не единственное серьёзное задание, и команду надо было постоянно держать наготове.

— Кейн, ты-то чего вякаешь? — спросил Рон, вставая со своего места и пересаживаясь к Грейнджер, где продолжил жевать, не забывая вести полемику. — Что, думаешь, подружился с Поттером, так всё можно, да?

— Уизли! Ну конечно! — скривился Энди. — Стукач стукача видит издалека, да? Не забыл, как ты сам в начале учёбы здесь же заложил Грея? Доносчица и Предатель крови, замечательная парочка!

Послышался грохот отодвигаемой лавки — это встали близнецы. На лицах Фреда и Джорджа читалось, что Кейну не жить. А Перси, сидевший на другом конце стола, но всё равно услышавший про Предателей крови, постарался сделаться незаметным.

Вопреки ожиданиям, Форджи не набросились на однокурсника и не достали палочки. Джордж гнусно ухмыльнулся, а Фред сказал:

— Энди Кейн, ты хочешь, чтобы мы сейчас всем рассказали про твоего папочку?

Энди побледнел и пулей вылетел из зала. Если сидящие за преподавательским столом маги и заметили неладное, то они не вмешались ни до, ни после.

Уизли (три штуки) победно улыбнулись, а Грейнджер сидела с видом только что коронованной королевы факультета. Лаванда с Парвати, наоборот, выглядели оплёванными.

Чтобы как-то приободрить их, Алекс сказал:

— Лаванда! Вы ещё не передумали с прическами?

— Нет! — сказала Браун, а Патил добавила:

— В отличие от некоторых, которые не дружат с расческой, мы хотим и будем хорошо выглядеть, верно, Лав?

Блондинка довольно кивнула. Плохое настроение обеих девочек моментально испарилось. Алекс посмотрел на свою ходячую рекламу — Поттера, чьи волосы, мягкие и послушные, больше не были отличительной негативной чертой его внешности.

Но Грей посмотрел на Поттера по другой причине. Он опасался его перехода в режим Тёмного лорда, но Гарри выглядел просто недовольным. Наверное, всё дело было в том, что при всех своих достоинствах Энди не был Алексом, за которого Поттер порвал бы любого голыми руками.

— Ну ничего, Уизли ещё своё получат, — ободрил брата Грей. Поттер кивнул. Он в этом нисколько не сомневался.

Друзья Энди не стали задерживаться за столом. Они оглядывались на Форджей, но проклясть их в Большом зале не решались — для этого надо было быть ни больше ни меньше Гарри Поттером. Судя по разговору, который они вели между собой, третьекурсники находились в состоянии перманентной войны с близнецами.

— Надо их взгреть, наконец, за всё хорошее! Чего стоит одно то, что они заклинили нашу дверь какой-то своей гадостью в прошлом году перед экзаменом по Истории магии, и мы на него опоздали! — сказал Дуглас, мускулистый и высокий.

— Надо было их тогда заложить, плевать, что Энди у нас такой принципиальный, теперь сам страдает! — отозвался Райан, кудрявый темноволосый мальчик.

Следом за ними из-за стола встали Фред и Джордж. Рон, бросив оценивающий взгляд на Поттера, поспешил следом. Грейнджер, которая только собралась поесть — до этого было некогда — схватила пару булочек и рванула за Роном. Она, наконец, поняла, что её не одобряют, и почувствовала себя среди других гриффиндорцев неуютно.

— Ты выиграл, — похоронным голосом сказал Симус, поворачиваясь к Дину. — Такого шухера, как от простой, не заколдованной лягушачьей лапки, не было даже от змей! Признаю поражение.

Гарри не стал ждать развития разговора и вскочил. Ох, он дурак! Надо было завязать лицо тряпкой и пошарить под роновой кроватью! Выкинул бы давно крысу и не переживал!

— Идём? — спросил Алекс, тоже поднимаясь.

Гарри кивнул. Может, он успеет с крысой, если Алекс выйдет ненадолго, в туалет, например.

Но далеко они не ушли. Прямо на выходе из Большого зала они увидели большую толпу учеников, окруживших кого-то. Поттера, а с ним и Грея, беспрепятственно пропустили. Братья протиснулись вперед и увидели Энди, нацелившего палочку на одного из близнецов, тогда как оба Уизли направили на него две свои. У Энди, бледного и тяжело дышавшего, не было ни шанса.

Гарри посмотрел на брата. В такие минуты они понимали друг друга без слов. "Мы участвуем?"— спросил Поттер. "Непременно", — ответил Алекс.

— Мукус ад нозем! — крикнул Кейн.

— Фурункулус! Диффиндо! — раздалось почти одновременно двумя одинаковыми голосами.

Алекс понял, что скорость реакции системы теперь была гораздо выше и чем-то напоминала игру на крутом компе: между принятием решения и откликом не было паузы. Напротив, было небольшое, в долю секунды, упреждение, позволявшее заранее видеть, как задуманное осуществится. Скорость расчетов и мощность была достаточной, чтобы и он, и Гарри могли пользоваться новыми возможностями одновременно. Для начала Грей немного притормозил время, чтобы Поттер, который как раз начал разворачивать свой Щит, успел прикрыть Энди.

Гарри никогда ещё не пользовался вычислениями брата в боевой обстановке. Сейчас он с удивлением видел в виртуале, как по его воле Щит, вернее, одна тысячная Щита, мелкими искорками летит к Энди, опережая лучи заклинаний близнецов. Невидимая преграда соткалась как раз в том месте, куда по расчетам Алекса должны были попасть проклятия Форджей. Две вспышки — красная и зеленая — не причинили Кейну никакого вреда, чем удивили его и зрителей.

Алекс увидел, что Фред с легкостью уклоняется от заклинания Энди и, недолго думая, толкнул Уизли заклинанием Полета назад под голубой луч. Фред чуть не упал, выронил палочку и закрыл нос рукавом: однокурсник наслал на него сильный насморк.

Гарри, тщательно контролируя количество расходуемых сил, на всякий случай прикрыл их с Алексом Щитом. От того, что он может так точно отмерять затраченную энергию и осуществлять задуманное, Гарри ощущал непередаваемый восторг. И ещё он радовался тому, что он был сейчас вместе с братом. Им не надо было смотреть друг на друга или разговаривать, чтобы понять, что один из них хочет сделать. Они это чувствовали и видели в виртуале.

— Мимбл Вимбл! — выкрикнул Энди, направив палочку на Джорджа.

Может быть, он бы попал и язык второго Уизли завязался бы узлом, но, как в том анекдоте, когда пришёл лесник и всех выгнал, появился Снейп. Он молча взмахнул палочкой и нейтрализовал выпущенное Кейном проклятие.

— Пять баллов с Гриффиндора, мистер Кейн, — сказал он. И повернувшись к рыжим, прибавил не без злорадства: — И ещё двадцать с Гриффиндора, мистеры Уизли!

— Но он первый начал! — возмутился Джордж. Фред по-прежнему не был расположен к ведению беседы и рот использовал, чтобы дышать. — Любой скажет, что это Кейн напал на нас! И почему с нас по десять баллов?

— Ваша репутация, мистер Уизли, — вкрадчиво проговорил Снейп, — не позволяет мне оценить любые ваши действия, сняв меньшее количество баллов.

Толпа рассосалась за секунду: Ужас подземелий мог продолжить списывать факультетские очки, например, за невмешательство или ещё за что-нибудь. Находить предлоги Снейп умел виртуозно. Виновники происшествия тоже не задержались и мгновенно исчезли.

Гарри и Алекс довольно переглянулись. Поттер убрал Щит.

— Тебе понравилось?— спросил Алекс.

— Да! — ёмко ответил Гарри. Было очевидно, что ЗОТИ Поттер любил не просто так. И, кажется, этот Избранный будет с удовольствием не только защищаться, но и атаковать.

Когда мальчики добрались до своей спальни, Симус стоял перед кроватью Рона с перекосившимся от отвращения лицом, готовясь выполнить то, на что они с Томасом спорили. Дин подбадривал друга:

— Ну, давай уже! Не укусит же тебя носок!

— Ты не знаешь, что за хищный носок может жить у Скунса, — пробормотал Симус. Кажется, сейчас он сожалел, что "пацан должен держать слово".

Невилл смотрел на происходящее широко открытыми глазами. Он бы ни за что не решился!

Алекс и Гарри (последний был явно не в своей тарелке) сели на кровать Грея, приготовившись смотреть представление из партера.

— Ну, Сим? — поторопил проигравшего Томас. — Вот и Дарт Вейдер с наставником подошли, будут свидетелями.

— Ладно!— прорычал Симус. Он втянул побольше воздуха и, стараясь не дышать, встал на колени и полез рукой под кровать Рона. Секунду он оживлённо двигал конечностью и вдруг замер:

— А это ещё что такое?