Гермиона и Дагворт-Грейнджеры (джен)

Северус, Люциус и Дамблдор теперь вместе работали над одной целью: найти и уничтожить оставшиеся крестражи Тома Риддла.

Они сидели втроём в кабинете Дамблдора за вечерним чаем. На столе стояли тонкие чашки, серебряный чайник и блюдо с пирожными. Северус сидел неподвижно, сложив руки на коленях, и угрюмо жевал бисквит, Люциус тоже был напряжен и держал чашку так, будто это был не фарфор, а подозрительный артефакт. Дамблдор, напротив, выглядел так, будто разговор о крестражах за чаем был привычной рутиной.

— По моим сведениям, сейчас у нас три наиболее надёжные зацепки, — сказал он. — Во-первых, чаша. Она в сейфе Беллатрикс Лестрейндж, как выяснил Люциус. Во-вторых, медальон, он связан с пещерой у моря из детства Тома и «защищён мёртвыми». И в-третьих — кольцо, которое «спрятано в доме предков».

Все согласились, что на данный момент самой перспективной зацепкой остаётся «кольцо в доме предков». Проникнуть в сейф Беллатрикс было крайне трудно, а описание пещеры «из детства» было слишком уж расплывчатым: где она находится и что именно значит «защищена мёртвыми», пока никто не понимал.

— Отлично, значит, займемся кольцом, — продолжал директор. — Интересно, каких предков он имеет в виду. Ведь он вырос в приюте. В школьных документах он записан как «Том Марволо Риддл».

— Позвольте мне, — сказал Люциус и провёл палочкой над именем, произнося что-то на старофранцузском.

Это было архивное заклинание Малфоев. Оно отмечало имена, встречавшиеся в старых семейных записях: договорах, списках гостей, служебных заметках, расходных книгах и прочих бумагах, которые в старых родах никогда не выбрасывали.

Серебряная искра скользнула по буквам Том Марволо Риддл. На Том она среагировала очень слабой и бледной вспышкой, на Риддл — почти никак. Искра остановилась на имени Марволо и вспыхнула зелёным огоньком.

Люциус убрал лист в папку.

— Тогда прежде, чем двигаться дальше, я предлагаю проверить семейные архивы Малфоев и посмотреть, что там есть о Марволо.

* * *

В Малфой-мэноре семейные архивы занимали несколько комнат. Дверь вела туда только после проверки перстня хозяина дома, его палочки и капли крови на серебряной пластине. Внутри хранились родословные книги, брачные контракты с живыми печатями, списки приданого, долговые расписки, письма под чарами молчания, личные дневники, счета, заметки о судебных спорах и тетради с наблюдениями о людях, которые могли оказаться полезны, опасны или неудобны.

В центре первой комнаты стоял длинный стол из чёрного дерева. Над ним плавали три стеклянных шара. Один показывал дату документа, второй — семейную ветвь, третий — степень опасности наложенных чар.

Некоторые папки лежали на столе спокойно, другие шипели при попытке открыть их без должного права, а одна старая коробка с письмами Блэков попыталась укусить Люциуса за манжету и была отправлена обратно на полку.

Люциус начал с бумаг отца.

Абраксас Малфой был внимателен ко всему, что касалось власти, происхождения и возможных долгов. Люциус положил на ладонь архивный амулет и произнёс:

— Марволо.

В воздухе появилась тонкая нить света и ушла в папку «Школьные наблюдения. Второй курс». Она была вложена в раздел «Хогвартс. Слизерин. Наблюдения».

Люциус коснулся зелёной застёжки, и папка раскрылась. Внутри были короткие записи, сделанные полудетским почерком двенадцатилетнего Абраксаса. Перед ним появился нужный лист.

Том Марволо Риддл. Прибыл в Хогвартс из маггловского приюта. Манеры исправил быстро. Умён. Осторожен. О своём происхождении говорит редко, но не как человек без рода.

Ниже шла более поздняя пометка:

В частном разговоре сообщил следующее: был похищен семейными врагами и брошен в приют к магглам. Мать убита. В маггловском приюте ему дали фамилию Riddle, «загадка», поскольку настоящего имени семьи они не знали. Также заявил, что принадлежит к Дому Слизерина, но не волен говорить больше. Возможен старый, обедневший или скрывающийся род. На прямой вопрос о роде не отвечает. На косвенный — улыбается.

Нечего сказать, даже в двенадцать лет Лорд умел дозировать информацию, подумал Люциус.

* * *

На следующее утро он занялся Министерством.

Он, конечно, не пошёл туда лично, не стоило привлекать внимание к его интересу к таким политически чувствительным сведениям. Он использовал троих посредников: один искал старые записи о рождении нескольких одноклассников отца, включая Тома Риддла, второй — проверял магические переписи, третий проверял имя Марволо наряду с фамилиями старых слизеринских ветвей, документами на земельные владения и записями о нарушениями Статута.

Через несколько дней гоблинская сова принесла в мэнор тонкий конверт с тремя листами без подписи — отправители послали их на номер банковской почты, а банк потом переслал его Люциусу. Пергаменты пахли министерской пылью, дешёвыми чернилами и слабым заклинанием копирования.

Сведения, заинтересовавшие Люциуса, были следующими:

Том Марволо Риддл. Мать: Меропа Гонт. Отец: Том Риддл, маггл, Литтл-Хэнглтон. Мать умерла после родов. Ребёнок передан в маггловский приют.

Марволо Гонт (ум.). Родители: Медея Гонт, Минос Гонт (ум.) Супруга — Медора Гонт (ум.). Дети: Меропа Гонт, Морфин Гонт. Последний известный адрес семьи: Литтл-Хэнглтон. Семья неоднократно имела проблемы с авроратом за нарушение Статуса Секретности и наложение чар на магглов. Язык общения: английский, парселтанг. Состояние имущества: крайне неухоженное. Земельный статус: старый участок, без дохода, без обслуживания, без надлежащей регистрации защитных чар.

Последняя аврорская проверка: 1950 г, установлено: дом опасен для неподготовленного входа. Вероятны родовые защитные чары, включая заклятия на парселтанге.

К последнему документу была приложена министерская карта: линии владений Гонтов, магические отметки, колодец, сарай, дом. Дом Гонтов был обозначен грязно-зелёной точкой, и когда Люциус коснулся её палочкой, точка дёрнулась, вытянулась в крошечную нарисованную змею и зашипела. Даже министерская копия сохранила след родовой защиты.

Люциус прочитал ответ ещё раз.

Том солгал Абраксасу Малфою не полностью. Мать Тома действительно умерла, он действительно оказался в маггловском приюте. Но фамилия Риддл не была обозначением «загадочного» происхождения. Она принадлежала его отцу — магглу. Теперь всё было ясно: Том Риддл был Гонтом по матери. Он убрал маггла-отца из картины и подал себя как похищенного наследника старого дома.

Люциус снова подключил поисковый амулет и открыл семейный шкаф, который отозвался на имя «Марволо Гонт». В нём хранились записи Аврелия Малфоя, деда Абраксаса. Дверца открывалась фразой на старофранцузском, после этого маленькая золотая гадюка на ручке поднимала голову и смотрела в глаза — убедившись, что перед ней хозяин дома, она замирала.

Аврелий упоминал о Гонтах в тетради под названием «Старые семьи. Вырождающиеся ветви».

Марволо Гонт. Встречен дважды. Беден до неприличия. Плохо одет. Манеры отсутствуют. Агрессивен. Склонен к бессмысленному хвастовству. Носит кольцо, утверждает, что в этом кольце — воскрешаюший камень Кадма Певерелла.

Любит ссылаться на род Слизерина. Говорит, например, что их родовой дом никогда не ограбят, потому что всё защищено охранными чарами на парселтанге. Кольцо тоже украсть невозможно по той же причине. Переходит на парселтанг посреди обычной фразы, вероятно, считает это доказательством наследия Слизерина.

Родословная запутана, много браков внутри одной крови. По доступным сведениям, сам Марволо родился от брака близких родственников, вероятно кузенов. Итог ожидаемый: гордость сохранилась, разум пострадал.

Люциус переписал основные сведения на чистый пергамент:

Том Марволо Риддл. Отец — маггл Том Риддл. Мать — Меропа Гонт. Дед по матери — Марволо Гонт. Адрес: Литтл-Хэнглтон. Семья говорила на парселтанге. У Марволо Гонта было старинное кольцо, возможно с легендарным камнем Певереллов. Дом, вероятно, защищён охранными чарами на парселтанге.

Следовательно, «дом предков» почти наверняка означает дом Гонтов, а «кольцо» — кольцо Марволо Гонта.