Кролик среди волков (гет)

Жон не осмеливался слишком уж нагло пилить свои путы, пока Эмеральд и Меркури находились в здании. Они были гораздо сильнее его, имели подготовку Охотников и привыкли убивать. Когда общались между собой, Жон еще мог работать, но стоило им закончить раскладывать взрывчатку и замолчать, ему оставалось лишь потеть от страха, трястись и стараться не выронить нож из рукава, чтобы не обречь себя на гарантированную гибель.

— Интересно, с каких это пор Роман отрастил себе хребет? — задумчиво пробормотал Меркури.

— Хм? — спросила Эмеральд, не отводя взгляда от уже установленной бомбы.

— Раньше он не пытался возражать Синдер, — пояснил Меркури. — И кстати, говорил Роман исключительно по делу. Я тоже думаю, что Синдер несколько перебарщивает.

— Хочешь сказать, что ты с ее планом не согласен? — уточнила Эмеральд.

— Не то чтобы не согласен, но Роман разумные вещи озвучил, а Синдер сама призналась, что для нее это личное, — усмехнулся Меркури. — Та самая Синдер, которая постоянно твердит нам о необходимости действовать профессионально. Просто классическое: "Делайте то, что я говорю, а не то, что я делаю".

— И что? — поинтересовалась Эмеральд. — Синдер лучше знает.

— Ох... — тяжело вздохнул Меркури, отложив провод в сторону и посмотрев на нее поверх головы Жона. — Ты хотя бы на секунду можешь вытащить язык из задницы Синдер?

— Сам иди в задницу, — ответила ему Эмеральд. — И вообще, какая разница? Нравится тебе это или нет, нравится мне это или нет, никто из нас ее приказ не нарушит. Или желаешь его освободить?

— Нет, конечно, — рассмеялся Меркури. — Просто беседу поддерживаю.

— Лучше бы ты делом занялся. Пора уже заканчивать.

— Ну да, вечно ворчливой тебе не нравлюсь невероятно дружелюбный я. В отличие от Синдер. Иногда мне кажется, что по ее приказу ты хоть с края обрыва вниз головой спрыгнешь.

— Скинуть тебя вниз головой с обрыва я могу и без приказа Синдер, — буркнула Эмеральд.

Меркури фыркнул, и на том их разговор завершился, что не позволило Жону дальше относительно безопасно резать путы. К тому же они уже подсоединили все бомбы к центральному устройству с таймером.

Жон невольно задумался о том, откуда Эмеральд с Меркури могли знать, что нужно делать со взрывчаткой. Либо у них имелся соответствующий опыт, либо задача была настолько простой, что с ней бы справился бы даже полный идиот.

Пока он размышлял, Эмеральд завершила настройку, а Меркури подключил несколько емкостей с Прахом в качестве, вероятно, детонатора. В конце концов, для чего еще их могли в данном случае использовать?

Но куда насущнее оказался другой вопрос: что убьет его раньше — сам взрыв или осколки стекла?

Небо за окном было темным, и Эмеральд с Меркури отправились на кухоньку квартиры Романа, чтобы немного перекусить и допить оставшееся в холодильнике пиво. Поскольку и кухонька, и холодильник располагались за спиной у Жона, то хотелось кричать от раздражения, поскольку любые "лишние" его телодвижения они наверняка сразу же заметят.

"Скорее всего, ждут утра, — предположил Адам. — Им выгодно провернуть всё в момент, когда турнир Фестиваля Вайтела официально начнется".

А это означало, что Жону придется сидеть, пряча нож в рукаве, еще пять или шесть часов. Во сне имелась опасность его выронить, и тогда о любом шансе на побег следовало бы забыть. Еще серьезно мешали потные из-за паники пальцы, а также боль в мышцах от неудобной позы и долгого отсутствия нормальных движений.

Вот если Эмеральд с Меркури уснут, то будет просто замечательно.

"Маловероятно. Надо быть совсем уж тупыми идиотами, чтобы так поступить. Но если бы они обладали столь низким уровнем интеллекта, Синдер давным-давно бы оторвала им головы".

Адам в своей оценке ситуации не ошибся.

Вскоре Эмеральд и Меркури переместились на диван, что стоял рядом со взрывчаткой, и включили телевизор, которым Нео совсем недавно пытала Жона. К счастью, новости их не заинтересовали, и они остановили свой выбор на каком-то комедийном шоу.

Меркури громко смеялся над каждой шуткой. Настолько громко, что Жон рискнул достать нож и продолжить работу, постепенно поймав нужный ритм непослушными пальцами.

Мучительно медленный ритм, к глубочайшему его сожалению.

Миновали целых два шоу, игра в карты и поочередное принятие душа, прежде чем небо за окном начало краснеть из-за восходящего солнца. Свиток заиграл какую-то мелодию. Эмеральд взяла его, отключила, видимо, будильник и с нескрываемым облегчением выдохнула.

— Четыре часа утра, — сказала она. — Время пришло.

— Наконец-то, — зевнув и потянувшись, пробормотал Меркури. — Терпеть не могу такие задания.

— Скажи об этом Синдер, — пожала плечами Эмеральд.

— "Скажи об этом Синдер", — передразнил ее Меркури. — Я вот не понимаю, как ты еще не задохнулась, с таким усердием засовывая язык ей в задницу. Мы могли бы просто перерезать ему горло, поставить таймер на утро и уйти отсюда, отправившись спать. Но нет, пришлось всю ночь караулить.

— Синдер Арк нужен живым. Она хочет сделать из него пример.

— Пример для кого? Мы же тут вроде бы Совет Вейла пытаемся подставить. А если никто не узнает о том, что это ее рук дело, то и не испугается. Признай уже: в том, что Синдер творит, нет ни малейшей необходимости. Она просто желает поквитаться с ним за отказ.

— К чему ты ведешь? — хмуро спросила Эмеральд.

— К тому, что Роман прав, — ответил ей Меркури. — Это выглядит жалко и говорит лишь о наличии комплексов.

— Так иди и расскажи Синдер о комплексах, — фыркнула Эмеральд. — А я полюбуюсь со стороны на то, что от тебя останется. Какая вообще разница? Она дала нам задание. Арк нужен ей живым. Он должен увидеть лицо Сиенны перед смертью. А если должен, то обязательно увидит.

— Гораздо безопаснее убить его прямо сейчас, — проворчал Меркури.

— Синдер лучше знает, что безопаснее, — возразила ему Эмеральд.

На том очередной спор и закончился.

Меркури закатил глаза и принялся что-то тихо бормотать себе под нос о чьей-то там глупости и некомпетентности. Жон был с ним, в общем-то, согласен. Но если его сейчас убьют, то сбежать он уже точно не сумеет, а потому следовало порадоваться крохотному шансу, который Синдер в злобе своей ему подарила.

Эмеральд еще раз перепроверила таймер, где красные цифры начали обратный отсчет, а затем отошла назад.

— Всё готово, — сказала она. — Растяжку установил?

— Да, — кивнул Меркури. — Ты там сколько выставила?

— Четыре часа без вмешательства и десять секунд в случае срабатывания растяжки. Нужно позволить Сиенне успеть приблизиться. Но даже если она не придет, это место всё равно взлетит на воздух ровно в тот момент, когда объявят первый раунд. Отменить турнир они не осмелятся.

— Политики, — фыркнул Меркури. — Ладно. Идем?

— Ага. Скину Сиенне наживку, как только мы вернемся к Синдер. Уверена, что наши усилия не останутся незамеченными. Прибежит как миленькая.

Эмеральд первой вышла за дверь, осторожно переступив растяжку. Та позволяла немного приоткрыть створку и сработала бы только в случае, если бы дверь распахнули пошире.

Меркури последовал за своей напарницей, не став запирать квартиру. По их плану этого и не требовалось.

Жон расширенными от ужаса глазами уставился на таймер.

"Успокойся. Четыре часа — это целая куча времени".

Честно говоря, куда больше его волновали десять секунд задержки взрыва от потревоженной растяжки.

Он постарался взять себя в руки, достал из рукава нож и принялся резать клейкую ленту. Работа шла тяжело — еще тяжелее, чем раньше, поскольку пальцы шевелились с огромным трудом.

Возможно, дело существенно облегчили бы острое лезвие ножа, более удобная поза или хороший угол реза, но ничего из этого у него не имелось. Жону оставалось полагаться только на чистую удачу и отчаянную надежду, что рано или поздно его усилия всё же принесут результат.

Пока что они лишь расходовали энергию.

Когда Адам предложил сделать перерыв, Жон возмутился. Ну, то есть начал неразборчиво мычать сквозь кляп.

"Лучше немного передохнуть и затем продолжить с новыми силами, чем торопиться и быстро выдохнуться, — настоял на своем Адам. — Спешка ничего хорошего точно не принесет".

Жон хотел возразить, что Сиенна могла появиться в любой момент.

"Если появится, то нам всем конец. Отдохни. Энергия еще понадобится".

Бездействовать тоже было тяжело. Секунды превращались в минуты, а таймер на бомбе показывал уже не четыре оставшихся до взрыва часа, а меньше трех. Жону не терпелось продолжить. Адам позволил лишь в момент, когда красные цифры продемонстрировали два с половиной часа — всего сто пятьдесят минут!

Немного отдохнувшие мышцы и немалое количество паники принесли свои плоды. Путы постепенно поддавались. Первая лента лопнула в два пятнадцать. Остальные заметно ослабли, что давало возможность двигаться чуть более свободно и значительно увереннее удерживать нож.

Сомкнув на его рукояти все пальцы, Жон с шипением направил относительно острый кончик на вторую руку, стараясь не обращать внимания на его касания к коже. По ощущениям, как минимум половину ширины пут он уже прорезал, и оставшаяся часть не превышала десятка сантиметров.

"Давай! Покончи с ними!"

Осторожно перебирая пальцами, Жон принялся заталкивать нож под ленту. Дешевую и довольно тупую железяку под очень прочный и, похоже, армированный чем-то материал. Процесс шел медленно и мучительно. Внезапно нож порвал ленту, вылетел из рук и покатился по полу.

— Мнгф! — выругался Жон.

"Всё в порядке, — успокоил его Адам. — Там совсем чуть-чуть осталось. Просто напряги мышцы и порви путы. Ты справишься".

Мышцы не были сильной стороной Жона, но они у него хотя бы имелись. Да и какого-либо другого варианта он всё равно не видел.

Жон сделал глубокий вдох и попытался развести руки в разные стороны. Лента натянулась, больно врезаясь в его запястья. Возможно, она была армирована и вовсе металлом.

Жон расслабился, закрыл глаза и повторил попытку.

Лента продолжала отъедать его ауру, оставляя горящие огнем следы на коже. Адам ни на секунду не затыкался, сыпля попеременно словами поддержки и ругательствами. К счастью, хотя бы к поэзии он не прибегал.

Стиснув зубы, Жон сконцентрировался на самом слабом месте ленты — том, где ее прорезал нож. И это сработало! Звук рвущегося материала открыл у него второе дыхание, из заклеенного рта раздавалось яростное мычание, а по лицу градом лил пот.

"Давай! Ради Вейла! Ради Сиенны! Ради того, чтобы вот этими самыми руками крепко пожать Синдер горло!"

— М-мнгф!

Лента не выдержала и с оглушительным треском лопнула. Освободившиеся руки не успели остановиться, и Жон вместе со стулом полетел на пол, больно ударившись локтем.

Но это его уже не волновало.

Пол показался мягким и приятным, пусть прямо сейчас отдыхать на нем и было нельзя.

На таймере оставалось меньше часа.

Пальцы пытались подцепить край ленты, чтобы отодрать ее с ног.

— Жон! — раздался из-за двери голос. — Жон, ты здесь?!

Похоже, Сиенна все-таки пришла...

"Поторопись!"

Рывком порвав ленту на ногах, он скинул с себя обломки стула и поднялся на четвереньки. Рот по-прежнему был заклеен, так что просьба к Сиенне оставаться там, где она сейчас находилась, превратилась в неразборчивое мычание.

— Жон, я иду! — явно услышала его Сиенна.

И это было очень плохо.

Он уставился на бомбу, и его глаза округлились от осознания того, что на таймере осталось всего около тридцати минут. Но ведь Адам использовал такие устройства во время своих террористических атак и наверняка знал, что тут следовало нажимать или резать...

"Жон, я бомбы взрывал, а не обезвреживал. И да, разница здесь есть, причем существенная".

Ручка повернулась, и дверь открылась. Таймер пискнул, а цифры на нем сменились с двадцати девяти минут на десять секунд. Вот только обратный отсчет не остановился, и появившаяся девятка заставила его взвизгнуть. Ну, или испуганно замычать, если учесть кляп.

— Жон! — воскликнула Сиенна. — Ты-...

Договорить она не успела, поскольку Жон не стал ее обнимать, а протаранил плечом, сбив с ног и на это самое плечо закинув, а затем понесся так, будто от этого зависела его жизнь.

Она и зависела.

В фильмах часто показывали, что для защиты от взрыва следовало лечь на землю. Как подозревал Жон, попытка усесться задницей на пол коридора не спасла бы ни его, ни Сиенну. Потому он продолжал бежать, пока не споткнулся о ступеньку, и они оба не скатились вниз по лестнице.

В последний раз пискнул таймер, и взревело пламя, облизав стены прямо над их головами, а самих Жона с Сиенной обдав нестерпимым жаром. Разлетелись наружу оконные стекла. Затем пришел грохот, и с ним начал обрушаться пол этажа, из-за чего лестнице стало не за что держаться.

В общем, они спустились еще ниже, скатившись на ковровое покрытие одного из коридоров.

— М-мф! — весомо "произнес" Жон, схватив Сиенну за руку и потащив вниз по пока не до конца обрушившейся лестнице.

К счастью, она успела прийти в себя и даже вовремя повалила Жона, спасая от едва не обрушившегося им на головы куска потолка.

Пол под ногами в данный момент еще держался. Судя по жуткому треску и тяжелым стонам здания, это не могло продлиться слишком уж долго, но некоторое время у них в запасе всё же имелось.

Ревела пожарная сигнализация.

Сквозь дыры в стенах и потолке пробивались лучи утреннего солнца, обжигая привыкшие к темноте глаза упавшего на спину Жона. Прямо на нем лежала Сиенна и пыталась отдышаться.

Ее рука дотянулась до его лица. Затем Сиенна использовала голову Жона в качестве точки опоры, чтобы подтянуть и остальное тело. Выглядела она так себе: красные от слез глаза, растрепанные и испачканные волосы, а также пыль, осыпавшая их обоих во время взрыва. Сейчас всё это смешивалось с новыми слезами.

Сиенна молча взялась за краешек ленты и резким движением сдернула ее.

— Ай! Осторожнее! Я-... М-м-м!

Рот Жона заткнул другой кляп — куда мягче и приятнее предыдущего. Он закрыл глаза и обнял Сиенну, пусть даже на его руках по-прежнему были заметны красные следы от пут, а всё тело жутко болело. До этого момента Жон не осознавал, что в последний раз вживую Сиенна видела его умирающим от пули снайпера.

Ее пальцы впились в спину Жона, когда тот крепко прижал Сиенну к себе.

Это было не столько романтикой, сколько результатом пережитого стресса. Жон едва не погиб, а Сиенна некоторое время считала его мертвым. Скопившиеся эмоции требовали хоть какого-то выхода и грозили превратиться в половой акт прямо на горящих руинах здания.

Только вот он еще не забыл, что именно вскоре должно было произойти в Вейле.

— М-м-м! — промычал Жон, постаравшись отодвинуть от себя Сиенну.

Та пыталась сопротивляться, и когда это не увенчалось успехом, опустилась ниже, целуя его шею.

— Фестиваль Вайтела! — рявкнул Жон. — Бомбы! Синдер!

Сиенна подняла красное лицо и удивленно уставилась на него.

— Что?..

— Синдер планирует подставить Белый Клык, взорвав бомбы во время турнира Фестиваля Вайтела, — пояснил Жон. — Прах уже находится на Колизее Согласия, а обвинят в этом именно нас!

— Дерьмо, — пробормотала Сиенна, а затем вскочила на ноги и протянула ему руку, чтобы помочь встать, стараясь притом не встречаться с ним взглядом. — Я... эм... немного отвлеклась. Обрадовалась тому, что ты сумел выжить и... ну, утратила над собой контроль.

— Потом утратишь над собой контроль! — отмахнулся от ее оправданий Жон, который против подобных игр абсолютно ничего не имел, но в чуть менее напряженных условиях. — Сейчас нужно спасать Белый Клык.

— Правильно, — кивнула Сиенна, что была умелым воином и опытным командиром, привычным и к куда более серьезным ситуациям. — Итак, какой план?

Теперь наступила очередь Жона удивленно на нее смотреть. Того самого Жона, что совсем недавно буквально на секунду разминулся со смертью, был измучен событиями последних дней и предыдущие три с половиной часа мечтал только о том, чтобы придушить Синдер клейкой лентой.

Впрочем, командовать в подобном состоянии ему тоже было не привыкать.

— Надо предупредить Озпина, решить проблему на Колизее Согласия и остановить Синдер, — произнес Жон. — С Озпином свяжешься ты. Скажи ему, что Колизей Согласия — просто отвлекающий маневр, а настоящая цель Синдер — Бикон, где ей что-то понадобилось. Затем начинай собирать членов Белого Клыка. Мы положим этому конец раз и навсегда.

— Ладно. А чем займешься ты?

— Подготовкой к тому, чтобы надрать Синдер задницу.

— Я, конечно, не сомневаюсь в нашем славном лидере, — ухмыльнулась Сиенна. — Но сил-то хватит?

— Своих — точно нет, — ответил ей Жон. — Поэтому я собираюсь преподнести Синдер небольшой сюрприз.

* * *

Жон с улыбкой смотрел на цель своего путешествия.

Не так уж и давно он неоднократно утверждал, что эта штука ему никогда не понадобится, а братья Албейн, присылав сюда свой подарок, зря надеялись увидеть его в деле.

Ну что же, Жон был неправ и задолжал им искренние извинения, а то и что-нибудь более материальное в качестве благодарности.

Гигантский мегаробот смерти, как окрестил ту самую штуку Перри, спокойно дожидался своего часа, стоя на одном колене в углу склада, занятого Белым Клыком. Только теперь он не носил цвета и символику Атласа. Его успели покрасить в красный, белый и серый, а на корпусе сейчас виднелся рисунок с оскаленной пастью эмблемы Белого Клыка. Вдобавок к голове кто-то додумался приварить пару звериных ушей из металла, чтобы окончательно завершить образ фавна.

— Босс!

Воскликнувший это Юма зря застыл на пороге, поскольку шедшая следом Трифа толкнула его в спину и переступила через упавшее на пол тело. Дири даже этим заморачиваться не стала, пройдя прямо по голове.

— Босс! — крикнула она, бросившись в объятья Жона. — Мы думали, что ты поги-и-иб!

Он усмехнулся.

— Слухи о моей смерти-...

Произнести величайшую шутку в его жизни она не позволила, прижав Жона к ноге робота и разрыдавшись.

— Ува-а! Я тебя ненавижу! Ненавижу-ненавижу-ненавижу! — всхлипывала Дири, колотя его по груди кулачком. — Ублюдок! Тварь! Сволочь!

— Всё в порядке. Я живой, — попытался успокоить ее Жон, после чего неловко поглядел на остальных.

Те выручать его совсем не торопились и сами, похоже, были готовы в любой момент разрыдаться.

— Эм... — протянул Жон. — Не желаете помочь?

Трифа направилась вперед.

— Ох, спасибо... — пробормотал Жон.

Она не стала успокаивать Дири и тоже его обняла.

— Эм... Я имел в виду несколько другое... Перри?!

— Бро! — отозвался тот, прижавшись к спине Жона и всхлипнув. — Ты жив.

— Юма! Не смей! И ты туда же, Илия?!

Оба присоединились к групповым объятиям.

Жон удивленно моргнул.

— Эм... Илия?..

— Это я! — ответила ему Трифа. — И это именно мою задницу ты сейчас обнимаешь.

— Ой. Извини.

— Ты по-прежнему ее обнимаешь.

— Просто я многое пережил, и мне тоже требуется утешение.

Что собиралась ответить на это Трифа, никто так и не узнал, поскольку подошел Пила и сгреб в охапку сразу всю компанию. Шесть пар ног начали дергаться в воздухе, пока их хозяева задыхались.

— Я скучал, — произнес он. — Без тебя всё не то.

— П-пила...

— Одиноко. Белый Клык... у него исчезла душа.

— Пила... Мой позвоночник...

Он удивленно моргнул, а потом все-таки разжал объятья, из-за чего все со стонами повалились на пол.

Илия оказалась в самом низу — под Трифой и Дири. Но судя по высунувшейся оттуда руке с поднятым вверх большим пальцем, ее это вполне устраивало. У Перри несколько съехали набок очки. Юма осторожно шевелил руками и ногами, проверяя собственную целостность.

— Л-ладно, — пробормотал Жон, после чего поднялся на ноги и стянул с Илии Трифу и Дири, хотя та и была этим крайне недовольна. — Белый Клык!

Они прекратили возню, вскочили на ноги, вытянулись и уставились на Жона, который стоял на фоне гигантского робота.

— Время пришло, — объявил он. — Пора Белому Клыку оставить свой след в истории. Прямо сейчас сука Синдер Фолл планирует подставить и нас, и Совет Вейла, стравив друг с другом. Она разместила на Колизее Согласия и в городе бомбы, взрывы которых обязательно постараются приписать нам. Совсем недавно Синдер пыталась убить меня и Сиенну, свалив вину за наши смерти на Совет.

Вот теперь все выглядели достаточно злыми.

— Но мы это так не оставим! — рявкнул Жон.

— Да!

— Разберемся с сучкой!

— Сжечь ведьму! Сжечь!

Он жестом призвал их к молчанию.

— На Колизей Согласия отправляться уже слишком поздно. Я попросил Сиенну предупредить Озпина, а тот даст знать силам Атласа. Мы же пойдем в Бикон, но не для того, чтобы вредить студентам, а для помощи против Синдер и тех, кого она туда притащит. Наша задача простая: найти ее, выбить всё дерьмо и передать властям. Вопросы?

Илия подняла руку.

— Обязательно нужно передавать Синдер живой?

— Предпочтительно.

— Ну-у...

— Фигня.

— Хреновый план! — крикнул Юма. — Давайте ее просто убьем!

— Синдер нужна живой, — возразил им всем Жон. — Потому что бомбы на Колизее Согласия наверняка успеют взорваться, и ее признание поможет очистить имя Белого Клыка. Или кто-то тут считает, что Совет Вейла не попытается воспользоваться ситуацией, выставив нас "кровожадными злодеями"?

Его поддержали гневными возгласами.

В том, что власти Вейла воспользуются их помощью, а затем плюнут им в лицо, Жон даже не сомневался. Потому и требовалась избитая до полусмерти, но всё же живая Синдер.

— И еще одна вещь, — сказал он. — Сбежать мне помог Роман Торчвик.

Подобное признание вызвало удивленные перешептывания.

— Так что если встретите его, то сначала предложите сдаться, — попросил Жон. — Или вообще позвольте уйти. И передайте, что я помню добро. В конце концов, нам лишние враги ни к чему, а он сейчас находится в ситуации, в которой могли бы оказаться и мы, если бы Синдер сумела угрозами смерти заставить нас служить ей. Роман, в отличие от куда более опытных и дальновидных вас, просто выбрал не ту сторону.

— Ну да, мы круты и готовы надирать задницы, — кивнул Юма.

— Некоторые из нас, — усмехнулась Трифа. — А кое-кто слишком уж привык, что задницу надирают именно ему.

Их подшучивание друг над другом Жон, по его собственным ощущениям, не слышал целую вечность. Возможно, они и вовсе не шутили с момента того злополучного выстрела снайпера.

Теперь же всё вернулось на круги своя.

Оставалось лишь ткнуть Синдер в лицо фактом ее глупого просчета.

"Согласен. Мы заставим эту тварь пожалеть о том, что она нас не убила, когда еще имелся шанс!"

Жон вскинул кулак.

— За Белый Клык!

— ЗА БЕЛЫЙ КЛЫК! — поддержала его собравшаяся толпа.

— В Бикон!

— В БИКОН! В БИКОН!

Скандирование привлекало всё новых и новых членов, которых, видимо, успела созвать Сиенна. По крайней мере, в двери склада они входили уже в форме и масках, причем было их никак не меньше двух сотен.

— АРК! АРК! АРК! АРК И БЕЛЫЙ КЛЫК! В БИКОН! К ПОБЕДЕ!

Странное ощущение тепла разливалось у него в груди при виде них.

Он улыбнулся, легко запрыгнул на колено робота и забрался по металлической лестнице в кабину, где устроился в удобном кресле. Вокруг находилось множество экранов, кнопок и рычагов, но кто-то — скорее всего, Перри — на всех них наклеил листочки с пояснениями.

Жон закрыл кабину, сделал глубокий вдох, и проследил за тем, как один за другим оживали голографические экраны, заливая всё вокруг голубым светом. С их помощью он мог ориентироваться в пространстве, а педаль под левой ногой заставила робота выпрямиться, пробив крышу склада острыми ушами.

Щелчок кнопки включил внешние динамики.

— За Белый Клык! Ко мне, братья и сестры! Мы идем мстить и демонстрировать миру, что с нами стоит считаться!

Члены Белого Клыка ответили ему дружным ревом.

* * *

— Сэр.

Озпин повернул голову и посмотрел на склонившуюся к нему Глинду.

— У нас проблемы, сэр, — прошептала она. — И для их решения необходимо ваше присутствие.

— Сейчас? — уточнил Озпин. — Скоро начнется первый раунд.

— С нами связалась Сиенна Хан, — объяснила Глинда. — Она упомянула угрозу Бикону и Колизею Согласия.

— С ее стороны? — удивленно переспросил Озпин.

Затем он тряхнул головой, отбрасывая столь глупую мысль, и поднялся, привлекая к себе внимание всех, кто находился в ложе для особо важных гостей. Успокаивающе им улыбнувшись, Озпин поспешил туда, где их с Глиндой ждал Кловер Эби, который держал в руках свиток.

Выглядел он крайне напряженным.

— Сиенна, это Озпин. Я надеюсь, что ты... Что?.. Здесь? Сейчас? На Колизее Согласия?! Да. Да, я верю, что ты не станешь шутить такими вещами. Кловер, бери своих людей и начинай немедленную эвакуацию стадиона!

Уже через мгновение тот умчался прочь, на ходу отдавая приказы через собственный свиток. Джеймс мог бы гордиться таким подчиненным: ни секунды колебаний или мыслей о том, что подумает Совет.

— Бикон, значит... — пробормотал Озпин. — Проклятье, больше половины студентов находится здесь, и туда им за разумное время не добраться. Оставшиеся окажутся практически беспомощны. Глинда, добудь нам транспорт! Укради, если понадобится! Мы отправляемся в Бикон прямо сейчас! Мисс Хан, буду признателен за любую помощь. Я лично готов-...

Внезапно содрогнувшийся стадион бросил Озпина на ближайшую стену и едва не заставил выронить свиток. Он посмотрел в окно и выругался, обнаружив, что из-за дальней трибуны поднимался густой столб черного дыма, а на экранах на фоне символа Белого Клыка появилось женское лицо.

Сиенна там наверняка была фальшивой, но убедить в этом кого-либо окажется очень и очень непросто.

— Делайте то, что получится, и мы займемся тем же самым! Конец связи! — крикнул Озпин, сбрасывая звонок, после чего схватил трость, усилил ноги аурой и помчался вслед за Глиндой.

Испуганные вопли и настойчивые требования членов Совета Вейла объяснить, что именно тут творилось, он проигнорировал. Старые пердуны вполне могли подождать.

Озпину же было необходимо победить в войне.