Хроники Омоину, часть 3. Сердце Пределов (гет)

Дорогу от орехового оврага до Рилтона я помнил хорошо. Нахлынули воспоминания о том, как еще недавно ходил здесь с мешками и о том, как встретил Тиа и Вэйна. Оказывается, хранитель никогда не считал меня слабаком, напротив, скорее уважал. Но Вэйн больше не вызывал у меня того восхищения, что раньше. Напротив, мне казалось, что он во многом был не прав. За семь лет так и не выяснить, почему Лейта перестала ему писать! Да я на его месте непременно в ближайшее время добрался бы до Белого замка, чтоб всё прояснить. Возможно, и Зен бы тогда не женился на Саруне. Но на месте Вэйна был не я, и как говорят местные: ”Прошлое не знает сослагательного наклонения".

Теперь мы шли по лесу, ориентируясь по хорошо знакомым мне знакам. Белый камень, изогнутое дерево, череп какого-то животного. Правда, идти приходилось медленно. Ясс то и дело отставал, хотя и утверждал, что он в порядке.

Наконец мы вышли на дорогу, покрытую мелкими соединенными вместе камешками. Впереди показалась белая стена, окружающая Рилтон. При взгляде на нее, сердце мое забилось от радости. Столько воспоминаний связано с этим местом! Радовала мысль, что скоро мы снова будем обедать у Алиты.

У ворот стояли двое хранителей в кожаных доспехах и с арбалетами.

Ясс и Утта накинули капюшоны: им не хотелось привлекать внимание. Но не вышло. Один из стражников спросил, что с ребенком, и, узнав про существ, посоветовал обратиться к одному из городских старейшин. Что же, примерно туда мы и направлялись. Отец Алиты был в городском совете.

Мы миновали ворота, и я подумал о том, что никто так и не понял, что шестьсот сорок восемь лет от начала Северной войны Хозяин Пределов вошел в Рилтон. Он шел по улицам с утсами и степными кочевниками, рядом с императором людей. Держали захваченного в плен княжеского сына. А люди даже не обращали на это внимания. Лишь некоторые останавливались и спрашивали, что с мальчиком. Качали головами, а те, у кого был дар Жизни, воздействовали на маленького Гинта.

— Самое важное всегда происходит незаметно для большинства, — тихо произнес Ирмин в ответ на мои мысли.

Вот и рыночная площадь. Внезапно я обратил внимание на памятник, которому раньше не придавал значения. Около десятка человек на постаменте.

Когда подошли ближе, прочитал надпись: “Вечная память защитникам Рилтона”.

“Ну, конечно, — подумал я, — памятник тем, кто защищал город от Хозяина Пределов. Вот князь Рилтона Бенг Саерс, вот его три сына, вот несколько воинов из городской стражи, трое ремесленников с молотами, женщина-горожанка, держащая большой камень над головой, а вот...

Я даже вздрогнул, когда понял кто это.

Грациозная молодая женщина в искусно сделанных доспехах, явно не здешних, с солнцем и скипетром на нагруднике, верхом на красивом породистом скакуне. Рядом я увидел его. В маскировочной одежде следопыта, на шее Сердце Пределов, то самое, что я прятал теперь под одеждой; в одной руке Зейт держал книгу, другой вел под уздцы коня Хеи.

Когда я посмотрел на статую Чернокнижника сбоку, мне показалось, что я узнаю изящный профиль семейства Бонти с маленьким прямым носом и чуть выпирающей вперед нижней губой.

“Ну конечно, — подумал я, — у них же был общий предок”.

Большая таверна — а именно так с древнего языка древнего языка Земли дождя переводилось название города — приветствовала Хозяина Пределов.

Мои друзья с маленьким Гинтом остались снаружи, а я вошел внутрь. При виде меня на лице Алиты расцвела улыбка. Она оставила поднос на стойке и кинулась ко мне.

— Гудвин, — прошептала она, крепко обняв меня и целуя в обе щеки. — Право, не ожидала увидеть тебя еще... Боялась, для тебя плохо все закончилось... Ты исчез... Мятежники про тебя спрашивали... Думала, ты всё...

Хорошо для меня все закончилось, — сказал я. — Только, я тут с друзьями. С нами ребенок. Мы его отбили от существ. Хорошо, у меня друзья с даром Жизни.

— Что же ты сразу не сказал! — воскликнула Алита, выбегая во двор. Она подбежала к маленькому Гинту и положила руку ему на лоб.

— Его нужно унести в дом, — сказала она.

Ирмин осторожно взял ребенка на руки и пошел следом за Алитой по лестнице на второй этаж. Маленький Гинт так и не проснулся.

Вскоре они спустились.

— Пусть пока побудет в моей комнате, — сказала Алита и обратилась к Ирмину и Сае:

— Приветствую, господа. Не знала, Гудвин, что у тебя друзья-хранители.

Я только улыбнулся в ответ. Знала бы она, кто мои друзья!

Я подумал, что скоро перестану быть простым парнем, Гудвином, с которым Алита может вот так запросто болтать. Такое продолжается, возможно, последние дни, а потом... Я стану одним из правителей этого мира, и буду для Алиты господином.

— Тебе нужна помощь? — спросил я.

— Помощь мне всегда нужна, — сказала Алита, — но сначала вам нужно поесть. Она провела нас на кухню, где, как всегда, было чисто и вкусно пахло. И принялась готовить для нас большую яичницу с ветчиной и тостами.

Я по очереди представил ей всех своих друзей.

— А вы пришельцы что ли? — спросила Алита Ясса и Утту, когда они сняли капюшоны.

— Нет, мы обитали за заслоном, — пояснил Ясс. — Наши заклинатели создали заслон, отделяющий нас от внешнего мира, пока Сердце Пределов не найдется. Теперь оно нашлось.

— Вот оно как! — удивилась Алита. — Да, теперь и правда, говорят, Сердце Пределов в нашем мире. И Бездна уменьшается. Теперь мир не погибнет, представляете, не погибнет!

— Теперь это зависит только от хранителей, — сказал я. — Никогда не знаешь, что может выйти из Бездны.

— Ох, ты прав Гудвин! — вздохнула Алита, ловко раскладывая яичницу по тарелкам.

На столе появилась большая тарелка зелени, среди которой выглядывали маленькие огурчики и помидоры с виноградину. Алита умудрялась выращивать их даже зимой.

Мы принялись за еду, а она разливала кофе по чашкам. Потом, наконец, села, взяла себе чашку кофе. Лицо ее было довольным.

Сейчас можно отдохнуть, — сказала она. — А вот завтра... Представляете, княгиня наша новая, Тиа послезавтра к нам, в Рилтон собирается. Жива она, оказывается. Они с Вэйном, оказывается, из горящей башни спаслись, победили Куно-Муно. Она хочет праздник для горожан устроить! Готовить придется много. Вот тут мне помощь понадобится!

— Мы поможем, — сказала Утта.

— Конечно, поможем, — прибавил Ирмин.

— Тоже, конечно, помогу, — сказал я.

— А мне бы денег заработать, — сказала Сая. — Лошадь купить, до дому добраться.

— Сестра, я бы тебя отвез, но после праздника, — сказал Ирмин. — На празднике хочу присутствовать.

— Благодарю, брат, — ответила Сая. — Но я очень соскучилась по детям и хочу быстрей домой.

Алита задумалась.

— На празднике будет конкурс по стрельбе из лука, — сказала она. — Победитель получит одно солнце. Можно купить лошадь.

— Стрелять-то я умею, — сказала Сая. — Жаль, не из чего.

— Гудвин забыл у нас свой лук, — сказала Алита, посмотрев на меня.

— Точно, — сказал я. — Тогда я дарю его тебе, Сая. Тебе он нужнее.

— Он у меня в кладовке спрятан, — сказала Алита. — кивнув на белую дверь, — не хотела чтобы достался кому не надо. Идем.

Они вместе вышли и вскоре Сая вернулась, вертя в руках лук Тима Каймона и внимательно разглядывая его. Лицо ее светилось от радости.

— Хороший лук, — с улыбкой сказала она. — С сегодняшнего дня буду тренироваться.

— На соревновании нужно поразить мишень на расстоянии двухсот десяти шагов, — сказал я. — Когда-то это удалось сделать княжне Миен. С тех пор те, кто более всех приблизится к этому результату, получают награду.

— Будем пробовать! — улыбнулась Сая.

Ирмин снял для нас в таверне пару комнат, где я и проспал оставшийся день. Долгая дорога и тревоги последних дней лишили меня сил. Сквозь сон я слышал, как он беседует с Яссом и Уттой.

— Кабы ведать, где нам хозяина Пределов искать, — донесся на меня шепчущий голос Ясса.

— Не переживай, после праздника это станет понятно.

— Он придёт на праздник? — спросила Утта.

— Непременно придет, — ответил Ирмин.

Я понял, что речь идет обо мне.

Утром меня разбудил доносящийся снизу запах жареной ветчины, яичницы, кофе и тостов. Алита кормила посетителей завтраком.

На кухне уже сидели Ирмин, Ясс и Утта.

— А где Сая? — спросил я.

— Тренируется, — сказал Ирмин. — Вчера весь день тренировалась и сегодня.

Внезапно на кухне появилась Алита.

— Этот мальчик, которого вы от существ спасли, просто чудо, — сказала она. — Он вчера вечером проснулся, ну, я его покормила. Потом дала ему свои старые сломанные украшения поиграть, хоть что-то, чтобы скучно не было. Утром прихожу, а он их починил все, так что они еще лучше стали. Контроль над даром у него невероятный. Ювелир так не починит.

Только он не разговаривает... Одно лишь слово говорит: ”шими”, и при этом на меня смотрит. А что это “шими” значит, я понятия не имею.

— Это слово древнего языка Долины, — пояснил Ирмин, — означает: “госпожа”, или “хозяйка”.

— А, вон оно что! — засмеялась Алита. — Так я сразу подумала, что он оттуда. Волосы черные-черные и вьются. Глаза, правда, голубые, как у нас... Ну да ладно, подрастет, отдам его в ученики нашему ювелиру. Он способный будет. А что не говорит, это не беда... Всё ведь понимает.

— Думаю, это хорошее решение, — сказал Ирмин.

— А ты, господин хранитель, правда хочешь мне помочь? — спросила Алита.

— Конечно, — ответил Ирмин, — готовить я люблю.

— Тогда айда на базар закупаться! — Алита решительно встала.

На присланные Тиа десять солнц нам нужно было приготовить праздничное угощение для всего населения Рилтона. Завтра в город должна была прибыть новая княгиня. Серого коня Алиты решили не брать. Все покупки легко уместились на самокате Ирмина. Весь оставшийся день мы без конца что-то намешивали, измельчали, тушили, жарили, пекли. Ирмин создал несколько печей и столов прямо во дворе. Сам он готовил просто виртуозно и с энтузиазмом. Я с удивлением наблюдал, как около десятка ножей, которыми он управлял при помощи дара, сами собой быстро нарезают мясо, овощи и зелень. Потом разделочные доски сами перемещают нарезанное в кастрюли. Мы с Яссом и Уттой тоже старались не сидеть без дела, но больше наблюдали за ним. Иркам все это было интересно, они никогда не готовили для такого количества людей да еще из незнакомых продуктов. За время подготовки к празднику Ирмин настолько расположил Алиту к себе, что она незаметно перешла с ним на ты.

— Скажи, Ирмин, — спросила она, пока они вместе раскатывали тесто для пирогов, — правда, что у вас в степи мужики готовят?

— Правда, — ответил он, улыбаясь.

— А у тебя жена, дети есть? — спросила Алита.

— Жена есть и детей пятеро, — ответил он.

— И ты для них готовишь?

— Конечно, — ответил он.

— Вот повезло твоей жене, — сказала Алита, наблюдая, как Ирмин закатывает пироги с мясом. Они получались ровные, аккуратные, похожие один на другой.

— А второй дар у тебя какой? — снова спросила Алита.

— Княжеский, — ответил Ирмин.

— Так, ты, выходит, и мысли так же хорошо читаешь. И зверями можешь управлять.

— Есть такое, — ответил Ирмин, прищурив свои и без того узкие глаза.

Я подумал, что Алита и представить себе не может, что в другое время Ирмин носит черную корону-полумаску с шестью лучами по числу земель Омоину и такого же цвета мантию с изображением солнца. Впрочем, я хорошо его понимал. В последние дни я все чаще думал о том, что в будущем мне наверняка тоже будет не хватать жизни простого человека, но другого пути я для себя уже не видел.

На следующий день весь город был охвачен радостным волнением. Люди с нетерпением ожидали прибытия новой княгини. Горожане надели все лучшее, что у них было, и с нетерпением толпились на улицах, ожидая новостей.

Члены городского совета собрались на главной площади, куда должна была прибыть княгиня Тиа. Я быстро понял, что за спинами горожан ничего толком не увижу, потому вернулся в нашу комнату и сосредоточился на черно-белой нити, исходящей из Сердца Пределов. Пару секунд спустя я двигался над крышами домов к воротам Рилтона, потом вдоль дороги на Бонтихилл. Вскоре навстречу мне показался отряд всадников в голубовато-серых плащах. На нагрудниках и шлемах сверкающая дождевая капля в круге. Я без труда узнал многих людей из княжеской дружины.

В воздухе над ними не спеша плыли три дракона. Одним из них оказался Саурон. На нем неподвижно сидела Тиа. Губы сжаты, взгляд устремлен вперед, в глазах печаль. Рядом на Тени летели Вэйн и Лейта, собранные и невозмутимые, как и всегда. Чуть позади на черном драконе в черном плаще и полумаске летел человек из правящей семьи. По татуировкам на руках я узнал Ферна.

Горожане широко распахнули ворота. Люди из дружины въехали в город и расположились полукольцом на центральной площади вокруг того места, где опустились драконы. Вэйн, Лейта и Ферн приветствовали собравшихся знаком солнца, что вызвало восторженные крики толпы.

“Да будет правление твое долгим, юная княгиня!” — слышалось отовсюду.

Тиа слегка кивнула в ответ, затем спокойно и приветливо обвела взглядом горожан. Крики умолкли.

— Приветствую вас, жители Рилтона, — произнесла она.

Старейшины города один за другим подходили и приветствовали ее, и ее спутников. Поинтересовались, не хотят ли гости взглянуть на соревнования устроенные в честь их прибытия.

Те, конечно же, согласились, и, оставив драконов на площади, проследовали со старейшинами за городскую стену туда, где обычно проходили состязания. Гости расположились на трибуне в первых рядах, за ними — жители Рилтона.

Я замечал, что многие горожане бросали на Вэйна пристальные взгляды, похоже, их волновали подробности истории с его предполагаемой смертью. Однако никто ни о чем его не спрашивал, и сам Вэйн держался так, будто воспринимал то, что он остался в живых, как нечто само собой разумеющееся.

Наблюдать за соревнованиями я не стал. Решил, что важнее сейчас помочь Алите. Сегодня последний день, когда я был простым человеком, и хотелось прожить его так, чтобы запомнить навсегда. На площади перед таверной и вдоль улиц под навесами стояли длинные столы. Многочисленные свечи отражались в блюдах с угощением.

Братья Алиты подвозили к столам большие тележки с кастрюлями. Ясс, Утта и я, раскладывали угощение по тарелкам. Ирмин при помощи дара расставлял тарелки по столам. Алита руководила. Посуда у нее в таверне быстро закончилась, и Ирмин создавал ее из стекла, в которой под действием его дара превращался песок.

По звону колокола горожане собрались за столами праздновать начало правления новой княгини. Из подвалов замков достали много лет хранящееся там вино. Мы едва успевали привозить новые угощения и ставить на столы. От праздничной одежды горожан рябило в глазах. Судя по лицам, жители Рилтона уже были очень довольны Тиа. Ближе к вечеру вернулась Сая, ведя за повод молодого, еще толком необъезженного жеребца, который то и дело вертел головой и норовил встать на дыбы.

— Выиграла соревнование. Целое солнце, — радостно сказала она. — Хорошо, брат Ирмин одолжил свой пояс с солнцем. Наш-то клан сейчас не любят. Вот, купила этого... Хорошо, хозяин уступил его за солнце, — кивнула она на своего коня. — А ведь не хотел сначала. Но понял, что с таким характером местные вряд ли его купят. А теперь мне пора...

— Ты хоть поешь сначала, — сказала Алита.

Сая привязала своего жеребца к столбу, села на краю стола взяла кусок пирога, поспешно ела, запивая квасом. Едва дожевав, вскочила, собираясь уходить.

— С собой возьми, — сказала Алита, — заворачивая несколько кусков пирога и пару яблок ей на дорогу.

— Благодарю, — сказала Сая, с улыбкой убирая свёрток в сумку.

— Детям и мужу привет, — прибавила Алита, обнимая Саю на прощание.

Потом мы с Ирмином пошли провожать ее к южным воротам.

— Сая, — сказал я, — если тебе, или твоим потомкам понадобится помощь, просто скажите мне или моим потомкам: “Изнанка мира”. Именно так принято награждать у здешних правителей.

— Да, брось ты, Гудвин! — перебила Сая. — Что я сделала, нельзя было не сделать. Просто по человечески.

— Я понимаю, Сая, но я не обычный человек, а Хозяин Пределов. Потому, тоже, просто по-человечески, не могу оставить то, что ты сделала, без награды.

— Понимаю, Гудвин, — улыбнулась Сая. — Что же, помощь Хозяина Пределов мне не помешает.

— Конечно, не помешает, — сказал Ирмин.

— До встречи, Гудвин, — сказала Сая, обнимая меня.

— До встречи, брат Ирмин, — прибавила она, еще увидимся.

Ирмин вернул ей лук, на котором красовалась аккуратная надпись: Сае от Хозяина Пределов.

— Не будет вызывать вопросов, — сказал он.

Сая повесила лук и колчан за спину и взлетела в седло. Ее горячий конь мгновенно встал на дыбы, но Сая легко удержалась на его спине. Она улыбнулась нам, помахала рукой на прощание, развернула коня к югу и пустила в галоп, чему тот, похоже, очень обрадовался.

Некоторое время мы с Ирмином смотрели ей в след. Где-то далеко ее ждали два сына и муж, на стене лишившийся руки. Я подумал, что Ясс и Утта, наверное, огорчатся, что так с нею и не попрощались. Когда мы закончили накрывать на столы, они отправились разыскивать Хозяина Пределов. Вернулись они лишь поздно вечером, грустные и усталые.

Тогда уже совсем стемнело, горожане начали расходиться, а мы с Ирмином и Алитой мыли посуду. На заднем дворе гостиницы стояли два больших чана, один с мыльной водой, другой с чистой, горы тарелок и кастрюль на столах.

Забавно было наблюдать, как тарелки, повинуясь дару Ирмина, непрерывным потоком летят сначала в один, потом в другой чан. Периодически я очищал воду техникой Вэйна, и ее не нужно было менять. Алита едва успевала носить стопки чистой сухой посуды в кладовую.

— Интересно, где сейчас княгиня? — спросил я ее.

— А, княгиня, — протянула Алита, — она сегодня весь день со старейшинами по городу ходила, интересовалась, чего для города нужно сделать. А теперь у нее праздник во дворце. А ты чего спрашиваешь?

— Да... Мне бы увидеться с ней, — сказал я.

— А для какой надобности тебе княгиня? — спросила Алита.

— Замуж хочу позвать, — ответил я. От друзей у меня секретов не было.

Алита долго смеялась. Едва не уронила стопку свежевымытых тарелок.

Тут я заметил, что за нами наблюдают Ясс и Утта. Вид у них был удивительно серьезный, сосредоточенный. Они пристально смотрели на меня, глаза ирков стали темно-синими, волосы поднялись дыбом.

— Завтра вы непременно всё узнаете про Хозяина Пределов, — заверил их Ирмин.

Они загадочно улыбнулись и кивнули, на лицах появилось торжественное выражение. Я подумал, что эти двое уже догадались, кто я такой.

— Ну все, пойдем ужинать, — выдохнула Алита, когда мы покончили с посудой. Вскоре мы сидели на её большой чистой кухне и ели остатки мясного пирога и картошки. Ясс и Утта быстро ушли спать, вид у них был усталый. Алита вышла, чтобы принести поесть маленькому Гинту.

— Где вы научились так хорошо готовить? — спросил я Ирмина.

— Семейное, — улыбнулся он. — И отец любил готовить и мама... Все же правитель должен уметь накормить свою семью и свой народ.

Я вспомнил об обязательстве степи снабжать все земли хлебом, в ответ на помощь против существ. И насколько я мог заметить, это обязательство они старательно выполняли. Зерно во всех землях было самым дешевым продуктом. Потому, никто из правителей и не думал о том, чтобы отделиться от империи. Теперь слово оставалось лишь за Хозяином Пределов.

— Мне кажется подозрительным захват Долины, — сказал я.

— Клянусь честью предков, что в том не было никакого моего умысла, — спокойно и даже буднично ответил Ирмин.

— А ещё Вэйн и Лейта... — нерешительно произнес я, но Ирмин прекрасно понял, что я имею в виду.

— Признаться, хранитель Вэйн поначалу казался мне слишком легкомысленным и подверженным эмоциям, — сказал он, — потому я был даже рад, что их брак не состоялся. Но, в отличие от моего брата, не строил тому препятствий. Со временем хранитель Вэйн изменился к лучшему... И теперь я рад, что они вместе.

— Тогда... — минуту помедлив, я начал произносить клятву, которую давали императору правители всех земель после коронации:

— Я, Гудвин, Хозяин Пределов, клянусь принимать участие в защите земли от обитателей Бездны сообразно с моими силами. Клянусь отвечать на просьбы о помощи правителей других земель сообразно с моими силами. Клянусь не вмешиваться в дела других земель без согласия их правителей и народа. Признаю своим господином Первого хранителя земли Омоину, повелителя степи, главу клана Солнца.

— И я клянусь, что буду оказывать тебе помощь во всем, что будет в моих силах, — тихо размеренно произнес Ирмин, глядя мне в глаза, — и буду оберегать и защищать тебя, твой род и твою землю.

Мы взяли друг друга за руки, что по местным обычаям означало заключение договора, и я подумал, что, наверное, впервые за всю историю Омоину эта клятва произносится на кухне.

— Думаю, Хозяину Пределов тоже следует поздравить юную княгиню с коронацией, — сказал я.

— Хорошая мысль, — сказал Ирмин. — Хочешь, подвезу тебя до дворца?

— Конечно.

Я с сожалением окинул взором кухню, с мыслью о том, что больше не придется болтать здесь с Алитой. Накрапывал дождь. Я так волновался от предстоящей встречи с Тиа, что даже забыл плащ.

— Как вы думаете, Сердце Пределов подойдет в качестве брачного дара? — спросил я Ирмина.

— Думаю, это будет отличный брачный дар, — ответил он.

Мы остановились у распахнутых ворот дворца принадлежавшего когда-то Ариману. При виде этого места у меня внутри все сжалось. Вспомнилось, как когда-то меня сюда привели, чтобы пытать и допрашивать. Сейчас все окна дворца ярко светились, оттуда слышались музыка и смех. Ирмин крепко по-отечески обнял меня.

— Да не прекратится твой род, пока над миром светит солнце, — сказал он.

Я вспомнил, что этим пожеланием в степи напутствовали перед заключением брака и смущенно опустил глаза. Когда самокат Ирмина скрылся за углом, я нерешительно побрел к замку. Медленно приоткрыл массивную деревянную дверь. Сразу же попался на глаза слуге, несущему бокалы с вином.

— А ты здесь по какому делу? — спросил он.

Тут я впервые за день осознал, что все еще одет в траурную одежду, к тому же сильно истрепанную в море и в лесу. Конечно, Хозяину Пределов следовало одеться получше, но я вспомнил об этом слишком поздно.

— Хочу увидеть княгиню, — нерешительно пробормотал я.

— По какому делу? — проворчал слуга. — Она уже не принимает. Раньше надо было приходить, или завтра.

— Мне нужно передать ей подарок от Хозяина Пределов, — сказал я на этот раз увереннее. Слова, уместные для здешних вельмож, сами собой всплывали у меня в памяти.

От этих моих слов лицо слуги словно окаменело. Он поставил поднос на стол и произнес:

— Прошу следовать за мной, господин.

Я чувствовал страшное волнение, руки мои дрожали, было стыдно входить к гостям Тиа в потрепанной одежде, но отступать было поздно. Я чувствовал, как постепенно меняюсь. Казалось, застенчивый, нерешительный Гудвин, работавший в трактире у Алиты, скрывается под маской решительного и немного циничного Хозяина Пределов, одного из правителей этого мира.

Я шел по ярко освещенным коридорам замка среди колонн из разноцветного мрамора. Вспоминал, как когда-то Лиена привела меня сюда рассказать Ариману об убийстве Тима Каймона. А теперь я шел сюда делать предложение невесте Аримана, и не сомневался, что она его примет.

Вот и тронный зал. В свете множества свечей пировали члены городского совета, хранители Рилтона и люди из княжеской дружины. В центре, на троне, в темно-синей шелковой мантии и диадеме с серыми сапфирами сидела Тиа. Рядом у трона стоял меч, которым она когда-то убила Аримана. От ее облика веяло такой торжественностью и величием, что я на время замер, тело словно оцепенело. Шум голосов пирующих звучал словно издалека. Я слышал, как провозглашались тосты за процветание Земли дождя и долгое правление юной княгини. Звон бокалов.

Отчетливо я слышал лишь биение своего сердца. Оно стучало у меня в ушах и я шел к трону в ритм ему. Вот наконец я совсем близко.

— Хозяин Пределов приветствует вас, юная княгиня, — произнес я и сам удивился тому, как громко и уверенно звучит мой голос. — Я хочу поздравить вас с коронацией и преподнести в дар Сердце Пределов.

Я снял с шеи призрачную цепочку с черно-белой пульсирующей сферой, протянул ей и поразился тишине, накрывшей только что шумный зал. Я не заметил, как Тиа оказалась рядом. Лишь с волнением смотрел, как переливается шёлк ее мантии и как сверкают черные жемчужины на шее, оттеняя белую кожу. Чувствовал исходящий от неё тёплый сладостный аромат благовоний. Пальцы Тиа чуть дрожали, когда она попыталась коснуться Средоточия исчезнувшей стихии. Рука прошла сквозь него.

В только что шумном зале царила невообразимая, звенящая тишина.

— Тогда я прилагаю к нему свое собственное сердце, и дарю вам, — произнес я слова, какие сказал бы на моем месте здешний вельможа.

Они необыкновенно громко прозвучали в тишине залы и эхом отозвались под сводами.

Тиа посмотрела на меня, излучая то же сосредоточенное спокойствие, как и в первые минуты нашей встречи. Ее зеленоватые глаза блестели.

— Тогда и я дарю вам свое сердце, — услышал я ее голос. — А к нему прилагаю Землю Дождя.

Я почувствовал как меня нежно обнимают сильные руки Тиа, потом ее губы коснулись моих... Я опомнился только когда услышал, как все вокруг кричат: “Да пребудет с вами солнце!”