Повелитель Стихий (гет)

Совсем не знак бездушья — молчаливость.

Гремит лишь то, что пусто изнутри.

(Уильям Шекспир)

* * *

Всю неделю Авель изо всех сил старался избегать Гермиону. Он специально ел на кухне, а не в Большом зале, старался всё свободное время проводить у себя в комнате (всё равно в библиотеке за ним пристально следила мадам Пинс), а на уроках садился с учениками других факультетов. Сколько бы Грейнджер не пыталась поговорить с Хантом, ей это не удавалось.

Сегодня была пятница. Авель уже побывал практически на всех уроках, не считая Зельеварения. На уроках Флитвика ученики всё ещё учили движения волшебной палочкой, на Трансфигурации пытались превращать спички в иголки (тут Авель, не скрываясь, сидел, читая учебник по Астрономии, несмотря на возмущение Гермионы), на Астрономии ученики заучивали спутники Юпитера и остальных планет, на Истории Магии проходили гоблинские восстания, а на ЗОТИ изучали заклинание вызова красных искр, которое он с лёгкостью освоил.

Класс Зельеварения находился в подземелье. По дороге гриффиндорцы во весь голос обсуждали предстоящий урок. Всего за несколько минут Авель услышал миллионы страшилок про Снейпа, рассказанные однокурсниками. Если бы можно было собрать все эти истории, да немного отредактировать и записать, то получилась бы отличная книга ужасов, которую можно было бы смело печатать в магическом мире и продавать большими тиражами.

Прозвенел колокол, и Авель, зайдя в класс, решил сесть за одну из последних парт. Грейнджер в жизни не пойдёт туда за ним, даже под страхом смертной казни, а другие ученики Гриффиндора перестали общаться с Хантом, когда поняли, что им не удастся пробиться сквозь разделяющую их преграду, столь старательно выстроенную мальчиком.

Авель поёжился. В классе было довольно прохладно. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные. Многие ученики довольно нервно поглядывали в их сторону.

Внезапно в класс буквальным образом влетел Снейп. За несколько секунд пройдя через весь класс, он уставился на первокурсников немигающим, выворачивающим душу взглядом чёрных глаз, но тут же отвернулся и начал урок. А начать он, как и Флитвик, решил с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. И, как и Флитвик, он остановился, дойдя до фамилии Поттер.

— О, да, — прозвучал тихий, но отчётливо ядовитый голос Снейпа. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость. — Авель, не отрываясь, смотрел на Поттера. Чем же он успел заслужить такую немилость Снейпа? Впрочем, это были проблема Поттера и его они совершенно не касалось.

— Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал Снейп, закончив перекличку. Он говорил почти шёпотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Как и Макгонагалл, Снейп обладал необходимым для любого учителя даром без каких-либо усилий контролировать класс. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.

После этой короткой, но оглушительной речи в классе наступила абсолютная тишина. Авель, поражённый, изменил своё отношение к Снейпу на сто восемьдесят градусов. Речь профессора Зельеварения была… великолепной. Грейнджер, кажется, разделяла его восторг и нетерпеливо ёрзала на стуле — по её напряжённому виду было ясно, что она горит желанием доказать, что её никак уж нельзя причислить к стаду болванов.

— Поттер! — неожиданно произнëс Снейп, обращаясь к зелëноглазому другу Уизли. — Что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни?

Авель слегка улыбнулся краешком рта. Он прекрасно знал ответ на этот вопрос из учебника по Зельеварению. Гермиона Грейнджер явно тоже внимательно читала его, потому что её рука мгновенно взметнулась в воздух.

— Я не знаю, сэр, — ответил Гарри.

На лице Снейпа появилось презрительное выражение.

— Так, так… Очевидно, известность — это далеко не всё. Но давайте попробуем ещё раз, Поттер. — Снейп упорно не желал замечать поднятую руку Гермионы. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?

— Я не знаю, сэр, — словно заведённый, повторил Поттер. Авель удивлённо поднял брови. Поттер что, даже не удосужился прочитать первую главу учебника, где описывалась техника безопасности и то, как можно оказать первую помощь себе и другим пострадавшим? Хант решил не учитывать тот факт, что сам читал его исключительно из-за скуки (и совсем немножечко из интереса, но об этом история умалчивает).

— Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так, Поттер? Ладно, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха?

— Я не знаю, — спокойно ответил Гарри. — Зато, кажется, знает Гермиона — может, спросите её?

Авель тихо хихикнул, прикрыв рот ладонью. Несмотря на комичность ситуации, он немного сочувствовал Поттеру. Судя по выражению лица Снейпа, тот был готов разорвать Гарри на мелкие кусочки.

— Сядьте. Минус пять баллов Гриффиндору, Поттер, — рявкнул он. Резко развернувшись, Снейп обратился к Авелю. Упс... Кажется, он заметил сдавленный смех мальчика: — Хант, возможно, вы знаете ответы?

— Э-э-э… Из измельчённого корня асфоделя с настойкой полыни получится напиток Живой Смерти, безоар можно найти в желудке козы или в любой приличной аптечке, а волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, известное также как аконит.

Снейп приподнял бровь, окинув Авеля оценивающим взглядом. Казалось, он был удивлен тем, что кто-то вообще знает ответы на его вопросы, не говоря уже о том, что этот кто-то — ученик Гриффиндора, сидящий на самой последней парте.

— Десять баллов Гриффиндору, Хант, — наконец медленно произнëс Снейп, поворачиваясь обратно к несчастному Поттеру, и его лицо снова исказила гримаса презрения. — Как видите, Поттер, некоторые всё же удосужились открыть учебник. Я надеюсь, вы последуете примеру Ханта и не будете больше тратить моë драгоценное время своим поразительным невежеством. А теперь... Почему никто не записывает ответы Ханта?

Все старательно зашуршали перьями и пергаментом, и Авель, незаметно усмехнувшись, последовал их примеру. Он ошибался. Всë-таки в Хогвартсе есть адекватные учителя, не считая Флитвика.

* * *

— Авель, подожди! — окликнула Ханта Гермиона, но мальчик лишь ускорил шаг, сжав зубы. — Да постой ты! Это важно!

Авель проигнорировал её призыв, нырнув в толпу учеников, спешащих на обед. Он чувствовал настойчивый взгляд Грейнджер у себя на спине, и это его раздражало. Какого чёрта она от него хочет? Ему нужно было просто её игнорировать, и рано или поздно она от него отстанет.

Но Гермиона не собиралась сдаваться. Она каким-то неизвестным способом сумела обогнать Ханта и подождала его прямо у дверей Большого зала. Мальчику ничего не оставалось, как пропустить спешащих на обед учеников и остановиться на месте.

— Авель, пожалуйста, выслушай меня, — взмолилась Гермиона, преграждая ему путь. — Я просто хочу понять, что случилось. Кто сделал это с твоей рукой?

— Ты от меня не отстанешь? — почти обречённо поинтересовался Авель и девочка в ответ активно замотала головой. — Я тебе говорю — это действительно неважно. Просто на меня когда-то напало... одно существо и здорово поцарапало мою руку. Мне её чуть не ампутировали, — придумал Авель.

Гермиона смотрела на него с тревогой, сочувствием и недоверием, и Авель почувствовал, как внутри поднимается раздражение. Ему не нужна была её жалость. Ему вообще никто не был нужен.

— Авель, мне так жаль, — прошептала Гермиона, протягивая руку, чтобы коснуться его. Авель резко отшатнулся от неë, словно от прокаженной.

— Не трогай меня, — процедил он сквозь зубы. — Просто оставь меня в покое, Грейнджер. Я не хочу иметь с тобой ничего общего.

С этими словами он оттолкнул её в сторону и быстро пошёл прочь, оставив Гермиону стоять в коридоре, ошеломлённую и расстроенную. Авель знал, что был груб, но не мог остановиться. Ему нужно было дистанцироваться от неё, пока не стало слишком поздно. Пока он не привязался к ней настолько, что не смог бы выдержать расставание. Авель сам не понимал почему, но чувствовал, что это необходимо.

Во время обеда к столу Гриффиндора неожиданно спикировала сипуха и сбросила письмо прямо в тарелку Авеля, которую, к счастью, он ещë не успел ничем заполнить. Хант развернул конверт и, пробежавшись по нему глазами, вздохнул. Его приглашал на чаепитие Хагрид. Хм... А почему бы и нет?

Бросив взгляд на преподавательский стол, Хант посмотрел прямо в лицо улыбающегося Дамблдора. Тот, кстати, в последний раз подходил к Авелю только в тот день, когда дьявольские силки впитались в кожу мальчика и оставили татуировку. Осмотрев руку, он лишь покивал каким-то своим мыслям и ушёл, оставив Ханта в покое.

Выйдя из замка, Авель медленно побрёл в сторону хижины лесника. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые и золотые тона, когда Авель постучал в дверь жилища Хагрида. Внутри что-то грохнуло, заливисто залаял Клык, и вскоре дверь с протяжным скрипом распахнулась, являя собой радушную фигуру лесничего.

— Авель! Рад тебя видеть, проходи! — великан посторонился, впуская гостя в хижину. Шагнув внутрь, Авель замер на месте. За столом, словно сговорившись, сидели Поттер, Уизли и… Гермиона.

— Хаккит, а што ох стесь техает? — с набитым ртом промычал Уизли, оросив стол крошками от пирога. Авель поморщился, брезгливо глядя на Рона. Этот Уизли ему никогда не нравился.

— Я его пригласил, — просто ответил Хагрид, вешая на стену массивный арбалет, который почему-то был у него в руках. — Распологайся, Авель, не стесняйся.

Хант замер на пороге, его взгляд метнулся от Хагрида к троице за столом. Поттер и Уизли уставились на него с любопытством, а Гермиона — с явным облегчением, которое быстро сменилось настороженностью. Он хотел развернуться и уйти, но Хагрид уже подтолкнул его внутрь, хлопнув по плечу так, что мальчик едва устоял на ногах.

— Садись, садись, — прогремел лесничий, указывая на свободный стул рядом с Поттером. — Я Гарри тоже пригласил, а он привёл своего друга Рона Уизли. Ну, а Гермиона...

— Мне стало интересно и я тоже пошла, — заявила Грейнджер, тряхнув кудрявой головой.

— Я, пожалуй, пойду… — начал было Авель, но великан уже поставил перед ним чашку с дымящимся чаем и тарелку с домашним овсяным печеньем.

— Никаких «пойду»! — отрезал Хагрид. — Раз уж все собрались, давайте пообщаемся.

— Ладно, — нехотя кивнул Авель и замолчал, разглядывая обстановку хижины. Он уже бывал здесь много раз, но всё равно было довольно интересно рассматривать множество разнообразных предметов, которые здесь находились. Неожиданно взгляд мальчика наткнулся на газету, лежащую на столе в качестве скатерти, и, заинтересовавшись, Хант взял её в руки. Это был вчерашний выпуск «Ежедневного Пророка»:

«ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ «ГРИНГОТТС»

Продолжается расследование обстоятельств проникновения неизвестных грабителей или грабителя в банк «Гринготтс», имевшего место 31 июля. Согласно широко распространённому мнению, это происшествие — дело рук темных волшебников, чьи имена пока неизвестны.

Сегодня гоблины из «Гринготтса» заявили, что из банка ничего не было похищено. Выяснилось, что сейф, в который проникли грабители, был пуст, — по странному стечению обстоятельств, то, что в нем лежало, было извлечено владельцем утром того же дня.

«Мы не скажем вам, что лежало в сейфе, поэтому не лезьте в наши дела, если вам не нужны проблемы», — заявил этим утром пресс-секретарь банка «Гринготтс».»

— Эм... Авель, зачем тебе эта газета? Там ничего интересного... Ну, кроме информации про Гринготтс, — почему-то занервничал, произнёс Хагрид. Авель, который до этих слов собирался отложить газету в сторону, прищурился и помотал головой:

— Спасибо, но по-моему всё очень интересно, — от него явно что-то пытались скрыть, как пить дать. Не слушая возражений Хагрида, Авель перелистнул страницу и обомлел. В газете красовалась движущаяся фотография его дома. Хант поспешно отыскал нужную заметку и углубился в чтение:

«...ТАИНСТВЕННОЕ ИСЧЕЗНОВЕНИЕ МАГГЛА ТЕОДОРА ХАНТА! АЛЬБУС ДАМБЛДОР СТАЛ ОПЕКУНОМ АВЕЛЯ ХАНТА!

3 сентября 1991 года Теодор Хант, фармаколог, загадочно исчез из своего дома. Дверь и окна были заперты изнутри, а камин не подключен. Теодор Хант — отец Авеля Ханта, первокурсника Хогвартса.

Альбус Дамблдор принял решение о временной опеке над учеником своей школы. Мы надеемся, Теодор Хант скоро найдется. См. интервью с Альбомом Дамблдором на стр. 15...»

Кровь отхлынула от лица Авеля. Несколько секунд он молча вглядывался в равнодушные маленькие чёрные жирные буковки, после чего одним резким движением разорвал газету на пополам.

— Эй! — возмутился Поттер, удивлённо глядя на Ханта. — Ты чего?!

Авель проигнорировал вопрос однокурсника и посмотрел прямо в чёрные глаза Хагрида, всем своим видом показывая, что ожидает ответ на свой неозвученный вопрос.

— Авель, ты всë не так понял... Дамблдор просто не хотел тебя расстраивать... — промямлил Хагрид, отводя взгляд в сторону. Лесник явно что-то знал. Авель почувствовал, как ярость охватывает его с ног до головы.

— Ах так! — прошипел Хант. — Не хотел меня расстраивать? Конечно, это очень убедительно! Да я не удивлюсь если к исчезновению моего папы причастен сам Дамблдор!

— Авель, директор не мог бы... — начал было Хагрид, но мальчик его уже совсем не слушал. Хант подбежал к двери, одним резким движением распахнув еë, выскочил из хижины и побежал в сторону леса. Сейчас ему было наплевать на всë: на браслет-ограничитель, на отсутствие какой-либо подготовки, на нарушение собственных планов... Авель чисто физически не мог более находиться в Хогвартсе!

— Подожди! — крикнул Хагрид вслед убегающему мальчику. — Ученикам запрещено находиться в Запретном Лесу!

«А мне плевать!» — мысленно ответил Авель, убегая в тëмный лес. Ярость сменялась отчаянием. Что Дамблдор сделал с его отцом? Где он находится? И сможет ли Авель помочь ему?

Темнело. Хант всë бежал и бежал по лесу, не чувствуя ни малейшей усталости. Запретный Лес становился всë более и более мрачным, но Авеля это совсем не останавливало. Ему нужно было убежать. Ему нужно было спастись. Ему нужно было...

Неожиданно справа раздался какой-то шум. Авель, напрягшись, выхватил палочку. Если это Дамблдор или кто-то из профессоров, ему не тягаться с ними, но сдаваться без боя Хант не собирался. Треск веток становился громче, и на тропинку вышел… единорог. Он был не таким, каким Авель представлял его в детстве. Никаких радуг, крыльев и ядовито-розового цвета. Единорог казался величественным. У него была белая шерсть с серебряным отливом, и гигантский рог, сияющий золотом. Переведя взгляд чуть ниже, Авель увидел большую рану на его правом боку, из которой на землю медленно падали серебрянные капли крови, образовывая небольшую лужицу.

— Извини, я не смогу помочь, ведь я почти ничего не умею, да и единорогов вижу в первый раз в жизни, — тихо сказал Хант, приближаясь к фантастическому существу. Единорог спокойно стоял на месте, почти не двигаясь и внимательно глядя на мальчика своими печальными умными глазами. — Но если пойдешь в ту сторону, тебе точно помогут. Там живут взрослые волшебники, которые смогут оказать квалифицированную помощь...

Единорог фыркнул, покачал головой и осторожно коснулся своим рогом чëрных волос Авеля, создавая неровный пробор. Хант всем телом чувствовал исходящее от существа, приятное тепло.

— Я правда ничего не умею! — поспешил сказать Хант, поглаживая мягкую шерсть. Единорог вновь мотнул головой и уткнулся раненным боком в его руку. — Ладно… Я попытаюсь помочь.

Оторвав кусок ткани от своей мантии, Авель осторожно перевязал рану, вспоминая об уроках отца. Тот как-то пытался научить своего сына кое-каким врачебным приёмам, но был обречëн на полный провал. У Авеля никогда не получалось правильно сделать на манекене исскуственное дыхание или что-то ещë по этому типу.

— Я ещë ни разу не пробовал это заклинание, только видел в библиотеке, когда мне ещë можно было туда ходить, — предупредил единорога Авель. Тот ожидаемо промолчал. — И так... Насчëт три. Раз! Два! Три! Эпискеи!

Заклинание сработала и рана начала медленно, но верно затягиваться. Лишь после этого Авель осмелился стянуть пропитанную серебряной кровью повязку с единорога. Тот благодарно посмотрел на Авеля и неожиданно рог с его головы рухнул прямо в руки мальчика. Хант крепко ухватился за него и нахмурился:

— И зачем ты это сделал?

— Это знак благодарности, мальчик, — неожиданно ответил Авелю кто-то за его спиной. Хант резко развернулся на месте и увидел существо, напоминающее кентавров из книг нормальных людей. — Тебе очень повезло. Отданный единорогом рог в знак признательности стоит очень многого.

— А разве у волшебников их не много? — нахмурился Авель, вспоминаная рецепты различных зелий, — Да, они дорогие, но не настолько же...

— Это совсем другое, — покачал своей кучерявой головой кентавр. — Те рога были отданы искусственно выращенными на фермах единорагами и не обладают даже десятой частью свойств подобных рогов. А твой... Из него можно сделать нож, способный насквозь прорезать любой материал или использовать для...

— Подожди... Ты сказал нож? — пересохшими от волнения губами переспросил Авель. — Кажется, он сможет избавиться от сковывающего его браслета!

— Да, но тебе нужно обладать минимальными знаниями и умениями в области древних рун, нумерологии и артефакторики, — заявил кентавр. — Кстати, меня зовут Кайрос. А тебя, юный маг?

— Авель Хант, — ответил мальчик. — Знаешь, мне пора. Не подскажешь ли где выход из леса? Мне очень нужно сбежать с территории Хогвартса и как можно скорее.

— Тебя преследуют? — поинтересовался Кайрос.

— Скорее всего да, но я не уверен, — ответил Авель. — Пожалуйста...

— Прости, Авель, но я не могу вмешиваться в твою судьбу, — покачал головой Кайрос. — Но помни, когда погаснет последний луч надежды и будет казаться, что Фортуна отвернулась от тебя, звëзды всё ещё на твоей стороне.

— Это всë, конечно, интересно, но где здесь выход? — Кайрон не ответил, и Авель, с трудом подавив нахлынувшее раздражение, произнëс: — Ладно, как знаешь. Прощай!

Не глядя более на кентавра, Авель двинулся вперёд, в самое сердце Запретного Леса. Солнце уже давно зашло, и всё вокруг освещал лишь холодный свет луны. Хант упрямо шёл вперёд, не обращая внимания на могильный мороз. Ему нужно было выбраться отсюда, пока не стало поздно... слишком поздно.

Авель резко остановился на месте, когда его путь в очередной раз преградили. На этот раз незванным прохожим оказался гигантский мохнатый паук, который угрожающе заскрежетал своими огромными челюстями, завидев мальчика. Авель глубоко сглотнул, когда представил, для какой пищи они могут быть нужны существу. Так, сейчас не время об этом думать!

— Да я просто везунчик на всяких тварей, — прошипел Авель, направляя палочку на существо. — Эм... Вингардиум Левиоса?

Заклинание, к удивлению Авеля, сработало. Паук беспомощно забарахтался в воздухе, пытаясь ухватиться за землю своими лапами. Хант, не теряя времени, метнул в него первое заклинание, которое сумел вспомнить:

— Инсендио!

Яркий луч пламени вырвался из палочки, поджигая мохнатое тело. Паук свалился на землю, охваченный огнём, и Авель, не дожидаясь, пока он сгорит дотла, побежал дальше. Адреналин бурлил в крови, заглушая страх и усталость.

Через несколько минут, Авель заметил просвет среди редеющих деревьев и облегчённо улыбнулся. Кажется, он всё-таки смог выйти из этого леса и...

— Выходи, мой мальчик, — раздался знакомый ненавистный голос Дамблдора. — Я знаю, что ты здесь. Ты же не думал, что тебе действительно удастся сбежать? Ты забыл про браслет?

Авель замер, прислушиваясь к каждому шороху. Голос Дамблдора звучал спокойно, даже мягко, но эта мягкость обманчива. Директору не было дело до чувств Авеля, ему нужна была лишь послушная фигура, которую в будущей игре можно будет или провести в дамки, или просто пожертвовать ради "всеобщего блага", а Хант не хотел и не собирался становиться чьей-либо марионеткой.

Стараясь ступать как можно тише, Авель начал медленно пятиться назад, но случайно наступил на ветку. Раздался громкий хруст и Хант, понимая, что скрываться более не имеет смысла, изо всех сил побежал прочь от Дамблдора.

Бежал Авель долго, не обращая внимание на одышку и нехватку сил. Сердце бешено колотилось в груди, но Хант чувствовал, что стоит ему остановиться, как Дамблдор схватит его и вернёт в замок. А если уж он ввязался в этот заведомо неудачный побег, то доведёт его до конца.

Вылетев из леса к Чёрному озеру, Авель замер на месте. Как?! Он точно помнил, что Дамблдор был где-то позади, а сейчас он стоял прямо перед ним...

— Авель, твоя выходка ни к чему хорошему не приведёт, — заявил директор, буравя Ханта пронзительным взглядом голубых глаз. — Будь хорошим мальчиком, подойди ко мне, и мы вместе вернëмся обратно в замок.

— Обойдётесь! — крикнул Авель, судорожно оглядываясь по сторонам. Бежать обратно в лес? Не вариант, ситуация повториться, а силы у него явно на исходе. Сдаваться? Нет, нет, нет! Должен быть выход... Взгляд Авеля наткнулся на озеро. Точно! Может там кроется его спасение? Раз уж он может дышать под водой, то почему бы этим нагло не воспользоваться? Но нужно придумать, как обойти Дамблдора...

— Мой мальчик, это не шутки. Я не хотел говорить тебе о случившемся с твоим отцом, боясь, что именно так ты и отреагируешь. Но если ты подойдёшь ко мне, мы всё спокойно обсудим у меня в кабинете... — Дамблдор медленно, словно боясь спугнуть, приближался к Авелю. Тот же наоборот, отступал назад, изо всех сил стараясь сохранить дистанцию.

Татуировка на руке Ханта неожиданно начала неприятно жечь. Авель нахмурился, глядя на неё, и обомлел. Его рука снова почернела, совсем как в прошлый раз, в теплице Спраут, и из неё показались ростки Дьявольских силков. Блеск... Самое время, ничего не скажешь!

— ...Клянусь, я не причастен к исчезновению твоего отца, Авель, — продолжал пытаться вешать лапшу на уши своего слушателя Дамблдор. — Я обещаю, что если ты сейчас пойдёшь со мной, то я не причиню тебе никакого вреда, и мы вместе обсудим твои проблемы... — краем глаза Авель заметил, как в руке Дамблдора промелькнула волшебная палочка. Значит, старик хочет отвлечь его внимание и напасть... Умно.

Взмах палочки, и в Авеля летит ярко-красный луч заклинания. Хант спокойно стоял на месте. Увернуться он всё равно уже не успеет... Дьявольские Силки, словно повинуясь молчаливой команде, бросились вперёд, принимая на себя заклинание директора. Авелю оставалось лишь удивлённо смотреть на эту картину. Чего-чего, а такого он точно не ожидал...

Больше медлить Авель не мог и стремглав кинулся к озеру. Бросившись в ледяную воду, Хант поплыл прочь от берега, стараясь не думать о том, что будет со странным растением, которое не успело вернуться обратно куда-то внутрь руки Авеля. Может Дамблдор его уничтожит, а может и нет...

Холодная вода обжигала кожу, но Ханту было не до подобных мелочей. Авель плыл как можно быстрее, не зная, правда, куда именно. Главное — подальше от Дамблдора и его лживых обещаний. Он чувствовал, как силы покидают его, но упорно двигался вперед, веря, что где-то там, в темной толще воды, его ждет спасение.

Почувствовав чьё-то прикосновение, Авель бросил мимолётный взгляд на свою руку и отметил, что Дьявольские силки каким-то чудом нагнали мальчика и теперь медленно впитываются в его руку. Мешать им Хант не собирался — если они помогут ему спастись от директора, то он только "за" подобное соседство.

Когда Авель почувствовал, что не может более плыть, он остановился в высоких зарослях водорослей, собираясь немного отдохнуть, обдумать сложившуюся ситуацию и попробовать сломать рогом браслет. Конечно, Кайрос говорил, что для этого нужно сделать нож, но вдруг получится уничтожить ограничитель и без этого?

Внезапно резкая боль пронзила тело Авеля. Обернувшись, он увидел существо, похожее на тритона, которое совершенно недружелюбно пялилось на него и уже занесло трезубец для нового удара. Хант закрыл глаза и морально приготовился к новой вспышке боли, но лишь почувствовал, как его обхватило чьë-то щупальце. — «Гигантский кальмар» — понял Авель. Хант изо всех сил пытался не потерять сознание, но оно упрямо уплывало. Перед глазами появилась картинка странного растения с чёрными лепестками и фиолетовым стеблем, после чего мальчик позволил темноте забрать себя в её крепкие объятия.

От автора:

Опережая возможно последующие вопросы, скажу, что Авель прекрасно понимал, что с браслетом бренда Дамблдора он никуда далеко не убежит, но новость об отце сильно выбила его из колеи, ну а потом, когда он немного успокоился... Хант решил продолжить попытку побега, ведь он не из тех людей, которые просто так сдаются.

Кстати, вся идея этого фанфика в целом и глав по отдельности пришла от этой песни:

https://rus.hitmotop.com/song/16346

Кстати, как думаете, какая у Авеля анимагическая форма?)

Спасибо всем за обратную связь! (~˘▾˘)~

И, конечно же, не забывайте подписываться на наш ТГК! Всех очень ждём!

https://t.me/PiXiE_studio_ff

От Беты:

Проверено! О, становится всё интереснее и запутаннее. Как думаете что случилось с отцом Авеля?)