Сын на полную ставку (джен)

Время шло. Лучано, как и обещал, не давал ему спуску. Каждый день — абсолютно без исключений — начинался с раннего завтрака. В шесть утра они собирались в столовой вместе с остальными детьми, ели кашу, слушали наставления воспитателей, и после этого их пути расходились до самого ужина. Магистр Медичи работал с Северусом индивидуально, был холоден, строг, нетерпим к ошибкам. Он давал все новые и новые задания, внимательно следил за их выполнением, и если ему что-то не нравилось, работу приходилось переделывать не меньше десяти раз, пока результат не станет удовлетворительным.

Северус очень уставал. Он старался, очень старался делать все правильно, оттачивал каждое свое движение до идеала, практиковался с ножом даже перед сном, когда уже никто не стоял над его душой. Он много читал, искал самые разные варианты довести то или иное зелье до лучшего результата, внимательно слушал лекции магистра и едва ли успевал думать о чем-то постороннем. И все же… несмотря ни на что, Северус ждал весточку от Лиса.

Каждый раз готовясь ко сну, он подходил к окну, забирался на подоконник и вглядывался в темное небо, ожидая увидеть вдалеке стремительно обретающую форму точку. Он ждал письмо, надеялся на него, будто это было невероятно важно. И каждый раз, когда птица так и не виднелась на горизонте, отчаивался. Сентябрь давно перевалил за свою календарную середину, Асс уже должен был вполне освоиться в школе, но почему-то так и не отправил ему весточку.

И вот вроде бы расстраиваться не было никакого смысла. Они точно не были друзьями, просто знакомыми. Северус раньше вполне нормально жил без этого общения, и сейчас его окружали другие ребята, с которыми можно было найти много общего. Но находить не хотелось… По большей части он общался только с Франческой, потому что так завелось изначально. С мальчиками они были весьма далеки друг от друга. А вот Асс! Он казался кем-то занимательным, интересным. И разыграть эту ненастоящую шпионскую партию действительно хотелось.

Северус качнул головой. Нет, ему надо было выбросить все это из головы, как приказал Том. Он должен слушать отца и делать так, как тот велит. Друзьями с Ассом ему не стать. А значит, надо и вовсе забыть о Лисе, Коте и их так и не начавшейся переписке. Очевидно, что юный Монморанси, вернувшись в привычную ему среду, к товарищам, более открытым и интересным, уже и не помнит о своем обещании. Мысль о тайной переписке была лишь мимолетным желанием, навеянном затеянной вылазкой к маяку. Не больше.

— Не размазывай кашу по тарелке. Ешь, — холодно приказал Лучано. — Мы не выйдем из-за стола, пока твоя тарелка не опустеет.

— Но я не голоден, — попытался было возразить Северус, оглядывая стол. В столовой уже никого не осталось, кроме них двоих.

— Меня это не волнует. Здесь не так много каши, чтоб ты не смог это съесть. Не трать мое время зря, Северус. В противном случае я прекращу наши занятия, — пригрозил Лучано, зная наверняка, что подобное условие заставит мальчика быстрее выполнить приказ. Но не в этот раз. Северус только кивнул, однако издеваться над завтраком не перестал. — Что с тобой такое сегодня? Расскажи.

— Ничего, я просто… — Северус тяжело вздохнул, поднял взгляд на магистра и нахмурился. — Ничего, — повторил он.

— Не смей мне врать. Говори же, ну!

— Я просто устал, — признался Северус, решительно задвигая все мысли о Лисе глубоко в сознание. — Дедушка, можно мне сегодня не заниматься? — спросил он, отчего-то отводя взгляд в сторону.

Лучано в ответ глянул на него очень серьезно, внимательно. Должно быть, он сразу же понял, что мальчик что-то ему недоговаривает. Однако давить он не стал. Задумчиво промокнув губы салфеткой, магистр медленно поднялся из-за стола, прошел за стул внука и остановился позади него, нависая сверху, подобно скале. Северус замер, не зная, чего ему ожидать. Он слабо надеялся, что ему действительно позволят расслабиться и отказаться от уроков.

— Хорошо, — наконец сказал Лучано.

— Хорошо? — изумленно повторил за ним Северус и вскинул голову, пытаясь поймать спокойный взгляд, убедиться в его честности. — Правда?

— Да. Но прежде скажи мне, как ты собираешься распорядиться неожиданно освободившимся временем? — Лучано на мгновение сжал его плечо, после чего дал время обдумать ответ и отошел к окну, наблюдая за залитым солнцем садом.

— Я не знаю точно. Я мог бы провести это время на улице? Почитать что-то не относящееся к учебе? Или поиграть в шахматы…

— С самим собой?

— Дома, если Том не может со мной сыграть, я придумываю разные ситуации, в какие он мог бы загнать мои фигуры, и пытаюсь выбраться из западни. Ты думаешь, это не очень хорошая практика?

— Практика замечательная, но все же с настоящим противником игра протекает с куда большим интересом. Кроме того окрестности изучены тобой вдоль и поперек, это тоже едва ли привлекает взгляд…

— Ну и что! Мне нравится здесь, — возразил Северус. Впрочем, Лучано не обратил на его замечание никакого внимания.

— И никто из детей не составит тебе компанию. Отменять их уроки я не собираюсь.

— Мне и одному нормально. Мне не нужна компания.

— Даже моя? — Лучано обернулся от окна и тонко улыбнулся. Северус замешкался. — Я мог бы взять тебя с собой во Флоренцию. Приближающаяся дата съезда гильдии накладывает на меня некоторые обязательства. Прогулка вдали от виллы, чем тебе не отдых?

— Я с радостью! — согласился Северус, кивая.

— Не могу обещать тебе полноценную экскурсию по городу, все же отправляемся туда по работе. Но…

— Не переживай, дедушка, — Северус повеселел и зачерпнул побольше каши, — даже и без экскурсии. Я еще не был во Флоренции. А значит, все будет новым. — И он быстро проглотил завтрак, промокнул губы салфеткой, подражая магистру, и поднялся из-за стола. — Как мне одеться? Нужно сходить за мантией?

— Нет, сегодня она тебе не пригодится. Идем.

Лучано вывел его во двор, по пути объясняя некоторые правила, которых стоило придерживаться на территории гильдии. Конечно, ничего сверхъестественного в них не было, Северус и так не собирался лезть никуда без спроса, поэтому переживать было просто не о чем. Они немного прошлись по подъездной дорожке, а когда инструктаж был дан в полной мере, остановились. Магистр притянул ребенка ближе к себе и аппарировал.

Северус по привычке зажмурился, цепляясь за своего проводника в потоке перемещения, а когда открыл глаза, они уже очутились в тени высокого здания. Флоренция встретила их легкой прохладой, несмотря на яркое солнце, и шумом. На площади, на которую они вышли минуту спустя, толпилось много людей. Слышались разговоры на самых разных языках, в которых можно было уловить что-то интересное. Похоже, неподалеку от них шел английский гид.

— Палаццо Медичи-Риккарди? — удивленно переспросил Северус, услышав промелькнувшую в рассказе фамилию. — Разве это не маггловская площадь?

— Маггловская. Этот дворец давно не принадлежит нашей семье. Впрочем, он сохранил наше имя в своем названии.

— Почему? — хмуро уточнил Северус.

— Едва ли я смогу назвать тебе истинную причину, почему один из Медичи решил продать дворец Риккарди. Было ли это следствием неправильно выстроенной экономики или его эгоистичное желание озолотиться… А может, банальная смерть позволила чужакам добиться выставления дворца на продажу. Это тот виток истории, который касался лишь части нашей семьи. Той ее части, что не обладала волшебным даром.

— Значит, есть и такие?

— Как и в любом достаточно древнем роду. Но не стоит жалеть их, Северус. Медичи ценят кровь независимо от дара. Именно это позволило нам когда-то добиться успеха во всех направлениях. В двух мирах одновременно. — Лучано приобнял его, предупреждая столкновение с рассеянной туристкой, не смотрящей, куда идет. — Пускай сейчас наши интересы не соприкасаются, мы не откажем в помощи, если к нам обратятся. И это работает в обе стороны.

— А много их? Без дара? — поинтересовался Северус, шагая рядом с дедом.

— Нет. Единицы, — поведал Лучано и подтолкнул его в нужную сторону. — Истинной крови Медичи в них очень мало. Тем не менее, они остаются законными ее представителями. Сюда. Здание гильдии находится в двух кварталах от дворца. Во Флоренции сложно отличить волшебника от обычного человека. Слишком тесно два мира переплелись между собой.

— Значит, здесь никто не колдует на улицах?

— Я этого не говорил, — едва заметно улыбнулся Лучано. — Здесь есть волшебные улицы, закрытые от неволшебников чарами отвлечения внимания, но они рассредоточены по всему городу. Возможно, мы посмотрим пару таких чуть позже.

— Было бы здорово. В Лондоне, на Косой аллее делают вкусное мороженое. Том приносил как-то… — улыбнулся в ответ Северус, но быстро вернул своему лицу спокойное выражение, выпрямился и гордо расправил плечи. Они направлялись к гильдии, где нельзя было ни в коем случае опозорить дедушку неподобающим поведением.

Им понадобилось примерно пятнадцать минут, чтобы добраться до нужного здания, величественно возвышающегося над невысокими домишками, что притерлись к нему с двух сторон. Северус не успел основательно разглядеть архитектуру, но остался приятно впечатленным выросшими перед ним изящными арками и резной дверью, отворившейся словно по-волшебству — впрочем, последнее, скорее всего, было бесспорным фактом.

Они переступили порог, и воздух пошел рябью. Северус почувствовал легкое покалывание знакомой магии, прислушался к самому себе и чуть улыбнулся, распознав в защитных чарах силу дедушки. Похоже, именно он устанавливал защиту на здание гильдии. Северус поднял взгляд на магистра, поймал его твердый взгляд и попытался скопировать бесстрастное выражение его лица. Улыбка не должна была стать достоянием всеобщего внимания.

— Магистр Медичи! — им навстречу буквально выскочил молодой мужчина в рясе, чем-то похожей на церковную. Северус видел подобные в той части Коукворта, где обитали обеспеченные люди. Там же располагался небольшой католический приход.

— Риккардо? — Лучано позволил себе легкое удивление. — Не помню, чтобы вызывал тебя.

— Позвольте объяснить, — смутился тот в ответ, нервно убирая за ухо выпавшую вперед пепельную прядь. Надо заметить, внешность он имел весьма пугающую. По крайней мере Северус, единожды поймав взгляд блеклых, словно выцветших глаз, больше старался не смотреть на его лицо. — Меня вызвал Марсель. Он опасался, что не успеет подготовить зал. Он вызвал меня, Джузеппе, Антонио и Манфредо.

— А где он сам? Почему не встречает меня лично? — В голосе Лучано прорезался почти арктический лед. — Я поручил ему организацию съезда. Передай, что любая ошибка будет стоить ему очень дорого…

— Я это учту, отец. — Марсель неожиданно появился за их спинами. — Я был на пьяцца-дель-Дуомо, договаривался о ближайшей поставке.

— Удачно?

— Как всегда, — согласно кивнул Марсель, после чего глянул на мальчика. — Здравствуй, Северус. — И вновь вернул внимание магистру. — Не думал, что ты возьмешь его с собой.

— Северусу будет полезно отвлечься от бесконечных уроков, — спокойно заметил Лучано. Марсель изумленно переглянулся с Риккардо. Они оба не ожидали услышать от магистра ничего подобного. Занятия, уроки были для него чем-то, что нельзя отменить даже если уже совсем нет сил. Им никогда не дозволялось ничего подобного. — Покажите нам, как продвигается подготовка.

— Мы ждали тебя только завтра, — напомнил Марсель, но тут же осознал свою ошибку и опустил взгляд. — Прошу за мной. Риккардо, собери всех в зале.

— Да, конечно, — кивнул тот и поспешно исчез.

Марсель, Лучано и Северус пошли иным путем. Длинный коридор, обставленный с минимальной роскошью, протянулся вдоль ряда узких окошек, сквозь которые причудливым узором раскрашивались стены напротив, и привел к большому залу — даже очень большому! Северус закрутил головой, не сразу себя одернув, и успел отметить, что у одной из стен были составлены стулья и столы. Больше ничего необычного ему в глаза не бросилось.

Марсель и Лучано обсуждали предстоящий съезд, организацию, размещение гостей, порядок выступлений. Спустя пару минут к ним присоединились и другие помощники, из которых на первый взгляд к Медичи можно было приписать всех, кроме Риккардо. Но последнего это явно совсем не смущало. Северус пригляделся к нему чуть получше, нахмурился, коря себя за первую реакцию. Конечно, от его глаз веяло чем-то потусторонним, призрачным, но в действительности в них не виделось ничего злого или страшного.

Почти весь день они провели в гильдии, переговоры прервались только один раз, во время обеда, который подали тут же, в зале. Затем взрослые вновь вернулись к своим обсуждениям, а Северус заскучал в стороне. В какой-то момент он даже задремал, устроившись в укромном уголке на мягком стуле, но быстро встрепенулся, когда до его слуха донеслось знакомое имя. Октавиус Принц — конечно, он знал, что тот принял приглашение выступить с докладом, но эта информация за обилием событий несколько затерялась в его сознании. А теперь вот заставила задуматься.

Северус сразу же вспомнил тот их короткий разговор на конгрессе. Лорд Принц был готов передать маме любое его послание, пускай оно могло быть воспринято совсем неоднозначно. Но тогда Северусу нечего было ей сказать. В его душе все еще сохранялась большая обида, от которой так и не вышло избавиться, несмотря ни на что. И в то же время он чувствовал что-то иное. Хотел помочь хоть чем-то? Хотел, чтобы о нем вспомнили? А может, хотел, чтобы объяснили, почему все произошло именно так…

— Северус, ты слышишь меня?

— Что? — Северус встрепенулся и качнул головой, пытаясь вернуть себя ясность мысли. — Ты что-то спросил, дедушка? — уточнил он, поймав сразу несколько удивленных взглядов. Да, кроме Марселя, никто из здесь присутствующих не мог предположить, что бастарду может быть дозволено такое вольное обращение к магистру.

— Я приглашал тебя пройтись с нами по городу. С делами мы закончили. Поужинаем и вернемся на Сицилию. А завтра я сдам тебя на руки к Марволо.

— О! — взбодрился Северус. — Я чуть было не забыл… — признался он, досадливо поджимая губы. — Но ты ему об этом не говори, пожалуйста.

— Я сохраню это в тайне, — пообещал Лучано, тонко ему улыбнувшись. — Итак, Марсель, ты хотел нас угостить…

— Да, отец. Я забронировал столик на всех…

* * *

После встречи с Томом, который задержался на вилле на долгих два дня — а это было весьма для него необычно — Северус воспрянул духом и даже почти позабыл о том, что Асс так и не отправил ему обещанное письмо. Поэтому неделя пролетела почти незаметно. А конец недели был ознаменован тем, что его перевели обратно в класс ко всем остальным детям. Дедушка был слишком занят съездом, чтобы уделять ему достаточно внимания индивидуально.

— С возвращением к обычным людям, — поприветствовала его Франческа, освобождая место рядом. — Советую даже не заикаться о занятиях с магистром в присутствии Джованни.

— Почему же? — нахмурился Северус.

— А то ты не понимаешь. — Франческа возвела очи горе. — Магистр Медичи как-то обронил, что начнет заниматься с ним с сентября, чтобы подготовить к поступлению в академию. Но вместо того он весь месяц провозился с тобой. Обида — штука такая…

— А ты? — шепотом уточнил Северус, бросая взгляд на спину Джованни, который ни разу не глянул в его сторону за этот день. — Ты тоже обижаешься?

— Делать мне больше нечего. Мне магистр ничего не обещал. Спасибо, что хоть из дома не выгоняет. А остальное… — она неопределенно махнула рукой, но от Северуса не укрылось, как с грустью блеснули ее глаза. — И вообще! Урок идет, а ты тут со своими разговорами… отвлекаешь меня, вот!

— Да ты же и сама не против поотвлекаться, — с улыбкой протянул Северус. — А хочешь, я тебе расскажу о предстоящем съезде? Может, и нам позволят поприсутствовать там!

— Шутишь? ­— Франческа глянула на него с сомнением. — Кто нас туда пустит? Мы слишком малы, чтобы претендовать на место в гильдии. Кроме того, бастарды. А я и вовсе даже не Медичи. Это даже не смешно, Северус. Из всех нас надеяться на благосклонность магистра можешь только ты.

— Возможно, — согласился с ней Северус совершенно серьезно. — Но это не значит, что я не могу попросить за вас. Если ты хочешь, я сегодня же обращусь к дедушке с этим вопросом. Только скажи, что хочешь. Ну?

— Я… — Франческа хотела было гордо отказаться от его снисхождения, но язык не повернулся сказать «нет». Ей очень хотелось посмотреть на съезд гильдии, послушать хоть парочку докладов, почерпнуть из них что-то важное, чего не найти в обычных книгах. Франческа мечтала стать частью чего-то большого и интересного. Отказываться от предложения мальчика было огромной глупостью. — Конечно, я хочу. Но боюсь надеяться, — удивительно честно призналась она.

— Не бойся, — Северус тронул ее за руку в качестве поддержки. — Просто не думай об этом. А там уж как будет. А еще, знаешь, что я тут подумал. Ну, — он понизил голос и подался вперед, чтобы прошептать ей на ухо, — насчет маяка.

— Что ты задумал? — настороженно уточнила Франческа. — Тебе не хватило прошлого раза? В маяке нет ничего интересного. А если вдруг ты сбежишь…

— Мы! — весело поправил ее Северус. — Мы с тобой сбежим. Послезавтра. Но ненадолго. Я уже все продумал. Дедушка будет во Флоренции. Занятий тоже не будет. А там, у маяка, я еще в прошлый раз что-то заметил. Возможно, там действительно есть кое-что волшебное. Не дух, конечно, но… Ты за?

— Полагаю, ты все равно туда пойдешь? Даже если я буду против… Ладно, схожу с тобой, но только ради того, чтобы ты не натворил лишних дел. Тебе опасно общаться с этим… французом. До Асса у тебя не было желания исследовать маяк. Тлетворное влияние.

— Брось, зато это было весело! — заявил Северус, а Франческа отчего-то не стала ему возражать.

* * *

К маяку выбрались, как и договаривались, утром сразу после того, как магистр Медичи отправился во Флоренцию. Забор преодолели ровно тем же способом, что и в прошлый раз, добежали до своей цели и принялись за поиски. Северус был уверен, что смог заметить кое-что занимательное. Когда одни обходили маяк по кругу, под одним из камней мелькнуло что-то необычное. И сейчас он был намерен разгадать тайну, которая не столько занимала его мысли, сколько была поводом развеяться.

— Вот, смотри, — Франческа указала ему на один из камней. — Что-то блестит.

Они вместе подобрались ближе к стене, пригляделись и принялись разбирать камни. Тонкая металлическая полоска призывно манила их к себе, но вытащить ее так просто не хватало сил. Пришлось хорошенько постараться, чтобы наконец откопать… сундучок. Северус и Франческа завороженно сдули с него всю грязь, осмотрели со всех сторон, не нашли никаких опознавательных знаков и нерешительно замерли.

— Давай на счет три, — предложил Северус, дождался согласного кивка и принялся считать. — Три! — объявил он, и они вместе потянули крышку вверх. Заглянули внутрь.

— Пусто? — разочарованно выдохнула Франческа, забрала сундучок и внимательно оглядела его со всех сторон, присмотрелась к бархатной подложке, тронула небольшую серебряную змейку на внутренней стороне крышки и тяжело вздохнула. — Совсем ничего, — подтвердила она, протягивая находку мальчику.

— И правда, ничего. — Северус нахмурился, так же внимательно разглядывая сундучок. Прикоснулся к змейке и поймал ее холодный, безжизненный взгляд. — Как странно…

— Что такое? — встрепенулась Франческа.

— Змейка, смотри, у нее вместо глаза настоящий изумруд!

— Сомневаюсь, что настоящий. Но блестит интересно. Ты хочешь забрать ее себе?

— А ты не хочешь? — уточнил Северус. Франческа в ответ пожала плечиками. Сундучок был стареньким и грязным, в нем совсем не хотелось ничего хранить. — А я бы забрал. Знаешь, может, это знак. — Северус еще раз глянул на змейку, захлопнул крышку и сунул сундучок под подмышку, готовый возвращаться в дом. — В Хогвартсе есть четыре факультета. У одного из них символом является змея, и цвет факультета — зеленый. Забавно, правда?

­— Похоже, ты хочешь попасть именно на этот факультет? — улыбнулась Франческа и первая отправилась обратно, к вилле.

— Ну, я бы так не сказал. Вообще-то, я не знаю, куда хочу поступить. Но Том окончил Слизерин, и мама тоже. Значит, и я должен…

— Может, и не должен. Мне кажется, нужно выбирать сердцем. Если выбирать вообще можно, я не очень разбираюсь в этом. Как проходит распределение?

— А… А я не знаю! Об этом в истории Хогвартса почему-то не упоминалось. Но все же мне, наверное, хотелось бы быть, как они. И эта змейка… она подобна знаку, тебе не кажется?

— Не кажется. Если только это не знак свободного выбора. А расскажи мне об этих факультетах… Интересно послушать.

— О! Сейчас, — улыбнулся Северус. ­- Всего их, как я уже сказал, четыре…

Северус увлекся своим рассказом, радуясь живому блеску в глазах девочки. Ей действительно было интересно слушать его. И от этого в груди разливалось приятное тепло. Северус говорил очень много, делился вычитанным из книг, рассказывал о достижениях того или иного факультета, о качествах, которые были приписаны их основателям, и сам вдруг задумался, а куда в действительности хотелось бы поступить ему самому? К храбрым и шумным львам? Нет, это не про него. К добрым и трудолюбивым барсукам? Или, может, к внимательным и острым на ум орлам? Но Том…

— Мне кажется, что тебе бы подошло учиться на Когтевране. Ты ведь умный. И много читаешь.

— Ты правда назвала меня умным? — удивился Северус. — На тебя не похоже.

— Был бы глупым, магистр бы с тобой не возился. Сложно отрицать очевидное, — недовольно отозвалась Франческа. — А был бы выбор у меня, я бы поступила… к тем, трудолюбивым. К тому же, мне нравится желтый цвет. Он символизирует солнце и тепло. Но в любом случае за себя решать тебе. Ой, смотри, там маэстро. Видимо, уроку все же быть… Давай поторопимся!

Они ускорили шаг и вовремя проскользнули мимо учителя, чтобы тот не заметил их далекой отлучки. В класс вошли с совершенно честными лицами, ничем не выдав свершившуюся вылазку. Конечно, от магистра ничего утаить не удастся и, скорее всего, вечером им назначат наказание, соответствующее содеянному, но никакой вины за собой не ощущалось. Северус был доволен находкой, отыскал для нее почетное место в комнате и теперь то и дело проверял змейку, ловя ее изумрудный взгляд в ожидании магистерского гнева.

Вот только гнева не последовало. Лучано оказался удивительно мягок с ними, чем очень их удивил. Особенно Франческу, привыкшую к более суровому отношению. Конечно, магистр дал понять, что ему абсолютно все известно, но почему-то придавать этому большое внимание не стал. Можно было облегченно выдохнуть, расслабиться и лечь спать с чистой совестью… Северус даже попытался уснуть, но не успел, потому что что-то влетело в его окно, раскрыло створку, едва не выбив стекло, и, ухнув, упало на кровать.

— Мерлин, ты чего пугаешь! — воскликнул Северус от неожиданности. На птицу он поглядывал с подозрением. — Ты точно не ошиблась окном?

Та в ответ устало ухнула, дернула лапой, показывая прикрепленное к ней послание, и обвиняюще сверкнула большими желтыми глазами. Северус насупился, не понимая сути ее претензий, отвязал конверт и шикнул, прогоняя наглого посланника с кровати. Он покрутил конверт в руках, хмуро приглядываясь к чистым сторонам, пока не обнаружил мелкую подпись. И сердце отчего-то взволнованно пропустило удар. Северус поспешил достать письмо, написанное ровными печатными буквами.

«Коту от Лиса,

Проверка связи. Знаю, что должен был написать раньше, но тут такое вокруг творится! Я никак не мог нормально посидеть в тишине и подумать. Надеюсь, ты окажешься быстрее меня в ответе. Итак… Как ты понимаешь, я так и не придумал ничего дельного, а потому раскрою тебе небольшой секрет. Я без ума от шоколадных лягушек. В следующий раз, когда мы затеем какой-нибудь спор — а я почему-то не сомневаюсь, что мы обязательно его затеем — на кон будем ставить их. Кстати, я прошел! Можешь меня поздравить.

Да, послание весьма мелкое. Но на то это и проверка связи! Дальше твоя очередь.

Твой Лис».

Северус перечитал письмо еще трижды, прежде чем смог отложить его в сторону и, улыбнувшись в потолок, прикрыть глаза. С души упал огромный груз. Асс о нем не забыл. Да, послание действительно небольшое, но они и не договаривались писать друг другу романы. Зато начало шпионскому делу было положено. И Кот, конечно, напишет ответ чуть позже, когда его придумает. Обязательно не забыв поздравить Лиса со вступлением в команду по квиддичу. По крайней мере Северус подумал, что тот имел в виду именно это.

* * *

День съезда гильдии наступил внезапно, будто кто-то щелкнул пальцами и наколдовал ускорение времени. Северус проснулся, потянулся и вскочил с кровати, принимаясь собираться. Он быстро привел себя в порядок, смахнул с плеча невидимую пыль, как любил делать Том, и со всех ног бросился на поиски магистра, пребывая в надежде, что тот все же согласится на его просьбу и возьмет всех их — всех детей — с собой.

Долго искать не пришлось. Лучано уже ждал его в своем кабинете, задумчиво просматривая какие-то бумаги. Он поднял взгляд на своего маленького гостя, тонко улыбнулся, забавляясь волнительным блеском в темных глазах, и благосклонно кинул, соглашаясь. Северус тут же облегченно выдохнул. Он наказал Франческе не надеяться напрасно, а сам… Сам он искренне надеялся! И надежда эта оправдалась, что несомненно очень его порадовало.

О своем решении взять бастардов на съезд гильдии магистр объявил за завтраком. Сказать, что те были удивлены — не сказать ничего. Джованни от переизбытка чувств подскочил на ноги, Джеронимо чуть не выронил стакан с соком, Лука с неприятным скрежетом прошелся вилкой по тарелке, а Франческа очевидно задержала дыхание, чтобы удержать рвущиеся наружу эмоции. Она бросила на Северуса счастливый взгляд и вдруг улыбнулась — искренне, по-доброму.

— Это правда, магистр? Мы можем поприсутствовать на съезде? — не веря своему счастью переспросил Джованни.

— Именно так, я возьму всех вас с собой, но не считайте это увеселительной прогулкой. Я хочу, чтобы вы подошли к этому делу со всей серьезностью. Возьмите с собой пишущие принадлежности, внимательно слушайте доклады, записывайте и анализируйте. По возвращении на виллу мы проведем с вами занятие, на котором я спрошу лично с каждого, что вы усвоили. С тебя, Джованни, спрошу больше всех. Не разочаруй меня.…

— Что вы, магистр! — воскликнул тот. — Я буду внимательным, — пообещал он и резко опустился обратно на стул, покраснев щеками. Джеронимо ткнул его локтем в бок, до сих пор не веря, что им предоставили столь чудесный подарок.

— Ведите себя как подобает истинным Медичи, не позволяйте другим смотреть на себя свысока, — приказал Лучано.

— Да, магистр, — разом отозвались ребята.

— А теперь возвращайтесь к завтраку. У нас не так много времени. Через тридцать семь минут мы должны быть во Флоренции. — Лучано кивнул им и занял свое место.

— Спасибо, — прошептала Франческа, наклонившись к Северусу, и поспешила взять в руки ложку. — Даже не верится, что магистр согласился. — Она вдруг посмотрела на мальчика странным взглядом. — Все благодаря тебе. До этого нас вообще словно не замечали.

— Думаю, ты ошибаешься, — шепнул в ответ Северус. — Дедушка часто приводит всех вас мне в пример. Он внимательно наблюдает за всеми нами. Честно! — добавил он в конце чуть громче и, смутившись, уткнулся взглядом в тарелку с кашей. Времени на завтрак оставалось все меньше.

Наконец Лучано подал знак. Пора. Пребывая в нервном возбуждении, ребята повскакивали на ноги, затем — будто по команде — все разом встрепенулись, выпрямились и приняли невозмутимый вид. Сделано это было до того синхронно, что, казалось, ими всеми управлял кто-то один. Магистр смерил каждого внимательным взглядом, указал на недочеты в одежде и отправил переодеваться. Когда же все вернулись к нему в подобающем виде, он дал короткий инструктаж и достал из кармана порт-ключ, заранее заготовленный, чтобы перенеси такое количество людей.

Перемещение показалось Северусу очень быстрым. Порт-ключ доставил их прямиком в небольшой двор за зданием гильдии, который был окружен защитными чарами. Они материализовались в самом его центре, перед небольшим фонтаном. Тут же появлялись все новы и новые волшебники и волшебницы, которые при виде магистра почтительно склоняли головы. Изредка кто-то из них решался начать разговор — в основном касающийся зельеварения.

— Магистр Медичи, — раздался знакомый уже голос. К ним навстречу вышел Риккардо. Сегодня он сменил рясу на вполне привычную в волшебном обществе мантию. — Я сверился со списками. Все вызванные мастера уже прибыли.

— Хорошо. Значит, мы можем начинать. — Лучано оглянулся на детей. — Идите за мной. Я выделил для вас отдельные места, где вы никому не помешаете. Риккардо, дай знать Марселю, чтобы он закрыл зал. Чары уже можно активировать.

— Конечно, магистр. Сейчас же ему передам, — с этими словами он поспешил обогнать их.

Они прошли в зал самыми последними. Все собравшиеся уже заняли свои места и с появлением магистра поднялись на ноги, чтобы поприветствовать его. Лучано коротко кивнул, позволяя всем сесть, провел детей к дальнему углу, указал на приготовленные для них стулья и столы, наказал всегда быть тут и прошествовал к сцене. Его шаги в абсолютной тишине гулко отдавались по всему помещению.

Съезд начался весьма скучно — с подведения промежуточных итогов деятельности всех членов гильдии. Лучано зачитывал патенты, идеи, наработки, выделял одних людей и тут же жестко проходился по тем из них, кто, по его мнению, не спраявлялся с поставленными задачами в полной мере. Последних было не много. Затем он подал знак. И тут же по залу разлетелся слаженный шорох листов. Все зельевары пришли на съезд не с пустыми руками. Они были готовы писать заметки, новые идеи, дополнения к предстоящим докладам, а потом вынести все свои наблюдения на общий суд.

Первая часть докладов была представлена до обеда. Северус с ребятами вооружились перьями и чистыми листами. Каждый работал на себя, записывал, пояснял, оставлял вопросы, которые можно было позже задать напрямую магистру. Никто не хотел его разочаровать. Кажется, между собой они не проронили ни единого слова за свое это время. Не общались они и во время обеда. И только лишь когда Северус неожиданно подскочил на ноги во втором перерыве, Франческа придержала его за рукав.

— Ты куда собрался? Магистр приказал оставаться тут… — строго сказала он. Но Северус не обратил на нее внимание.

— Лорд Принц! — позвал он, улучив момент, когда мужчина окажется поблизости. Тот остановился, медленно оборачиваясь, после чего подошел ближе. — Можно поговорить с вами? — неуверенно спросил Северус, чувствуя себя не очень уютно под его печальным взглядом.

— Конечно, — согласился тот, не раздумывая. — Поговорим здесь? Или немного прогуляемся?

— Я бы предпочел прогуляться, — твердо ответил Северус, не желая, чтобы разговор слышали другие ребята.

— Ты не можешь никуда уйти, Северус, — настаивала Франческа теперь уже на английском. — Магистру это не понравится. Кроме того, это может быть небезопасно…

— Уверяю вас, мисс, рядом со мной вашему другу ничего не угрожает, — спокойно сказал Октавиус. Франческа глянула на него с подозрением.

— Откуда мне это знать? Я вижу вас впервые. И то, что вы член гильдии — это еще ничего не значит. Многие тут, уверена, точат на магистра зуб.

— Славно, что вы не теряете бдительность, но я не собираюсь вредить своему внуку. Сама магия будет против этого…

— О… — Франческа удивленно моргнула и неловко выпустила рукав мальчика. — Это правда? — спросила она, заглядывая в темные глаза. Северус кивнул в ответ.

— Не переживай. Дедушка не запрещает мне общаться с лордом Принцем. Не думаю, что он разозлится, если я ненадолго выйду с ним из зала. — Северус ободряюще ей улыбнулся и выбрался из-за стола. Октавиус пропустил его вперед себя. После чего нагнал и подстроился под короткий шаг.

— Итак, ты хотел что-то у меня спросить? — уточнил Октавиус, когда молчание уже изрядно затянулось.

— Я хотел передать, — поправил его Северус. — Письмо для мамы. — Он нервно сунул руку в карман и достал помятый конверт, протянул его мужчине.

Северус долго сомневался, стоило ли передавать это послание. Он написал его еще неделю назад, когда впервые побывал в гильдии. Написал, поддавшись странному порыву. Даже понимая, что ждать в ответ ничего хорошего точно не стоит. Не от мамы. Но… может, хоть от деда? Однажды, как бы Том не скрипел зубами и не кривился, им все равно придется встретиться. Даже дедушка Лучано настаивал на этом. Упускать магию одного из древних родов ему не хотелось.

— Как она? Ничего не изменилось? — поинтересовался Северус, стараясь делать равнодушный вид. Но в действительности боль и обида никуда не собирались пропадать.

— Изменений в лучшую сторону не наблюдается. — Октавиус поджал губы.

— Но наблюдается в худшую? — уточнил Северус, невольно сжимая кулаки. — Впрочем, не надо, не говорите. Ничего не говорите, — попросил он. — Я не хочу этого знать.

— Как пожелаешь, — согласился Октавиус.

Он не собирался давить, навязывать какие-то мысли, пытаться показаться лучше в глазах мальчика. Он прекрасно понимал, что это не воспримут хорошо. Его внук был безоговорочно на стороне Тома Реддла — и изменить это было уже невозможно. Но воспользоваться небольшим шансом, когда Северус сам решил обратиться к нему, было можно.

— Ты хочешь сказать что-то еще?

— Да. Вообще-то, это письмо можно прочитать не только ей. Вы тоже можете его прочесть, — разрешил Северус. — И если захотите ответить на мои вопросы… — он кивнул на конверт в руках мужчины, — можете написать мне лично. Не через Тома. В конце октября я поступлю в Хогвартс.

— Я полагал, Лучано переупрямил мистера Реддла в этом решении.

— Я сам хочу учиться в школе. Поэтому де… — Северус вдруг поправил себя: — Магистр договорился о частичном обучении дома и в школе. Думаете, это странно?

— Отчего же? — уточнил Октавиус. Северус пожал плечами. — Я обучался в школе по очень похожей программе. Половину года занимался с учителями дома, а половину в Хогвартсе.

— Правда? — спросил Северус, отчего-то почувствовав облегчение. — А на каком факультете вы учились?

— Я обучался на факультете Когтевран. Но ты, наверное, мечтаешь поступить на Слизерин? Мистер Реддл, насколько мне известно, в свое время окончил именно его.

— Как и мама, да? Она немного рассказывала мне о Хогвартсе. Но на самом деле, я не уверен, чего бы мне хотелось.

— Это не страшно, — спокойно улыбнулся ему Октавиус. — Ты можешь просто положится на судьбу. Артефакт сам определит тебе место.

— Да, наверное, — с сомнением согласился Северус. И в этот же момент до них донесся звон колокола. — Это…

— Пора вернуться в зал. Я передам послание Эйлин. Но надеяться на ее ответ не стоит.

— Да, я понимаю. Она не вспоминает обо мне? — спросил еще Северус, прежде чем переступить порог. Он поймал взгляд таких же темных, как и у него, глаз и сразу же уловил в них верный ответ. — Понятно…

— Она больна, Северус, — напомнил Октавиус. — Может, однажды она излечится от своего недуга, и тогда вы сможете поговорить. Но пока в этом нет никакого смысла.

— Когда мы жили вместе, она всегда говорила, что заботиться обо мне, — негромко поведал Северус, не глядя на мужчину. — Но на самом деле редко обо мне вспоминала. Я тоже хотел бы не вспоминать о ней больше. Но прежде узнать, почему все случилось именно так… и простить, наверное.

Сказав это, Северус не стал дожидаться никакого ответа, толкнул дверь и прошел внутрь зала. Тихонько пробрался до своего места, проигнорировал вопросительный взгляд Франчески и уткнулся носом в свои записи. Он чувствовал себя очень странно, но попытался отстранится от всех мыслей и вернуться на рабочий лад. Магистр спросит с каждого из них.

* * *

Октябрь пролетел стремительно. Казалось, они только вчера сидели в здании гильдии, внимательно слушая доклады мастеров зельеварения, но с того дня утекло уже много воды. Магистр действительно уделил каждому из них частичку своего драгоценного времени, и не просто сделал замечания, а подобрал индивидуальные программы для подготовки. Более того, он стал чаще появляться на их уроках с маэстро Галло, наблюдал, даже иногда комментировал что-то. Это воодушевляло всех ребят работать усерднее и, что удивительно, сплоченнее.

Последнее стало особенно ощущаться, когда магистр решил провести им урок в лаборатории. Они варили всего одно зелье, но все вместе, в одном котле. Распределили работу, каждому досталась своя задача. Работали подобно единому организму. А в конце дали общий разбор всего, что оказалось в котле, и оценили результат, которым магистр остался вполне доволен. Жизнь на вилле текла мирно, в ученых заботах.

Октябрь пролетел стремительно. Казалось, они только вчера сидели в здании гильдии, внимательно слушая доклады мастеров зельеварения, но с того дня утекло уже много воды. Магистр действительно уделил каждому из них частичку своего драгоценного времени, и не просто сделал замечания, а подобрал индивидуальные программы для подготовки. Более того, он стал чаще появляться на их уроках с маэстро Галло, наблюдал, даже иногда комментировал что-то. Это воодушевляло всех ребят работать усерднее и, что удивительно, сплоченнее.

Последнее стало особенно ощущаться, когда магистр решил провести им урок в лаборатории. Они варили всего одно зелье, но все вместе, в одном котле. Распределили работу, каждому досталась своя задача. Работали подобно единому организму. А в конце дали общий разбор всего, что оказалось в котле, и оценили результат, которым магистр остался вполне доволен. Жизнь на вилле текла мирно, в ученых заботах.

Но не всякий мир способен держаться долго. В этот день Северус проснулся удивительно поздно, и даже удивился, что за ним еще никто не пришел. Опоздания магистр не терпел. Однако сегодня почему-то проигнорировал тот факт, что он не спустился к началу завтрака. Нахмурившись, Северус еще немного побродил по комнате, неспешно собираясь и вместе с тем проверяя экспериментальным путем степень раздражения дедушки, но все тщетно. А стоило ему спуститься на первый этаж и врезаться в того, кого здесь оказаться точно не могло, как все вдруг встало на свои места.

— Пап? — Северус тронул его за руку, проверяя, не мерещится ли ему. Убедился, что мужчина перед ним совершенно настоящий, и улыбнулся, но почему-то очень грустно. — Неужели уже?

— Уже, — подтвердил Том. — Тебе не очень это радует?

— Я бы так не сказал. Просто не ожидал. Папа! — вдруг воскликнул Северус в конце и крепко обнял его. Том удивленно вскинул брови, но приобнял его в ответ. — Скажи, если вдруг я не поступлю на Слизерин, как ты… ты сильно расстроишься? — спросил он, действительно переживая на этот счет.

— Не слюнявь мою рубашку, — поморщился Том. Северус возмущенно вскинулся.

— Я не слюнявлю!

— И выбрось все эти глупости из головы. Факультет совершенно не имеет значения. Впрочем, на Слизерине мне было бы проще следить за тем, чтобы ты не нашел себе лишних приключений.

— Ты собираешься за мной следить?

— Как иначе? Тебя со всеми твоими «случайно» нужно держать под присмотром. И если ты сейчас думаешь, что я не смогу наблюдать за тобой на других факультетах, то ты глубоко заблуждаешься.

— Везде шпионы, да? — буркнул в ответ Северус и тяжело вздохнул. — О! Я тебе сейчас кое-что покажу! — с этими словами Северус со всех ног бросился обратно к своей спальне. Схватил с полки сундучок, прижал его к груди и поспешил вернуться обратно. — Мы с Франченской его нашли в… Ну, нашли, в общем, — невинно улыбнулся он в конце.

— Снова сбежали из-под присмотра? — грозно спросил Том, но сундучок взял и даже внимательно его осмотрел. Открыл, заглянул внутрь и прищурился, встретив изумрудный взгляд. — Лучано не упоминал об этом происшествии.

— Не переживай, он нас наказал, — соврал Северус, прямо глядя в синие глаза. Том недоверчиво хмыкнул. — Но ты лучше про сундук скажи. Красивый он, правда?

— Старый и требует тщательной реставрации.

— А змейка! — продолжал настаивать Северус и потянулся забрать свою находку, понимая, что она не впечатлила мужчину. — Разве она не замечательная?

— Посредственная работа, — отозвался Том, но неожиданно отодвинул сундучок в сторону, не позволяя забрать его обратно. — Что ты хочешь с этим сделать?

— Не знаю. Я думал о том, чтобы складывать в нее отвоеванные у Люциуса фигуры. Точно! Для этого и приспособлю. Если окажусь на Слизерине, смогу играть с ним хоть каждый день. Он мне обещал, что возьмет шахматы с собой.

— Эта коробка сломана, Северус. Я починю ее чуть позже и пришлю ее тебе совой. Договорились? — предложил Том. Северус подозрительно прищурился.

— Что-то тебя в этом привлекло, — уверенно заявил он. — И не признаешься!

— И признаваться не собираюсь. Иди на завтрак. В Шотландии время близится к обеду. Твое распределение назначено на час дня.

— Значит, мы отправимся сразу после завтрака? — уточнил Северус с грустью.

— Да. И я привез тебе все необходимые для школы вещи. Ты ведь не озаботился этим до отъезда в Италию.

— Может, это был мой злобный план? — весело протянул Северус. — Чтобы еще побывать дома. Я уже даже соскучился по своей комнате.

— Мне можешь не врать. — Том подтолкнул его в нужную сторону.

— Но это правда! — заверил Северус, запрокидывая голову, чтобы смотреть в лицо мага. — Пап, а ты с нами переместишься?

— Нет, мы попрощаемся здесь. — Том поймал его взгляд, приобнял за плечи и смягчил голос. — Ты и сам знаешь, я не могу появляться рядом с тобой.

— Но ведь мы будем вместе с дедушкой.

— Это привлечет много лишнего внимание. Мы попрощаемся здесь, Северус, — настойчиво повторил Том. — А на Рождественские каникулы ты вернешься домой. Возможно, мы даже устроим небольшой праздник.

— Что-то не верится. Скорее всего, мы просто проведем Рождество у Абраксаса. Как в предыдущие разы.

— Это не исключено.

— Знаю, — улыбнулся Северус. — Давай, если я смогу поставить тебе мат, то мы устроим праздник дома? Договор? — Он протянул руку. Том, чуть помедлив, пожал тонкую кисть.

— Договор. Но поддаваться я не собираюсь.

— Как и всегда! — весело заметил Северус, скрывая нервную дрожь перед неизвестностью. Школа… Уже сегодня он станет учеником Хогвартса. Но хорошо ли это? Хотелось верить, что да… Вот только верить у Северуса выходило слабо, а потому он очень волновался.