От любви любви не ищут (гет)

Кафе закрывалось; Софи подошла к Люси, протиравшей стойку, и только открыла рот, как подруга догадалась:

— Какао с ванилью и маршмэллоу?

— Да, — Софи засмеялась. — Ты читаешь мои мысли!

Монтгомери усмехнулась.

— На твоём лице всё написано, прям как в книге.

Чашка ароматного напитка тут же оказалась перед Софи. Люси наблюдала за ней, пока она пила.

— У тебя такой вид, будто идёшь сдаваться с повинной.

— Правда? — Софи не на шутку забеспокоилась. — Ох, я так волнуюсь. Он увидит меня и решит, что не ошибся.

— Кто "он"? Ошибся в чём? — Люси бросила вытирать пыль и подсела к подруге. — А ну-ка колись. Ты о Мори и том дурацком тесте?

— Да. Он назначил мне сегодня встречу в семь. Наверное, хочет убедиться в том, что я — обманщица, или унизить меня ещё больше, — Софи горестно усмехнулась. Помолчав, она добавила: — Вот только он не расторг договор, как угрожал. Фукудзава ещё не знает о том скандале.

— Может, он хочет сегодня попросить у тебя прощения? — предположила Люси.

— Ага, держи карман шире, — Софи поставила пустую чашку на блюдце.

* * *

В холле было пусто, но Софи не беспокоилась по этому поводу: Мори предупредил, что сегодня отпустил всю прислугу, и велел идти сразу в кабинет. Софи стала подниматься по лестнице, глядя по сторонам. От высоты потолков захватывало дух. Красота интерьера на минуту заглушила волнение перед приближающимся разговором. Софи открыла дверь кабинета и вошла...

Мори лежал на ковре посреди кабинета, из его раны на животе текла кровь. Он ещё находился в полусознании. Окно было распахнуто; Софи подбежала к нему и выглянула на улицу. Тёмная фигура бежала к воротам. Вероятно, убийца спустился по крыше флигеля, находившегося рядом с окном кабинета. Софи бросилась к двери (ещё была возможность догнать преступника), но Мори на полу издал слабый стон — и она остановилась.

Рука в белой перчатке, запятнанной кровью, сжалась на ране. Софи опустилась на колени перед Мори. Он перевёл взгляд на неё; на его лбу выступал холодный пот. Софи постаралась вспомнить правила оказания первой помощи, изученные в колледже. Оглядевшись по сторонам, она увидела на диване подушку удлинённой формы. Не раздумывая, она схватила её, осторожно согнула ноги Мори в коленях и подложила под них подушку. Согласно алгоритму действий, дальше надо было зажать чем-то рану. Софи не заметила в обстановке кабинета ничего, что могло бы послужить этой цели. Не колеблясь, она сорвала с шеи зелёный шарф — подарок Фёдора — и, скомкав его, прижала к животу Мори. Правой рукой прижимая шарф, левой она вытащила из кармана телефон и вызвала скорую.

Рука Мори коснулась её плеча. Его губы расжались, и он скорее выдохнул, чем произнёс:

— Молодец... всё правильно... горжусь...

Она поймала его слабеющую руку и ободряюще сжала.

— Всё будет хорошо, Мори-сан. Врачи уже едут.

По его лицу скользнул призрак улыбки.

— Знал, что... что это... произойдёт... и всё равно... не хочу... умирать...

— Вы не умрёте, — почти взвизгнула Софи. — Вас спасут. Только, прошу вас, не закрывайте глаза.

Словно в протест на её мольбу, ресницы Мори дрогнули, и веки опустились. Софи похолодела.

Она потрогала пульс. Мори был жив, только без сознания. Слева от него что-то блеснуло. Нож. Но не обычный кухонный, а с позолоченной, выложенной драгоценными камнями рукоятью. Даже издалека он выглядел очень острым. Софи, заворожённая красотой оружия, взяла его свободной рукой, но, опомнившись, выронила. Она опустила глаза на рану Мори. Зелёная ткань шарфа темнела.

* * *

Софи не знала, сколько длилась операция — секунды и минуты растворились в её сознании. Она стояла возле отделения реанимации, опёршись на стену и сжимая в руке одноразовый стакан с нетронутым кофе из автомата.

Врачи не задавали ей вопросов, только, когда она высказала желание поехать вместе с Мори, спросили, кем она ему приходится. Она назвалась внучкой, не сочтя это ложью.

В коридор, как из тумана, влетел Дазай. Софи спокойно, почти безразлично посмотрела на него.

— Вы прочитали моё сообщение?

— А почему, по-твоему, я здесь нахожусь? — резко ответил он.

Она усмехнулась. Жёстко и насмешливо. Как он.

— Я уж думала, вы добавили меня в чёрный список. Кофе будете?

Она протянула ему стакан. Он машинально взял его, не задумываясь о своих действиях, и встал у противоположной стены. Вышел врач. Дазай тут же кинулся к нему.

— Вы?.. — начал врач.

— Сын, — быстро ответил он.

— Операция прошла успешно. Вот только... Ваш отец потерял много крови. Требуется переливание.

Раздался треск: Дазай смял пластиковый стаканчик. Крышечка слетела, остывший кофе выплеснулся на его рубашку, но он не обратил на это внимания.

— Чёрт! — выругался он. — У отца четвёртая группа крови. У нас с мамой — вторая.

Врач смотрел с пониманием.

— Нужна четвёртая группа.

Софи отделилась от стены.

— У меня четвёртая.

Врач и Дазай разом повернулись к ней.

— Ты... точно это знаешь? — взволнованно спросил Дазай, сжав её плечо.

— Да, — она проигнорировала боль, причинённую его нервной рукой.

Несколько секунд они молча смотрели друг другу в глаза. Словно прочтя что-то, Дазай отошёл от неё.

— Помоги, — тихо взмолился он.

* * *

Озаки и Акико приехали быстро.

— Как он? — спросила Озаки, быстро приближаясь. Её безупречная причёска чуть нарушилась и держалась на нескольких шпильках.

— Операция прошла успешно, — монотонно проговорил Дазай. Он сидел на полу, прислонив голову к стене. — Сейчас ему переливают кровь. Много потерял.

— Неужели так быстро нашёлся донор с группой крови Огая?

— Да, — кратко ответил Дазай.

Озаки прикрыла глаза и облегчённо вздохнула. Акико присела рядом с мужем и попыталась взять его руку. Дазай не позволил ей этого сделать. Отвернувшись, он сказал сквозь зубы:

— Отстань. Не хочу сейчас возле себя кого-то видеть.

Она вздохнула, поднялась на ноги и отошла к свекрови.

Когда тот же врач, что и ранее, вышел к ним, все сразу бросились к нему. Он улыбнулся.

— Опасность миновала. Жизни Мори-сана ничего не угрожает.

— Какое счастье! — Озаки прижала руку к сердцу. — Я желаю видеть мужа.

— Приходите завтра. Сейчас его не стоит беспокоить.

Озаки кивнула и поджала губы. Она никогда не уговаривала, если ей отказывали.

— В том, что мы спасли вашего мужа, — продолжал врач, — неоценима заслуга юной леди. Если бы не оказанная ей первая помощь и донорская кровь, Мори-сан мог не выжить.

После этих слов все замерли в ступоре и обратили взгляды к Софи, которая вышла вслед за врачом и теперь закатывала рукав.

— Она?! — прошептала Озаки.

Глаза Акико сверкнули, как у рыси.

— После сдачи крови вы можете себя неважно почувствовать, — сказал врач Софи напоследок, собираясь уходить. — Чтобы облегчить состояние, рекомендую выпить сладкого чаю. Всего доброго!

Шаги врача стихли в глубине коридора; Дазай встал на ноги, подошёл к Софи, обнял её за плечи и повёл к выходу.

— Пойдём за чаем, — сказал он и шепнул, наклонившись к её уху: — Спасибо.

* * *

Игнорируя все протесты Софи, Дазай усадил её в свою машину.

— Зачем? — спросила она, садясь на пассажирское сиденье и надевая ремень безопасности.

— Что именно? — уточнил Дазай, выезжая с парковки.

— Зачем вы увели меня оттуда и заставили поехать с вами?

— Во-первых, я спасал тебя от моих матери и жены. Ещё чуть-чуть, и они бы оправились от шока и растерзали тебя. Во-вторых, я хочу поговорить со своей дочерью наедине.

Софи засмеялась.

— Так вот для чего это нужно, — она кивнула на стакан чая, который держала. — Вы хотите забрать стакан на повторный тест ДНК.

— Почему ты так решила? — на лице Дазая отразилось искреннее удивление.

— Я бы так сделала на вашем месте.

Его черты смягчились. Он улыбнулся.

— Это действительно в моём стиле. Но сейчас я хочу лишь того, чтобы ты не упала в обморок после сдачи крови. А в тесте я не нуждаюсь. Я верю словам Ёко и своим глазам.

Он увидел, как рука Софи сжалась в кулак.

— Поразительное лицемерие, — тихо проговорила она. — Вы думаете обвести меня вокруг пальца? Я слышала тот ваш телефонный разговор с мамой.

Дазай вздохнул.

— Давай кое-что проясним, — медленно произнёс он, следя за дорогой. — Двадцать лет назад я совершил чудовищную ошибку — поверил в предательство твоей матери. Что ж, я был молод, спишем на это. Но я не из тех, кто наступает на одни грабли дважды. Поэтому, теперь, когда выяснились настоящие обстоятельства того дела, я не спешу с выводами и всё тщательно взвешиваю. Результаты, которые мне показала Акико, могли быть (и были!) подделаны точно так же, как была подделана измена Ёко двадцать лет назад. Вот только не знаю, причастен ли сейчас к этому отец...

— Когда я оказывала ему первую помощь, — тихо сказала Софи, — он сказал, что всё правильно и... и что он гордится.

Дазай резко затормозил на светофоре. Его пальцы болезненно сжались на руле.

— Мне он такого никогда не говорил...

Он наморщил лоб и задумался. Софи молчала и осмелилась заговорить, когда загорелся зелёный свет:

— Но зачем вы позвонили маме и сказали то, что на самом деле не думали?

— Решил подыграть Акико, — Дазай оживился. — Её целью было рассорить меня с вами. Ну, пускай немножко порадуется. Мне будет проще искать подтверждения её обмана, пока она думает, что я повёлся. Когда пришло твоё сообщение, я как раз рылся в её домашнем компьютере.

Он посмотрел на Софи, в его взгляде читалось неподдельное раскаяние.

— Прости, что заставил вас нервничать. Знаю, тебе это будет тяжело, но не говори пока об этом Ёко. Она меня сейчас ненавидит, наверное?

Софи не спешила с ответом.

— Ненавидит, — сам себе ответил Дазай. — Я сам ей потом скажу, когда станет можно.

— Почему вы уверены, что именно ваша жена подделала результаты? — спросила Софи.

— Это очевидно. Подумай сама: ты — жена сына влиятельной компании, перед которым на горизонте маячит кресло босса. Репутация обоих безупречна. И тут появляется его взрослая дочь, которая имеет право претендовать на имущество своего отца, а то и на место в компании. Все карты путаются, значит, что надо сделать с дочерью?

— Избавиться от неё, — Софи грустно улыбнулась. — Получается, я должна быть ей благодарна за то, что она выбрала такой гуманный способ? Могла ведь просто нанять киллера.

— Может, ещё и наймёт, — спокойно сказал Дазай, как будто разговор шёл о погоде. — Теперь понимаешь, почему я разыграл с тобой и твоей матерью этот спектакль?

— Понимаю, — совсем другим голосом сказала Софи. — Простите, что я так резко...

— Имеешь право, — мягко улыбнулся он. — Ты пей чай, а то остынет.

Какое-то время они ехали по вечернему городу молча. Софи пила чай; он казался ей очень вкусным. Вдруг она спросила:

— А куда мы, собственно, едем?

— В медицинский центр, — ответил Дазай. — Сделаем тест ДНК. Ты же не против?

Софи опешила.

— Но... но вы же сказали, что... что вам не нужно...

— Всё так. Только, видишь ли, мне захотелось провернуть одну штуку... Скажем так, вывести Акико на чистую воду. Сделаем тест тайно, чтобы никто не знал, и покажем результаты при всех. Что скажешь?

— Здорово, — вяло отозвалась она.

Они подъехали к высокому зданию. Перед выходом Дазай взял Софи за руку и сказал, глядя ей в глаза:

— Для меня нет никаких сомнений в том, что ты — моя дочь. Официальное подтверждение нужно другим. Пусть они его получат.

Она улыбнулась и кивнула. Он на секунду задержал её руку в своей и, вздохнув, отпустил.