Иной Невилл. Книга вторая (джен)

На следующий день после отбоя Невилл лежал в постели и ждал, когда в спальне наконец стихнет. На часах уже было 22:10 — через пять минут ему нужно быть на четвёртом этаже, а Рон с Гарри всё продолжали перешёптываться о своём. То ли о вчерашнем наказании, то ли о чём-то новом — Невилл не вслушивался, но их приглушённые голоса и редкие смешки не давали ему покоя.

Он лежал в мантии, глядя в полог кровати, и считал секунды. Ждать больше не было времени — Карл наверняка уже стоит там. В конце концов, эти двое сами не раз бродили по замку по ночам, нарушая все мыслимые правила, так с какой стати он должен изображать примерного ученика?

Невилл встал и направился к выходу.

— Невилл? — тихо спросил Гарри. — Ты куда?

— В туалет.

Не дожидаясь следующего вопроса, он быстро прошёл мимо кроватей и выскользнул из спальни.

Добежав до двери библиотеки, слизеринца он не обнаружил. Неужели уже ушёл?

— Опоздал, — прошептал Карл, выныривая из тени массивной статуи. — Я уж решил, что ты струсил.

— Гриффиндорцы не трусят, — парировал Невилл, хотя внутри всё сжималось от страха. В голосе Карла сквозь фальшивую браваду тоже пробивалась заметная дрожь.

Невилл вытащил палочку и, подойдя к двери библиотеки, шепнул:

— Алохомора.

Замок щёлкнул, и дверь приоткрылась с лёгким скрипом. Сработало! Они проскользнули внутрь, и Карл запер дверь за собой. Библиотека в ночи казалась огромной и таинственной: ряды стеллажей уходили в темноту, как лабиринт, а воздух был пропитан запахом старой бумаги и пыли.

Запретная секция темнела в глубине. Туда они и направились, осветив помещение с помощью «Люмос».

Невилл уже знал, что книги, хранившиеся там, посвящены высшим разделам Тёмной магии, которые не изучали в школе. Чтобы попасть в эту секцию, надо было иметь разрешение, подписанное кем-либо из преподавателей.

Аккуратно переступив через загородку, отделявшую секцию от остальной части библиотеки, ребята подняли палочки повыше, чтобы разглядеть названия стоявших на полках книг.

Если честно, названия ему ни о чём не говорили. Золотые буквы на корешках выцвели и частично облетели, а слова, в которые они складывались, были записаны на каком-то чужом языке, и Невилл не знал, что они означают. На некоторых книгах вовсе не было никаких надписей. А на одной было тёмное пятно, которое до ужаса напоминало кровь. Невилл почувствовал, как по спине побежали мурашки. Возможно, ему это показалось, но с полок доносился слабый шёпот, словно книги узнали, что кто-то зашёл в Запретную секцию без разрешения, и им это не нравится.

Карл осторожно просунул палочку в одну из полок, остриём наружу, так, чтобы она продолжала освещать стеллаж. Невилл тоже последовал его примеру и оглядел нижнюю полку в поисках книги, которая привлекла бы его внимание своим необычным видом. Взгляд его упал на большой чёрный с серебром фолиант. Невилл с трудом вытащил тяжеленную книгу и положил её на колено.

Название было вытеснено золотом: «Волхование всех презлейшее».

Открыв предисловие, он прочитал: «Что до хоркрукса, наипорочнейшего из всех волховских измышлений, мы о нём ни говорить не станем, ни указаний никаких не дадим».

Это странное слово — «хоркрукс» — эхом отозвалось в памяти. Невилл был уверен, что уже встречал его в библиотеке их дома. Надо будет почитать об этом на каникулах.

— Хоркрукс… — прошептал Невилл, — ты знаешь, что это такое?

Карл покачал головой, с ужасом на лице читая фолиант с каким-то демоном на обложке.

Стоило Невиллу перевернуть страницу, как тишину библиотеки прорезал душераздирающий, пронзительный вопль. Кровь застыла в жилах: это кричала сама книга!

— А-а-а-а-а! — истошно надрывался голос, и этот крик многократным эхом разлетался по библиотеке.

Карл от неожиданности выронил свою книгу и с грохотом рухнул на пол, больно ударившись боком об острый край нижней полки.

— Тьфу ты… — прошипел он, потирая ушибленное место, пока Невилл лихорадочно задвигал сумасшедшую книгу обратно на полку. — Я подумал, это Филч. Надо запомнить эту дрянь, чтобы никогда больше к ней не прикасаться.

Они замерли, прислушиваясь к темноте и почти не дыша. В коридоре было тихо, но эта тишина казалась обманчивой. Карл тяжело поднялся на ноги.

— Надо поторапливаться. Что-то мне здесь совсем не по себе.

— Согласен, — коротко отозвался Невилл. — Ищем что-то стоящее и уходим.

Они двинулись дальше вдоль стеллажей, стараясь даже случайно не задевать корешки. Особенно те, что вибрировали или шипели. Наконец, Карл замер у полки, обитой выцветшим бархатом.

— Гляди, — он указал на книгу, на обложке которой два силуэта скрещивали палочки. — «Боевые проклятия и контрзаклятия: Практическое руководство для дуэлянтов». Это мне по душе.

Невилл же вытянул книгу в тёмно-синем переплёте, которая, казалось, поглощала свет его «Люмоса». По толщине она больше походила на толстую тетрадь. Название было вытиснено серебром: «Путь к абсолютному превосходству: Боевая магия древности».

В этот момент где-то в глубине библиотеки что-то негромко скрипнуло.

Они переглянулись — и без лишних слов двинулись к выходу.

Однако стоило им сделать пару шагов по тёмному коридору, как прямо из стены, насвистывая, выплыл полтергейст.

— Ой-ой-ой! А кто это у нас? Маленькие воришки, грязные трусишки! Библиотекарша, наверное, разочаруется, когда узнает.

Карл умоляюще смотрел на него.

— Пивз, пожалуйста, не рассказывай ничего мадам Пинс и Филчу…

— Филчу тоже не надо? Ну как же так? ФИИИИЛЧ! Сюда, мой сладенький! Меня попросили не говорить тебе что…

Невилл не стал ждать продолжения. Палочка сама выскользнула в руку.

— Таранталлегра!

Заклинание сорвалось с кончика палочки ярким лучом и угодило Пивзу прямо в грудь. Полтергейст осекся. Его ноги, только что бесформенно болтавшиеся в воздухе, вдруг обрели неистовую энергию. Пивз начал выбивать по воздуху сумасшедшую, дробную чечётку. Он выделывал безумные коленца, скользя по пространству и наворачивая круги, словно невидимый оркестр заиграл самую быструю джигу в мире.

— Эй! Что это за шуточки?! — взвизгнул Пивз, пытаясь ухватиться за доспех, чтобы остановиться, но его пятки продолжали выстукивать ритм по невидимому паркету. — Прекрати! Я же пошутил! Совсем чуть-чуть пошутил! Мои ноги!

Карл согнулся пополам, зажимая рот ладонью, чтобы не расхохотаться в голос. Слёзы выступили у него на глазах от беззвучного смеха.

Невилл замер, не опуская палочки. По его телу разлилось странное, обжигающее тепло. Он смотрел на свою палочку, на свои руки, чувствуя, как внутри всё поёт от небывалого прежде торжества. Магия не просто сработала — она подчинилась ему полностью, выплёскивая волю хозяина через новую палочку. Это было чувство абсолютного контроля, момент истинной силы, от которого кружилась голова.

Пивз тем временем становился всё громче, продолжая выбивать чечётку в воздухе:

— Лонгботтом, миленький, пощади! Я никому не расскажу! Клянусь разбитыми фонарями Филча! Я буду хорошим!

Карл наконец выпрямился, вытирая слёзы.

— Невилл, — прохрипел он, — с него уже хватит, он сейчас весь замок перебудит. Отменяй заклинание.

Невилл моргнул, возвращаясь в реальность.

— Я… я не знаю контрзаклинания, — тихо сказал он.

Карл вытаращил глаза так, будто Невилл только что признался, что он тролль.

— Что?! — выдохнул он. — Ты запустил тарталетку, или как его, не прочитав, как его отменить?

— До этой страницы я ещё не дошёл... Погоди, я попробую подобрать...

Невилл решительно взмахнул палочкой в сторону танцующего Пивза.

— Антитаранталлегра!

Ничего не произошло.

— Таранталлегра отменитус! — снова попробовал Невилл, стараясь придать голосу авторитетности.

Карл с силой приложил ладонь ко лбу и застонал.

— «Отменитус», серьёзно? Ты ещё начни его уговаривать. Бежим! Другого выхода нет!

Спрятав книги под мантиями, они рванули по коридору. Лишь когда они миновали несколько лестничных пролётов и свернули в пустой западный коридор, вопли Пивза наконец растворились в тишине. Мальчики остановились, пытаясь унять дрожь в коленях, но не успели перевести дух, как прямо из-за поворота выплыло тусклое сияние масляной лампы.

— ПОПАЛИСЬ! — прохрипел голос Филча. Он стоял в паре шагов, его лицо, освещённое снизу, походило на жуткую маску. Миссис Норрис у его ног довольно зашипела.

Карл среагировал быстрее молнии. Стоило лампе Филча качнуться в их сторону, как слизеринец резко развернулся на пятках и, не проронив ни звука, бросился назад во тьму, оставив Невилла один на один с разъярённым сквибом. Ничего другого от Бэддока Невилл и не ждал.

Филч подбежал и схватил Невилла за ворот.

— Лонгботтом! А второй кто был? Я видел — вас двое!

Невилл, тяжело дыша, выдавил первое, что пришло в голову:

— Это… незнакомец какой-то. Он гнался за мной! Мне страшно, мистер Филч, помогите!

Гримаса ярости резко сошла с лица смотрителя. Он машинально отпустил мальчика и стал вглядываться в глубь коридора. И лишь через секунду до него дошло. Лицо исказилось пуще прежнего.

— Издеваешься, щенок? — прошипел он. — Думаешь, я поверю?

Он развернул Невилла и, не выпуская его мантии, потащил по коридору.

— Я предупреждал тебя, — злорадно бормотал Филч. — Ещё в прошлом году говорил — не попадайся мне снова. Всё, ты доигрался, Лонгботтом! Теперь ты у меня попляшешь…

Кабинет Филча остался точно таким же, как и в прошлый раз, с одним лишь дополнением. Вдоль стены, где стояли шкафы с ящиками для документов (на каждом из которых была аккуратно наклеена фамилия провинившегося ученика), теперь красовался отдельный ящик — самый крупный из всех. Он был предназначен исключительно для Фреда и Джорджа Уизли.

Филч выдернул перо из чернильницы и начал шелестеть бумагами в поисках чистого пергамента.

— Навоз… шипящие сопли дракона… лягушачьи мозги… крысиные кишки… — бормотал он сквозь зубы. — Хватит с меня этого бардака… Нужно примерно наказать кого-то, чтобы другим неповадно было… Где же бланк… Ага, вот!

Он вытащил из ящика стола свиток пергамента, развернул его и обмакнул перо.

— Имя — Невилл Лонгботтом. Проступок — нарушение комендантского часа. Рекомендуемое наказание…

Вытирая мокрый нос рукавом, Филч злобно покосился на Невилла. Тот, затаив дыхание, ждал приговора.

Филч уже занёс перо над пергаментом, как вдруг кто-то настойчиво забарабанил в дверь.

— Пивз! — взревел Филч, в ярости швырнув перо на стол. — На сей раз я до тебя доберусь, честное слово, доберусь!

Филч забыл про Невилла и, тяжело топая, выбежал из кабинета. Следом за ним скользнула в щель и миссис Норрис.

«Нет, Филча надо дождаться. Бежать нельзя», — подумал Невилл и опустился в побитое молью кресло. На столе, кроме начатого бланка, лежал только один предмет — большой, глянцевый лиловый конверт с изящной серебряной надписью. Бросив быстрый взгляд на дверь, Невилл взял конверт.

«СКОРОМАГИЯ. Заочный курс колдовства для начинающих».

Невилл, подстёгиваемый любопытством, открыл конверт и вытащил лист пергамента, исписанный витиеватыми серебряными буквами.

Трудно идти в ногу с современной магией? Стесняетесь, что не знаете самых простых заклинаний? Терпите насмешки из-за неумелого обращения с волшебной палочкой?

Эти проблемы можно решить!

Скоромагия — абсолютно новый, очень простой, стопроцентно надёжный курс колдовства, дающий молниеносные результаты.

Сотни волшебников и волшебниц улучшили свою жизнь, овладев методом скоромагии!

Вот что говорит маг Д. Дж. Шилоу из Дидсбери:

«Жена смеялась над моими слабыми заклинаниями, но всего через месяц занятий по методу скоромагии мне удалось превратить её в яка! Большое спасибо тебе, скоромагия!»

Невилл перелистал другие бумаги в конверте: «Как держать волшебную палочку (несколько полезных советов)», «Быть сквибом — не приговор!».

Невилл услыхал за дверью шаги. Поспешно сунув бумаги в конверт, он едва успел бросить его на стол, как дверь отворилась и в комнату с победоносным видом вошёл Филч.

— Эта антикварная ваза была исключительно ценным образцом! — радостно потирал он руки, обращаясь к кошке. — На этот уж раз мы прищучим Пивза, моя дорогая, как пить дать прищучим.

Взгляд Филча упал на Невилла и тут же метнулся к конверту на столе. Невилл задним числом сообразил, что конверт теперь лежит чуть ли не в полуметре от того места, где был раньше.

Бледное лицо Филча залилось густой краской. Невилл весь сжался, ожидая яростного взрыва, сравнимого разве что с цунами. Завхоз бросился к столу, схватил конверт и сунул его в ящик, который тут же с грохотом задвинул.

— Ты… ты… прочитал? — выдавил из себя Филч.

— Нет, — без запинки солгал Невилл.

Узловатые руки Филча вцепились друг в друга.

— Конечно, ты не станешь читать мою личную почту… Не то чтобы это моя почта… это моего друга… Он тоже сквиб, как и я, и почему-то этого стесняется…

Невилл никогда не видел его в таком состоянии: глаза выкатились на лоб, правую щёку дёргал нервный тик, обмотанный вокруг головы шарф довершал впечатление, что завхоз внезапно потерял рассудок.

— Ладно… иди… и никому ни слова. Не то… Но может, ты не успел… Ступай, мне надо составить докладную насчёт Пивза… Ну иди же…

Невилл, не веря в удачу, пулей вылетел из кабинета и помчался наверх. Вряд ли кому до сего дня удавалось выйти из кабинета Филча, избежав наказания.

— Невилл! Получилось?

Из глубокой ниши в стене, мимо которой пробегал Невилл, вышел Карл.

— Так это был ты! — выдохнул Невилл. — Получилось! Меня даже не наказали.

— Мне бы не пришлось разбивать вазу, если бы ты тогда убежал вместе со мной. Пришлось импровизировать.

— Спасибо, Карл, я уж решил, что ты струсил.

Карл усмехнулся.

— Слизеринцы не… Я не из тех, кто трусит.