Северус и василиск Слизерина (джен)

В следующую субботу Северус появился у Дурслей ровно в одиннадцать, как и было заранее согласовано с Петуньей через блокнот с протеевыми чарами.

На этот раз он принёс большой поднос с едой, приготовленной эльфами Хогвартса. Горячие пироги, мясные рулеты, тарталетки с фруктами, ветчина и бекон. Всё было накрыто лёгким согревающим заклинанием, и от блюд поднимался тонкий ароматный пар.

Кроме еды он принёс игрушки — яркие, прочные, без опасных мелких деталей. Деревянные кубики, раскрашенные в насыщенные цвета, небольшой набор фигурок животных, два крепких паровозика с широкими колёсами и мягкий мяч. Никакой явной магии — только лёгкие защитные чары, чтобы вещи не ломались от первого же удара.

Вернон заметил это.

— Практично, — сказал он одобрительно, рассматривая паровозик, который Дадли сильно стукнул о пол.

Северус провёл с детьми несколько минут. Вновь наколдовал бабочек и разноцветных маленьких птичек. Показал, как ставить кубики один на другой — и Дадли быстро втянулся и начал командовать процессом. Гарри наблюдал за ним с серьёзным видом, потом осторожно повторил движение.

Через пять минут Северус поднялся, прошёл по дому. Tergeo — все, даже крошечные, пятна на стене, скатерти, занавесках и коврах исчезли, комнаты наполнились свежестью. Незаметное усиливающее заклинание — дверная ручка перестала скрипеть. Сломанный тостер был разобран лёгким прикосновением палочки, перегоревшая пружина была заменена трансфигурированной металлической вставкой, контакты выровнены, и прибор снова заработал (в доме Снейпов из-за активной магии сразу двоих взрослых волшебников тостер постоянно перегорал, и Северус, бывало, чинил его раз в две недели). Все это заняло ещё десять минут. Затем он обменялся с хозяевами короткими вежливыми фразами, и в половине двенадцатого уже стоял у двери.

— До следующей субботы.

— До свидания, — ответил Вернон, и в голосе его не было напряжения.

После его ухода дом оставался тёплым от принесённой еды. Поднос постепенно пустел. Дадли и Гарри играли весь день. Кубики смешно подпрыгивали, паровоз не ломался, мяч не терял форму и ничего не разбивал. Дадли объявил, что «дядя Северус хороший». Гарри ничего не сказал, но улыбнулся, глядя на серебристую бабочку, которая еще не успела раствориться в воздухе.

* * *

Теперь нужно было разобраться с книзлами.

Пушистые красавцы всё так же сидели на заборе. Когда Северус подошёл ближе, они синхронно повернули головы и громко замурлыкали. Не настороженно — приветливо.

— Любопытно… — тихо пробормотал он.

Один из книзлов спрыгнул ближе и уставился ему прямо в глаза. Взгляд был внимательный, ясный. Северус почувствовал лёгкий ментальный сигнал — не слова, а образы: тепло, сила, насыщение. Просьба.

Он осторожно коснулся зверя кончиками пальцев, направляя в него тонкую струю магии — так деканы подкармливают домовых эльфов школы, поддерживая их связь с замком. Магия была нейтральной, спокойной, без приказа. Книзлы замурлыкали громче, и второй ткнулся головой ему в ладонь. Северус подкормил и его, за ним подошел третий.

— Где вы живёте? — мысленно спросил его Северус, аккуратно выстраивая контакт — как его когда-то учил Лорд, который отлично умел ментально общаться со всеми животными.

В ответ пришёл образ дома. Белая стена. Крыша. Соседний участок. Все трое книзлов спрыгнули с забора и неторопливо направились вдоль дорожки. Северус последовал за ними. Они остановились у калитки соседнего дома. На первый взгляд — самый обычный маггловский дом. Ни защитных чар, ни сигнальных плетений на периметре.

Северус сделал лёгкое движение палочкой.

— Revelare.

Тонкая голубоватая волна прошла по фасаду и растворилась. Никаких скрытых контуров. Ни отвода глаз, ни стабилизации, ни охранных заклинаний.

Он сосредоточился глубже, на внутреннем слое. В доме находился один человек. Магии в нём не было.

Книзлы уселись у калитки и снова замурлыкали, глядя на Северуса так, будто ждали решения. Северус наложил на себя чары Сокрытия и тихо открыл калитку. Простое маггловское запирающее устройство поддалось лёгкому движению палочки.

Он вошёл в дом. Внутри пахло кошачьей шерстью и травяными настоями. На столике у окна стояла чашка с недопитым чаем. Из гостиной донёсся голос:

— Альбус, это ты под Сокрытием?

Северус остановился, и в коридор вышла женщина. На ней были выцветшая волшебная мантия, ткань была старая, но аккуратно подшитая — вручную. В её ауре не было ни малейшего магического отклика. Северус мгновенно оценил ситуацию. Сквиб.

Он сделал короткое движение.

— Stupefy.

Луч ударил точно и бесшумно, женщина осела на пол, Северус подхватил её и аккуратно уложил на диван.

— Somnus.

Заклинание углубило ее бессознательное состояние, мягко разгладив остатки напряжения — так легилименция проходит чище. Он сел рядом и прикоснулся палочкой к виску.

— Legilimens.

Сквибы читались легко, сопротивления не было. Имя — Арабелла Фигг. Жила в магическом мире. Брат — волшебник — недавно погиб от рук Пожирателей. Доходов не осталось, Гриннготс отказал в помощи. И тогда Альбус предложил ей скромное содержание при условии переезда в маггловский район, оформив официальное разрешение держать книзлов.

Её задача — наблюдать за домом по соседству и следить за ребёнком. В случае явной угрозы — немедленно связываться с Альбусом через зачарованное зеркало в спальне, которое, если его чуть-чуть потереть, открывало связь с кабинетом директора. Еще раз в месяц нужно было отправлять ему отчеты совой.

Ей все это не нравилось, в маггловском мире ей было скучно и одиноко. Ее любимые племянники, которые практически выросли у нее на руках, редко посещали тетку-сквиба. Но по крайней мере, ее книзлы были с ней...

Северус аккуратно вышел из её памяти. Книзлы терлись о его ноги и тихо мурлыкали, а он обдумывал ситуацию. Значит, вот кто поставлен наблюдателем. Сквиб. Ноль магии. Ни защитных чар, ни способности вмешаться в случае угрозы. Ни интереса, ни инициативы, только передача информации.

Ну ладно, а что же делать? Если убрать её, Альбус поставит другого наблюдателя. Возможно, более активного. Более опасного. Северус невольно вспомнил Флетчера — вечно скользкого, с цепкими глазами и липкими пальцами. Нет. Такой сосед был бы куда хуже.

Он опустился в кресло напротив дивана. Книзлы устроились рядом, прижавшись тёплыми боками к его коленям. Наконец он принял решение. Убирать её он не станет, просто перенастроит этот элемент системы наблюдения, установленной директором.

Он зашел в спальню — там, в верхнем ящике тумбочки у кровати, действительно лежало маленькое волшебное зеркало в серебряной рамке. Он провёл над ним палочкой, не разрушая плетения, а слегка ослабляя его чувствительность. Теперь, чтобы его активировать, придется тереть его минут пять подряд — усмехнулся он.

Затем он вновь коснулся палочкой виска Арабеллы.

— Legilimens.

Он опять погрузился в ее разум, и аккуратно прошёл по слоям воспоминаний. Вот — брат. А вот — племянники, которых она практически вырастила, тоска по ним — они уже давно ее не навещали. То, что нужно! Он осторожно вытащил этот пласт вперёд, усилил эмоциональный оттенок, связал его с образом Гарри и Дадли. Теперь при виде соседских детей у неё будет всплывать ощущение заботы, привычки, родственного тепла. Далее — Петунья. В памяти Арабеллы Петунья была просто «магглой с ребёнком», а Северус добавил к этому уважение и сочувствие. Теперь скука и одиночество Арабеллы вызывали у нее желание помочь молодой женщине, которая, как сама Арабелла когда-то, растила малыша-племянника, оставшегося без матери.

Затем — связь с Альбусом. Теперь по отношению к директору она чувствовала отчуждение и даже гнев на то, что маленького Гарри Поттера, который спас всю страну от Волдеморта — а именно люди Волдеморта убили ее брата — бросили к магглам под охраной сквиба. Он также аккуратно ослабил приоритет сигнала тревоги. Теперь импульс «немедленно сообщить директору» будет уступать импульсу «разобраться на месте». Достаточно, чтобы выиграть время.

Наконец, он аккуратно стер воспоминание о вторжении в дом, оставив лишь ощущение краткой слабости. Теперь можно было снимать чары сна.

Арабелла Фигг зашевелилась, медленно приходя в себя. Северус погладил самого пушистого книзла и исчез.