Слухи (гет)

— Хочешь взглянуть на наши старые фотографии?

Эми не хотела с ним расставаться. Она где-то внутри чувствовала, что не скоро они так останутся наедине. Будто время потихоньку кончается.

Шэдоу без задержки кивнул, в знак согласия. Розовая была до ужаса рада, что смогла во время уборки отложить фотоальбом. Ведь теперь это была лучшая отмазка для коротания времени.

Ежиха подошла к сокровенному альбому, лежащему на полке с книгами. Она потом переместилась на диванчик и рукой постучал на соседнему место. Черный не отставал и подсел, глядя как она аккуратно открывает один из многочисленных фотоальбомов.

На первой странице была она — маленькая, детская. Иголки растрепанные, смотрят в разные стороны. Вместо привычного ободка была зелененькая повязка, под цвет глаз и зеленой юбке в клетку. Алые глаза с любопытством смотрели, как это маленькая ежиха позировала и свои два пальца вынула.

— Это ты? — Шэдоу уточнял, чтобы точно не ошибиться кого он видит.

— Это я, — повторила ежиха. — К сожалению я не помню, кто меня сфотографировал. Но она была со мной, когда я была на Маленькой Планете.

— Ты там жила?

— Не знаю, но я помню, что я там была для того, чтобы встретить Соника, — розовая помнит лишь отрывки памяти, как ей карты говорили о предстоящей судьбе. — А потом уже дальше с ним носилась по другим планетам, мирам.

Ежиха перелистнула страницу. Теперь же там она, со своей руки, фотографируется вместе с маленьким синим ежиком. Они улыбались, а на второй фотографии у Эми получилось запечатлеть как Соник бегает на снимке. Тогда-то, наверное, розовая и начала влюбляться, вглядываясь в эту теплую улыбку.

Затем на других страницах, уже повзрослевшим чуть ежикам, был присоединен Тейлз и Наклз. Было много снимков, как те трое позировали, и возможно именно Эми их фотографировала.

— Я долго уговаривала Наклза разрешить его сфоткать, — ежиха усмехнулась и взглянула на чёрного. — А помнишь, как я тебя тоже просила? Ты тогда был намного, намно-ого суровее, чем сейчас.

— Конечно.

Шэдоу помнит прекрасно, как после знакомства с командой. Как после стычки с Соником. Как после возвращения и Руж, он восстанавливался от грядущих перемен. Черный был воистину более закрытым, чем сейчас. Возможно, это сказывалось на года, текущие со временем, или же появления новых товарищей в его жизни.

И то, как ярая Эми, упрашивала его сфотографировать, он прекрасно помнил. И его раздражало, одновременно проявлялось непонимание — зачем ей это?

Вспоминая, как она когда-то крутилась вокруг Шэдоу с просьбами, Эми перелистнула страницу. И указала пальцем на одно из фото, где был стоящий в профиль Шэдоу.

— Каюсь, я все же тебя сфоткала! — неловко посмеялась Эми. — Но только одну, честно! Я очень хотела запечатлеть тебя, чтобы потом в старости глядеть и помнить, что в моей жизни я встретила Совершенную Форму Жизни, который может быть равным соперником с Соником.

Ежик взглянул на самого себя и был удивлён, как четко были видны его черты. Его иглы вперемешку с красными линиями, глаза, нос. И его хмурый взгляд со скрещивающимися руками на груди.

— Я таким всегда был? — алые глаза взглянули на зеленые. — Вроде ничего необычного.

— Ты не видишь? Ты будто постоянно злой, — розовая перелистнула, где уже были фотографии с мышкой Руж и с новыми союзниками в далеком прошлом — Блейз и Сильвер. — И, если тебе кажется, что ничего необычного, для нас ты всегда был на взводе, — ежиха неловко кашлянула. — Хотя мало что изменилось, — зеленые глаза увидели, как внимательно за ней следит черный, оторвала взгляд в сторону. — Наверное…

И теперь ежиха в действительности не была уверена. Казалось, теперь с тех времен, Шэдоу изменился. Те пару дней стали движущими для их взаимоотношения. И возможно, если бы не слепая любовь к Сонику, могли бы подружится раньше. И тогда бы фотографий с ним, с Шэдоу, стало бы больше.

Теперь ей не казалось, что его вечный хмурый вид означает злость. Просто этот ёж был крайне серьезно ко всему и все, везде себе уточнял.

— Ты мне соврала, — розовая испугалась от столь неожиданного обвинения и проследила, куда указывал указательный палец Шэдоу. — Ты меня не один раз сфоткала.

И он был прав. Она много фотографировала, как тренировались Соник и Шэдоу. Много кадров, как их желтые и синие силуэты обгоняли друг друга. Как они, возможно плескались оскорблениями, разговаривали во время битвы.

— Ой, — Эми почувствовала укол вины. — Извини. Ты хочешь от них избавиться? Я про них и забыла совсем.

— Нет, — черный уже сам перелистнул страницу, где уже почти вся команда была вместе в кадрах. Тогда они много путешествовали все вместе, а сам еж был в тени. — Мне наоборот нравится.

Эти чувства были похожи на те, что он испытывал, готовя с ней кексы и шашлыки. Значит ему нравится готовить с ней. Хотя сейчас они не на кухне, а сидят, разглядывают старые фотографии минувших дней. Но ему нравится с ней сидеть и слушать ее. Смотреть на ее реакцию.

— Надо будет сделать общую фотографию, где есть все, — Шэдоу осмотрел гостиную ежихи и увидел, как на самом деле много деталей в ее доме. Внутри появилось жгучее желание, от чего вырвалось в конце. — И я.

Эми засияла от счастья. Она так и не поставила в рамку всю команду, так как ей было важно, чтобы были на ней все. И раз сама, Совершенная Форма Жизни, согласилась — то у ежихи наконец закроется важный пунктик по фотографиям с друзьями!

— Надо, — розовая заулыбалась. — Я так рада!

— Славно.

Шэдоу сдержал свою улыбку ей. Он почему-то испугался, если она увидит его реакцию. С чего бы ему — Совершенной Форме Жизни — бояться реакции обычной ежихи? Хотя она была все же необычна, ведь из-за нее у него внутри было тепло.

Затем друзья еще долго разглядывали кадры воспоминаний. Эми все пересказывала, вспоминая что в этот момент происходило. Затем она нашла даже кассеты, в которых хранились видео с разных праздников друзей.

Они вместе пересмотрели, где потом сама ежиха много смеялась. Шэдоу с любопытством наблюдал и все гадал, как же так он сбегал оттуда, где было интересно наблюдать за товарищами.

Уже была глубокая ночь и глаза Эми уже были тяжелыми. Она невольно зевнула и это заметил Шэдоу, который неотрывно до этого смотрел на видео.

Ежиха уже тихо сопела и ежик, сам не зная, накрыл на нее ближайшим пледом, а потом зашел в ее комнату за подушкой. Но какое было для него удивление, когда он преодолевал через горы одежды за нужной вещью. Он аккуратно переступал тряпки и точными движениями схватил подушку, покинув комнату такими же тихими движениями.

Эта подушка была куда мягче, чем те на диване и подложил под голову Эми, не будя ее. Шэдоу уже хотел уйти, как загрузилось новое видео у ежихи на телевизоре.

— Итак, свидание по счету…Ай не помню, не важно! — закадровый голос был звонкий и мягкий, как у Эми. — Я накрыла все для нашего свидания и вид подобрала шикарный!

Вместо ежихи был показан коврик, на котором расположены разные вкусности и напитки, напоминающие пикник. Затем показался вид обрыва, с которого было видно поле из ромашек. — Мы здесь точно поймаем красивый закат!

Затем камера показала, как на место пикника прибыл синий ёж. Как обычно, из-за его скорости часть вкусностей свалилось на землю и тот тут же начал все класть на место, попутно пробуя еду. Ежиха рыкнула на Соника, попутно ругая, напоминая о просьбе чтобы тот не останавливался возле еды.

— Убрал, убрал! — нервно засмеялся Соник. — Но очень вкусно, что пришлось все съесть!

Оба засмеялись. Смех ежихи был как всегда безупречен и искренен. Затем камера резко повернулось и показался волшебный вид, как облака окрасились в теплые оттенки, а небо все темнее становилось, опуская солнце.

— Соник, смотри как красиво!

Но вместо комментария от друга была тишина. Вид не изменился, но было слышно, как ежиха повернулось и после долгого молчания тяжело вздохнула. И было видно, как кадр задрожал, ведь та опустилась на землю, но все держала, чтобы запечатлеть вид.

— И снова провал, — тихо произнесла Эми. — Но зато теперь у меня есть в архивах это. Надо будет потом звук удалить.

С последних слов из телевизора послышался всхлип. Как нос всячески старался задышать, а голос дрожал. Было красиво, но тихий плач ежихи кольнуло внутри груди Шэдоу. Он так хотел остановить этот звук, но не знал как.

— Все в порядке, — тихо проговорила Эми, все также держа камеру, где медленно опускалось солнце. Она все ровнее дышала, но всхлипы были. — Ну почему я не могу к этому привыкнуть?

«Потому что не должна — промелькнула мысль у Шэдоу.»

И запись завершилась, замерев на кадре тот самый волшебный вид с обрыва на ромашковое поле. Черный очень ждал, чтобы увидеть ту Эми, которая запечатлела момент. Но она так и не показалась, явно не желав этого.

Сзади тихо сопела сегодняшняя розовая и, если сравнивать с предыдущей, была разница, но одновременно и сходство. Их смех, голос, радостные фразы. Обе оптимистичные, но та, прошлая, ещё не знала о своём горе. А вот настоящая уже пережила, проплакала больше слез чем стоило.

Шэдоу снова понял, какой он слепой, не видя ее изменения. Ведь синий был прав, вроде лишь недавно она была шумной прилипалой к Сонику и, если его обижали, она тут же вставала на его сторону.

Ежик взглянул на спящую Эми. Он чувствовал, как был горд за нее и робко улыбнулся. Глаза будто подобрели, пытаясь повторить тот добрый взгляд, что когда-то он видел у Марии.

— Доброй ночи.

Вместо сверхскорости, он прошептал пожелания и почти бесшумно закрыл за собой дверь. Оставив Эми Роуз одну дома с миром, Морфей.