Опустошители Кровавого Моря / Reavers of the Blood Sea (джен)

Арикс спешился и принялся осматривать влажный песчаный берег. На первый взгляд, никаких следов пропавших рыцарей не было — лишь остатки их костра. Однако рыцари, обследовавшие это место, уже обнаружили небольшие пятна, которые, по их словам, оказались следами крови. Сама Карнелия нашла чёрный кинжал: она утверждала, что он принадлежал пропавшему заместителю командира Броку.

Как ни старался Арикс, ему не удавалось найти ни единой подсказки о том, что случилось с людьми. Тем не менее, как и остальные, он подозревал, что их убили. Мысль о том, что это могли сделать его соотечественники, не казалась невероятной, но нападение явно не было честным и открытым. Скорее всего, рыцари угодили в ловушку. Поскольку большинство из них ехали вместе в составе патруля и даже их лошади не были найдены, это указывало на то, что за нападением стояла крупная, хорошо организованная группа.

Когда Торвак был тяжело болен, почти при смерти, разве клан Арикса отверг обещание умирающего патриарха о сотрудничестве? Несомненно, лорд Броэдиус именно так и считал — и, возможно, именно поэтому он включил Арикса в эту поисковую группу. Может быть, он использовал воина, чтобы выманить его клан, или даже полагал, что Арикс сам причастен к этому кровавому заговору.

— Сколько человек здесь было? — спросил он нетерпеливую Карнелию, стараясь выиграть время.

— Трое. С Броком, вероятно, находилось по меньшей мере полдюжины человек — мы пока точно не знаем, сколько их было. В последний раз их видели на посту за тем высоким хребтом, — она указала налево.

Арикс внимательно осмотрел хребет. По логике, с того поста должны были заметить костёр, пусть даже издалека и не слишком отчётливо.

— Что они сказали?

— Костёр продолжал гореть, но из‑за сгущающегося тумана они ничего не могли разглядеть. Из‑за шума моря и ветра невозможно было расслышать ничего тише сигнала горна, — говорил кто-то.

— Туман? — напрягся Арикс. — Густой туман?

Она пожала плечами:

— Достаточно густой. Не то что тот суп, что всё ещё висит там.

— Даже не думай об этом, бык, — продолжила рыцарь. — Лорд Броэдиус исключил такую возможность. Часовые на другом посту заявили, что ни разу не почувствовали того мускусного запаха, о котором ты твердил, когда мы были на борту «Мести».

По её тону Арикс заподозрил, что Карнелия сомневается в значительной части его рассказа о катастрофе. Похоже, её дядя тоже не верил — он явно предпочитал иметь дело с обычными противниками, такими как мятежные минотавры, а не с морскими разбойниками, о существовании которых не заявлял никто, кроме одного раненого выжившего.

Арикс, однако, знал, что они существуют, но доказать это здесь и сейчас казалось маловероятным. Тем не менее он промолчал и продолжил поиски, мысленно прокручивая эту возможность. Теневые монстры — высокие, закованные в броню и вооружённые когтями — не выходили у него из головы, пока он ползал по камням, осматривал остатки лагеря на хребте и даже рыл песчаную почву под шум накатывающих волн.

— Ты правда думаешь, что найдёшь что‑то? — спросила Делара, помогая ему с последним из трёх дел.

Несмотря на то что они были незнакомы, она и Сеф объединились и настояли на том, чтобы сопровождать его. Возможно, они опасались за его жизнь в окружении стольких враждебно настроенных рыцарей, хотя Арикс чувствовал себя в безопасности благодаря присутствию Рэнда. Риск того, что люди арестуют его, всё ещё сохранялся, но Арикс хотел увидеть доказательства. Если его клан действительно причастен к этому…

Стоящий на коленях минотавр отгрёб ещё немного песка. Чем глубже он углублялся, тем влажнее становился песок. Земля тоже казалась ужасно рыхлой. Арикс заметил это, когда впервые проехал по ней верхом: его конь проваливался сильнее, чем следовало. Рыцари, не знакомые с местностью, похоже, ничего не заметили, но Арикс задавался вопросом, что могло сделать землю такой мягкой — даже с учётом её близости к морю. Казалось, будто землю кто‑то вспахал.

— Это бесполезно, — заметила Карнелия, явно скучая от нелепых, на её взгляд, действий Арикса. — Нам нужно двигаться дальше.

Арикс пришёл к такому же выводу, но что‑то побуждало его копнуть ещё глубже. Неужели он надеялся найти какой‑то туннель, скрытый подземный ход, который мог бы…

Он отпрянул, когда чьи‑то пальцы снизу коснулись его собственных.

— Что это? — крикнул Сеф, спрыгивая с лошади. — Арикс! Тебе нужно…

— Отойди! — рявкнула Карнелия. Она тоже спешилась и теперь стояла рядом с Ариком, вглядываясь в его жуткую находку.

Это оказалась рука — всё ещё в латной рукавице, — но когда Арикс копнул глубже, он обнаружил, что рука больше не прикреплена к телу. Конечность была аккуратно отсечена у запястья: лезвие, которым воспользовались, с одинаковой лёгкостью разрезало металл, кость и плоть. Карнелия выругалась, а затем приказала нескольким своим людям провести раскопки поблизости от находки.

Они проработали полчаса, но больше ничего не нашли. Наконец Карнелия махнула мужчинам рукой, оглядывая влажные ямы, которые они вырыли. Она посмотрела на Рэнда, но жрец покачал головой — для Арикса это означало, что светловолосый человек ничего не ощутил. Ни один из них не смотрел на минотавров, и это был совсем недобрый знак. Арикс запоздало осознал: его находка не только не доказывает невиновность его народа, но, возможно, указывает на то, что они причастны к чему‑то куда более мрачному, чем он предполагал изначально.

Карнелия подтвердила его опасения:

— Это не понравится моему дяде, бык. Не думаю, что ты к этому причастен, но кое‑кому из твоего народа придётся за это ответить. Помяни моё слово.

— Это сделал не минотавр, — настаивал Арикс. Он принюхался. Неужели в воздухе и правда витает слабый мускусный запах — или это просто игра воображения? — Их унесло что‑то другое.

— Твои морские чудовища? — она ненадолго сняла шлем и откинула назад выбившиеся волосы. Арикс заметил, что взгляд Рэнда на мгновение задержался на её волосах. — Никто их не видел, кроме тебя, а твоё описание столь же расплывчато, как туман, о котором ты всё время твердишь. Я склоняюсь к мысли, что, может, твою команду захватили морские эльфы в доспехах… но сомневаюсь, что они на такое способны. Нет, Арикс, во всём виноваты твои соплеменники, и, боюсь, Броэдиус тоже так решит. Он, как и я, подумает, что они убили патруль и часовых, а потом утащили тела — чтобы либо закопать их где‑нибудь в другом месте, либо выбросить в море. Им просто повезло, что они не заметили руку. Ты знаешь это не хуже меня.

Арикс почувствовал в её словах нотку сочувствия — это было неожиданно, учитывая обычно пренебрежительное отношение Карнелии к минотаврам. Однако даже эта перемена в её настроении ничего не изменит для его народа. Лорд Броэдиус обладал властью над империей и, без сомнения, потребует своего понимания правосудия, как только Карнелия доложит ему о найденном.

Заместитель командира сняла с пояса мешочек и осторожно положила в него отрубленную руку. Передав мешочек одному из своих людей, она снова повернулась к Ариксу:

— Будет лучше, если ты пойдёшь со мной, когда я представлю эти доказательства Броэдиусу. У тебя будет возможность заступиться за свой народ. Это всё, что я могу сделать, Арикс.

— Заступиться, говоришь? — прорычала Делара. — Ни один минотавр не совершил бы такого бесчестного поступка!

— Боюсь, мой дядя так не считает, — ответила Карнелия.

Арикс оборвал Делару и своего брата, прежде чем они успели возразить. Карнелия дала ему возможность, которую он давно искал. Аудиенция у Броэдиуса — какой бы ни была её цель — даст ему шанс донести до командующего рыцаря мысль о той опасности, что, как был уверен Арикс, таится вокруг островов.

— Я пойду. Я хочу его увидеть.

— Ты можешь пожалеть об этом, когда он примет решение, — возразила Карнелия.

Отряд двинулся в путь, и единственными свидетельствами их визита остались ямы в песке. Арикс посмотрел на них — они уже заполнялись рыхлым песком и морской водой. Затем его взгляд переместился с берега на туман. Неужели тот стал ближе к берегу? Может, его принесло во время одного из таинственных исчезновений Саргоннаса, а потом отнесло обратно? Он вгляделся в пелену, пытаясь оценить расстояние. Да, туман действительно казался ближе, чем в предыдущие дни.

— Арикс? — позвал Рэнд.

Он обернулся и увидел, что остальные уже тронулись в путь. Понукая своего коня, встревоженный минотавр старался не думать о мягкой земле — той самой, что, как он подозревал, хранила куда больше секретов, чем кто‑либо из них мог представить. Он лишь надеялся, что сумеет убедить в этом лорда Броэдиуса.

* * *

Чёрные глаза сузились под густыми, нахмуренными бровями. Широкоплечий рыцарь склонился над столом, заваленным картами, сжимая руки в кулаки — едва сдерживая гнев. Он молча выслушал доклад Карнелии, и с каждой минутой его лицо становилось всё более напряжённым и суровым. Его молчание беспокоило Арикса даже больше, чем явное проявление эмоций: юноша знал, что Броэдиус, скорее всего, уже решил, как минотавры заплатят за этот проступок.

— Итак… — наконец произнёс Командующий рыцарями. Голос его был настолько тихим, что Ариксу пришлось напрячься, чтобы расслышать. — Итак… Все мертвы. Каждый из них был убит.

Карнелия предъявила ему самую жуткую улику. Броэдиус тут же взял руку в перчатке с какой‑то странной нежностью, словно боялся повредить её. Некоторое время он пристально разглядывал находку, прежде чем положить её на одну из карт. Теперь он снова уставился на неё, видимо, окончательно определившись с решением.

Арикс не мог позволить ему поступить так, не высказавшись. Только ему и Карнелии было позволено предстать перед Броэдиусом. Даже жрецу не разрешили выступить в защиту минотавров. Молодому воину вновь предстояло спасти свой народ — и он не имел права потерпеть неудачу.

— Лорд Броэдиус, клянусь своими предками, мой народ не мог совершить этого! Такая бесчестная, такая чудовищная резня — это не в духе минотавров…

— Я прекрасно знаю, на что способны минотавры, — слишком спокойно перебил его командующий. — Как и моя племянница Карнелия.

Арикс бросил взгляд на женщину‑рыцаря: та побледнела от слов дяди. Она покачала головой, пытаясь возразить старшему рыцарю, но Броэдиус проигнорировал её жест.

— Как ты, возможно, знаешь, минотавр, мой брат — её отец — был убит твоими сородичами. Вместе со всеми спутниками он пал от рук пиратов в Кровавом море. Минотавров, Арикс. Минотавров, которые доказали, что у них не больше чувства чести, чем у кого‑либо ещё! — Он осторожно коснулся отрубленной руки. — Так что не пытайся убедить меня в благородстве твоего народа. Я не поверю.

— А как же моё прошлое? Что насчёт морских существ, напавших на мой корабль, человек? Долгое время я пытался встретиться с тобой, пытался предупредить: тот же туман, что окутал "Око Кракена", теперь всё ближе и ближе подбирается к берегу! Я верю, что за ним придут они — а может, уже пришли…

— С туманом ничего не придёт, — Броэдиус поднял кусок пергамента. — С момента нашего прибытия в столицу империи пришвартовались четырнадцать судов — и ни одно из них не сообщило даже о малейшем волнении на море! Да, нам доложили о двух кораблях, потерпевших крушение, но нет никаких доказательств того, что причиной не могли стать погода, пираты или какая‑либо иная угроза более прозаичного характера!

Арикса поразило, что человек может отрицать то, что казалось ему столь очевидным.

— Как ты можешь…

Броэдиус отвернулся от него.

— Карнелия! — Женщина‑рыцарь мгновенно вытянулась по стойке смирно. — Поместите императора, его свиту и всех членов Верховного Круга под домашний арест. Найдите главенствующих старейшин Дома Орильг и поступите так же… И с патриархом — если он в состоянии.

— Сэр… Дядя…

— Это приказ, Карнелия! Немедленно займись этим!

— Да, сэр, — несмотря на явную неприязнь к минотаврам, Карнелии явно приказ дяди был не по душе. Тем не менее она отдала честь, развернулась и вышла из покоев лорда Броэдиуса.

— Что касается тебя, минотавр… — Броэдиус обошёл стол и встретился взглядом с Ариксом — его прожигающий взгляд заставил минотавра внутренне содрогнуться. — Я пока отпускаю тебя на свободу, потому что у меня нет доказательств твоей причастности к этому. Однако знай: если раньше твой народ считал своё положение невыносимым, то скоро он поймёт, насколько легко им жилось прежде. Особенно это коснётся вашего клана.

Сдерживая гнев, Арикс прорычал:

— Человек, ты всё разрушишь, если попытаешься держать императора и старейшин под стражей без доказательств их вины! Мы не станем мириться с этим…

— Тогда ты встанешь на колени, — холодно отрезал Броэдиус. — Взвесь свои возможности, минотавр, и сделай мудрый выбор. Твой бог отдал тебя нам — так или иначе, ты подчинишься. Те, кто откажется, кто осмелится напасть на нас, поплатятся за своё невежество.

— Твои войска и так рассредоточены, — возразил разъярённый минотавр. — Если ты окажешь такую немилость императору и остальным, думаешь, сможешь противостоять волне ярости, которую сам же и порождаешь? Я не угрожаю, когда говорю, что такая волна сметёт Рыцарей Такхизис.

— Мы не будем столь рассредоточены. Я уже намерен стянуть часовых на возвышенности — так их потребуется меньше.

— Несколько жалких воинов…

Броэдиус мрачно улыбнулся.

— И, конечно же, скоро прибудут "Защитник Королевы" и "Крыло Дракона". — В ответ на озадаченный взгляд Арикса командующий пояснил: — Разве я не упомянул, что к нам идут подкрепления? Да, бык, прибудут ещё два корабля с воинами. Они помогут во второй фазе этой экспедиции. Мой господин Ариакан ничего не оставляет на волю случая.

— Ты ничего не говорил о дополнительных войсках.

— В этом не было необходимости. Твой бог знал, что они прибудут, — разве он не сообщил тебе? Конечно, нет. Рыцари Лилии и Рыцари Шипа, бык. Ты ведь знаешь Рыцарей Шипа, не так ли?

Арикс хорошо их помнил — на борту их было совсем немного. Рыцари Шипа сильно отличались от Рыцарей Лилии. По сути, они вообще не были рыцарями. Это были маги — некогда облачённые в чёрные мантии последователи Нуитари, а теперь верные лишь королеве ужаса. Прочие воины на корабле явно не слишком интересовались ими, но это не означало, что они не понимали, насколько полезными могут оказаться эти скрытные фигуры в плащах в бою.

Броэдиус кивнул.

— Так и есть. Видишь ли, Арикс, я намерен поддерживать здесь порядок и дисциплину. И если твой народ не осознаёт, насколько это необходимо, мне просто придётся им это показать.

— Саргоннас этого не допустит, — произнёс Арикс без особой уверенности. Богу возмездия, похоже, было всё равно.

— В этом вопросе у него нет выбора, уверяю тебя, — рыцарь отвернулся. — Ты свободен.

Арикс двинулся вперёд, отказываясь прекращать спор. Однако личная охрана Броэдиуса немедленно шагнула к нему, обнажив оружие. Несмотря на ярость, минотавр понимал: вступать в схватку с таким превосходством сил бессмысленно. Он показал рыцарям пустые ладони и отступил назад.

— У меня есть предложение для тебя, Арикс, — объявил лорд Броэдиус, по‑прежнему стоя спиной к минотавру. Казалось, он задумчиво разглядывает дальнюю стену, на которой висело знамя рыцарского ордена. — Оно только что пришло мне в голову. Приведи ко мне тех, кто виновен в гибели моих людей, — и я сниму стражу с императора и остальных. Это всё, о чём я прошу. Приведи тех, кто сознается, чтобы я мог казнить их за совершённые преступления и покончить с этим делом. Думаю, это простое и прямое предложение.

— Будь ты проклят, человек! Некого мне тебе приводить! Твоих людей убили не мои сородичи! — Арикс не мог этого доказать, но в глубине души знал, что это правда. — Мы все в опасности! Тебе следовало укрепить береговую линию, поставив там больше людей — даже минотавров, — а не полагаться на горстку часовых, расположенных далеко от берега!

Броэдиус, не отрывая взгляда от знамени, небрежно махнул рукой. Стражники двинулись на Арикса.

Он попятился к двери, но не потянулся за топором. Настороженные взгляды стражников неотрывно следили за каждым его движением. Любое подозрительное действие с его стороны стало бы для них достаточным поводом для нападения. Броэдиус обернулся, когда Арикс выходил из комнаты. Широкое лицо человека оставалось бесстрастным.

— "Защитник Королевы" и "Крыло Дракона" прибудут самое позднее через два‑три дня, — повторил он. — К тому времени я буду ждать убийц, бык. Иначе мне придётся прибегнуть к более радикальным мерам… начиная с твоего клана.

* * *

Лорд Броэдиус сдержал слово. Элитные отряды командующего рассредоточились по столице, окружив и захватив дворец и цитадель Высшего Круга. Рыцари начали охоту на тех членов Круга, кто не был взят под стражу сразу, — во главе этого списка стоял генерал Герил. Старейшин Орилга тоже арестовали, но с Торваком ничего нельзя было сделать: патриарх скончался от болезни в тот же день.

Минотавры, в свою очередь, лишь подливали масла в огонь. Конечно, Арикс не мог винить их за ярость из‑за бесчестного поведения рыцарей, но он надеялся, что они хотя бы вспомнят об угрозе, о которой говорил Саргоннас. Обе стороны, казалось, стремились лишь к тому, чтобы сломить противника, пока один из них не сдастся.

На следующий день поползли слухи о пропавших минотаврах, что только усугубило ситуацию. Слухи быстро распространялись, обрастая новыми подробностями, — вскоре уже говорили, будто рыцари заковали в цепи целые кланы. Ариксу было известно, что лишь немногие из этих историй правдивы, но те, что имели под собой основания, его тревожили. В последний раз троих пропавших воинов видели недалеко от обширного побережья острова — и всегда это происходило в те моменты, когда туман становился чуть гуще, а воздух — чуть более мускусным. Никто не мог сказать, доходил ли туман до берега, но Арикс был уверен: он доходил.

Он отказался от всех попыток выступить посредником: его недолгое пребывание на посту главного управляющего Броэдиуса и ещё более краткий срок в качестве представителя клана оказались практически бесполезны. Из рыцарей к нему прислушивалась только Карнелия. Большинство остальных разделяли взгляды Дреджена или лорда Броэдиуса.

С другой стороны, минотавры — особенно те немногие, кто остался во главе клана Орилг, — не могли понять, как к нему относиться. Многие по‑прежнему считали его слугой Саргоннаса и относились с благоговением, но были и те, кто смотрел на Арикса так, словно он предал свою расу. По правде говоря, он не мог спорить с теми, кто придерживался такого мнения.

Возможно, потому, что он не мог найти способ разрешить растущую напряжённость в отношениях между двумя расами, на следующий день Арикс решил оседлать коня и отправиться на разведку к месту, откуда исчезли рыцари. Хотя люди Карнелии уже тщательно обыскали местность, Арикс не мог не надеяться, что они что‑то упустили — какую‑то зацепку, которая докажет, что минотавры ни при чём. Конечно, такая зацепка могла привести к новым и, возможно, ещё более пугающим открытиям, но он не мог оставить всё как есть.

Сеф застал его в тот момент, когда он садился на коня. Арикс выругался про себя, желая, чтобы брат не вмешивался в это дело.

— Куда ты собрался в такую погоду, Арикс? Я думал, ты сегодня останешься в Храме. Эти собирающиеся тучи выглядят как предвестники грозы.

— В то место, о котором тебе знать не обязательно, Сеф Возвращайся в наши покои. Я прослежу за грозой.

— И остаться в компании одних жрецов? — фыркнул молодой минотавр. — Может, мне выпадет удача поужинать с самим верховным жрецом!

Ксерав постоянно крутился возле покоев Саргоннаса, надеясь, что бог его призовёт. Каждый раз, когда Арикс приходил и стучал в двери бога, верховный жрец тут же появлялся, готовый войти в любой момент. Однако Саргоннас никогда не приглашал своего главного слугу внутрь, и аудиенции, которых удостаивался Арикс — какими бы короткими и бесполезными они ни были для воина, — явно вызывали у Ксерава ревность.

— Ты ведь направляешься куда‑то по важному делу, да? — на лице Сефа появилось нетерпеливое выражение, которое Ариксу не понравилось. — Я иду с тобой!

— Нет, не идёшь! — он дёрнул поводья. — Я уезжаю прямо сейчас. Путь неблизкий, и ты отстанешь, так что сразу откажись от этой затеи.

— Если ты сейчас уедешь, я пойду по твоему следу. И даже если собьюсь с пути, всё равно продолжу ехать. Ты же знаешь, что я так и сделаю, Арикс.

Серый минотавр стиснул зубы. Он знал, что Сеф сдержит слово. Упрямство, которое они унаследовали от Каза Истребителя Драконов, а до него — от Орилга, было присуще обоим братьям. Ариксу не нравилась мысль о том, что Сеф будет с ним, но лучше пусть будет под его присмотром, чем носится где‑то сам по себе.

— Хорошо… но держись поближе. У тебя есть топор?

Глаза его брата сузились.

— Куда мы едем, Арикс?

— Просто возьми свою лошадь.

Путь до места преодолели без происшествий. Как бы ни хотелось Ариксу поскорее добраться до цели, он не был готов к тому, что его опасения подтвердятся. Глядя на песчаный берег с того места, где был разведён сигнальный костёр, Арикс не мог отделаться от мысли, что его решение приехать сюда было большой ошибкой. Но нет — он не мог оставить всё как есть. Кто‑то должен был не дать двум фракциям вцепиться друг другу в глотки, чтобы империя не распалась изнутри.

— Я думал, это именно то место, куда ты хотел попасть, — прошептал Сеф. — Лучше бы я не приезжал сюда.

— Лучше бы я остался с тобой, — ответил Арикс. Он вгляделся в кажущийся безобидным пляж. От одного его вида по коже побежали мурашки, словно внизу их уже что‑то поджидало. Тучи сгустились ещё больше, превращая угрозу шторма в неминуемую опасность. Даже сейчас их обдувал прохладный морской бриз. Если уж на то пошло, туман казался зловеще близким — гораздо ближе, чем во время его предыдущего визита. В целом, обстановка больше напоминала сумерки, а не середину дня.

— Мы спустимся вниз, Арикс?

Он кивнул. Им придётся спуститься к берегу. Каменистая почва наверху вряд ли даст какие‑либо подсказки. Понукая коня, он позволил животному медленно спускаться по склону. Если бы они пришли с противоположного направления, их путь был бы проще. Но это также означало бы, что паре придётся потратить слишком много времени на езду вдоль песчаной береговой линии — опасности, которой Арикс хотел избежать. В этом районе исчезли целый вооружённый патруль и трое часовых, а, исходя из того, что он знал на данный момент, песок казался наиболее вероятным местом засады.

Лошади немного скользили, пытаясь найти опору, но завершили спуск без происшествий. Арикс тут же спешился, изучая окрестности. Ямы, вырытые людьми Карнелии, уже почти заполнились. Место, где он обнаружил закованную в доспехи руку, выглядело почти нетронутым, словно минотавр там никогда не копал. Он нахмурился, подойдя ближе. То, что большая часть территории уже восстановилась, указывало на бурное море, но прошлая ночь была относительно спокойной.

Сеф спешился.

— Что ты надеешься найти?

— Всё, что докажет: наш народ не имеет никакого отношения к исчезновениям, — ответил Арикс. Он задумался, почему продолжает называть это «исчезновениями». Отрубленная рука доказывала, что люди, скорее всего, были перебиты до последнего. — Желательно что‑то небольшое и легко переносимое отсюда.

Они начали прочёсывать местность. Арикс напомнил Сефу держаться поблизости. Тихий плеск прибоя мало способствовал его расслаблению, поскольку каждый раз, когда он поднимал взгляд, туман, казалось, чуть ближе подступал к берегу. Наконец, поддавшись порыву, Арикс вытащил топор — тяжесть в руке принесла успокоение. Это несколько затрудняло поиски, но немного облегчало мысли. Если на них кто‑то нападёт, он будет готов.

Прошло больше часа — часа, в течение которого пара не обнаружила ничего, ни единого кусочка доспехов. Те немногие следы крови, которые Карнелия обнаружила ранее, были почти полностью смыты приливом. Если бы Арикс не знал, что здесь произошло, он счёл бы это место самым спокойным на Митасе.

Затем Сеф подозвал его к себе; голос младшего воина был полон возбуждения:

— Иди сюда, Арикс! Возможно, это то, что ты ищешь!

Брат Арикса пробрался к некоторым крупным камням у подножия склона, перелез через один особенно большой камень, чтобы оказаться там, где стоял сейчас. Сначала Арикс ничего не увидел, но Сеф указал за камень. Хоть он и был стройнее многих минотавров, Ариксу всё равно пришлось постараться, чтобы как следует разглядеть узкое пространство, которое обнаружил его младший брат.

Там, скрытое от обычного взгляда, лежало то, что по‑настоящему распознал лишь Арикс. Его внезапный вздох, однако, тут же предупредил Сефа: они нашли то, что искали.

— Что это, Арикс? Они почти похожи на… на какие‑то пальцы.

Так и было. Два, точнее — две фаланги. Толстые и длинные, изогнутые, как когти, и покрытые той же кожей, что и конечности краба или омара… возможно, единственный удачный удар, который несчастные рыцари смогли нанести своим чудовищным противникам.

— Это может сработать, — пробормотал Арикс. Он протянул руку, но находка была вне досягаемости. Ругнувшись, он потянулся как можно дальше, напрягая мышцы руки и плеча до такой степени, что едва не закричал… и всё равно они оставались в нескольких дюймах от его пальцев.

— Дай я попробую, — наконец настоял Сеф.

Арикс не хотел уступать своё место, чувствуя, что всё‑таки может дотянуться ещё дальше. Однако Сеф, ещё не полностью выросший, действительно имел чуть больше шансов достать их. Фыркнув от досады, Арикс отстранился и позволил брату попробовать.

Даже для Сефа расстояние оказалось почти непреодолимым. Со второй попытки он почти зацепил отрубленные фаланги пальцами, но на полпути его неуверенный захват сорвался. Арикс сдержал ругательство. Он пытался направлять руки брата взглядом, молча приказывая Сефу сменить положение или повернуть руку в другую сторону. Ужасная находка всё равно ускользала от них, хотя неимоверными усилиями Сеф постепенно сдвинул обрубки к краю камня, где затем сумел их поддеть.

— Думаю… я могу… достать их теперь, Арикс.

— Будь осторожен, Сеф. Бери по одному, если придётся.

Младший минотавр крякнул:

— Не… волнуйся… я не подведу…

Арикс кивнул, затем наклонился вперёд, чтобы лучше разглядеть. Он моргнул, пытаясь прояснить зрение. Он так пристально смотрел, что его зрение начало расплываться. Отстранившись, Арикс выпрямился и огляделся, надеясь, что так его глаза смогут сфокусироваться заново.

Щупальца тумана тянулись над береговой линией.

Его глаза не подвели его. Арикс инстинктивно крепко сжал топор, осматривая местность. Ничего не изменилось, кроме надвигающегося тумана. Никакие массивные формы не поднимались из моря. Ни вонь влажного мускуса не ударила в ноздри.

— Я… я, кажется, достал один, Арикс!

— Сеф…

— У меня получилось! Если я буду поднимать его медленно, я смогу удержать!

Несмотря на отсутствие каких‑либо признаков опасности, Арикс ощутил непреодолимое желание уйти… прямо сейчас.

— Сеф, забудь об этом. Пойдём.

— Ещё несколько секунд…

Арикс моргнул. Он мог поклясться, что песок позади них в одном месте шевельнулся. Сделав шаг к подозрительному участку, он присмотрелся. Песок больше не двигался, но Арикс был уверен, что в первый раз это точно произошло. Возможно, какие‑то мелкие ракообразные были потревожены наступающими волнами…

Сеф выпрямился.

— Смотри! У меня один есть!

Словно отреагировав на громкий возглас его брата, песок повсюду начал закручиваться.

— Сеф! На скалы! Залезай наверх!

У него не было времени последовать собственному предупреждению: внезапно земля под ним стала мягкой. Ноги Арикса погрузились в песок по щиколотки, и всё, что он мог сделать, — вытащить одну ногу.

— Арикс! Дай мне руку! — Брат устроился на вершине массивного камня, пытаясь дотянуться до него.

Арикс попытался схватить протянутую руку, но песчаная почва снова сдвинулась, оттаскивая его в сторону и заставляя опуститься на колени. Позади он услышал, как бьются лошади. Арикс оглянулся через плечо и увидел, что одно животное выбралось в безопасное место, но его собственный конь, гнедой жеребец, снова упал на песок.

Под беспомощным животным образовался миниатюрный водоворот, затягивая его вниз. Конь сумел выпрямиться, но все четыре ноги погрузились в песок до туловища. В то же время мощный мускусный запах наполнил воздух, едва не заставив попавшего в ловушку минотавра задохнуться.

Обезумевший конь продолжал бороться, но песок быстро поглощал его. Арикс ничего не мог сделать — его собственная жизнь была под угрозой. Он видел, как тело животного уходит все глубже в песок, голова всё ещё пытается удержаться над поверхностью… но всё напрасно: с последним вздохом конь Арикса исчез в ужасающем водовороте. Песок ещё несколько мгновений бурно перемещался, затем снова замедлился.

Отчаянно пытаясь избежать подобной участи, он поднял топор и начал бить по участку вокруг себя, ища какую‑либо цель внизу. Куда бы он ни замечал движение, Арикс наносил удар. К сожалению, сам грунт приглушал его удары. Песок уже доходил ему до бёдер. Если он не сделает что‑то быстро, то попавший в ловушку минотавр вскоре присоединится к своему коню.

— Арикс! — позвал голос, но не Сефа. — Арикс! Хватай верёвку!

Он огляделся и увидел конец толстой верёвки, лежащей всего в ярде от него. Верёвка тянулась вверх, поднималась над краем склона и исчезала за ним.

Всё ещё сидя на камне, Сеф подхватил призыв:

— Хватай её, Арикс, скорее!

Он схватился за конец верёвки, но едва не промахнулся. Однако, к своему ужасу, он почувствовал, как взбаламученный песок внезапно оттащил его ещё дальше, отодвинув верёвку ещё на фут. Арикс выругался, изо всех сил работая ногами, пытаясь снова продвинуться вперёд.

Что‑то схватило его за лодыжку.

— Арикс! — Сеф держал верёвку в руках. Он понял, что брат уже не может дотянуться до конца, и собирался бросить её поближе.

Арикс задумался, получится ли у него. То, что держало его за лодыжку, пыталось утащить его глубже в кружащийся песок. Сколько верёвки было у Сефа, чтобы бросить?

Младший минотавр бросил изо всех сил. На мгновение Арикс испугался, что верёвка упадёт слишком далеко от него, но затем она описала дугу в сторону, приблизившись. Сильно ударив по тому, что его держало, Арикс сумел освободить ногу и продвинулся вперёд на несколько дюймов. Эти дюймы оказались жизненно важными, и он едва успел схватить потрёпанный кончик.

Держась изо всех сил одной рукой, Арикс крикнул:

— Тяни меня! Быстро!

— Тяни! Сейчас! — крикнул Сеф невидимому спасителю.

Верёвка дёрнулась так сильно, что Арикс едва не выпустил её. Что‑то задело его ногу, но прежде, чем оно успело схватить его, минотавр почувствовал, что его тянет к скалистому склону. Арикс держался крепко одной рукой, другой сжимал рукоять топора, опасаясь, что в любой момент что‑то может выскочить из песка, чтобы утащить его обратно.

Ничего не произошло, и через несколько секунд он ударился о скальный выступ. Арикс использовал верёвку, чтобы подтянуться над коварным песком, а затем начал карабкаться вверх по склону, как мог. Рядом с ним Сеф тоже начал взбираться. Мускусный запах продолжал заполнять ноздри Арикса, он едва не оступиться в какой‑то момент, но образ того, что случилось с его конём, заставлял покрытого песком воина продолжать подъём.

Наконец он добрался до вершины. Арикс, тяжело дыша, растянулся на краю склона. Через несколько секунд он огляделся в поисках Сефа и увидел, что брат сидит рядом с ним, в глазах — тревога.

— Во имя Рогатого! — воскликнул знакомый женский голос. — Арикс! С тобой всё в порядке?

Он поднял взгляд, впервые увидев свою настоящую спасительницу. Делара, напряжённая до предела, опустилась перед ним на колени. Позади неё ждал её конь, к седлу которого был привязан другой конец верёвки.

— Может быть… — он закашлялся, выплёвывая песок. — Может быть, боги… всё‑таки иногда присматривают за нами… а иначе… а иначе как бы ты сейчас здесь оказалась?

Она слегка покраснела.

— Никаких богов. Просто удача. Я шла к тебе, когда заметила, что вы с братом уезжаете. Я последовала за вами, но потеряла вас сразу за Нетосаком. Мне потребовалось несколько минут, чтобы снова отыскать ваш след… отчасти из‑за моей глупости. В конце концов я поняла, куда вы направляетесь, и…

— И оказалась здесь как раз вовремя, чтобы спасти мою глупую жизнь, — он улыбнулся, наконец протягивая руку. — Спасибо тебе.

— Арикс! Подойди, посмотри на это! — Сеф перегнулся через край, глядя вниз, на коварную береговую линию.

Они проследили за его взглядом. Арикс нахмурился, глядя на место внизу. Все следы произошедшего исчезли. Песок теперь лежал неподвижно и выглядел нетронутым. Если бы Арикс сам чуть не ушёл под него, он мог бы подумать, что здесь уже несколько дней никто не ходил. Он даже не видел следа того места, где исчез его конь.

Он также заметил, что туман начал отступать, как будто бы по сознательному выбору. Мускусный запах тоже ослаб — или, возможно, Арикс просто хуже чувствовал его с вершины склона.

— Ничего, — пробормотал он. — Никаких улик вообще.

— Но у меня же был коготь! — отозвался Сеф. Он огляделся в ожидании, затем его лицо помрачнело. — По крайней мере, был… Я уронил его прямо здесь…

Они обыскали местность, но ничего не нашли.

— Должно быть, он упал за край, пока мы не обращали внимания, — проворчал Арикс. — Тогда всё пропало! Бездна их побери! Я знаю, это связано с тем, что сказал Саргоннас в цирке, или с тем, что случилось с «Оком Кракена», но без этого когтя у меня нет никаких доказательств!

— Но мы же видели всё, что произошло, — заметила Делара. Однако её брови нахмурились. — Хотя то, что мы видели…

— Вот именно, — в раздражении Арикс пнул большой камень с края склона. Тот с глухим стуком упал посреди пляжа. Арикс почти ожидал, что камень провалится под песок, но тот остался на месте, словно насмехаясь над его усилиями. Арикс подозревал, что если кто‑то решит прогуляться вдоль берега, то он ничем не рискует. То, что скрывалось внизу, нападало с осторожной расчётливостью. Даже если бы он привёл с собой Броэдиуса, императора и всех офицеров обеих рас, Арикс сомневался, что что‑либо изменится.

— Нам всё равно нужно вернуться и рассказать кому‑нибудь, — предложил его брат. — Они хотя бы заслуживают того, чтобы знать.

Арикс презрительно фыркнул:

— Если лорд Броэдиус не поверил мне после всего, что он уже услышал, то и этому он не поверит.

— А как же Саргоннас? — спросила Делара.

— А что с ним?

Его тон заставил её оставить вопрос. Арикс чувствовал себя виноватым, зная, что она по‑прежнему смотрит на Бога Возмездия глазами верующей. Но сам Арикс не видел смысла сообщать об этом тёмному божеству. Саргоннас наверняка знал, что таится вдоль берегов. Если он до сих пор ничего не предпринял, то зачем ему напрягаться сейчас?

Пасмурное небо загрохотало, и ветер усилился, кружа пыль и листья.

— Хотя есть кое-кто, кто мог бы выслушать, — осознал Арикс, и перед его мысленным взором внезапно возникло лицо Рэнда. — А через него я, возможно, смогу убедить кого‑то из приближённых лорда Броэдиуса.

Карнелия могла прислушаться к жрецу. Её привязанность к нему была очевидна для минотавра. Если она прислушается, то, по крайней мере, Арикс мог надеяться, что женщина‑рыцарь убедит своего дядю. Отчаянный план, но пока это был единственный план, что у него имелся.

— Нам нужно немедленно ехать в штаб‑квартиру рыцарства, — сказал он остальным. Рэнд часто бывал там, даже когда у Карнелии были другие поручения. Ариксу пока не было ясно, какое место в экспедиции занимает этот светловолосый человек, но, возможно, Кири‑Джолит каким‑то образом приставил его к Рыцарям Такхизис, чтобы уравновесить ситуацию. Иначе почему его приняли и Саргоннас, и Броэдиус?

— Сеф, как думаешь, твоя лошадь выдержит нас обоих?

— Моя выдержит, — ответила Делара. Её конь был на добрые две ладони выше коня его брата, причём значительная часть дополнительного веса приходилась на чистую мускулатуру. Возможно, он не такой быстрый, как тот, что поменьше, но он точно выдержит двух всадников.

Гром усиливался, становился ближе, пока они садились на коней. Надвигалась буря, и Арикс находил её зловещей. Уже упало несколько крупных капель дождя — возможно, предвестников одной из тех яростных бурь, от которых время от времени страдали острова Кровавого Моря. Он надеялся, что их троица хотя бы доберётся до штаб‑квартиры Броэдиуса до того, как дождь пойдёт всерьёз, но сомневался в этом.

Молнии сверкали в небе, пока они спешили прочь от того места. Делара подгоняла своего массивного коня — могучее животное оказалось быстрее, чем Арикс мог надеяться. Пока они мчались к Нетосаку, его мысли отошли от страшных угроз, которые он предвидел, и вместо этого сосредоточились на женщине, которая находилась в его объятиях. Несмотря на её преданность Саргоннасу, близость Делары казалась Ариксу соблазнительной. Она была одновременно умелой воительницей и привлекательной женщиной и каким‑то образом притягивала его к себе, как мало кто из его прошлого. Он знал её совсем недолго, но подозревал, что со временем его увлечение может перерасти во что‑то большее.

Это, конечно, предполагало, что у них всех есть будущее…

— Взгляни туда! — крикнул Сеф сквозь ветер и гром. — Ты это видишь?

Арикс встрепенулся, пытаясь выглянуть из‑за Делары. Тучи особенно густо собрались над имперской столицей, над самым её центром. Само по себе это могло бы не привлечь внимания, но молнии сверкали снова и снова, словно концентрируясь над одним районом.

— Надвигается сильная буря, — крикнула Делара.

— Сильная, да… — Арикс не мог понять, что именно его тревожит, но что‑то в концентрации стихий над этой частью города беспокоило его.

Массивный разряд устремился к земле, ударив в самое сердце Нетосака.

— Ты видел, как он ударил? — Сеф покачал головой. — Я никогда не видел, чтобы молния била так! Думаешь, она нанесла какой‑то урон?

Прежде чем Арикс успел ответить, второй разряд устремился вниз, почти в точности повторив первый. Он прищурился, пытаясь оценить, куда они попали.

Делара слегка отклонилась назад:

— Они, должно быть, бьют прямо в сердце города! Думаешь, молния ударила во дворец?

Когда она это спросила, Арикс ощутил то же чувство зловещего предчувствия… и тут же понял, что дворец императора, скорее всего, остался нетронутым. Третий удар молнии поразил город, практически скопировав два предыдущих. Молод он, может, и был, но Арикс достаточно много плавал по миру, чтобы понимать: ни одна буря не может бить с такой точностью, если какая‑то сила не направляет её.

— Быстрее! — крикнул он. — Нам нужно ехать быстрее!

— Почему? — Делара оглянулась. — Что такое?

— Они бьют не во дворец, — проревел в ответ Арикс, — и даже не в цитадель Верховного Круга! Если они бьют куда‑то, то их цель — храм… и я не думаю, что разряды перестанут лететь, пока он не обратится в руины, а вместе с ним и сам Саргоннас!

* * *

«И вот наконец это начинается», — подумал Саргоннас, ощущая первобытные силы, высвобождаемые с каждым ударом молнии. То, что было скрыто от него, то, что служило Отцу Хаоса, теперь наносило удар, зная, насколько ослабили бога другие битвы, которые он продолжал вести. Оно также знало, что он потратил много энергии на защиту островов, удерживая коварный туман на расстоянии.

Больше нет. Он больше не мог их защищать. Единственная надежда была на то, что они с союзником запланировали… и на удачу, которой порой пользуются смертные.

Храм снова содрогнулся. Снаружи доносились сбивчивые крики жрецов. Саргоннас игнорировал эти незначительные призывы, все мысли сосредоточив на текущем деле. Скривившись от усилия, он поднялся с трона, извлекая свой украшенный драгоценными камнями меч. Зачарованное лезвие сверкнуло, огромный зелёный камень словно взирал на него. Бог Возмездия ощутил силу, текущую через меч, — силу, которую он сам даровал ему, когда выковал его так давно, во времена Эпохи Снов.

— Ты готов? — спросил он у клинка.

Я всегда был готов… Господин.

— Никаких трюков сейчас, ибо Отец Хаоса найдёт для тебя такое же применение, как и для меня.

Драгоценный камень, который ярко вспыхнул, теперь стал более сдержанным.

Никаких трюков… Господин.

Храм снова содрогнулся. Саргоннас побледнел, на мгновение став полупрозрачным, пока боролся на нескольких планах бытия. Слуга Отца Хаоса удачно выбрал время для атаки.

— Жди его, — сказал он демоническому мечу. — Направляй его… но не пожирай.

Как прикажете… Господин.

Повернув остриё вниз, Саргоннас вонзил меч в мраморный пол. Тот погрузился наполовину, прежде чем остановиться, камень снова ярко вспыхнул.

Отпустив рукоять, тёмный бог взглянул на потолок, высоко воздев руки над головой. Он улыбнулся своему невидимому врагу.

— Что ж, тогда, — произнёс Саргоннас. — Давай сыграем всерьёз.