Знакомое, родное. Книга вторая. История основателей (гет)

Осенняя прогулка

Разноцветные листья срывались с веток и по спирали падали вниз, шелестя под ногами. Гермиона и Драко наконец-то нашли время побыть вдвоем, чего им последнее время очень не хватало. Преподавание, пусть даже не у всех курсов, оказалось сложнее, чем думала Гермиона, да и у Драко дела были не лучше с тех пор, как он поругался со своим наставником.

Радовало только, что кошмары прекратились у них обоих. Драко наконец признался невесте в том, что тоже видел странный сон, но больше никому не говорил, и Гермиона сохранила это в тайне. В конце концов, сон был всего лишь отражением того, что они уже узнали, смешанным с тревогой, которую он испытывал за нее… ведь так? По крайней мере Гермионе удалось себя в этом убедить. Возможно, правда была куда сложнее, но ни один из них больше не хотел копаться в хитросплетениях этой истории.

Гермиона, шедшая по тропинке чуть позади Драко, подняла длинную гибкую ветку и хлестнула его по ноге. Тот прыжком обернулся.

— Ах так?!

Он бросился за ней. Гермиона рассмеялась и пустилась наутек, но через несколько секунд он догнал ее, подхватил за талию и развернул вокруг себя.

— Драко!

Он швырнул ее в большую кучу опавших листьев под старым деревом и тут же навалился сверху. Одной рукой он удерживал ее за плечо, а другой зачерпнул целую горсть листьев и высыпал ей прямо в лицо. Несколько попали в рот. Гермиона закашлялась, выплюнула веточку и услышала его торжествующий смех.

— Взрослый, тоже мне… — пробурчала Гермиона, садясь.

— Именно так, — с важным видом кивнул Драко — он уже лежал на земле, смеясь над собственной шуткой.

Наконец Драко притянул ее к себе и усадил на колени.

— Грейнджер, угадай, что?

— Обязательно?

— Просто спроси: «Что?»

— Это хотя бы хорошие новости?

— Ради Мерлина, Грейнджер, просто спроси!

Он пощекотал ее под коленом, и Гермиона дернулась. Драко немедленно столкнул ее на землю и навис сверху, удерживая на месте. Новая горсть листьев опасно зависла возле лица Гермионы.

— Или спрашиваешь, или получаешь еще одну порцию.

Гермиона плотно сжала губы и отрицательно замотала головой. Драко закатил глаза, отбросил листья в сторону и вместо этого накрыл ее своим телом, крепко целуя сжатые губы.

— Спрашивай, — приказал он, еще раз целуя Гермиону.

Ее губы начали понемногу расслабляться. Он скользнул ладонью под ее джемпер, другой рукой придерживая ее за щеку. Поцелуй стал глубже. Еще один… и еще… Наконец она сдалась — ее губы приоткрылись сами собой, и Драко жадно облизал их. Гермиону прошибло насквозь, будто током. Драко чмокнул ее в уголок губ и слегка прикусил ей нижнюю губу.

Когда он наконец отстранился, она уже смотрела на него слегка затуманенным взглядом.

— Так что за новости, Малфой?

— Вот так бы сразу. — Он помог ей сесть рядом. — Нас пригласили на хэллоуинский бал-маскарад в Министерстве. Через две недели.

— И чем же мы заслужили такую честь?

— Ну, я — это я, а ты — моя знакомая...

Договорить он не успел: Гермиона мгновенно толкнула его на землю, уселась сверху и схватила горсть листьев. Драко едва успел заслониться руками.

— Знакомая?! — воскликнула Гермиона, целясь «снарядом» ему за шиворот. Листья исчезли за воротником его рубашки. Он поспешно вытряхнул их из-за пазухи.

— Хорошо-хорошо. Очень близкая знакомая.

Она снова набросилась на него. На этот раз он не успел подготовиться и рухнул на спину. Гермиона победно прижала локоть к его груди.

— ОЙ! Свали, Грейнджер, ты когда успела столько веса набрать?!

— Я т-те покажу — веса набрать! — Она нарочно навалилась на него еще сильнее. — Всего лишь близкая знакомая, значит?

Драко обнял ее за спину, и она обхватила ладонями его лицо.

— Так кто я, любовь моя? — хитро прищурилась Гермиона — и поцеловала его в шею, затем поднялась чуть выше и потерлась щекой о его щетину. Это было ее любимое занятие.

— Ты дашь мне закончить историю? — поинтересовался Драко, пока Гермиона увлеченно покрывала его кожу поцелуями.

— Не-а. Я хочу еще целоваться.

— Это шантаж.

— Именно.

Она наконец добралась до его губ. Поцелуй получился долгим и неторопливым. Гермиона нарочно не спешила, чтобы Драко прочувствовал каждое движение. Она слегка приподнялась и теперь лежала, полностью прижавшись к его длинному крепкому телу. Им обоим нравилось ощущение его упругих мышц, прижатых к ее нежному гибкому стану. Она просунула одну ногу между его ног и устроила голову у него на груди.

— Ладно. Рассказывай про маскарад, — смилостивилась Гермиона.

— Теперь уже поздно, — выдавил Драко, тяжело дыша.

— Почему?

— Потому что ты меня совершенно отвлекла.

— Бедняжка.

— Точно. Предлагаю найти сосну с низкими ветками и немедленно исправить ситуацию.

Гермиона рассмеялась и стукнула его кулаком по груди.

— Неисправим.

Она перекатилась на бок, устроившись рядом. Драко продолжил:

— Как я и пытался сказать до того, как подвергся беспардонному нападению, меня пригласили на бал. И приглашение рассчитано на двоих. Не окажете ли вы мне честь сопровождать меня?

— Можно взглянуть на приглашение?

— Зачем?

— Любопытно.

— Оно у меня с собой.

Он вытащил из кармана конверт и протянул ей. Гермиона пробежала глазами текст. Затем подняла брови.

— Малфой.

— Что?

— Здесь указаны оба наших имени.

Она легонько стукнула его приглашением по голове.

— Это не приглашение для тебя «плюс один». Это приглашение для нас обоих.

— Так мы идем?

Она поднялась на ноги и попыталась вернуть ему приглашение, но он отказался его забирать. Тогда Гермиона сунула его в карман и ответила:

— Конечно идем. Мы с Гарри и Джинни уже договорились встретиться там. Переоденемся в «Ракушке», Билл разрешил. Джинни уже выбрала для нас наряды.

Драко моргнул.

— Ты уже знала?

— Разумеется.

Гермиона наклонилась, набрала охапку листьев и высыпала их ему на голову и со смехом бросилась по тропинке. На этот раз Драко даже не пошевелился. Она далеко не убежит, подумал он — слишком давно не тренировалась.

Его расчет оказался верным: пару минут спустя Гермиона остановилась, запыхавшись, и оглянулась, когда поняла, что Драко за ней не бежал. Она провела пальцами по волосам и вытряхнула оставшиеся листики, а затем села ждать. Минуты шли, но Драко не появлялся. Наконец она поднялась на ноги.

— Малфой!

Ответа не последовало. Нахмурившись, Гермиона пошла обратно. Вернувшись к дереву, под которым оставила его, она снова позвала:

— Малфой!

Тишина. Она подняла голову, проверяя, не спрятался ли он на ветках, собираясь ее напугать, но его там не было. Его вообще нигде не было.

Впервые за весь день Гермионе стало не по себе.

Дилемма Драко

Когда Гермиона побежала, Драко решил дать ей пару минут форы и только потом побежать следом. «Все равно ведь далеко не убежит — не с ее короткими ножками», — с улыбкой подумал Драко. Он неспешно встал и отряхнул одежду и волосы от опавшей листвы и веточек. Закончив, он так же расслабленно пошел по тропинке, на которой скрылась Гермиона.

— Драко!..

Кто-то кричал, но голос не был похож на Гермиону. Тогда кто?.. Он бросился на голос, пересек иссохшее русло ручья и оказался на другом берегу.

— Грейнджер! — позвал он.

Никто не ответил, и Драко закатил глаза. Куда она делась? Он решил вернуться на тот берег и пойти обратно по тропинке. Несносная ведьма наверняка над ним потешалась, решила разыграть. Если так, то момент она выбрала, по правде говоря, неудачный — он был не в настроении. Он решил снова перейти ручей, как вдруг…

— Драко, приди ко мне!

Голос был женский, но — теперь он убедился — точно не Гермионы. Или не женский?.. А человек ли это? Драко заозирался, вглядываясь в высокие деревья. Гуляя, они, как оказалось, забрели довольно далеко в чащу. Не обращая внимания на голос, он решил немедленно отыскать невесту. Воздух буквально загустел от чувства опасности, которое он испытал.

— Укажи на Гермиону, — приказал он палочке, укладывая ее на ладонь. Палочка крутанулась и указала туда, откуда он пришел. Разумеется…

 

Гермиона вернулась к дереву, но Драко уже не было. Где же он? Она хотела было позвать его по имени, но вдруг увидела в чаще знакомый силуэт. Гермиона бросилась за ним, но никак не могла догнать. Она все же окликнула Драко, но тот даже не повернулся. Гермиона споткнулась о корень и подвернула лодыжку. Раздраженно охнув, она села прямо на землю, массируя больное место. Затем она вытащила палочку и приказала:

— Укажи на Драко.

Палочка крутанулась и… указала туда, откуда Гермиона только что пришла, а не туда, где только что его видела. Как это понимать?..

 

Вдруг Драко понял, что заблудился и не мог даже найти тропинку, по которой пришел. Времени было всего около двух часов дня, но почему-то вокруг становилось все темнее, будто деревья сгрудились вокруг него, преграждая путь. Драко сел на валун, переводя дыхание, и закатал рукава.

— Укажи на Гермиону, — снова приказал он палочке. На этот раз она даже не шелохнулась.

 

Гермиона заблудилась, а из-за лодыжки даже не могла толком идти. Чертов Драко Малфой. Ну почему он не пошел за ней? Наверняка же решил ее напугать и ушел в другую сторону, чтобы посмеяться над ней, а в результате она заблудилась. Она еще раз попросила палочку указать на Драко, но та не шевельнулась. Гермиона запустила в воздух красные искры в надежде, что Драко их заметит. Если в ближайшее время он не появится, она отправит в школу сообщение с патронусом.

 

Драко увидел красные искры и побежал было туда, как вдруг заметил Гермиону совсем в другом месте. Но кто же тогда просил о помощи?

— Грейнджер, остановись! — крикнул он, но девушка только махнула ему рукой и побежала дальше.

В игры играем, значит? Драко бросился за ней. Он бежал и бежал, но никак не мог нагнать Гермиону. Возможно, она и правда в лучшей форме, чем ему казалось… Холм местами был настолько крутым, что Драко приходилось держаться за ветки и коренья, чтобы не упасть. Забравшись наконец на вершину, он заметил, как Гермиона входит в небольшую пещеру или грот у подножья скалы.

 

Гермиона тревожилась все сильнее с каждой минутой. Лодыжка ныла, и Гермиона не могла встать без боли, а значит, едва могла ходить. Она все-таки решила отправить в школу патронус, но не знала, кого позвать на помощь — Билла, который будет читать нотации, или Дона, который поругался с Драко. Выбор пал на Дона. Она сказала своей выдре, что они с Малфоем разделились на прогулке и что она повредила лодыжку, а затем отправила другого патронуса Драко, сказав, что будет отправлять в воздух красные искры каждые пять минут, чтобы тот смог ее найти.

 

Драко стоял прямо у входа в пещеру, как вдруг снова увидел красные искры — похоже, кто-то встрял в передрягу. Он решил, что поможет незнакомцу, как только найдет Гермиону и наорет на нее за глупые игрища. Человеку придется подождать, ведь Гермиона превыше всего…

Малфой засветил палочку и снова позвал Гермиону по имени. Вход в пещеру был низким, так что ему пришлось пригнуться, но дальше свод оказался довольно высоким. Драко огляделся. Где же Гермиона? Он хотел было еще раз позвать ее, но вдруг палочка перестала светиться, и Драко стало нехорошо. Волна жара прошла сквозь тело, и во рту чувствовался медный привкус. И тут в нос ему ударил невероятный смрад — смесь серы и соли. Драко тут же вырвало. Он рухнул на колени и отключился.

 

Дон, Ник и Пол в тот день опять пришли на раскоп. Дон первым заметил юркую серебристую выдру и тут же распознал в ней патронуса Гермионы. Доставив сообщение, зверек растворился в воздухе. Он обернулся к Нику, стоявшему рядом, — он слышал каждое слово.

— Найди Пола. Идите за мной, но, как только уйдете достаточно далеко, обернитесь волками.

С этими словами он рванул в сторону леса и тоже обернулся, как только смог. В таком виде было проще следовать за запахом Гермионы. Через несколько минут братья напали на след.

Пропавшая нашлась довольно быстро. Гермиона поначалу вздрогнула, испугавшись вышедших из чащи животных, но быстро распознала в них «своих» волков. Братья снова обернулись в людей, и Дон тут же присел рядом с Гермионой.

— Что стряслось? — спросил Дон, касаясь кончиками пальцев ее распухшей лодыжки.

— Мы гуляли в лесу и устроили привал под деревом. Я забежала вперед, Драко остался там. Я думала, он меня догонит, но он куда-то пропал. Я вернулась и увидела его, хотя палочка указала в другую сторону. Я отправила ему патронус, но теперь боюсь, что с ним что-то случилось…

— Пол, отнеси Гермиону на раскоп. Ник, надо найти Драко. Гермиона, у тебя есть что-нибудь, на чем сохранился его запах?

Гермиона вытащила из кармана приглашение на бал и протянула Дону. Тот забрал пергамент, и оба мужчины склонились над ним, вдыхая запах Драко. Дон вернул приглашение, и два волка бросились в чащу по следу Малфоя.

Пол легко поднял Гермиону на руки, будто та была легче воздуха, и понес ее к раскопу.

* * *

Драко очнулся, но дурнота никуда не делась. Он приподнял голову и заметил нечто, что иначе как видением назвать не получалось: перед ним стоял мужчина, который не был похож ни на привидение, ни на дух, ни на проекцию, но на полноценного человека. Он тут же узнал в человеке Салазара Слизерина. Он сел, утирая рот тыльной стороной ладони.

Салазар склонился над раненой Пенелопой Пуффендуй, водя над ней палочкой и бормоча исцеляющие заклинания, но девушке лучше не становилось. Пенелопа по-прежнему умирала. Мужчина склонился над телом любимой женщины и издал душераздирающий крик, от которого в жилах стыла кровь. Нежно обняв ее, Салазар умолял небеса не отнимать у него любовь всей жизни, безутешно рыдая. Он оплакивал Пенелопу. Похоже, книги по истории врали, и Пенелопа умерла в той пещере, павшая в битве за «Хогвартс»…

Тут Слизерин встал, вытащил палочку и произнес слова, напоминающие древний гэльский или какой-то другой мертвый язык. Он вытащил небольшую золотую чашу — очень знакомую Драко чашу — и положил рядом с телом Пенелопы. Салазар направил палочку на себя; серебристый туман вышел из его тела и осел на чаше, впитавшись в ее стенки. В эту же секунду Салазар свалился замертво рядом с Пенелопой. После этого все почернело.

Знакомьтесь, Ирония

Дон и Ник мчались вверх по холму так быстро, как только позволяли им волчьи лапы. Резко затормозив перед входом в пещеру, они обернулись людьми. Дон вошел первым, Ник — за ним.

Драко лежал в небольшой нише; он был без сознания. Дон вытащил парня из пещеры, а Ник левитировал тело Драко до самого раскопа.

 

Если бы Гермиона могла ходить, то бросилась бы к Малфою, едва завидев. Ник уложил Драко рядом с Гермионой в одной из палаток. Дон выгнал всех, кто там был, а затем прошептал над Драко оживляющее заклинание. Прошла пара мгновений, и Малфой пошевелился.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Дон.

— Хреново, — честно ответил Драко. На него снова накатила тошнота, и он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы не познакомить окружающих с содержимым своего желудка. Тут он резко огляделся и спросил: — Где Гермиона?

— Я тут, — глухо отозвалась Грейнджер с другой лежанки. Братья Буты отошли, чтобы Драко и Гермиона могли побыть наедине.

— Ты ранена? — спросил Драко — иначе почему она тут, на койке?

— Ногу подвернула, — ответила Гермиона. — Я тебя обыскалась, звала, звала, даже увидела тебя разок в чаще, пошла за тобой, но это, кажется, был не совсем ты…

— Но я шел за тобой прямо до пещеры!

— Какой пещеры?.. Меня там не было — я подвернула лодыжку, я даже стою с трудом, не говоря уж о том, чтобы прыгать по камням, — подняла бровь Гермиона и испуганно посмотрела на Дона.

Дон попросил братьев выйти, а Драко — рассказать обо всем, что ему известно. Малфой повиновался.

— Думаешь, Салазар правда поместил частичку себя в ту чашу? — спросил Драко, закончив рассказ.

Вместо Дона, не дав ему открыть рот, ответила Гермиона:

— Даже если и так, разве его душа не должна была сгинуть вместе с частичками Волан-де-Морта и Пенелопы?

Дон нахмурился.

— Уже не знаю, что и думать, — задумчиво почесал бровь он. — Возможно, Салазар думал, будто Пенелопа мертва, и не захотел жить без нее, поэтому запечатал собственную душу в чаше, чтобы избежать смерти, но это не объясняет, как в чашу попала сама Пенелопа. Ей ведь тоже надо было кого-нибудь убить, чтобы завершить ритуал, а по твоим словам не кажется, что у нее хватило бы сил.

— Может, ей стало лучше, — предположила Гермиона, — и она завершила ритуал позже? Но мне не кажется, что она была способна на убийство. Может, Салазар поместил туда обе души?

— Сомневаюсь, — Дон покачал головой, — ритуал должен совершать владелец души.

Драко сел на койке. Ему все еще было нехорошо. Он спустил ноги на землю и сказал:

— А может, в тот день она все-таки умерла, а в книжках вранье. Но все это так и не объясняет, зачем ему крестраж. Но конкретно сейчас мне плевать. Я хочу в свою комнату. По мне будто стадо гиппогрифов пробежалось…

Драко встал, качнувшись, и посмотрел на Дона:

— Поможешь нам с Гермионой добраться до замка?

Дон кивнул. Подошел Пол, и Драко положил руки братьям на плечи, а те поддерживали его за талию, пока тот, спотыкаясь, брел в «Хогвартс». Ник нес на руках Гермиону.

 

Школьная медсестра велела обоим пострадавшим остаться в больничном крыле на ночь. Оказалось, что лодыжку Гермиона сломала, и ей нужно было пару дней восстанавливаться, а у Драко нашли серьезное обезвоживание, хотя тот уверял, что стошнило его только один раз. Мадам Помфри обескураженно покачала головой и выстроила у него на тумбочке зелья, которые должны были восстановить силы Драко.

После ужина крошечный эльф принес Драко и Гермионе подносы с кухни, и они молча принялись за еду. Они еще не обсуждали случившееся, хотя и лежали на соседних кроватях.

— Говядина отличная, — сказала Гермиона, подцепив вилкой кусочек мяса.

— Картошка тоже хороша, — сухо отозвался Драко.

Они продолжили есть в молчании, пока Гермиона не решила снова его нарушить.

— Драко, — позвала она, — как думаешь, почему это все происходит?

— Не знаю, — ответил он, гоняя картофелину картофелину по тарелке и не поднимая глаз. Еда вдруг показалось пресной и противной. Он положил поднос на пол и натянул одеяло до шеи. — Не хочу больше об этом.

— Придется, — возразила Гермиона, — мы ничего даже не сделали, чтобы спровоцировать их, а видения все равно появляются.

— Я не хочу об этом говорить, — еще холоднее повторил Драко, отвернувшись от Гермионы.

— Что такого, если мы просто попробуем в этом разобраться? Попросим Ника еще раз связать нас с Пенелопой и Салазаром, чтобы выяснить, чего им надо, — предложила Гермиона, отставив поднос на прикроватную тумбочку.

— Сколько раз повторять — я не хочу об этом говорить! — рявкнул Драко, подскакивая на кровати. — На каком языке мне это повторить, чтобы до тебя дошло?!

Гермиона грустно посмотрела на него.

— Прости, — сказала она, укутываясь в одеяло и поворачиваясь к нему спиной.

Драко казалось, что земля уходит из-под ног. Мало ему было ее кошмаров и травм, так теперь они оба страдали от одного и того же, и Драко не знал, как это прекратить. Он посмотрел на съежившуюся фигурку на соседней кровати — Гермиона не спала. Он слез с кровати и улегся рядом с ней поверх одеяла.

— Прости, Грейнджер, — сказал он, целуя ее в щеку, и притянул Гермиону к себе. — Мне страшно. Я не знаю, что делать, не знаю, как не дать тебя в обиду, если я даже себя не могу защитить, понимаешь? Дай мне подумать, а потом вместе во всем разберемся.

Он запустил руку ей в волосы, убирая их с лица Гермионы, и снова поцеловал ее в щеку. Она перевернулась в кольце его рук, посмотрела Драко в глаза, касаясь кончиками пальцев его лба, и поцеловала.

— А такой день прекрасный был… — плаксиво сказала Гермиона.

Драко улыбнулся.

— Ага, мы как раз собирались снять напряжение под тем деревом… Черт бы побрал этого Салазара и его нетерпеливость!

Гермиона рассмеялась и уткнулась ему носом в шею.

— Все будет хорошо, — сказала она, кладя руку на сердце Драко. — С нами все будет в порядке.

— Надеюсь, — задумчиво ответил он, гладя ее по руке.

— Ни за что не догадаешься, какие костюмы для нас выбрала Джинни, — сказала Гермиона.

— И какие же? — поинтересовался Драко и добавил: — Видишь, теперь мы снова играем в угадайку, и я тебе подыгрываю, как все нормальные люди.

Гермиона картинно закатила глаза и ткнула его пальцем в руку. Драко нахмурился — тычок вышел болезненным.

— Уверена, что ты оценишь иронию… — добавила она.

— Ну, если там Пуффендуй и Слизерин, я согласен, — хмыкнул он, — да хоть тролль или домашний эльф, мне все равно.

Гермиона многозначительно подняла брови, и Драко смерил ее взглядом:

— Я не пойду в виде Слизерина и Пуффендуй! Не щекочи спящего дракона…

— Хорошо, я буду Слизерином, а ты можешь нарядиться Пуффендуй — уверена, тебе очень пойдет платье, — ухмыльнулась Гермиона.

— Ты же шутишь? — переспросил Драко, резко садясь на кровати.

— Джинни решила, что мы вчетвером можем сыграть роли Основателей. Раскопки в школе подали ей эту идею, — пожала плечами Гермиона. — Они с Гарри понятия не имеют о том, что здесь происходит. Я никому не рассказывала и попросила Билла молчать.

— Грейнджер, нет, — устало сказал Драко, снова ложась рядом с ней. — Я правда считаю, что ничем хорошим это не кончится, особенно после сегодняшнего. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, ясно?

— Но тематика бала — Средневековье, — заметила Гермиона.

— Значит, нарядись в скомороха, а я надену рыцарские доспехи, — закатил глаза Драко, зевая.

— Мне плевать, в каком виде идти на бал, — сказала Гермиона, заражаясь от него и тоже зевая. Она прикрыла глаза, улеглась головой ему на грудь и вздохнула.

— Лодыжка так и болит? — спросил он, приоткрывая глаза.

— Нет, просто у тебя под боком слишком уютно, — ответила она. Не глядя на Драко, она принялась пальцем чертить крути у него на груди. Она окончательно проснулась. — Драко, мне кажется, нам нужно пожениться. Официальную церемонию можно запланировать, как и хотели, на лето, но я не хочу ждать.

— Это ты к чему? — спросил Драко и приподнял лицо Гермионы за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза. Она сделала страшное лицо и плюхнула ему на лицо ладонь.

— Ну, например, мы сможем жить в одной комнате, когда поженимся, — сказала она наконец.

— А можем постоянно заболевать и получать травмы, а потом спать на одной кровати в больничном крыле, — пошутил Драко, — Поппи, кажется, не возражает.

— Драко, я серьезно, — сказала Гермиона и добавила, чтобы его устыдить: — Если ты, конечно, не передумал.

— Чушь драконья. Давай поговорим об этом позже, а сейчас поспим, хорошо? — ласково сказал Драко, целуя Гермиону в лоб и перебирая ее волосы.

Она прикрыла глаза, но сон все не шел, даже когда мужчина, которого она любила больше всех в жизни, уютно засопел рядом. Гермиона время от времени бросала на него взгляды, прежде чем наконец уснуть. Ей не привыкать быть в опасности, но одна только мысль о том, что кто-то может навредить Драко, или травмировать, или убить… Нет, об этом даже думать было страшно.

Гермиона Грейнджер не выживет без Драко Малфоя.