Правила выживания для соседей по комнате (нет правил без исключений) (гет)

Маринетт поправила ремешок своей сумки, когда они с Адрианом вместе шли через университетские ворота; коричневый бумажный пакет с круассанами болтался между ними в руке Адриана.

— Тебе совсем не обязательно было нести их на пары, — сказала она, разглядывая пакет.

Адриан рассмеялся:

— Ну, я же обещал, правда? К тому же, это уже традиция, не так ли?

Она покачала головой, а затем легонько хлопнула его по руке.

— Прошел всего один день, Агрест.

— Тогда мы отлично начинаем.

Маринетт фыркнула себе под нос, стараясь не слишком широко улыбаться. — Ты просто невыносим.

— И всё же ты хочешь жить со мной, — усмехнулся он, а она покачала головой.

— Не напоминай мне об этом, — поддразнила она и шагнула к входу. — Увидимся за обедом.

Адриан слегка помахал ей рукой, когда они разошлись и вдогонку сказал:

— Наслаждайся круассанами!

Она не оглянулась, но в ответ помахала поднятой рукой.

В тот же миг, как она скрылась из виду, позади него раздался тихий голос:

— Ну-ну-ну.

Адриан вздрогнул, обернулся и увидел сидящую со скрещенными руками и улыбающуюся Пенни.

— Ты теперь появляешься только тогда, когда я эмоционально уязвим? — спросил он.

— Это в перечне моих услуг, — она мило улыбнулась, наклонив голову. — Так… ты пригласил её на свидание?

Глаза Адриана расширились.

— Что? Нет! Зачем бы мне… нет!

Пенни вздохнула, пристально глядя на него.

— Потому что ты явно влюблен в неё, и это продолжается уже целую вечность. Ты просто излучаешь в её сторону солнечный свет.

Адриан покраснел, его уши тоже покраснели.

— Я же тебе уже говорил, она моя подруга. Моя соседка по комнате.

— Именно так, — сказала Пенни, прищурив глаза. — Вы уже на полпути к замужеству, и, оказывается, ты приносишь ей круассаны.

— Я могу всем принести круассаны.

— Лжец, — безэмоционально парировала она.

Адриан застонал.

— Всё не так просто, понятно тебе? Мы дружим много лет. И… и мы установили правила.

— Подожди… настоящие правила?

— Да, — признался он. — Мы написали их, когда переехали. Например… никакого флирта. Никаких объятий дольше 3 секунд. Убирай за собой сам, и всё в таком духе.

Пенни уставилась на него.

— Ты по контракту обязался не флиртовать с девушкой, которая тебе нравится?

— Правила были её идеей! А я просто плыл по течению. Она моя лучшая подруга, я не хотел всё испортить, когда мы съехались… Я всё равно постоянно бывал у неё дома, так что это было логично.

— И ты согласился со всей этой чепухой!

— В тот момент это мне показалось хорошей идеей!

Она пощипала переносицу.

— У тебя совсем не получается быть в рамках этих правил.

Адриан вздохнул, бросив взгляд на двери, за которыми исчезла Маринетт.

— Я просто… я не хочу разрушить то, что у нас есть.

Пенни подняла бровь, а затем покачала головой.

— И вот что у вас в итоге есть — идиот, который влюблён в свою лучшую подругу и не хочет ей об этом говорить, потому что не хочет разрушить их дружбу, хотя… послушай меня, она, вероятно, чувствует то же самое.

— По сути, всё так.

Она снова вздохнула, на этот раз глубже, выплескивая таким образом своё раздражение.

— Ты меня уже вымотал.

Адриан пожал плечами.

— Добро пожаловать в мою жизнь.

— Что думает обо всём этом твой друг, как его там зовут, Нино? — Пенни постукивала ногой, скрестив руки и сердито смотрела на него.

— Он меня поддерживает. Как и ты, он считает, что мне просто нужно собраться с духом и пригласить её на свидание.

Она несколько раз моргнула, а затем потерла лицо руками:

— Ты не имеешь права вечно трусить. Ты же это знаешь, правда? Кто-нибудь другой может пригласить её на свидание первым.

— Я не трушу. Я… жду подходящего момента.

— Ага. И до каких пор будешь ждать?

Адриан повернулся и направился внутрь, бормоча через плечо:

— Вероятно, до тех пор, пока она не нарушит правило номер один.

Пенни нахмурилась, глядя, как он уходит.

— Подожди, Адриан… какое у вас правило номер один?

Адриан проигнорировал её и продолжил свой путь в класс, усмехаясь про себя, и прекрасно понимая, что Пенни не оставит это без внимания.

* * *

Маринетт запихнула свой альбом для эскизов в сумку, лишь вполголоса слушая напоминания профессора о пятничном обсуждении проекта. Её мысли были где-то в другом месте… в основном крутясь вокруг того, как Адриан улыбнулся ей этим утром, когда протянул ей круассаны. Немного смущённо. Немного обнадёживающе. Нет, совсем не немного. Это было уже явным перебором. Сначала полотенце, потом карри, круассаны, а теперь вот улыбка. Ей нужно было отвлечься, но не на Адриана, (желательно без полотенца), а что ей было нужно, так это…

— Эй, Ретро!

Маринетт на мгновение закрыла глаза, а затем повернулась, когда Мило Дешам сел в кресло рядом с её столом. Его солнцезащитные очки были сдвинуты вверх на волосы, открывая его озорные глаза и такую ухмылку, словно он думал, что что-то выиграл.

— Привет, Мило.

— Я просто восхищался твоими работами, — сказал он, указывая на её открытый альбом для эскизов. — Очень в стиле ретро. Очаровательно ностальгично. У меня возникает ощущение, что в этом альбоме Одри Буржуа встречается с винтажным стилем из секонд-хенда.

Она нахмурилась, а затем выдавила из себя улыбку.

— Спасибо? Кажется…

— Это определенная атмосфера, — продолжил он. — Мне нравятся девушки, которые обладают эстетическими убеждениями.

— Даже если это "очаровательное ретро"? — сухо спросила она, поднимая свою сумку.

Он улыбнулся еще шире.

— Видишь? Ты помнишь, что я говорю.

Маринетт закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку, появившуюся на ее губах. Она убедила себя, что все в порядке, флирт — это нормально. Возможно, это даже полезно для здоровья.

— Так что, — сказал Мило, небрежно взглянув в сторону двери и слегка наклонившись вперед, — ты и та модель… по-прежнему ничего не начали?

Сумка выскользнула из рук Маринетт, когда она посмотрела на него:

— Э-э, что… нет. Э-э, Адриан — мой друг. Мой лучший друг… сосед по комнате. Затем она замерла, взглянув на него широко раскрытыми глазами.

— Почему тебе это интересно?

— Ну, мы много общались, и я знаю, что ты раньше меня игнорировала… но если ты не… ну, знаешь, не "замужем", может быть, тебе было бы интересно что-нибудь вместе сделать в пятницу?

Ее пульс подскочил. Возбуждение или страх, она не знала… скорее всего, страх. Она только что говорила об этом с Альей, но это был просто разговор. Это не было реально. Это не…

— О. Эм… в пятницу?

— Ты, я, кофе или что-нибудь покрепче? Поговорим о моде и о том, как трагически недооценивает тебя академическая элита.

Маринетт открыла рот, чтобы уйти от ответа, но снова закрыла его, посмотрев на него. Он невыносим. Немного высокомерен. Болтлив, но при этом уверен в себе. Определенно не застенчив и… он не Адриан.

И в этом весь смысл. Она это знала. Алья знала. Теперь дело за тем, позволит ли ей мозг…

— Я… возможно, буду свободна, — осторожно произнесла она. Сердце бешено колотилось в груди, когда она обдумывала эту его просьбу.

Мило поднял бровь.

— Звучит опасно близко к "да". Действительно ли я добился успеха?

— Возможно, — сказала она, но позволила себе перевести дыхание в этот момент.

— Тогда я рискну, — сказал он, вставая и перекидывая сумку через плечо. -Дай мне знать, Ретро. И не заморачивайся. Обещаю, я отличный спутник. К тому же, я всегда одеваюсь по погоде.

Подмигнув, он неторопливо удалился, оставив Маринетт смотреть ему вслед, её сердце бешено колотилось по причинам, никак не связанным с бабочками в животе.

Она не была в восторге. Она не покраснела. Но она также… не испытывала отвращения к этой мысли. Они с Адрианом не были связаны обязательствами. Они с Адрианом не были парой, просто лучшими друзьями.

Снова взяв сумку, она, прикусив губу, смотрела в дверной проем, вслед уже ушедшему парню. Может быть, это согласие поможет ей двигаться дальше. Она ведь уже перепробовала всё остальное… а если нет… ну, по крайней мере, можно надеяться, что Мило хотя бы заплатит за кофе.

* * *

Во дворе университета царило оживление: студенты смеялись, кто-то кричал, а некоторые даже играли в игры на траве. Адриан сидел напротив Нино под большим каштаном, ковыряя свой бутерброд так, будто тот его чем-то обидел.

Раздался звук шагов, и Адриан поднял голову, увидев Маринетт и Алью, направляющихся в их сторону. Маринетт держала в одной руке блокнот, а в другой — контейнер с едой на вынос.

Наблюдая за их приближением, он приглашающе помахал им рукой, широко — возможно, даже чересчур широко — улыбаясь.

— Я занял тебе место, — пробормотал Адриан, подвинув рюкзак со скамейки рядом с собой.

Маринетт на мгновение заколебалась, прежде чем Алья вскинула бровь и села со словами: "Спасибо".

Нино ухмыльнулся, когда Аля опустилась рядом с ним, наклонившись, чтобы поцеловать её в щёку.

— Так вот она, наша суперпарочка во плоти.

Алья хихикнула, толкнув Нино плечом.

— Да ладно, единственная суперсила здесь — это то, что Адриан приносит Маринетт круассаны в 7:30, будто это обычное дело.

— Я же обещал! — усмехнулся Адриан, подняв руки в притворной защите, а затем подмигнул. — И они были ещё тёплыми.

Алья приложила руку ко лбу.

— Они были ещё тёплыми!

Маринетт рассмеялась, доставая из рюкзака маленький пакет.

— К слову, я тоже кое-что приберегла. Смотрите! — Она потрясла пакетом перед ними так, словно это был бесценный артефакт.

— Как трогательно, — буркнула Алья, переводя взгляд с Адриана на Маринетт. — Это ни разу не символично.

Не обращая на неё внимания, Маринетт потянулась вперёд и взяла салфетку, которую протянул ей Адриан, даже не глядя. В ответ она молча достала из своей сумки бутылку воды и отдала ему. Всё ощущалось до странности легко и привычно.

Они уже наполовину расправились с едой, когда их прервали смешок и вздох.

— Привет, Ретро.

Глаза Маринетт расширились, когда она подняла взгляд, встретившись с Мило. Лука стоял чуть позади него, явно раздосадованный.

Мило облокотился на край их стола, водрузив солнцезащитные очки нелепо высоко на макушку, а его ухмылка была такой же самодовольной, как и обаятельной.

— О, эм, привет, Мило, — пробормотала Маринетт, чувствуя, как к щекам приливает румянец.

— Не знал, что ты зависаешь тут. Хотел написать тебе, но, э-э, ну надо же, вот ты где. Думала насчёт того напитка в пятницу? — Он наклонился, вторгаясь в личное пространство Адриана, и подмигнул.

Вилка Адриана замерла на полпути ко рту, а сердце гулко забилось в груди.

Маринетт неловко улыбнулась и убрала волосы с лица.

— Эм… Я дам тебе знать… хорошо?

— Замётано, — ухмыльнулся Мило, отступая от стола. — Только не заставляй меня ждать слишком долго, Ретро.

Он развернулся, кивнув Луке, который вздохнул и виновато улыбнулся им, беззвучно произнеся одними губами "извини". Когда они поспешили прочь, Нино фыркнул:

— Ретро? Что это вообще значит?

Маринетт застонала, прежде чем пробормотать:

— Это долгая история.

— Долгая история там или нет, но потенциал есть, — снова засмеялся Нино, прежде чем Алья зыркнула на него и, перегнувшись через стол, шепнула, прикрыв рот ладонью:

— Маринетт?

Маринетт напряглась, полезла под стол за телефоном, но не успела ничего набрать, как тот завибрировал.

"Объясняй. Чувак-в-солнцезащитных-очках уже позвал тебя на свидание?"

"Сегодня утром. Неожиданно. Я запаниковала."

Алья тяжело вздохнула, бросив взгляд на сидящего рядом Нино, который делал вид, что игнорирует их, и на Адриана, сидящего по другую сторону, который пялился в свою еду так, словно это самая несъедобная вещь в мире. Он всё ещё улыбался, но его глаза потускнели.

"Скажи ему "нет", если не хочешь этого."

Маринетт пнула Алью под столом и резко встала.

— Я схожу за газировкой. Кому-нибудь взять чего-нибудь?

Нино выдавил фальшивую улыбку и покачал головой. Алья лишь вздохнула в ответ, но Адриан тихо ответил: "Я пас", — так и не встретившись с ней взглядом.

Когда она отошла в сторону торговых автоматов, Аля рыкнула и, потянувшись, слегка ударила Адриана по руке.

Адриан вздрогнул, нахмурившись.

— За что?!

— Солнышко, — прошептала она, глядя вслед удаляющейся спине Маринетт. — Если ты не хочешь, чтобы она встречалась с этим чудаком-Мило-в-солнечниках… может, стоит что-нибудь сказать?

— Я не могу, — выдохнул Адриан. — Это может всё разрушить.

Алья сузила глаза, сверля его взглядом. — Или нет. — Она встала, схватив свою сумку и сумку Маринетт, после чего, нахмурившись, повернулась к Нино. — Сделай хоть что-нибудь с ним!

Она направилась следом за Маринетт, сбавив шаг только тогда, когда догнала её у автомата, выхватив банку газировки раньше, чем та успела её взять.

— Эй! — ахнула Маринетт, вздрогнув. — Алья!

— Никакой газировки, пока ты не объяснишь мне, какие кружавчики тут происходят, — отрезала Алья, скрестив руки на груди. — Ты запаниковала вчера, окей. Я поняла. Адриан, полотенце, горячо… Но сейчас, сейчас это выглядит так, будто ты всерьёз рассматриваешь шанс на свидание с дешёвкой Кеном-Рок-Звездой. Тогда уж тебе бы лучше пойти с Лукой, он хотя бы красавчик… и питал к тебе чувства в прошлом.

— Алья! — пискнула Маринетт. — Я не… То есть, может быть. Я не знаю. Он вроде милый?

Алья скорчила гримасу, качая головой.

— Ты описала его как хлопья на завтрак. "Вроде милый". То есть сладкий поначалу… немного зачерствевший и, возможно, пустой внутри. Ты ведь не можешь говорить это серьёзно.

Маринетт простонала, упираясь лбом в торговый автомат.

— Дело не в нём, понимаешь? Дело во мне. Мне нужно двигаться дальше, Алья. Мне нужно перестать чувствовать, что Адриан — единственный парень, которого я буду любить. Если я не… Если я не сделаю этого, я продолжу сидеть здесь, делая вид, что всё в порядке, когда он мне улыбается.

Алья слегка смягчилась, протягивая Маринетт банку содовой.

— Девочка, я понимаю. Правда понимаю. Но… если ты говоришь "да" только для того, чтобы что-то доказать самой себе… это несправедливо по отношению к тебе и к Мило. Я не могу заставить тебя… или Адриана взглянуть в лицо своим чувствам.

Маринетт выпрямилась, её голос стал совсем тихим.

— Но что, если… что, если Адриан не чувствует того же, и я всё испорчу?

Алья вздрогнула.

— Не испортишь. Обещаю.

— А если всё-таки да?

— Тогда он идиот, а ты просто живи свою потрясающую жизнь без него. Просто… пожалуйста, только не с этим парнем, который назвал твои наброски "ретро".

— "Очаровательным ретро", — поправила Маринетт с ухмылкой.

Алья вздохнула.

— Это почему-то звучит ещё хуже.

* * *

Нино наклонился и ткнул Адриана вилкой в плечо.

— Ты даже не пытаешься делать вид, что тебе пофиг, чувак.

Адриан моргнул, выходя из ступора.

— Что?

— Это была сейчас целая драматическая подводка к истории твоего становления злодеем. Тебе повезло, что у нас нет попкорна. Ты реально собираешься сидеть тут и притворяться, что тебе всё равно, или мы поговорим о парне, который только что назвал твою-возможно-девушку Ретро?

Адриан застонал и обмяк, уткнувшись лбом в стол.

— Она не моя девушка.

— Ага, конечно. Из-за вашего списка правил.

— Нет, — пробормотал Адриан, его голос был приглушен столешницей. — Потому что она этого не хочет.

Нино нахмурился, нависая над лицом Адриана.

— Так, стоп. Вернись на шаг назад. Она такого не говорила.

Адриан поднял голову, его лицо было напряженным, но серьезным.

— Нино, правила придумали мы с ней по её же предложению. Я честно думал, что она не воспримет это так серьезно, но… блин! У нас есть счётчик! Счётчик, Нино. Мне кажется, эти правила нужны для того, чтобы держать меня на расстоянии. Чтобы между нами ничего не изменилось. Она мой лучший друг! Думаешь, я сам не хочу их нарушить? Хочу. Я хочу забыть каждое из них. Но я продолжаю думать… а вдруг единственная причина, по которой она вообще позволяет мне быть рядом сейчас — это то, что я их соблюдаю? Вдруг стоит мне остановиться… — он сглотнул, — …и я потеряю её.

Нино откинулся назад, потирая шею.

— Эти дурацкие правила были не нужны, когда ты практически жил с ней в пекарне. И вообще, думаю, ты слишком мало ей доверяешь. Маринетт может быть кем угодно, но она точно не жестокая.

Адриан раздражённо выдохнул.

— Знаю. Именно поэтому было бы проще, если бы она такой была.

Нино уставился на него.

— Ты правда в это веришь?

Адриан смотрел на место, где она сидела.

— Нет, — тихо признался он. — Но от этого было бы не так больно.

— Тогда остается только одно: поговорить с ней. Сказать, как ты на самом деле себя чувствуешь, выложить всё на стол и посмотреть, куда это зайдёт.

— Ни за что.

Нино рухнул головой на стол.

* * *

К тому времени, как она добралась до дома, город погрузился в привычную поздневечернюю тишину: шины шуршали по мокрому асфальту, за стеной гудела посудомойка, двумя этажами выше кто-то практиковался в игре на трубе. Дождь только-только начал давать о себе знать.

Маринетт бросила сумку у двери и вздохнула.

— Это мне одной кажется, что среды злее понедельников?

Адриан, присевший перед духовкой, бросил через плечо:

— Статистически доказано. Это подобно энергии среднего ребенка. Ни направления, ни жалости.

Она прошла на кухню, заглядывая ему через плечо на противень, и прикрыла нос рукавом свитера.

— Это… пахнет углём.

— Технически, — сказал он, натягивая прихватку, — это фаршированные перцы. Раунд два.

Она вскинула бровь.

— Первый раунд ты сжёг?

— Испепелил, — признался он, доставая противень. — Минута молчания за их хрустящую жертву.

Маринетт попыталась подавить смешок, но безуспешно.

— На что ты отвлёкся в этот раз?

— Э-э… это неважно.

Она усмехнулась, уже беря две тарелки.

— Повезло тебе, что ты милый.

Он замер, не глядя на нее, прежде чем захлопнуть духовку бедром.

— А тебе повезло, что я наготовил их с запасом.

Они ели бок о бок у кухонной стойки. Перцы были слегка пережарены, но вполне съедобны. Их колени один раз соприкоснулись под стойкой, но никто не стал отстраняться.

После ужина Маринетт плюхнулась на диван со тихим стоном и закутала ноги в плед.

— Если включишь хоть что-нибудь романтическое — выгоню.

Адриан поднял руки, сдаваясь.

— Понял тебя. Только соревнования по выпечки или скучающие британские повара в коттеджах.

— Идеально. — Она зевнула, еще глубже проваливаясь в подушки. — Что-нибудь уютное. Не разбивающее сердце.

Он пролистал варианты, пока не нашел подходящее шоу "Зона хлеба", мягкая музыка и каламбуры про хлеб в комплекте. Маринетт хихикнула под одеялом, когда они начали смотреть.

Они просмотрели лишь до половины второго эпизода, когда Маринетт начала клевать носом, её плечо едва заметно опустилось в его сторону, голова качнулась. Один раз она заставила себя проснуться, заставила и во второй, но на третий раз её голова легонько упала на его руку и осталась там.

Адриан не шевельнулся. Он замер. Оцепенел. Его сердце словно остановилось в груди, но он проигнорировал это, не отрывая глаз от экрана.

В голове мигал крошечный предупреждающий сигнал, напоминавший о Правиле номер пять.

Никаких объятий. Даже во время кино. Даже когда кто-то засыпает на тебе так, будто это самое естественное в мире.

Прошло несколько минут, пока её дыхание выровнялось. Её рука, свободно свернутая под пледом, задела его бедро, когда она пошевелилась, и с её губ сорвался тихий вздох.

Он зажмурился от этого звука.

Это не было объятиями. Формально нет. Но это заходило на опасную территорию.

Простонав про себя, он потянулся за пультом и выключил звук. Осторожно вытащив руку из-под её головы, он встал напротив неё, потирая затылок.

Она что-то неразборчиво пробормотала и плотнее свернулась в пледе.

Адриан присел рядом с диваном, разглядывая ее спящую фигуру.

— Маринетт? — прошептал он.

Она не шелохнулась и не ответила.

Он мягко улыбнулся, наблюдая за ней и пробормотал:

— Утром ты будешь злиться.

Он подсунул одну руку ей под плечи, другую — под колени и бережно поднял. Она пошевелилась лишь однажды, чуть сместившись у него на груди, но не проснулась. Её щека коснулась его свитера.

Путь до её комнаты был коротким, но он шёл медленно. Дверь уже была приоткрыта, так что он просто подтолкнул её ногой. Её кровать была не заправлена, как обычно. Он осторожно уложил Маринетт на матрас и натянул одеяло, аккуратно подоткнув его под подбородок.

На мгновение он замер, глядя, как она дышит, прежде чем прошептать:

— Спокойной ночи, Букашечка.

Прямо перед его лицом внезапно возникла Тикки и похлопала его по щеке.

— Ты хороший Котёнок.

Он кивнул ей, разворачиваясь, и тихо прикрыл за собой дверь с мягким щелчком, после чего привалился к ней спиной. Квартира была тихой, слышалось только урчание холодильника и отдалённый шум машин. Он долго стоял так, потом потёр глаза и побрёл в свою комнату.

Он сел на край кровати, держа телефон в руке, зависнув большими пальцами над экраном, пока Плагг сворачивался клубком на его подушке, храня молчание.

Адриан покрутил головой туда-сюда в нерешительности, прежде чем наконец напечатал сообщение.

"кажется, сегодня вечером я нарушил типа… полтора правила, ну может два, но она спала и я не знаю, это ощущалось, как измена."

Он смотрел на него минуту, а затем нажал "отправить", пока не успел передумать. Через мгновение всплыло уведомление о прочтении.

Вскоре пришел ответ от Нино. Раздражающий и бесполезный.

"ты хочешь моего совета или предпочитаешь и дальше делать вид что вся эта ситуация нормальная?"

Адриан уставился на экран, чувствуя бешеное биение пульса в ушах, и откинулся на кровать. Отвечать не было смысла.

Потому что за двумя разными дверями спокойно спит сейчас только один из них.