Семь "я" Драко Малфоя (джен)

Когда ушла мама, я долго переживал. Ее смерть стала для меня неожиданностью и остро показала, что она была мостиком с моей прошлой жизнью, с моим родовым гнездом.

Она редко говорила об отце, но я знал, что и ему она говорит о нас. Что он там, в пустом мэноре, не один. Что с нами все в порядке.

Теперь он остался один. В преддверии восьмидесятилетия Люциуса Малфоя мне особенно тяжело было думать о нем.

Более тридцати лет молчания. Он не смог принять мой выбор, не смог позвать меня назад. А ведь с Гермионой я прожил уже намного дольше, чем с ним, и не могу представить свою жизнь без нее и наших детей.

Юбилей отца и последующая свадьба Скорпиуса и Лили стали тем поворотным моментом, когда уже невозможно было ждать первого шага от Люциуса. Я отправил поздравление с днем рождения и позже — приглашение на свадьбу, не сказав об этом жене.

Почему? Сложно сказать. Не хотел видеть ее разочарование и жалость, если он не придет. Я слишком хорошо помнил, как ждал отца на собственной свадьбе.

То, что Скорпиус тоже пригласил деда и даже осмелился навестить его в Малфой-мэноре, стало для меня неожиданностью. Впрочем, хоть Скорпиус и выглядел как истинный Малфой, черты характера Гермионы были слишком яркими, чтобы их нельзя было заметить. Упрямый мальчишка делал все по-своему. И был прав. Жаль, что не доверился мне, но я его понимаю.

Я не ждал ответа, но каждый раз, когда приходило письмо, невольно надеялся увидеть знакомый почерк. Несколько недель ничего не происходило, и постепенно я убедил себя, что все сделал правильно и больше ничего от меня не требуется. Гермиона ни о чем не спрашивала, а я старательно делал вид, что тоже не думаю об этом.

Лишь однажды мы почти открыто коснулись этой темы, когда Гермиона отмечала, кто подтвердил приглашения, а кто нет. Наличие в списке Люциуса Малфоя мы не обговаривали, все выглядело так, словно его имя само появилось в нем. Убирать его я не позволил — если вдруг отец решит посетить свадьбу, у него будет свое место.

Я почти перестал думать о том, придет ли отец. Свадьба приближалась, забот становилось все больше, и времени на подобные мысли практически не оставалось. В конце концов, я сделал все, что мог: написал ему, отправил приглашение и оставил для него место. Дальше выбор был за ним. Опять.

В день торжества мы собирали гостей в саду. Я с кем-то беседовал, когда почувствовал на себе его взгляд. Я не ошибся — Люциус Малфой впервые появился в моем доме и сейчас стоял и знакомился со своими внуками.

Обменявшись несколькими фразами, мы поспешили на групповое фото, а затем на фуршет. Была ли у нас возможность поговорить? Безусловно. Но нам требовалось время, чтобы привыкнуть к мысли, что мы можем поговорить.

После фуршета все немного расслабились, и гости разошлись по саду. Я несколько раз ловил себя на том, что ищу отца взглядом, хотя прекрасно знал, где он находится. Люциус держался в стороне, разговаривал с кем-то из гостей и, кажется, старательно не привлекал к себе внимания. Несколько раз наши взгляды встречались, но ни он, ни я не делали попытки подойти. В какой-то момент я понял, что если сегодня мы снова разойдемся, то следующего случая может просто не быть.

Я нашел отца в библиотеке. Он стоял у окна, откуда был виден сад, полный гостей.

— Мы так и не поговорили, — первым заговорил я.

— Да... Не поговорили, — ответил отец.

Он замолчал.

Столько раз за последние дни я представлял этот разговор. Казалось, найду нужные слова. Не нашел.

— Я ждал тебя все эти годы, — тихо произнес Люциус, располагаясь в кресле у окна. — Что ты вернешься.

— Я не мог прийти первым. Ты отрекся от меня, — я опустился в кресло рядом.

— У меня не было выбора. По крайней мере, я так думал, — твердо ответил отец.

— У меня прекрасная жена и чудесные дети. Я бы сделал этот выбор снова.

Очень давно я хотел сказать ему об этом.

Отец сжал губы.

— Значит, ты ни о чем не жалеешь?

— Нет.

— Даже о том, что потерял семью?

— Я ее не потерял.

Отец нахмурился.

— Ты отказался от своего имени.

— Нет. Это ты отказался от сына.

Я поднялся и прошелся по библиотеке. Отец молча наблюдал за мной.

— Отец, я не хочу ссориться. Особенно сегодня. Все это случилось очень давно.

— Ты все еще считаешь, что любовь важнее долга?

— Да, отец.

— Тогда зачем ты пригласил меня?

Я вернулся в кресло и глубоко вдохнул.

— Потому что я любил и тебя, и маму. Ты все еще моя семья.

Отец долго смотрел на меня.

— Упрям, как истинный Малфой.

— Сочту за комплимент, — усмехнулся я.

— Драко, — отец замолчал, возможно, подбирая слова.

Я посмотрел ему в глаза.

— Я тоже всегда тебя любил. И скучал.

— Ты мог прийти в любой день, — не сдержал я горечи. — Особенно в день моей свадьбы.

— Прости.

Люциус устало опустил плечи.

— Мы еще можем все исправить, отец. Прошлое не вернуть, но в наших руках будущее.

Отец несколько секунд молчал, затем кивнул.

— Я бы хотел познакомиться с твоей семьей, Драко. По-настоящему.

Я улыбнулся.

— Думаю, они будут рады.

Мы еще немного поговорили и вернулись в сад к гостям. Общение не давалось легко — мы делали первые шаги навстречу друг другу, но каждый из нас ценил эти усилия.

— Хорошо здесь, — сказал он после короткой паузы.

Я посмотрел на отца.

— Да. Хорошо.