Исправление и наказание (гет)

Они столкнулись в дверях. Скорбный Эд и Джон Сноу. Стояло погожее утро, да такое, что даже «слёзы» Стены от костров не сразу превращались в льдинки. Эд остановился, оправил капюшон, нахохлился.

— Беда, лорд-командующий, — мрачно произносит Эд.

Джон не придал этому особого значения, ведь Скорбный Эд не зря получил своё прозвище:

— Что, похлёбка не удалась?

— Завтрак был славным.

— Как ни удивительно, но их величествам тоже пришлась по нраву готовка Хобба, — но Джон уже напрягся всем телом, ожидая плохих новостей.

И был прав.

О встрече «родственников» — Эйгона и Дейнерис — Джон уже был осведомлён. Король, как и обещал, информировал лорда-командующего о своих продвижениях. Грандиозный марш-бросок объединённой армии Тиреллов, Золотых мечей и дорнийцев вёл их к Перешейку. Так как Дорн фактически не был затронут никакими войнами, то провианта у них хватало, как и оружия. Увы, но их мечи были обычными, но король Эйгон и тут проявил расторопность. Тиреллы сдали ему Драконий камень, а, следовательно, обсидиан уже добывался.И им не требовалась такая спешка, как северянам. Второй фронт всё же.

Об этом сообщало письмо, пришедшее две недели назад. Ланнистеры к тому времени уже давно начали своё отступление, а лёд всё больше и больше укреплялся в море. А что же Джон в Чёрном замке? Лорд-командующий был уверен в том, что Иные стоят именно перед его замком. Холод, сильный холод, а самое главное — вой. На закате, когда скупое солнце заходило за горизонт, дозорные слышали тот самый пронизывающий тело до самых костей звук, что был на Кулаке Первых людей. Сэм узнал его. Гренн узнал его. Прорыв планировался на западе, но Иные дожидались своего времени прямо у Чёрного замка.

В тот вечер, когда вой впервые огласил Зачарованный лес, Джон пришёл к их величествам. Он почти умолял этих упрямых детишек уехать на Медвежий остров. Они отказались.

Мы будем со своими людьми до самого конца. Так поступили бы наши отцы, милорд.

Неделю назад пришло довольно таки пугающее письмо от… Вариса. Паук писал, что, пусть для всех встреча короля и королевы выглядела успешной, но на самом деле всё не так хорошо, как хотелось бы. Девушка и её «дети», кстати, так ничего и не сообщили Джону. Теперь же, писал Варис, Дейнерис хочет быть в авангарде. Но, опять же, это ничуть не согласовано с ним, с лордом-командующим. А куда слать письма? Как поймать армию на быстром марше?

Джон Сноу ждал. И дождался на свою голову…

— … в Западном Дозоре оставили лишь пару человек… драконы… один убит…

Джон внутренне похолодел.

— Она успела сжечь его? — сжимая и разжимая левую руку, спросил Джон.

Эд покачал головой.

И снова за Стеной завыли Иные. Но теперь к этому звуку прибавился утробный рёв.

Джон выбежал наружу. Медленно, слишком медленно, но его подняли на Стену. Он знал, что это глупо, но всё же решил, что нужно посмотреть своими глазами.

Над лесом кружил гигантский серый дракон. Он выпускал струю искристо-льдистого «пламени», заходил на новый вираж, а затем снова взлетал ввысь. То приближался, то удалялся.

Джон долго смотрел на это. И постепенно осознавал увиденное.

— Он тоже не может приблизиться к Стене, — сощурив глаза, жёстко и уверенно сказал лорд-командующий.

Срочно были разосланы письма. И повторены планы отступления. Фактически, пусть Джон и руководил Стеной, но все стратегии шли от лорда Старка. Он позаботился о том, чтобы учесть непредвиденные обстоятельства.

Вскоре загорелся синим светом пергамент колдуньи. Восточный Дозор пал. Их атаковал мёртвый дракон, сокрушивший Стену со стороны моря. Выжившие отступают на юг.

Несколько часов прошли в неспокойных сборах. Провизия отправилась на первых телегах. Соседний городок был опустошён ещё со времён набега одичалых, так что там некого было спасать, но он использовался как временные хранилища под зерно и солонину, прибывшие из Эссоса. Далее отправили стюардов и строителей, ведь именно им предстоит помогать войску, стянутому к Винтерфеллу.

Последними уходили маленькие отряды Ширен и Томмена, а также одичалые и десять разведчиков во главе с Джоном Сноу. Не более четырёх сотен, вооружённые драконьим стеклом.

Сперва начала трескаться Стена, а затем с востока прилетел дракон. Прошло не более шести часов с новости, отправленной Гермионой, но, видимо, мертвец уже расправился с большей частью древнего творения Брандона Строителя. Серый дракон взгромоздился на вершину Стены и начал плавить лёд своим дыханием. Вернее не плавить, а разрушать.

Они отступали. Джон прокручивал в голове известные факты об Иных и мертвецах. И все они уже заметили, что на драконе восседает некто с серебряной короной на челе. Некто столь могущественный и сильный, что половина отряда едва не сорвалась на бег от ужаса.

— Вы говорили, что они, — Томмен обратился к Джону, прерывисто дыша и волнуясь, — могут учуять живую плоть на расстоянии пяти лиг.

— Да, — коротко подтвердил Джон.

И король, и лорд-командующий понимали, почему был задан этот вопрос. Они не успевали. Раздался грохот обращающихся в развалины камней и льда Стены. Чёрный замок успел принять на себя мёртвого драконьего всадника, но затем и он был погребён под неодолимой лавиной.

Вьюга и вой. Мертвенный холод и ужас. Джон оглянулся и увидел, что через камни переступают ледяные подобия людей, а за ними — их воины. Лига, не далее.

Подъехал Давен Ланнистер. Хмурый и мрачный, с неживыми глазами.

— Мой отряд насчитывает сто пятьдесят девять всадников, — сказал он. — Если не прикрыть отступление, лорд-командующий…

— …то все мы погибнем, — закончил за него Джон.

Крики и приказы. Ругань Давена смешалась с ещё одним воплем Иного. Его людей объял ужас. Никто не хотел оставаться на верную смерть.

К Давену подъехал бледный золотоволосый мальчик. Король Томмен Баратеон, первый его имени. Повернулся спиной к югу.

— Я боюсь смерти, как и вы, мои рыцари, — высоким голосом возвестил мальчик. — Но там, далеко на юге, в Ланниспорте, на Медвежьем острове, на Скагосе… Там ваши семьи! Ваши дети! Сейчас на нас идёт гибель, но мы должны сделать всё, что в наших силах…

— Бастард! Ты не наш король! — раздался паникующий крик.

— Я не Джоффри Жестокий! — ещё громче сказал мальчик. — Я не брошу своих людей на произвол судьбы. Даже если со мной останется лишь милорд Давен, мы встанем на пути Иных, чтобы прикрыть ваше отступление. Ширен, — он проводил глазами сопротивляющуюся девочку, плотно захваченную Селисой, — лорд-командующий. Ланнистеры останутся. Молитесь, чтобы нас хватило на ваши пять лиг!

Давен посмотрел на своего короля, а мрак, улюлюкая, приближался. Рыцарь склонил голову, чего не делал ранее.

— Мой король, ваш отец не простит мне…

— Время не ждёт, — а тем временем собирался отряд из сотни всадников. — У нас выбора нет.

Так, в последний час своей жизни, король Томмен стал настоящим правителем. Он смог удержать свой крохотный отряд силой воли и отвагой мальчишки, который мог бы стать хорошим государем для Вестероса, если бы были другие времена.

Джон оглянулся лишь раз. В густой тьме не было видно ни зги. Ланнистеры погибали, чтобы они смогли нагнать передовые отряды. Сто пятьдесят … Сто шестьдесят человек вместе со своим королём. Сможет ли мальчик поразить хоть одного мертвеца? И что скажет его отец, когда прибудет в Винтерфелл?..

Перешли на галоп, нагнали стюардов.

— Живее, переходите на рысь. Бросайте всё, кроме оружия и ручной клади, — скрепя сердце, приказал Джон.

Сколько времени им может дать столь малый отряд?

«Время, чтобы оторваться на пять лиг», — то ли взмолился, то ли констатировал факт Джон Сноу.

* * *

Катастрофа.

Гермиона, разумеется, не смогла бы удержать Стену. Она смогла замедлить падение тридцати человек, но камень ей был не по силам.

И всё напрасно.

Они были измождены, а позади мчались голодные мёртвые. Очень охочие до живой плоти.

— Инсендио, инсендио, инсендио…

Гермиона плелась последней, пытаясь поджечь лес, захваченный вьюгой. Она и не заметила, как смогла невербально применить заклятие пламени.

За ними шли те, кто когда-то жил в Суровом Доме. Свежие, ещё не разложившиеся трупы. Очень быстрые и сильные. Пламя гасло, когда на него падали идущие в авангарде, но Гермиона упорно доводила себя до магического истощения, надеясь спасти тех, кто шёл бок о бок с нею. Торос и Тормунд. И многие другие, в основном одичалые, но были здесь и рыцари Долины.

Полторы недели ада. Оставалось лишь надеяться, что на Скагос мертвецы не доберутся, а жители Белой гавани, как и было задумано, уже отбыли к каменистым утёсам Долины.

Палочка нагревалась в руке Гермионы с каждым днём всё сильнее. Волшебница припомнила, что даже сердечная жила дракона не сможет так долго выдерживать огненные заклятия. Она попробовала было перейти на палочку Сириуса, но та почти не слушалась. Сгодится лишь на крайний случай.

Винтерфелл. Мрачные и сосредоточенные лица северян. Ещё сильнее постаревший лорд Старк. Арья, с деловым видом пробующая сражаться двумя кинжалами из обсидиана. Гермиона вскрикнула, а затем буквально выпала из седла еле живой лошади. Бёдра были стёрты в кровь.

— Что? — прошептала Гермиона потерянным голосом, когда Пайпер потащил её в тёплые покои Винтерфелла, да ещё и рассказывая последние новости.

Томмен Баратеон погиб с честью, прикрывая отступление из Чёрного замка. Ланнистеры ушли с запада почти без потерь, а сир Джейме теперь выглядит, словно Старк. В том смысле, что его лицо не выражает теперь ничего, кроме сосредоточенности и готовности к бою. И всё же говорят, что он заперся ночью вместе с Мирцеллой Баратеон, а из их покоев доносились рыдания… нет, ничего постыдного. Они оплакивали сына, брата, короля.

Разведчики донесли, что основная мощь армии движется к Винтерфеллу, никуда не сворачивая. Король Ночи почти разрушил Стену, так что нападение будет по всему северному периметру. Бесхитростно, но мощно. Скорость передвижения у них малая, по крайней мере, если они не чуют живых. Но небольшая часть армии свернула к югу. Возможно, они атакуют Эйгона, либо попытаются замкнуть кольцо вокруг Винтерфелла.

— Два дня. Разведчики донесли, что, если мертвецы будут двигаться с одной скоростью, то у нас в запасе не больше двух дней, — подытожил Марк, стряхивая Гермиону со своего плеча в мягкое кресло.

Гермиона устало вытянула ноги. Захотелось искупаться в настойке бадьяна.

— Почему… Почему мертвецы получили дракона, Марк? — беспомощно спросила она.

— Видимо, Дейнерис всё же сомневалась в наших намерениях, — покачал головой Пайпер. — После переговоров с Эйгоном она оседлала своих драконов и полетела к Западному Дозору, чтобы увидеть всё своими глазами. Говорят, что буря ослепила её, она оказалась слишком близко к земле, а там… обычный топор, который держал в руках мёртвый великан, ударил самого крупного дракона прямо в глаз. Дейнерис успела отдать приказ другим своим ящерицам, чтобы они атаковали, а затем улетела обратно, оставив это оружие в руках Короля ночи.

Пайпер отступил к двери, намереваясь оставить Гермиону в одиночестве и покое.

— Им холодно? — но Гермиона больше не хотела оставаться одна.

— Кому… А, понял! — Марк покачал головой. — Те, кто не уместился в замковой крепости, обеспечены горячей пищей и очагом в каждой палатке. Рвы уже готовы, как и колья. Нас не смогут застать врасплох в лагере. Гермиона…

Она посмотрела на Марка, но тот внезапно стушевался.

— Впрочем, это сейчас не к спеху. Отдохните, восстановите силы.

И вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.